Влад Поляков.

Безликий. Возрождение



скачать книгу бесплатно

– Номер третий, – менторским тоном вещал Тень. – Имя сего субъекта знает лишь он сам, да оно ему не слишком и требуется. В этом он чем-то схож с подобными нам. Известен в знающих кругах под прозвищем Палач, полностью его оправдывает.

– Надеюсь, хоть этот не пидор, или я все же зря питаю столь несбыточные иллюзии?

– Да в общем нет, – как-то неуверенно промямлил мой собеседник. – Мальчиками он не интересуется, но и девочками тоже. Ловит кайф исключительно от зрелища пыток, причем предпочитает сам заниматься этим ремеслом. Несмотря на столь омерзительное увлечение, а скорее даже благодаря ему, добился весомых успехов в области ритуальной магии. Написанный им трактат на тему об аспектах жертвоприношения и значимости ритуальных ножей не только поднял его в верхушку Ордена, но и заставил обратить на себя внимание церковных иерархов с самой вершины властной пирамиды.

Я задумчиво посмотрел на те самые ритуальные стилеты. Так вот кто является их создателем! Учтем, непременно учтем, человек я не злопамятный, просто злобный и на память не жалуюсь.

– Кстати, ты ведь помнишь тот самый жертвенник, на котором убили твою подружку? – продолжал Тень. – Так вот эта вещичка – шедевр его творческой мысли. Не знаю, да и не особенно стремлюсь узнать принципы его функционирования, но работает на ура во благо их Ордена. Многие так называемые грешники и еретики, чья вина была лишь в том, что они не захотели служить их церкви, умерли на этом камне. Удивительно лишь то, как это он допустил, чтобы его любимое творение притащили сюда. Загадка…

Ну, меня эта загадка в душе не… колышет, и так проблем хватает. Зато с каким бы удовольствием я бы приковал этого изобретателя к его собственному творению и прирезал бы по всем разработанным им же правилам. К сожалению, это только мечты. Делать мне больше нечего, как тащить эту тяжеленную хреновину в тот зал, где сейчас обитает этот самый Палач.

Тень же, до сей минуты так вдохновенно описывающий прелестные типажи местных «авторитетов», неожиданно замолк, словно кляп проглотил.

– Что умолк, приятель? Вспомнил что-то особо омерзительное или просто надоело про уродов рассказывать?

– Вспомнил… Особо омерзительного типа, патентованного иуду, готового вилять хвостом перед теми, кто больше заплатит. С этой паскудой я был когда-то знаком лично, причем считал его одним из своих друзей. Мэрдок! – Тень выворачивал наизнанку самые болезненные нарывы воспоминаний, впервые упомянув о своей прежней жизни. – Мне бы и в голову не пришло, что он способен продать тех, кто не раз спасал его шкуру от множества неприятностей. А он сдал меня с потрохами… Не за деньги и не из страха за свою шкуру, так низко он не опустился. Его поманили высоким положением, славой, новыми возможностями. Оказавшаяся с гнильцой душонка не выдержала соблазнов. Внимательно присмотрись к этой физиономии, я прошу тебя об этом!

Стыдно было не исполнить столь несложную просьбу того, кто уже не раз помог мне в трудных ситуациях, поэтому я пристально вгляделся в соткавшееся в воздухе изображение.

Ничем не примечательное лицо. С таким легко уходить от слежки, теряясь в толпе или же напротив – вести пристальное наблюдение, будучи уверенным в своей незаметности. Выделялись только глаза: хитрые, прощупывающие собеседника. Они словно давали понять: «Что ты можешь предложить мне за услуги? Поторгуемся. В том случае, если цена меня устроит, то я готов сдать с потрохами своих нынешних хозяев». Хотя не исключено, что мне это только привиделось после рассказа Тени об истинной сути этого ссученного прохиндея.

Над моей головой захлопали крылья… Это каменная статуя горгульи таким образом пыталась привлечь к себе внимание с максимально возможной деликатностью. Я не слишком понимал, что бы это могло значить, но Тень понял и сразу же зачастил скороговоркой:

– Сюда идут. Гости, мать их так через тридцать три оборота до характерного щелчка! До чего же не вовремя они нагрянуть решили. Если я еще не выжил из ума, то это как раз Палач приперся за своим инвентарем с двумя телохранителями. Выпускать их живыми нельзя ни в коем случае, да и допустить его к жертвеннику тоже не рекомендуется. – Я рефлекторно потянулся к оружию, но Тень охладил мой резкий порыв: – Не торопись, пара минут у тебя еще есть.

