Владимир Пепельный.

Игра в долг



скачать книгу бесплатно

© Владимир Пепельный, 2017


ISBN 978-5-4485-3759-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

I

Часы показывали полдень, а значит, где-то наверху должно было быть солнце, но плотные зеленоватые облака надежно скрыли его от людских глаз. Даже стоя на крыше самого высокого здания в городе – делового центра Голден Вэй – нельзя было рассмотреть за этой грязной завесой яркого диска. Улицы, которые десятки лет назад проектировали под плотный поток автомобилей, постепенно превратились в узкие плохо освещенные неоном и дешевыми фонарями лабиринты. Над некогда роскошными проспектами нависали колоссы жилых небоскребов, обмотанные пучками проводов так, что казалось, они держатся только на этой искусственной паутине. Городские власти не обращали никакого внимания на их аварийное состояние. Старые постройки поддерживали ровно настолько, чтобы не дать им рухнуть и похоронить под собой тысячу-другую бесполезных для города людей, не имеющих на счету средств, чтобы оплачивать многочисленные товары и услуги, которые предлагали яркие вывески. Возникал вопрос о целесообразности искусственного поддержания ещё теплящейся здесь жизни, однако городские власти понимали: нельзя лишать город даже этой люмпенизированной прослойки. Всё это было частью игры элиты. Той элиты, которая обитает в центре города в стеклянных башнях благополучия, за бетонными стенами и блокпостами полиции. Ведь если жилой клоповник рухнет, очередная белая пешка получит возможность съесть черную и приблизиться еще на шаг к тому, чтобы стать ферзем. Или наоборот – это уже давно не имело особого значения.

Между запущенного вида небоскрёбами свистели и гудели потомки автомобилей – большие и маленькие летательные аппараты, похожие на вертолеты или на вагоны с крыльями. По их внешнему виду можно было легко угадать производителя, модель и даже год выпуска. Разреженным потоком эти аппараты всех сортов и расцветок сновали между высокими городскими зданиями, то садясь на более-менее подходящие для этого площадки, то снова взлетая, разбрасывая потоками воздуха оставленный на месте посадки мусор. Архаичного вида автомобили всё ещё ездили по узким улочкам между хибарами и торговыми палатками. Зачастую это были небольшие фургоны или универсалы, но проскакивали и седаны. Тем не менее, большая часть населения использовала скутера, которые блохами сновали в каждом подходящем закоулке и просачивались между автомобилями. В самом низу этой странной иерархии оказывались пешеходы, горожане, население этой брошенной дыры. Здесь, далеко от Центра, люди выглядели разномастно, блистая яркими одеждами и не всегда нормальными модификациями организма. И хотя вне Центра Нового Роттердама все были мусором, даже в этом мусоре было свое разделение: более богатые поселялись на этажах повыше и имели доступ к товарам и услугам лучшего качества. Чем ниже располагалось жилье, тем беднее оно было. В хибарах из мусора жил такой же человеческий мусор даже по меркам жилых районов.

Мусор, на который уже не обращали внимания. Впрочем, мусор этот мало чем отличался от горожан рангом выше и даже от элиты.

Синт сидел за столом в одной из полутёмных жилых капсул, глядя на яркий экран планшета. Его жилая капсула – одна из тысяч в дешевой постройке для самых нищих – внутри походила на брошенное бродягами пристанище. В комнате не было ничего, кроме узкой койки, стола, стула, небольшого шкафа, встроенного в стену, разбросанных на полу коробок из-под дешёвой еды, целлофана и немногочисленных вещей, нуждающихся в хорошей обработке паром. Небольшая полочка в стене, которую Синт привык называть столом, была завалена горкой из пластиковых бутылок, обрывков бумаги и проводов.

Ожидая извещения о пополнении баланса, Синт листал новости, особенно не вчитываясь в их содержание. Заголовки носили довольно однотипный характер: очередную поп-звезду засняли в баре, новая гражданская война, ещё одна миссия агонизирующей ООН, очередной антинаркотический рейд. Последнее заставило Синта тяжело вздохнуть: в последнее время выручка от реализации синтетики была не слишком богатой. Помимо многочисленных конкурентов еще и Европейский Корпус по Борьбе с Наркотиками начал проявлять большую активность, чем обычно. Однако бедственной ситуацию называть было рано. Каждую неделю появлялись новые клиенты и, как правило, оставались они надолго. Достаточно надолго, чтобы успеть получить с них прибыль и найти новых. Странно, но даже не смотря на все усилия – или имитацию усилий со стороны ЕКБН, – наркобизнес разрастался и вширь, и в глубину, затягивая всё больше народа. Заработок был стабильным, хотя и мерзким. Каждый выживал в меру своих способностей на этой человеческой свалке.

