Владимир Мясоедов.

Дальневосточный штиль



скачать книгу бесплатно

– Святослав! Или ты уймешься, или я суну тебе под нос снотворное! – рявкнул Олег как можно громче, выразительно похлопывая себя по патронташу со склянками из небьющегося стекла на груди. – И вовсе не факт, что оно чисто случайно не окажется еще и слабительным!

– Ну, дык, ты и гадина-а-а… – обиженно протянул здоровяк, а затем рассеял свои чары и встал на ноги. Вместе со здоровенным ростовым щитом, который прикрывал их обоих. И махнул им с такой легкостью, словно это был не лист корабельной брони с присобаченными к нему ручками для удобства переноски, а какая-то фанерка крашеная. Истошно выкрикивающий не то молитвы, не то заклятия, не то просто матюги вражеский летун, успешно прорвавшийся к русскому кораблю, не ожидал внезапного появления прямо по курсу столь монументальной преграды и врезался в нее на полном ходу. О палубу шмякнулось уже безжизненное тело – угол, под которым был произведен невольный таран, оказался очень неблагоприятным для шейных позвонков. Массивный боевой цеп выпал из разжавшейся руки. – Вот холера! Дык я ж хотел взять ее живой! Ну, для того-этого…

Только после его слов Олег сообразил, что еще конвульсивно вздрагивающий свежий труп принадлежал к слабому полу. Хотя в отношении одаренных гендерные различия большой роли не играли. Ведьмы подчас были куда опаснее примерно равных им по силе чародеев за счет женской скрупулезности и изобретательности. К примеру, сильнейшим архимагом России, ну если не считать императора, располагающего совокупной мощью всего государства, считалась полумифическая Хозяйка Медной горы. Живьем ее, правда, мало кто видел, но большая часть враждебных держав очень радовались тому, что они не граничат с Уралом. Те немногие задокументированные случаи, когда великая геомантка выбиралась из своих владений, запоминались окружающим надолго. Либо десятки вызвавших ее гнев персон одномоментно обращались в гранит, малахит, мрамор или иной какой минерал, либо в одну ночь посреди чистого поля из земли вырастал укрепрайон, размерами примерно пять на десять километров. Ну а в мирное время эта женщина периодически выводила на поверхность глубинные руды. И процентов семь-восемь горнодобывающей промышленности страны держалось исключительно на ее «хрупких» плечах, способных подвинуть тектоническую плиту.

– Для того-этого, Дык ты полный, есть увольнительные. Маркитантки. На крайний случай – армейский бордель. – Олег поспешил нырнуть за вновь опустившийся на палубу щит, и Святослава заставил за ним же спрятаться. Очень уж целителю не понравилось, как к ним примеривается какой-то тип с коротким посохом, стоящий на рубке вражеского корабля и пока воздерживающийся от того, чтобы полностью включиться в схватку. – А идея обзавестись личной невольницей, ты мне поверь, она неудачная. Или на исполнении маленьких женских капризов разоришься, или во сне окажешься не зарезанным, так загрызенным. И вообще, как можно в такой момент думать о бабах?!

– Дык, это тебе хорошо. Ты ж, оно того, женатый… – печально вздохнул Святослав, а затем подобрал ставший бесхозным цеп.

В его руке это оружие смотрелось почти как детская игрушка, но попавшим под удар трех-четырехкилограммового груза было бы вовсе не весело. – А я, дык, как к продажным девкам зашел раз всего один-единый, так сразу того… вампиров-диверсантов вспомнил, тудыть их в качель. Тощие, бледные, холодные, и высосали все… совсем все жалованье. Эх, ну вы это… Посторонись, морды нерусские! Дык зашибу!

Чуть-чуть оклемавшийся от магического истощения Святослав встряхнулся, как пес, и бросился вслед за абордажниками, рассчитывая на собственную немалую физическую силу и выдаваемый в армии каждому одаренному артефактный щит, способный выдержать одну-две атаки, смертельные для обычного солдата. Передвижное укрепление всей своей тяжестью навалилось на плечи оставшегося в одиночестве целителя, невольно крякнувшего от натуги.

– И откуда у некоторых людей такая тяга к ближнему бою? – спросил неизвестно у кого Олег Коробейников, поднимая глаза к небесам. Правда, в настоящий момент облака ему заслоняли две плотно прижавшиеся друг к другу оболочки воздушных судов, в основе своей являющихся самыми обычными дирижаблями. Пусть даже и улучшенными при помощи магии в достаточной степени, дабы при нужде некоторое время парить при полном отсутствии громадного мешка, наполненного горячим воздухом. – Подстрелить противника издалека если и не проще, так, по крайней мере, гораздо чище!

