скачать книгу бесплатно
– Буду рада, – светло и открыто улыбнулась она. – И для друзей я Лора.
– Лив, – назвала я привычное мне сокращение.
– Марк, как несложно догадаться, – театрально шаркнул ногой мой неугомонный друг. – Премного рад и всё такое, надеюсь на долгое и приятное общение.
Всё бы ничего, но большую часть речи он адресовал не Лоре, а её фамильяру.
Ворон не проникся, промолчал и покосился на Маркуса с нескрываемым ехидством. Я была готова поклясться на бабушкиной тетради – эта птица не заговорит с Марком из чистой вредности. Просто так. Но уверять в этом друга было бесполезно. По крайней мере, сейчас. Вот через месяца три, когда первый пыл немного утихнет, можно будет вернуться к этой теме.
Общежития были смешанными. Лора уверенно направилась к самому дальнему от академии, мы, переглянувшись, последовали за ней. Ведьмочка явно знала больше нас. Скорее всего, здесь уже учился кто-то из её родных или друзей.
Неприветливый лохматый комендант на просьбу поселить нас с Лорой вместе молча протянул металлическую пластину и велел:
– По очереди прижмите сюда ладони. Замок магический, считает и запомнит ауру. Пятый этаж, комната пятьсот три.
– А можно и меня где-нибудь по соседству поселить? – поинтересовался Марк. – Мы с Оливией дружим с детства и привыкли держаться вместе.
– Пятьсот пятая, – пробурчал комендант, протягивая пластину. Едва мы отошли, вполголоса добавил себе под нос: – От молодёжь! Дружат они! А потом от такой дружбы жениться бегут, когда у подруг пузо на нос лезть начинает.
Марк насупился и замедлил шаг, явно собираясь развернуться и высказаться, но Лора успела вмешаться раньше, чем я. Подхватила его под руку и потянула к лифту. Уже там, когда двери с негромким шелестом закрылись и кабина неторопливо поползла наверх, проговорила:
– Не обращайте внимания. У эра Ричарда прозвище Ворчун. Но он вовсе не такой вредный, каким кажется. Самый лучший из комендантов!
– Поверим на слово, – кивнул Марк, понемногу успокаиваясь. – Хотя если он ещё что-нибудь скажет насчёт нашей с Лив дружбы, не обещаю, что сдержусь.
– А тебе не всё равно? – звонко рассмеялась ведьмочка. – От пустых слов вреда нет. А от сглаза и порчи я тебе оберег могу сделать. Пусть себе болтают люди – у тебя кости чище будут.
– А у болтунов – зубов поменьше, – буркнул Марк. – Терпеть не могу тех, кто делает выводы на основе собственных больных фантазий! А оберег у меня вот, даже два. – Он продемонстрировал сжатые в кулаки ладони, над которыми кружили два миниатюрных голубых смерча. – Для тех, кому недостаточно слов.
Флорентина хихикнула и заметила:
– Для водника ты слишком порывист. Обычно обладатели этой стихии поспокойней.
– Шторм хоть раз видела? – подмигнул ей Марк. – Я спокоен, но не тогда, когда кто-то цепляет близких мне людей.
– Запомню, – пообещала Лора. – И оберег всё-таки сделаю. Интуиция подсказывает, что так будет правильно. А я привыкла ей верить.
Маркус спорить не стал. Тепло улыбнулся и слегка склонил голову в знак благодарности. В самом деле, кто бы отказался от ведьминского амулета? Тем более моему шебутному другу он и впрямь мог пригодиться.
Жилой блок мне понравился. Как и предсказывала Лора, отдельных комнат нам не досталось. Одна на двоих, зато достаточно просторная и светлая. Корвин спорхнул с плеча ведьмы, облетел комнату и опустился на изголовье кровати, стоящей слева от окна.
– Ты не против? – взглянула на меня Флорентина.
– Абсолютно, – уверила я.
Мне действительно было всё равно. И такие мелочи уж точно не стоили споров с новой соседкой.
– Отлично! – обрадовалась ведьмочка. Жестом поманила фамильяра и шагнула к выходу. – Всё, я побежала. Увидимся через две недели. Ты пока обживайся. – Подмигнула мне и добавила: – Если хочешь, зови своего парня в гости на это время, я не против.