– Что, похоже, появился хороший шанс сократить число руководителей местного кагала до пяти штук, не так ли? – усмехнулся я, снимая пистолет с предохранителя. – И еще… Почему ты считаешь опасным подпускать Палача к жертвеннику? Неужто при малейшем признаке опасности выпотрошит на нем своих песиков?

Судя по многозначительному молчанию, мой приятель считал именно так. Впрочем, почему бы и нет, особенно учитывая один из тезисов церковников: «Все во имя торжества веры». Добавлю лишь, что собственные шкуры они никогда не подвергают риску, предпочитая кидать в топку свои многочисленные стада агнцев, да и в случае необходимости – функционеров низких уровней. Хорошо, примем как одну из обязательных установок необходимость прикончить Палача, не дав ему даже взглянуть на жертвенник. Или нет, пусть он его увидит, несколько расслабится и потеряет бдительность. Тогда я его и прищучу. По крайней мере, хочется надеяться на такое развитие событий.

Как известно, благоприятное стечение обстоятельств бывает лишь у тех, кто заранее планирует свои действия, подгоняя их под желаемый исход событий. Вот из этого и будем строить планы, жаль только, времени все меньше и меньше.

Итак, что нам нужно для создания фактора внезапности при нападении на Палача? Затаиться в самой комнате с жертвенником – предел идиотизма человеческого. Я не настолько не уважаю своих противников. Палач, перед тем как зайти в комнату самому, непременно пошлет впереди себя одного из своих песиков, дабы тот при неблагоприятном стечении обстоятельств послужил неким громоотводом от неприятностей.

В том, что мне удастся отвести глаза сразу трем типам, один из которых владеет магией на весьма приличном уровне, надеяться тоже не приходилось. Было бы время, проделал бы в стене меж комнатами дыру, да шмальнул бы в спину святоше, вызвав смерть от естественных причин. Что может быть естественнее передозировки свинца в организме? То-то! И никаких глупостей наподобие благородных поединков один на один.

Стоп, а это действительно хорошая идея! Ведь сейчас мы находимся не в обычной реальности, а в ее искаженном состоянии. Оно, состояние то есть, пересекается то ли с магическим пространством, то ли еще с какой хренотенью. Подумать о теоретических аспектах можно и потом, когда окружающая атмосфера будет располагать к философским рассуждениям. Лучше уж обратить пристальное внимание на практические акценты. Они-то как раз и могли помочь в нынешней ситуации.

Я великолепно помнил, каким именно образом Тень вытащил меня из наглухо замурованной комнаты, открыв портал перехода. Так почему бы и сейчас не соорудить нечто подобное? Мысленно потянувшись к его разуму, я выдвинул это конструктивное предложение. В ответ раздалось одобрительное ворчание:

– Вот так всегда. Как сделать что серьезное, так без меня и не обойтись. Хотя ты прав, задумка стоящая. Будь он хоть трижды маг, но сомневаюсь, что ему придет в голову ожидать нападения в столь экзотическом варианте. Единственная возможная трудность – вариант, когда он будет находиться под каким-нибудь магическим щитом. Простой пулей такую броню не прошибить, не для того она разрабатывалась.

Впрочем, возражать он не стал. Вновь присоседившись к моему сознанию и выйдя таким образом на необходимый энергоуровень, Тень начал формировать столь необходимый сейчас портал. Да, магическая броня – вещь действительно неприятная, может серьезно помешать осуществлению намеченного внезапного нападения. Кактус бы ему в штаны, этому Палачу, дабы все его внимание было привлечено выдергиванием колючек из чувствительных мест организма! Мои мысли сами собой соскользнули на мелкие пакости… Как ни странно, но именно там и нашлось решение неожиданно возникшей проблемы. Так что я легко и спокойно соорудил с помощью Тени маленький, но очень неприятный для непрошеных гостей сюрприз.

Портал был уже благополучно сформирован, а вдобавок и скрыт от излишне любопытных взглядов с той стороны. Мне же было прекрасно видно все происходящее в соседней комнате. Хорошо сижу, далеко гляжу. Ну, не столько далеко, сколько пристально, но не суть как важно.