Наконец короткий сигнал – звон монеток – и всплывающее окно с довольной мультяшной птичкой известили о поступлении денежных средств. Спустя минуту Синт отправил очередному клиенту координаты крайней закладки, сделанной им накануне. Остальные места закладок были уже пусты, и торговцу следовало подыскать новые. Он выключил обклеенный стикерами планшет и запер его в сейфе, забрав оттуда же тщательно подготовленные к продаже дозы. По пути к двери захватил измятую пачку дешёвых горьких сигарет, быстрыми шагами спустился по исписанной похабными надписями лестнице, минуя десятки одинаковых капсул с неряшливого вида жильцами, и вышел вон, надеясь, что хотя бы сегодня небо будет ясным.

Шагая по угрюмым закоулкам мимо серых стен с чёрными пятнами ожогов от горючих смесей, Синт вышел на оживлённый проспект Рандвег, где уже нельзя было встретить плохо одетых нищих и неприкаянно шатающихся фигур, похожих на тени. Здесь, на освещенных неоном всех цветов радуги улицах, люди двигались быстрым потоком, глядя под ноги, изредка озираясь, чтобы прочитать разнообразные табло, транслирующие рекламу и курсы валют. Автомобили ползли то чуть быстрее пешеходов, то становились в пробки, в которых проскакивали скутеры под аккомпанемент клаксонов.

Несколько небрежная одежда Синта не привлекала ничьего внимания. Он бы без труда растворился в толпе, где между дешевыми классическими костюмами и малозаметными модификациями проносились диковатого вида личности с торчащими из головы проводами в одежде из искусственной кожи, но довольно высокий рост делал его излишне заметным в людской массе. Впрочем, рваные на коленях джинсы и синяя майка не делали из него нечто неподобающее или из ряда вон выходящее в этом человеческом потоке, похожем на кислотный трип.

Он оказался на узкой улице между палатками с шаурмой и дешевой лапшой. Быстро оглядевшись, Синт присел, чтобы завязать шнурок. По крайней мере, так казалось со стороны, если бы кому-то вообще пришло в голову задержать на нём свой взгляд. Вложив пакетик в щель на асфальте, Синт невозмутимо продолжил свой путь.

Он сделал ещё восемь подобных закладок, каждый раз спеша уйти как можно быстрее и незаметнее. Из-за конкурентов Синту приходилось работать в ограниченном районе, чтобы не нарываться на большие неприятности, однако из-за этого существовал риск быть вычисленным полицией или кем-то из постоянных клиентов. Это заставляло Синта никогда не использовать в качестве мест закладки близкие или тем более одни и те же координатные точки дважды. Не то, чтобы это могло его обезопасить от перспективы быть схваченным блюстителями закона во времена цифровых камер, которыми были усеяны фасады любого, даже самого убогого здания, но всё же так было спокойнее. В таком поведении было что-то старинное, почти инстинктивное. То, что было с товаром потом, Синта мало интересовало, как и не интересовало и то, кто был его клиентом в очередной раз.

Завершив довольно продолжительный и растянутый по площади обход, торговец остановился перекурить у неприметной бетонной стены. То, чем он занимался, не было чем-то непривычным для буквально поднятого из грязи и вновь отстроенного Роттердама. Город, который должен был служить символом объединения людских сил и идей, постепенно превратился в помойную яму Европейского Союза. Наркотики растекались по улицам портового города, отравляя каждого третьего жителя, уходили с кораблями на другие континенты. Этот бизнес был территориально поделён около десяти лет назад между руководителями ячеек образовавшегося здесь картеля. Синт же предпочитал держаться от него подальше. Он работал только на себя, и его это вполне устраивало. Расширять деятельность он не планировал, хотя в даркнете несколько курьеров уже предлагали свои услуги, намекая на потенциал продукта химика.