– Мы с Марком просто друзья, – спокойно отозвалась я. – Знакомы с раннего детства. Он мне как брат.
– Да? – Лора на несколько секунд задумалась, а затем возликовала: – Так ты свободна? Это замечательно! Вернусь – непременно познакомлю тебя с лучшим другом моего жениха. А то Аскольд мне уже все нервы в путеводные клубочки смотал: познакомь да познакомь Шеда с кем-то. Думаю, он тебе понравится. Он неплохой парень. Всё, теперь точно побежала, а то сейчас заболтаюсь с тобой и совершенно опоздаю. Ещё наговоримся!
Буквально через минуту после её ухода в комнату ввалился Маркус. Как обычно, стуком себя друг утруждать не стал. Осмотрелся и с явным разочарованием констатировал:
– Лора уже ушла.
– Поражаюсь твоей наблюдательности, – хмыкнула я.
Марк сел на мою кровать, привалился спиной к стене и заявил:
– Злюка ты, Оливка. Одна сплошная вредность и ехидность. Нет в тебе, зельеварушка, ни капли сочувствия, ни грамма уважения к чужой беде!
– Сочувствие, друг мой, слишком ценный и редкий ингредиент, чтобы тратить его на всякие мелочи, – наставительно подняла я указательный палец. – Кстати, спешу огорчить тебя ещё сильнее: у Флорентины есть жених.
– Жених не муж, – фыркнул Марк. – И не стенка, можно подвинуть. – Взглянул на меня и тут же добавил, легко и непринуждённо: – Да шучу я. Как будто первый год меня знаешь. Лора интересная девушка, но что поделать, раз уже занята. Я корабль чужой любви в пучину тащить не стану.
В этом Маркус не обманывал. Он действительно никогда не отбивал понравившуюся девушку ради развлечения или на спор. Но сейчас я уловила в тоне друга тщательно скрываемые нотки разочарования. Похоже, ведьмочка за столь короткое время успела запасть ему в душу. В любом случае я не собиралась указывать Марку, что ему делать и как дальше общаться с Флорентиной. Он был моим другом, потому я всегда выбирала его сторону.
– Познакомился с соседом? – спросила я, чтобы перевести тему. – Или ты пока единоличный владелец комнаты?
– Чьи-то книги стоят на полках, но соседа я ещё не видел, – пожал плечами Марк. – Либо кто-то со старших курсов, либо крайне шустрый. Хорошо бы, чтоб тоже боевик. Но похоже, познакомимся, когда начнётся семестр. Или же сосед, упаси богиня, у меня жуткий аккуратист, потому что кровать выглядит так, словно её только что заправили. – Поднялся, потёр ладони и заявил: – Так, подруга, поболтать можно и на ходу! Успеем ещё в комнатах насидеться. Вперёд, Фесс ждёт нас!
Я согласно кивнула. Пока спускались вниз, подумала, что непременно нужно спросить у коменданта, во сколько закрываются двери общежития. Вряд ли адептам можно гулять всю ночь напролёт. Но Ворчун, завидев нас, буркнул:
– Явитесь после полуночи – пущу только с письменного разрешения кого-то из профессорского состава. Иначе ночуйте на постоялом дворе.
И снова отвернулся, демонстрируя явное нежелание общаться. На наше дружное «спасибо» лишь недовольно хмыкнул. Но даже неприветливость коменданта не могла испортить нам настроения.
В дверях едва не столкнулись с кем-то из старшекурсников. Высокий парень с волосами цвета пшеницы равнодушно посторонился, пропуская нас. К рубахе был приколот значок с эмблемой факультета стихийной боевой магии.
– Огневик, – шепнул Марк, когда мы отошли от общежития шагов на двадцать.
– Откуда такая уверенность? – полюбопытствовала я скорее из вежливости, нежели из интереса. – Магия как-то по-особенному отреагировала?
– Оливка, меня поражает твоя ненаблюдательность! – посетовал Маркус. – Фоновый рисунок на значке в виде пламени. Явно сделан на заказ.
Ну, глазастый! Я даже цвет фона назвать не смогла бы, не то что такие мелочи.