В качестве доказательства своих слов он на секундочку высунулся из-за большого ростового щита, украшенного рунами, а затем уверенно навел ствол невероятно громадного револьвера на какую-то пеструю личность на мостике вражеского корабля. Оная персона была облачена в состоявший чуть ли не из одних только заплаток халат, но зато довольно уверенно наводила на скопление русских абордажников ствол вращающегося на специальной подставке фальконета. Младший родич пушки мог оказаться заряжен как снарядом, так и картечью, но проверять это на шкурах бойцов Коробейникову не хотелось. Ведь ему же их потом и штопать, другого мага-целителя в настоящий момент на корабле «Воздушная танцовщица» просто нет! Правда, вторыми по старшинству и магической мощи офицерами после капитана являются священник и некромант…

Олег уверенно, как на стрельбище, совместил дуло оружия с целью и нажал на спусковой крючок. Тяжелая зачарованная пуля с неуловимой глазом скоростью рассекла воздух и, столкнувшись с вставшей на ее пути мерцающей преградой, отрикошетила в неизвестном направлении. Недовольно поджав губы, парень выстрелил по все той же прикрытой магическим щитом цели оставшимися в револьвере двумя патронами. Ни разу не промазал, но результата так и не добился. Защита у облаченного в экстравагантный халат человека по надежности превосходила среднестатистический рыцарский доспех со стандартным рунным зачарованием. Тот Олегу хотя бы поцарапать получилось.

Фальконет хлестнул по толпе сражающихся не вульгарным свинцом, а волной угрожающего багрово-черного пламени. И огонь, имеющий явно колдовскую природу, поражал свои цели избирательно. От членов экипажа атакованного корабля он словно отшатывался в стороны, оставляя после себя на память максимум парочку легких ожогов, а вот не меньше десятка русских солдат сгорели в нем заживо, словно соломенные чучела. Никакие защитные амулеты не спасли от действия вражеских чар, оказавшихся неожиданно эффективными.

– Мерде вонючее! – выругался стоявший недалеко от Олега капитан «Воздушной танцовщицы». Но двуязычной бранью потомственный дворянин в черт знает каком поколении, с примесью французской крови, не ограничился: ведь он все же носил звание младшего магистра магии воздуха… С вытянутой вперед руки аристократа сорвалась толстая и ослепительно-яркая молния, которая ударила в спешно перезаряжающего фальконет человека… И тот с воплем провалился куда-то на нижнюю палубу. Чары расплавили орудие и испепелили доски вокруг своей цели, но с обладателя пестрого халата они стекали, словно с гуся вода.

– Разрази меня Господь! – ахнул крупный мужчина в обманчиво простой на вид темной рясе священника и схватился за массивный золотой крест, свисающий с шеи. – Андрэ, чтоб я сдох, да на этой лоханке никак абсолютный щит у кого-то завалялся!

– Да навряд ли, дядя, – засомневался капитан «Воздушной танцовщицы», не став тем не менее опровергать слова своего старшего родственника, – он же стоит больше, чем десять таких посудин. Скорее всего, это просто какой-то хитрый трюк… Контрабандисты на такие вещи мастера, а перед нами именно контрабандисты. На их корабле пушек же почти нет, эти макаки желторожие на одну лишь только скорость надеялись.

Подавляющую часть экипажа взятого на абордаж судна действительно составляли азиаты, но, по мнению Олега, это еще ни о чем не говорило. Поскольку «Воздушная танцовщица» вторую неделю как была переведена в Сибирь, а если быть совсем уж точным – на Дальний Восток[4]4
  Исторически в состав Сибири включали всю территорию России от Уральских гор до Тихого океана. Обособление отдельных ее частей произошло много позднее, в связи с нарастанием экономических и административных различий. Проще говоря, когда чиновники расплодились и стали для своего прокорма новые учреждения организовывать.


[Закрыть]
, то Коробейников уже как-то привык видеть вокруг себя разнообразных бурятов, калмыков, татар, китайцев, корейцев… чукчей, в конце концов. Выходцев из европейской части России у побережья Тихого океана не то чтобы совсем не было, просто на каждого такого приходилось по десятку представителей местного коренного населения либо потомков эмигрантов откуда-нибудь из близлежащих стран.