Сейчас я приготовился открыть огонь сразу из двух стволов: моего «стечкина» и кольтовского револьвера с укороченным дулом, что я получил в качестве трофея с одного из пыточных дел мастеров. Шпага, сотворенная Тенью буквально из ничего, из куска дрянного железа, лежала неподалеку на случай вполне вероятной рукопашной схватки. Поразительно даже. Или он не сотворил ее с нуля, а вытащил что-то из своих собственных запасов? Такой вариант возможен? Да более чем!

Ладно, это тоже потом можно будет прояснить. Потом, потом, потом… Невидимый маятник в голове щелкал, отсчитывая последние секунды.

* * *

– Они уже за дверью, – свистящий шепот Тени разорвал сгустившуюся тишину, словно противопехотная мина зазевавшегося бедолагу.

И точно, в распахнувшуюся от молодецкого пинка дверь влетел ражий детина со «Штейер ТМП» в руке, который, не иначе как для профилактики, выплюнул струю свинцовых пуль, веером накрывших все пространство комнаты. Грамотно, ничего не скажешь, чувствуются ухватки бойца, не один год служившего в частях специального назначения. Обычному армеуту несвойственна такая хищная грация и чувство разумной паранойи, да и машинку он себе подобрал приличную. Компактная игрушка, из разряда носимых под курткой, но обладающая неплохой точностью, высоким темпом огня и магазином на сорок пять выстрелов.

Хорошо, просто отлично! Не обнаружив ничего опасного – по его искреннему, но ошибочному мнению, – мордоворот хитро прищелкнул пальцами свободной руки. Э, дитятко, шифроваться от фраеров будешь, я такие жесты знаю великолепно – обычная армейская жестовая азбука. Данный же вариант означал, что все спокойно и можно заходить в помещение. Спустя пару секунд порог переступила личность, не так давно наблюдаемая мною на показательном показе врагов, устроенном Тенью. Палач собственной персоной, пока еще живой! Искренне надеюсь, что это недоразумение будет исправлено в самом скором времени.

Ну давай, скотина ты моя разлюбезная, сделай еще один ма-ахонький шажок внутрь комнаты! Надо же тебе воочию удостовериться в целости и сохранности столь ценного имущества. Не холуев же посылать, они наверняка в высоких материях не в зуб ногой. Нет, гадом буду, но интуиция у него развита неплохо, чует какую-то бяку, вот только обосновать не может.

Как выражался один известный классик, «на его лице отражалось нешуточное борение». Или же можно выразиться гораздо более приземленно: «И хочется и колется!» – размышлял зоофил, поглядывая на спешащего по своим делам ежика. Нет, со мной так всегда, только лишь наступает самый напряженный момент – в голову сразу лезут абсолютно неуместные мысли, до предела насыщенные черно-похабным юмором.

Есть!!! Я ж тебе почетную медаль выдам в два пуда весом. К ногам и в речку! Объект моего пристального внимания все же решился сделать столь необходимый мне шаг. И жадность фраера сгубила. Ну, пока еще не сгубила, но неприятностей доставила ой как немало. Телохранитель Палача конечно же не обратил ни малейшего внимания на каменную горгулью со злобно оскаленной пастью, распростершую крылья над дверью. И хорошо, что не обратил. Теперь она беззвучно рухнула вниз, накрыв своим массивным каменным телом избранную мной жертву и вцепившись в нее мертвой хваткой не хуже бульдога и пираньи в одном флаконе. Я говорю «она», хотя вряд ли можно применить это слово к куску камня, лишь с помощью магии превращенного в своего рода голем на ничтожный промежуток времени.

– Добей! – заорал Тень, в чьем вопле причудливо смешались радость от удачно проведенной каверзы и опасение, что Палач все же сумеет оправиться от этого удара.

Ну, это он напрасно. Даже если магический щит и помог Палачу выжить, то долго ему придется освобождаться от вцепившейся в организм всеми когтями и зубами горгульи. Мало того, сделав свое благое дело, статуя вновь превратилась в безжизненную каменную глыбу. Так что я предпочел загнать пару пуль в не слишком сообразительную голову телохранителя, который не придумал ничего лучшего, чем опустошить магазин «Штейера», выбрав в качестве мишени многострадальную статую горгульи. Метнувшийся обкуренным бегемотом на звук выстрелов второй сопровождающий Палача, ранее дежуривший в коридоре, также получил достойную награду. Я с большим удовольствием прокомпостировал ему односторонний билет на небеса, в столь дорогую его сердцу компанию ангелочков с арфами.