– Прости, дорогой, мне как-то не пришло в голову так пристально пялиться на незнакомого парня, – пожала я плечами. И шутливо добавила: – А вот твой интерес к представителям твоего же пола меня настораживает.
– Не для себя стараюсь, – в тон мне ответил Марк. – Должен же я, как настоящий друг, заняться устройством твоей личной жизни. Между прочим, огневик очень даже подходящая пара для зельевара. Вот, допустим, понадобится тебе в походных условиях создать эликсир. Я обеспечу воду, а огневик – пламя.
– Осталось найти мага земли, который вырастит необходимые растения, и команда мечты готова! – усмехнулась я. – Или, в крайнем случае, светлую ведьму-травницу. Намёк ясен?
– Я подумаю над твоим предложением, – важно пообещал друг. – Список кандидаток жду… допустим, через месяц. Устроим отбор на роль моей девушки! Как положено: с суровыми испытаниями. И на выбывание.
Я едва не споткнулась, услышав такое. Покачала головой:
– От скромности не умрёшь. И почему это для тебя отбор, а мне сватаешь первого встречного боевика?
– Должен же быть у девушек шанс, – очаровательно улыбнулся этот повеса. – А тебе я никого не сватаю. Не понравился этот, найдём другого. Главное, не расстраивайся и не нервничай.
– Я тебя точно когда-нибудь отравлю, – пообещала я.
Пыталась произнести это мрачно и угрожающе, но, как обычно, смех победил.
Марк весело расхохотался вместе со мной и, приобняв за плечи, произнёс вкрадчивым полушёпотом:
– Не выйдет: такую ядовитую заразу, как я, ни одна отрава из трав не возьмёт.
– Шут, – с улыбкой отозвалась я. И предложила: – Заглянем на рынок. Он ещё не должен был разойтись. Бабушка говорила, здесь травы и редкие ингредиенты дешевле, чем в столице. Можно найти настоящие сокровища!
Друг понимающе усмехнулся. Судя по выражению лица, даже не сомневался, куда я предложу отправиться в первую очередь. Но не упустил возможности поддеть и притворно испугался:
– Так ты серьёзно? Лив, лепесток души моей, драгоценная пыльца с крыльев радужного мотылька, молю, не пои меня зельями подозрительными из трав заморских! Я тебе ещё пригожусь!
На сей раз я не удержалась и попыталась стукнуть этого шутника сумочкой.
Марк легко увернулся, хохоча во всё горло. И тут же поднял руки вверх:
– Сдаюсь! Эй, международная конвенция запрещает издевательства над пленными и пытки!
– Там не написано, что нельзя бить особо наглых пленных сумочкой! – мстительно заявила я, всё-таки от души припечатав Марка пониже спины. – Тем более я ещё не приняла твою капитуляцию.
– Так принимай! – потребовал друг. – Да поскорее!
– Размечтался. – Я отступила на шаг. – Пленных кормить надо. Поэтому оставайся свободным. Мир, дружба и раздельная кухня.
Маркус разочарованно вздохнул. Похоже, всерьёз рассчитывал, что я куплюсь на столь явную провокацию. Проворчал:
– Вредная ты. Это незаконно – угадывать мои идеи раньше, чем я сам их сформулирую! Ладно, уговорила. Мир!
Я молча закатила глаза. Марк при любой возможности старался оставить последнее слово за собой. Вот и сейчас повернул всё так, будто это я предложила мировую, а он великодушно согласился. Одно слово – водник! Везде отыщет лазейку.
На рынке мы провели почти два часа. Я бы, словно зачарованная, бродила вдоль прилавков и дольше, но, во-первых, торговцы уже начали собираться, во-вторых, взбунтовался Марк. Заявил, что из-за горы свёртков он не видит, куда идти, вдобавок на год вперёд насмотрелся на сушёных головастиков, маринованных змей, жуткие цветы, воняющие, словно полуразложившиеся трупы, и прочую радость зельеваров и алхимиков, и утащил меня прочь.
Забрали вещи из камеры хранения, оставили их в общежитии и снова умчались гулять. Вечер встречали, как и собирались, на морском берегу. Лёгкий ветер доносил ароматы костра, ухи, жареной рыбы, цветов, которые в Фессе росли, казалось, повсюду. Но главенствовал запах моря. Мы сидели на нагретых солнцем камнях, ели какую-то мелкую, безумно вкусную рыбёшку, купленную у местных рыбаков, кидали косточки двум упитанным серым котам, вьющимся тут же, у ног.