Спрятавшись за свой щит, имеющий шансы выдержать даже попадание из мелкокалиберной артиллерии, Олег сноровисто перезаряжался. Однако сильно он все-таки не спешил, давая возможность другим как следует показать себя в этом бою. В том, что завершится он победой русского воздушного флота, Коробейников почти не сомневался. «Воздушная танцовщица» просто была больше пойманного при пересечении границы судна почти в два раза. И, следовательно, имела более многочисленный экипаж. Да и по выучке служащие на корабле люди почти наверняка превосходили невезучих правонарушителей. Основной костяк команды составляли бойцы, выжившие в мясорубке западного фронта, на котором русская армия дралась сразу и с поляками, и с австрийцами. Немногие исключения, вроде улетевшего за борт крикливого матроса, просто возмещали неизбежные при крупных сражениях людские потери.

Палуба содрогнулась, когда всего в паре метров от Олега в нее вонзился меч. Нет, даже не так. МЕЧ! Здоровенная согнутая, сплющенная и заточенная до остроты бритвы полоса кроваво-красного металла по размерам лишь чуть-чуть уступала росту человека. Что было хуже всего – вокруг рукояти явившегося как из ниоткуда оружия медленно проявлялась вполне соответствующая ему по габаритам рука. Мускулистая, покрытая мелкой алой чешуей, с торчащими из нее короткими шипами. На палубе «Воздушной танцовщицы» пытался воплотиться самый настоящий демон. И призвал его явно не кто-то из членов экипажа, не было среди них таких талантов.

– Отец Федор! – отчаянно заорал Олег, обращаясь к лицу, ответственному за душевное здравие команды, противодействие силам Зла и благонадежность военных перед лицом службы внутренней безопасности, которую и за глаза, и в лицо называли царской охранкой. Хотя это и было в корне не верно. Охранка-то – императорская. – Алярм! Демоны!

– Да вижу, вижу. И нечего так вопить, эта тварь все равно еще почти минуту воплощаться будет. – Отец Федор неспешно подошел к постепенно обретающему плоть монстру. По силе он своему племяннику несколько уступал и по табелю о магических рангах, учитывающему священнослужителей наряду с любыми другими чудотворцами, на степень младшего магистра претендовать не мог. Зато вот опыта у него было – хоть отбавляй. – Пожалуй, я одолжу у тебя эту штуку, сын мой. Во имя Господа, разумеется.

Связка динамита покинула карман Олега и перекочевала в руки корабельного капеллана так быстро, что глаз едва смог бы за ней уследить. Отец Федор разделил ее на две неравные части. Большую спрятал куда-то в глубины своей рясы, а меньшую окружил чем-то вроде сияющего пузыря и направил туда, где уже формировалась голова пятиметрового демона, прикрытая не то костяной каской, не то наросшей поверх кожи роговой броней. До того момента, как монстр из иного плана реальности полностью окажется в этом измерении, он был неуязвим для практически любой угрозы… Но священник как раз и являлся одним из тех немногих, кто знал, как доставить ему неприятности. Взрывчатка достигла шеи чудовища и словно прошла сквозь нее. Плоть не проявила на себе никаких повреждений, динамит канул в нее как камень, брошенный в болото.

– Аминь, – на всякий случай сказал Олег, поскольку в битве с таким противником помощь высших сил пришлась бы очень кстати. Однако, как, впрочем, и всегда, небеса не спешили прийти ему на помощь. То ли не считали его достойным оной, то ли думали, будто данный человечек и без них прекрасно справится, то ли просто не слышали. – Блин…

Громадное тело демона, лишенное головы, рухнуло на палубу. Взрыва как такового не было – ударная волна оказалась почти полностью поглощена плотью твари, брызнувшей во все стороны кипящим дождем. Причем отца Федора исходящие вонючим дымом капли по какой-то причине огибали, не забрызгав ему даже краешек рясы, а вот на целителя их рухнуло довольно много. Достаточно, чтобы активировался артефактный щит, создав непроницаемую пленку, на какую-то долю секунды задержавшую всю эту мешанину мяса и крови в воздухе… А потом уронившую не меньше ведра демонического фарша прямо на своего владельца. Потоки омерзительного на вид, вкус и запах месива облепили голову Олега, потекли по его одежде, залились за шиворот.

– Блеск. До кучи эта дрянь еще и немного ядовита, – оценил свои ощущения целитель, прислушавшись к подаваемым организмом сигналам. Для обычного человека подобный душ закончился бы если и не смертью, так по крайней мере длительной тяжелой болезнью. А вот мага, специализирующегося, помимо всего прочего, на манипуляциях с собственным телом, контакт с кровью порождения нижних планов всего лишь грозил наградить волдырями, которые будут жутко чесаться. Хорошо хоть сойдут быстро – он мог просто срезать пораженные места, обезболив чарами, а потом нарастить поверх ран здоровую кожу и мясо. – Ну, по крайней мере драка, кажется, подходит к концу.