Идти куда-либо ещё не хотелось, но и возвращаться в свою нору не было никакого желания. Просто чтобы убить время Синт отправился на рынок, который располагался неподалёку. То ныряя в закоулки, то снова оказываясь на пристойно выглядящих улицах, Синт уходил все дальше и дальше от Центра. Центр был единственным ориентиром в непрерывно меняющемся и расширяющемся городе, и чем дальше от этого маяка, тем беднее и скуднее становилось окружение. Постепенно проспекты с неоном делались все менее различимы среди застроенных мусором трущоб, и в какой-то момент все слилось в одну сплошную мозаику из нищеты, рекламы дорогих имплантатов и застоявшейся в выбоинах дорог жижи. Люди выглядели все хуже, и дело не столько в одежде, сколько в дешевых протезах. Такие на черном рынке ставили себе те, кто не мог позволить большего, когда загрязненный отходами город выводил из строя жизненно важный орган или заражал очередной неизлечимой болезнью, которая начинала вяло течь в организме, медленно его убивая. Улица за улицей Синт оказался на рынке.

Здесь закупались люди низших социальных ступеней. Те, кто в связи со своим бедственным материальным положением был вынужден жить в таких же капсулах, как Синт, куда не осуществлялась доставка товаров – крайняя мера торговых корпораций, терпение которых иссякло, когда из десяти посланных роботов-курьеров возвращался в лучшем случае один. Остальных разбирали на запчасти, которые очень быстро распродавались на подобных рынках. На импровизированных витринах без соблюдения элементарного товарного соседства выставлялись металлические запчасти, крупы, ношеного вида одежда, газировка и печенье с кричащими эмблемами крупнейших пищевых ТНК. Все это либо крали со складов корпораций, либо находили в мусорных контейнерах неподалёку от Центра, а кое-что могли собирать и в кустарных условиях.

Продвигаясь к противоположному выходу и вдыхая дикую смесь запахов машинного масла, ржавчины и острых специй, Синт заметил впереди оживлённое движение, будто кто-то целеустремлённо направлялся к центру рынка. Благодаря своему высокому росту он разглядел синие шлемы полицейских, словно буйки стройным рядом выныривающие из толпы. Вот кого ему совсем не хотелось видеть. Синт задержался у одной из палаток, хозяином которой являлся полумеханический торгаш, расхваливавший свой очевидно бывший в употреблении товар в виде металлических запчастей не ясно к чему, а затем не спеша направился в обратную сторону. Но сегодняшний день явно не хотел становиться лучше: сзади что-то оглушительно взорвалось, кто-то закричал, толпа бросилась к выходу. Синта подхватило людским потоком, который внезапно остановился. Похоже, что бежать было некуда. Офицер полиции – высокий, в бронированном экзоскелете – через динамик, подвешенный на летающем над толпой квадрокоптере, потребовал сохранять спокойствие. Он стоял во главе полицейского кордона – таких же высоких и мощных парней в экзоскелетах, с дубинами в руках и с прозрачными щитами за спинами. И если сами по себе полицейские могли у кого-то не вызвать желания спрятаться подальше, то появившийся сверху ударный вертолет стражей правопорядка напугал бы многих из тех, кто привык считать себя матерым уличным отморозком. Трое полицейских отделились от группы и клином начали продвижение вглубь. Очередной рейд служб правопорядка против воров, наркоманов, пьяниц и прочих явных отбросов общества. При этом совсем не обязательно являться таковым, достаточно находиться в месте, где добропорядочным гражданам быть не подобает.

Полицейские уже отобрали десяток человек, и Синт с облегчением отметил, что они возвращаются к своим. Но тут его грубо толкнули в спину, он обернулся и увидел прямо перед собой лишенный эмоций полицейский шлем, полностью скрывавший лицо.

– Ты, за мной, – механически скрипнули динамики на полицейской броне.

Развязывать спор не имело смысла и, к тому же, вредно для здоровья, поэтому Синт покорно пошел в сторону другого летающего темно-синего полицейского чудовища, гордо именуемого вертолетом, которое тяжело приземлилось сразу за полицейским кордоном. Прикрываемый ударной машиной, вертолёт доставлял собранные на улицах отбросы в полицейский участок, где службы правопорядка «проводили профилактическую работу» по предотвращению преступлений. Зная об этом, торговец лишь в очередной раз пожалел, что на голову превосходит ростом среднестатистического жителя города.

II

Поездка в автозаке это всегда то, что хочется поскорее выбросить вон из памяти, и тут Синт не был исключением. По провонявшему рвотой и спиртом грузовому отсеку бродили стражи правопорядка, то и дело «подбадривая» одного из двух десятков задержанных ударами тяжелых бронированных сапог. Синту доставалось довольно ощутимо не меньше, чем всем остальным.