Пушистые вымогатели шли за нами от самого рыбацкого костра и, стоило нам наконец остановиться и развернуть громадный лист какой-то водоросли, в который был завёрнут наш нехитрый ужин, слаженно завопили, требуя свою долю.
Шум волн расслаблял. И я не собиралась отказывать себе ещё в одном маленьком удовольствии. Поднялась, сбросила лёгкие сандалии, прошлась босиком по шелковистому тёплому песку. Подняла юбку чуть выше колен, чтобы не замочить, осторожно потрогала воду ногой.
Марка я не стеснялась. За долгие годы дружбы он неоднократно видел меня в одной тонкой сорочке, когда очередная «гениальная идея», реализация которой никак не могла ждать, посещала его ночью и он, не теряя ни минуты, пробирался ко мне в комнату, чтобы лихорадочным шёпотом поведать о своей задумке. Претензии и упрёки были бессмысленны. Марк пожимал плечами и фыркал, мол, я на тебя не смотрю, а даже если бы смотрел, то чего я там не видел, угомонись, Оливка. Так что голыми коленками я бы его точно не удивила. С другой стороны, в таких внезапных визитах был несомненный плюс: я быстро отвыкла разгуливать по комнате неглиже и научилась одеваться бесшумно и быстро.
Вода ласково коснулась пальцев, пощекотала кожу. По волнам, и без того небольшим, пробежало голубоватое сияние, очертив прямоугольник, в котором моментально наступил полный штиль. Я обернулась, кивком поблагодарила Марка за заботу. Теперь волны разбивались о невидимую границу метрах в двух от меня, а сквозь прозрачно-бирюзовую воду виднелось дно – достаточно пологое, чтобы можно было без опаски зайти в море почти по колено. И медуз и прочих неприятных тварей, я не сомневалась, на «моём» участке не было.
Марк бросил котам остатки рыбы, сполоснул ладони в послушно дотянувшейся до него волне, взглянул на циферблат наручных часов. Поинтересовался:
– Лив, мы сегодня хотим ночевать в общежитии? Если нет, оплата комнаты с меня.
– Возвращаемся, – решила я. – Хочу разложить вещи.
– Так и знал! – вздохнул Марк. – Свёртки с травами-кореньями, мышиными хвостами и прочим счастьем зельеваров победили. Впрочем, я согласен: не будем злить ворчуна-коменданта в первый же день. Притворимся паиньками. – Поднялся, отряхнул штаны и энергично заявил: – Идём! У нас как раз полчаса, чтобы неторопливо прогуляться к ближайшему городскому порталу, а потом – к общежитию.
Комендант всё равно буркнул что-то нелестное, когда мы проходили мимо, хоть до назначенного им же времени оставалось целых десять минут! И мы были не последние, возле крыльца беседовала целая компания. Вряд ли у всех них были разрешения проходить в общежитие после полуночи.
Кто-то из парней присвистнул мне вслед, но знакомиться в присутствии Марка не осмелился.
– Ох, чует моё сердце, Лив, будет у тебя ухажёров, как в море рыб! – хмыкнул друг, когда мы вошли в лифт. Погрозил пальцем: – Смотри, не выскочи замуж хотя бы до третьего курса!
– Ещё чего не хватало, – усмехнулась я в ответ. – Я сюда поступала, чтобы учиться и совершенствовать навыки и умения, а не личную жизнь устраивать. Сам не женись раньше времени.
– Ещё чего не хватало! – возмутился Марк, повторив мою же фразу. – Мне моя свобода слишком дорога. Тем более я себе постоянную девушку-то выбрать не могу, а ты мне предлагаешь сложнейшее задание: определиться с женой. Нет-нет-нет, не раньше, чем закончу академию. А то и позже!
Прощаться с другом на нашем этаже я не стала. Не сомневалась, что он явится ко мне в течение часа. Так и вышло. Я даже вещи разобрать не успела. Марк пришёл буквально через полчаса, нахально разлёгся на моей кровати и принялся перечислять, куда нам непременно нужно успеть за оставшееся до начала учёбы время. Энтузиазма хватило бы на пятерых!