С нижних палуб испуганно заорали артиллеристы, на несколько голосов разом выкликивая корабельных инженеров или иных каких техномагов, дабы они расправились с проклятым големом. Олег со скрипом и скрежетом подвинул свое передвижное укрепление к краю палубы и бросил осторожный взгляд вниз, чтобы понять причину их паники. Трехметровый бронзовый паук, покрытый прихотливыми узорами из цепочек восточных иероглифов, полз по борту «Воздушной танцовщицы», с истинно механической скрупулезностью выпуская в каждый пушечный порт струю фиолетового и явно не полезного для здоровья газа. Чуть поднапрягшись, боевой маг второго ранга потянулся всей своей сутью к вцепившемуся в дерево магическому роботу. Ощутил, как пульсирует в его металлическом теле энергия, распределяясь между разнообразными органами, выполняющими свои функции по большей части за счет пропитавшего их волшебства. И внес изменения в происходящие внутри голема процессы.

– Стой! Стой, гадюка! Запрещаю! – Как оказалось, Олег ломился в открытую дверь: со всей дури приложился плечом в косяк там, где достаточно было слегка толкнуть ладошкой. Если на западном фронте боевую технику старательно защищали от освоивших техномагию противников, способных взять чужого магического робота под контроль, отключить, парализовать или просто внести помехи в его работу, то дальневосточные контрабандисты подобным явно не заморачивались. Брюшко бронзового паука вспучило рванувшим внутри корпуса взрывом, превращающим сложное изделие в груду высокотехнологичного металлолома, когда сдетонировали спрятанные где-то внутри боеприпасы. Остатки агонизирующей машины не смогли удержаться на обшивке небесного корабля и рухнули вниз. – У-у-у, проклятье! В этой штуке же одной только меди килограммов сорок было!

Боевой маг второго ранга не смог сдержать разочарованного стона от потери любопытного образчика зарубежной технической мысли, годящегося если и не для собственного использования, так по крайней мере на запчасти и прочее вторсырье – копаться в механических потрохах ему нравилось куда больше, чем в истекающих кровью кишках. Искусственные пациенты и выглядели изнутри приятнее, и подождать недельку до появления нужных запчастей или инструментов могли, и редко когда пытались в частично демонтированном состоянии покинуть место своего пребывания, дабы кем-нибудь перекусить. Не то чтобы Олег сильно огорчался тому факту, что его понимание принципов работы живых организмов и возможность манипуляции ими при помощи магии как-то сами собой стали достаточными, дабы он мог частично игнорировать факт гибели тела, с которым работал. Однако бегать по очень маленькому помещению корабельного лазарета от свежеподнявшегося трупа, чья реанимация пошла как-то не так, было совсем не весело.

Число участников сражения, остающихся на ногах, значительно сократилось. Теперь в нем участвовало лишь около сотни представителей человеческой расы или нелюдей, которых можно было по абсолютному большинству параметров приравнять к таковым. Над людскими головами возвышался пяток смугловатых гигантов, чем-то напоминающих лицами кошек, и около трех десятков автоматронов из судовой команды «Воздушной танцовщицы». Оживленные магией механизмы, являющиеся чем-то средним между роботами и големами, с каждым ударом оставляли после себя по трупу, а то и не по одному. Громадные мечи, топоры и молоты, весящие иной раз под сотню килограммов, превращали человеческие тела в кучку кровоточащего фарша, а стальные корпуса автоматронов густо покрывали потеки крови. Впрочем, машины хотя и были сильны, но оставались уязвимы. Удар, нанесенный в правильную точку способным пробить их броню оружием, выводил автоматрона из строя столь же надежно, как человека – тяжелая рана. А если с точностью удара были проблемы, то заменять ее следовало солидной огневой мощью, превращающей человекообразный механизм в безжизненную груду обломков.

Битва кончилась, и вот тогда-то на Олега проблемы и навалились. От целителя, единственного, если отца Федора и пары санитаров не считать, требовали всего и сразу. Остановить кровь, сомкнуть рану, вытащить засевшую в мясе пулю, остановить стремительно распространяющийся по венам яд, заправить в живот вывалившиеся кишки, пришить обратно оторванную конечность, воскресить друга, только-только переставшего дышать, но почему-то уже успевшего остыть до комнатной температуры… Впрочем, чудес в лазарете «Воздушной танцовщицы» так и не случилось. Мертвые остались мертвыми, а калеки – калеками.