Полет закончился на вертолетной площадке здания полицейского управления. Отсюда Центр был очень близко – казалось, его можно потрогать рукой. Но насладиться видами не дали резиновые дубинки, и «пассажиры» колонной под строгим присмотром полиции вошли в здание. Сначала их разбросали по пустым камерам, а потом согнали на допрос. Дурно пахнущей толпой задержанные сидели на лавках и на полу, ожидая своей очереди возле двери допросной. Синту повезло хотя бы тут – он был первым, кого полицейские почти швырнули в комнату.

Помещение представляло собой совершенный куб бледно-зеленого цвета, с небольшим столом, одним стулом, и голографическим проектором, расположенным ровно напротив стула. Разнообразие вносили разве что камеры и автоматические турели, заряженные дротиками с транквилизаторами.

– Место вашей работы? – вежливо поинтересовалась голограмма молодой женщины, когда Синт послушно сел на любезно предоставленный городскими властями стул.

– Капсулы в районе Новый Риддеркерк. Выношу мусор.

– Сколько составляет ваш недельный заработок?

– По-разному.

– Будьте добры, назовите средние цифры.

У Синта возникло желание запустить в голограмму стаканом, стоящим на столе. Однако это не изменило бы ничего, голограмма даже не обратит внимания на агрессию в свой адрес. Он уже проверял это в более молодые годы. Турели с транквилизаторами, внимательно следившие за каждым его движением, молчаливо говорили о том, что с тех пор прогресс сделал еще несколько шагов вперед, и это совсем не добавляло желания обижать голограмму.

– Одну-две тысячи.

– Есть жалобы на действия властей, обращение полицейских с вами? Вы имеете право подать жалобу, она будет рассмотрена в течение четырёх часов.

– Нет, спасибо.

– Мы заботимся о вашем благополучии, спасибо.

– Премного благодарен, – поклонился Синт погасшей голограмме.

Облегченно вздохнув, он вышел из комнаты. На лавке вдоль стены сидели новые задержанные. Все, безропотно опустив глаза, ждали допроса. Синт почти миновал их ряд, как вдруг от скамейки отделилась крупная фигура, облачённая в чёрный жилет, и бросилась на него.

– Это ты!

Его хватка была настолько сильной, что Синт начал задыхаться, делая безуспешные попытки освободиться. Мельком глянув на руку незнакомца, торговец счастьем убедился, что она механическая. Да и остальное тело было усовершенствовано множеством искусственных приращений: глаза, небольшой компьютер на виске, подключенный прямо к мозгу, босые железные ноги в рваных темно-зеленых штанах.

– Вы ошибаетесь, – с трудом проговорил он, затем попытался ударить нападающего, но тот ловко увернулся.

– Ты и сейчас их продаёшь? – прошипел бледный, агрессивно настроенный незнакомец.

Быстро подоспели полицейские. Синту и его обидчику досталось по порции электрического разряда и пара ударов дубинками, после чего их обоих поволокли на несколько этажей вниз и швырнули в камеру.

– А как же забота о моём благополучии? Он же меня убьёт! – стуча кулаком в металлическую дверь, кричал Синт, намереваясь если таким образом не освободиться, то хотя бы отпугнуть этого психа. Тот, впрочем, больше враждебности не проявлял, а с интересом удава наблюдал за бегающей в его аквариуме мышью. Камера как раз походила на аквариум: такой же идеальный куб, как и допросная, только с грязным полом, двумя лежанками, висящими на противоположных стенах. На лежанках отсутствовали матрасы и подушки. То ли камера не предназначалась для длительного пребывания, то ли об удобстве задержанных здесь не сильно беспокоились.

– Да ладно, не стану я тебя мочить.

– Я в этом не уверен.

– Здесь я тебя точно не замочу, не парься.

Синт видел в своей жизни немало психов, и этот был совершенно типичный: непредсказуемый и неконтролируемый. Несколько минут назад он схватил его и едва не с пеной у рта допытывался о делах, а сейчас с каменным спокойствием следил за своей добычей.

– Мы знакомы?

– Уже как три года.

– Впервые вас вижу.

– Ты честный барыга – за три года ни одной накрывшейся поставки. Я бы мог тебя за это уважать, но почему-то хочу свернуть тебе шею.

– Твои слабости не мои проблемы. Есть спрос – есть предложение. Как раньше говорили: рынок, бизнес и ничего личного.

– А ещё ты талантливый химик. Какую дрянь ты подмешиваешь, что после твоей дури никакая другая уже не прет?