Выставила я его ближе к половине третьего ночи, заперла дверь и провалилась в сон, едва накрывшись лёгким одеялом. Слишком много впечатлений принёс этот день. И грядущий обещал быть не менее насыщенным.
* * *
Две недели пролетели, словно один миг. Дни слились в пёстрый калейдоскоп. Мы уходили из общежития ранним утром и возвращались лишь к полуночи. Ни с кем не познакомились – на это просто не хватало времени! Как шутил Марк, у нас был такой отдых, после которого требовалось ещё несколько дней, чтобы перевести дух и прийти в себя. Но итогами мы остались довольны. Помимо того, что успели познакомиться с городом, сумели договориться о подработке. Понимали, что стипендий, пусть и вполне приличных, на все наши задумки и хотелки не хватит, а просить денег у родителей ни мне, ни другу совершенно не хотелось.
Но если у Марка всё решилось быстро, в первый же день, то мои поиски работы были непростыми. Маркус, как и в Бренгейре, устроился вышибалой в один из ночных баров. Достаточно дорогой, чтобы туда не стекались матросы и рыбаки, но не настолько пафосный, чтобы привлечь компании молодых прожигателей жизни, считавших, что деньги их родителей решат любую проблему – вопрос лишь в цене. Оплата была не самой высокой, но этот минус компенсировался гибким графиком и тем, что бар был буквально в ста шагах от одного из городских порталов. К работе Марк должен был приступить в ближайшие выходные.
Я же решила начать с магазинов косметики и парфюмерии. Именно здесь я, как зельевар, могла показать все свои способности. В магазины, которые располагались на центральных улицах Фесса, даже соваться не стала, справедливо полагая, что там вряд ли согласятся взять на подработку первокурсницу. А козырять бабушкиной фамилией не хотелось. Не для того я поступала сюда, а не в столицу!
Вот только в Фессе повторялась та же история, что и в родном Бренгейре. Либо все вакансии были закрыты, либо владельцы рассматривали лишь кандидатов с дипломами, лицензиями и опытом работы. И моё «аптечное» прошлое их не устраивало! Трое были согласны принять меня на практику в следующем году и, если она окажется успешной, вернуться к вопросу о подработке.
Когда число отказов перевалило за второй десяток, я приуныла. До начала учёбы оставалось три дня, и запасной план – попробовать устроиться в аптеку – казался всё реальнее. Мысленно пообещала себе, что следующее собеседование с владельцем очередного парфюмерно-косметического будет последним. Нет – значит, нет. Попробую через год.
– Всё получится, – ободрил меня Марк.
Он словно почувствовал, как мне нужна его поддержка. Именно в этот момент. Не в первый раз, кстати говоря. Слишком хорошо мы друг друга знали.
– Получится. – Я вздохнула и попыталась улыбнуться. – У меня ещё остаётся вся сеть городских аптек. А если и там ждёт провал, пойду официанткой в твой бар. По такому же графику.
– Тогда я буду следить исключительно за тобой, – рассмеялся Маркус. – Впрочем, хозяин явно будет не в обиде: популярность бара сильно возрастёт. Ты и так красавица, а уж в форменном передничке официантки будешь вообще неотразима! И чаевые будут литься рекой за одну улыбку.
– Да ну тебя, – отмахнулась я. – Что за фантазии?
– Оливка, я, вообще-то, мужчина, – снисходительно напомнил друг. – И могу авторитетно заявить: девушки в униформе вдвойне привлекают внимание и будоражат воображение.
– Так, хватит! – Я выставила ладони вперёд. – Позволь мне остаться в блаженном неведении относительно того, какие именно картины с участием упомянутых девушек появляются в мужском воображении.
– Как будто ты не знаешь, – хмыкнул Маркус. – Не напомнишь, с кем я в свои далёкие юные тринадцать лет рассматривал одну интересную книгу в нашей городской библиотеке? Там про самые разные фантазии не только написано было, ещё и картинки прилагались. Цветные.
– Марк!!! – зашипела я, чувствуя, как теплеют щёки. – Это было давно! И неправда! И… и вообще, нас тогда быстро выгнали!