Стационарные медицинские артефакты и зелья значительно расширяли возможности мага второго ранга, беря на себя поддержание простейших заклятий или временное выполнение некоторых функций травмированных организмов. Однако всемогущим они его отнюдь не делали, исполняя лишь роль поддержки при целителе и снабжая и его, и пациентов специальным образом обработанной и оттого относительно легко усваиваемой магической и жизненной энергией. Создать нечто более эффективное в принципе было возможно. В особом опечатанном шкафу даже хранилась аптечка, предназначенная исключительно для командного состава и способная вернуть того же Андрэ или Федора чуть ли не с того света. Вот только трогать ее Олег без соответствующего повода права не имел под страхом уголовной ответственности, предусматривающей в качестве меры наказания в том числе и смертную казнь. Стоимость закрытых под замком препаратов намного превышала ценность обычного солдата или даже какого-нибудь ведьмака-прапорщика. Им, в случае получения не устранимых обычными способами повреждений, инструкции предписывали лечиться за свой счет либо отправляться в отставку. Или подвергнуться эвтаназии.

Когда спустя почти час Олег освободился, чуть ли не на треть истощив корабельные запасы медикаментов, то, подволакивая ноги, потащился на захваченное судно. Не затем, чтобы облегчать страдания взятых в плен заключенных – до таких высот гуманизма обитателям этого мира было дальше, чем щуке до акулы. Просто призовая партия, сейчас обыскивающая трофей в поисках всего ценного, перед тем как увести его на базу, в лазарет так и не явилась. А их мелкие царапины, на которые накачанные адреналином люди поначалу просто не обращали особого внимания, лучше было обработать до того, как те дадут осложнения.

– Стоять, больной! – отловил он первого из этих живчиков, шастающего между палубами по перекинутому мостику туда-сюда и не замечающего, как куртка на его спине медленно пропитывается кровью. – Под лопаткой болит? Болит! Ну ничего, больше не будет. Еще на что-нибудь жалуетесь?

– Да, доктор, – кивнул матрос. – Нас всех сослали в Сибирь! И тут зверски холодно!

– Тоже мне нашел проблему… – хмыкнул Олег, по достоинству оценив сомнительный образчик армейского юмора. И ответив на него юмором еще более черным: – Мерзнешь – сигани за борт вниз головой. Если верить отцу Федору, то самоубийство автоматически отправит твою душу туда, где всегда тепло. Я бы даже сказал, там адски жарко.

Когда Олег Коробейников узнал, что его вместе с еще несколькими тысячами неудачников отправляют в ссылку, конечным пунктом которой станет один из маленьких сибирских гарнизонов, то расстраиваться не стал. Нет, умом парень понимал, что пребывание в удаленной от цивилизации крепости совсем не сахар. Если уж даже местные жители считают эти края безумно суровыми, неприветливыми и смертельно опасными, то он как дитя иного мира, так до конца и не привыкшее к сословному строю, жестоким законам, наплевательскому отношению к человеческой жизни и повсеместному распространению могущественного волшебства, там вообще взвоет волком. Может быть, даже волком-оборотнем.

В числе немногочисленных пожитков Олега имелся хрустальный сосуд, содержимое которого в случае употребления вовнутрь гарантировало повышенную силу, ловкость, выносливость и регенерацию вкупе с интригующими возможностями трансформации собственного тела. Правда, в комплекте с ними шли обильная лохматость, зависящие от фазы луны и степени сытости приступы агрессивности, некоторое снижение критичности мышления, невозможность дальнейшего магического роста и абсолютная стерильность. Однако же сдать на хранение генетический материал стоило не так уж и дорого. Официальное свидетельство колдуна второго ранга, а данный уровень являлся потолком развития для большинства одаренных, Коробейников тоже уже давно получил. А с прочими недостатками ликантропии можно было и смириться, ведь имелись неплохие шансы на то, что коренная перестройка организма избавит парня от страшных увечий, которые получил еще истинный владелец его тела. Тот, кто совершил сделку с темными силами, решив при помощи вызванного демона переселить свою душу в иной сосуд, а на свое место запихнуть кого-нибудь другого. Впрочем, надо было признать, у использовавшего фамильную реликвию юного чернокнижника имелись весомые аргументы, дабы пойти на столь рискованный шаг.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Поделиться ссылкой на выделенное