Однако! И ни фига себе, сказал я себе… Находящийся в тесных, но недружественных объятиях статуи церковник был к моему изрядному удивлению не только жив, но и практически невредим. Именно сей факт Палач и попытался продемонстрировать.

Невнятная фраза, судя по всему, послужила активатором заранее подготовленного заклятия, и в мою сторону полетела развернутая по площади сеть. Отмечу, что сеть не простая, а сотканная из энергии и способная разрезать не хуже лазерных лучей. Я сам не смог бы отразить этот удар, но сейчас мое сознание было слито в единое целое с Тенью, а значит, я-он великолепно знали повадки подобного оружия.

Останавливать грубой силой несущуюся на тебя лавину? Грубо и требует больших усилий. Отклонить ее в сторону намного легче, но можно еще и обратить чужую силу себе на пользу. Силы на это требуется ничтожно мало, нужен только большой опыт и доскональное знание того, как именно устроено направленное против тебя заклятие.

Готово. Вектор движения, заданный изначально, сменяется на противоположный, а заодно меняется и сама энергетическая составляющая. Со злорадным удовлетворением наблюдаю за разгорающимся в глазах церковника страхом при виде того, как против него повернули собственное оружие. Он лихорадочно пытается сплести новый слой защитных чар, но уже поздно. Сеть добралась до него, безжалостно вбив обратно в глотку зарождающийся вопль от невыразимой боли. Острейшие нити режут как самого церковника, так и придавившую его каменную статую, оставляя невредимой лишь голову. Не знаю зачем, но я-Тень считает, что она еще ой как пригодится.

Глава 8. Второй виток спирали

Иногда и примитивнейшая арифметика может доставить несколько приятных мгновений. Не верите? Шесть минус один равно пять, то есть шестерка врагов подсократилась в количестве на одну штуку. Причем уничтоженный экземпляр был очень значим для оставшихся, без его знаний ритуальной магии им конкретно поплохеет. Я приблизился к мелко нарубленному мясу, в которое превратился любитель жертвоприношений после тесного знакомства с собственным боевым заклятьем, и подобрал единственный сохранившийся фрагмент святоши – голову.

– Бедный Йорик! Я знал его… Тень, на хрен нам нужна его башка, или ты решил собрать коллекцию черепов? Так с ней ничего не случится, красть такое сокровище никто не будет. Да и нет здесь никого, кроме остатков монасей.

Только я собрался выбросить этот бесполезный трофей куда подальше, как меня остановило возмущенное брюзжание Тени:

– Шило у тебя в одном месте, друг мой чрезмерно торопливый. Вечно торопишься избавиться от ненужных на твой взгляд вещей, вместо того, чтобы как следует подумать о предстоящих действиях. Вот скажи мне на милость, каким образом твоя героическая персона собирается взламывать защиту, которой оставшиеся члены Ордена окружили зал, в котором засели? Кстати, это нужно сделать быстро, а то эти экспериментаторы все-таки нашли возможность взломать барьеры ирреальности. Прорвутся обратно в привычный мир и разбегутся кто куда, лови их потом…

Ловить их действительно неохота, особенно учитывая тот факт, что мир большой и укромных мест в нем достаточно. А счеты у меня к ним серьезные. До такой степени, что расплатой по ним может послужить лишь смерть должников. И похоже, не только у меня, но и у Тени… Вот только никак не могу понять, как он собирается взламывать защиту с помощью отрубленной головы? Разве что использует в качестве тарана крепкую лобную кость покойного иерарха Ордена.

– Так что посоветуешь с этой радостью патологоанатома делать? – трагически вопросил я, подкидывая башку святоши к потолку и вновь ловя ее. – Если ты хотел зомби сварганить, то для этого материала маловато будет.

– Эй, не порть инвентарь, а то он совсем товарный вид потеряет! Лучше возьми-ка свою бритву, как самый остро заточенный из имеющихся у тебя ножей, да поработай в качестве пластического хирурга. – Видимо, на моем лице отразилось нешуточное недоумение, поскольку Тень сразу же добавил: – Аккуратненько так сними с его черепа шкурку, только лицо не повреди. Излишне сооружать зомби, он толком разговаривать не может, да и потом все равно тебе придется идти рядом с ним. Засекут. Тебя они помнят, будь уверен! Лучше уж по моему варианту, сам оценишь.

Хм, ничего себе пироги с кактусами! Ежику понятно, что мне предлагается нацепить на себя чужое лицо в качестве маски. Судя по спокойному, абсолютно будничному тону Тени, ему эта процедура знакома до мельчайших подробностей.