– Секрет фирмы, – бросил Синт, решив больше не продолжать неприятный разговор. Сокамернику явно пришлось не по вкусу решение торговца, и он в два размашистых шага оказался возле него. – Эй, спокойно, – Синт, как укротитель, инстинктивно вытянул вперёд правую руку, которая тут же оказалась заломана за спину.

– Убив тебя, я всего лишь избавлю этот город от очередного мусора. По сути пустяк, но мне будет приятно.

– Сам от этого лучше не станешь. Мы же из одной помойной ямы, – аргумент Синта заставил незнакомца задуматься, но руку он так и не отпустил, и та уже начинала неметь. Тогда торговец добавил, – Раз уж так сложилось, меня Синт зовут. А ты кто будешь?

Синт обвёл взглядом глухие на вид стены. Зрачок видеокамеры отстранённо наблюдал за происходящим. То ли дежурных не было на месте, то ли они сейчас развлекались тем, что делали ставки. При таком раскладе, явно не в его пользу. Внезапно рука оказалось на свободе.

– Лиссабон.

– Чрезвычайно рад знакомству, – Синт украдкой покосился на дверь, но она так и не открылась. – Поздравляю, если бы не ты, нас обоих давным-давно отпустили.

– Ну, – протянул Лиссабон, – твои дела несколько хуже моих. Тебе ещё есть что терять.

Гонимый новым порывом своих, очевидно, хаотичных мыслей, неблагодарный клиент занял одну из коек и притих, погруженный в какие-то свои мысли, и изредка подергивая протезами. Синт решил провести отведенные ему в камере часы как можно более миролюбиво, и угомонившийся, наконец, псих стал знаком, что пора и самому успокоиться. Синт переместился на койку, и уперся взглядом в электронные наручные часы, чудом пережившие задержание: минуты текли невыносимо медленно, и в какой-то момент торговец понял, что к вечеру ему не оказаться на свободе. Он не хотел засыпать, опасаясь, что непредсказуемый сокамерник попросту придушит его во сне, в конце концов, кто знает, что творится в голове конченного наркомана? Но очень скоро тот сам громко захрапел, отвернувшись к стене. Тогда и Синт стал проваливаться в рваный, скомканный сон.

На часах было восемнадцать часов, когда дверь камеры открылась, пропуская одного из полицейских и двоих прилично одетых мужчин. Вошедший сразу за полицейским, впрочем, был не человеком: небольшой, на голову ниже полицейского, многофункциональный робот производства «Рейншталь Машинери», одинаково хорошо выполнявший функции секретаря, органайзера, будильника, кофеварки и охранника. Возможности секретаря и органайзера были заложены в небольшой вытянутой «голове» машины, а за охрану отвечали две механические «руки», одна из которых была снабжена недружелюбно выглядящим электрошокером. Следующим зашел человек маленького роста, с выпирающим из-под чёрного пиджака животом. Выглядел он весьма старомодно: покрой костюма соответствовал моде двадцатого века со всем его стремлением к строгости и лаконичности. Когда они вошли, его левый глаз вращался независимо от правого, осматривая помещение, но затем оба глаза остановились на Синте.

– Да, да, это он. Вот любопытный племянничек, – старик засмеялся. – Ну что смотришь, собирайся на выход.

Не задавая лишних вопросов, Синт быстро проследовал к двери, пока его сокамерник мог только угрюмо смотреть ему вслед, опасаясь в случае активных действий получить порцию ударов от полицейского. Или получить электрический разряд от робота-провожатого – тут уж как повезет с паранойей владельца и настройками системы защиты. Облегченно прощаясь с полицейским участком, торговец следовал за своим спасителем. Они вышли на ту же вертолетную площадку, на которую еще вчера выгрузили задержанных. Вместе с темно-синим автозаком на площадке стоял серебристый, похожий на гоночный болид, частный вертолет. Подбадриваемый все приговаривающим про «племянничка» стариком, Синт оказался в роскошном – самом роскошном из всех, в которых он бывал – салоне вертолета. Когда двери машины герметично закрылись, Синт попытался было задать вопрос, но, едва он раскрыл рот, вмиг посерьезневший старик попросил подождать, пообещав, что ему все объяснят на месте. Где находилось «место» торговцу тоже не ответили. Он пытался определить часть города по проплывающим кварталам внизу, которые становились всё чище и многолюднее. Финальным штрихом, разграничивающим город на два абсолютно не похожих места, была массивная стена, за которой начинались прекрасные улицы, утопающие в белом и зеленом цветах – цветах роскоши, цветах той жизни, о которой большинству остается только мечтать.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7