Интересно, кем же он был раньше, до того как стал духом непонятного вида? Погрузившись в размышления по столь интригующему вопросу, я и не заметил, как мясницко-хирургическая работа подошла к логическому завершению. У меня в руках аморфной массой свисало то, что раньше было лицом одного из иерархов Ордена.

Признаюсь честно, не самое приятное ощущение – держать в руке эту окровавленную горячую маску. Такое тепло не согревает. Напротив, уже через минуту ты чувствуешь промозглый холод, пробирающий до костей. Передернувшись от нахлынувшей эмоциональной волны, я раздраженно отфутболил отход производства, то есть окровавленный череп, в угол комнаты, поближе к другим телам. Пора было надевать маску, но я никак не мог решиться… Наверняка было бы легче прикрыть глаза, когда я стану примерять на себя чужое лицо, но не привык я отворачиваться от реальности, сколь бы шокирующей и неприятной она ни была.

Прикосновение мертвой плоти, еще совсем недавно бывшей неотъемлемой частью другого человека и должной стать частью меня, пусть и на недолгое время – таких ощущений можно пожелать только злейшим вратам. Повинуясь странной, непонятно-противоестественной магии Тени, мертвая кожа словно тысячами рыболовных крючков вцепилась в мое лицо, сливаясь с ним в одно целое, приобретая живой вид. Теперь этот «протез лица» уже не доставлял никаких неудобств, за исключением чисто психологических, которые вполне можно было перетерпеть. Хочется верить, что сниму я его с такой же легкостью, как и надел.

– Тень, а снимается этот карнавальный антураж без проблем? – задал я столь мучающий меня вопрос.

– Конечно. Это же не истинное лицо, а простая маска, усовершенствованный театральный грим. А насчет неприятных ощущений не беспокойся, в первый раз это обычное явление. Потом даже привыкнешь, будешь находить в этой процедуре некоторые приятные моменты, раза эдак с десятого, – поделился мой приятель собственным опытом. – Да и твоя собственная физиономия станет более пластична, так что некоторые, не столь уж значительные изменения, ты сможешь осуществлять и без использования вспомогательного материала. Уж я знаю, что и как…

Почему-то я ему верю. Таким личностям, как Тень, вовсе не требуется бить себя ногой в грудь и доказывать свою неимоверную крутость. Те, кто делает это, в девяносто девяти случаях из ста жалкие позеры, пытающиеся за потоками брехни скрыть многочисленные комплексы, в том числе и неполноценности.

Так, например, умеющий профессионально убивать никогда не будет кричать об этом на всех углах. К чему? И дело здесь даже не в пресловутом законе, а в нежелании профессионала лишний раз светить себя на людях. Sapiente sat… Знающий поймет и так, а остальным вовсе необязательно быть в курсе.

* * *

– И куда сейчас? В зал, где греют свои ожиревшие задницы оставшиеся члены Ордена? – было высказано мной предположение относительно дальнейших действий.

– Именно туда, других вариантов не прослеживается. Впрочем, ты можешь и бросить это дело. Обещаю вывести тебя в привычный мир немедленно, но тогда достать наших врагов будет на порядок сложнее.

Ага, прям щаз! Нет ничего хуже, чем брошенная на полпути цель. Говорить что-либо было излишним, Тень и так почувствовал мое желание идти до конца. Как я понял, ни малейших возражений на сей счет у него не возникло.

К тому же я никогда не прощаю оскорбивших меня, а есть ли большее оскорбление, чем убийство одного их тех, кого ты считаешь своими. Окружающий нас мир временами сложен, но иногда и прост почти до примитива. Особенно это верно в случае отношения к людям, его населяющим. По моему субъективному мнению, впрочем, весьма логичному, окружающие нас люди делятся на три неравные категории:

– близкие нам люди, то есть друзья и родные. Таких очень и очень мало, но тем они нам дороже и ценнее. Их человек должен любить и защищать изо всех сил, используя все методы и средства;

– недоброжелатели и откровенные враги. Этих, к сожалению, значительно больше;

– остальные, то есть те, на которых вам плевать с высоты Останкинской телебашни, абсолютно посторонние вам люди. Самое лучшее – вежливый нейтралитет с использованием минимальных этических норм. Впрочем, некоторые из этой категории со временем переходят в первую категорию (реже) или во вторую (намного чаще).



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8