скачать книгу бесплатно
Лучший мир. Явор
Дмитрий Анатольевич Васильев
Роман Дмитриевич Васильев
Игрок Хельг перебрался на материк Варг, к своим друзьям и брату. Подхлестываемые истинным вампиром Арманом де Годаром, друзья развили бурную деятельность, стремясь в свою пользу изменить сложившийся на материке порядок, что совсем не нравится кланам и некоторым неигровым персонажам. К тому же, куда-то пропали все алхимики, на Армана охотятся опытные наемные убийцы, да и с кланами вампиров всё не так просто…
Дмитрий Васильев
Лучший мир. Явор
Пролог
Как это ни странно, но первым утопленника заметил Крус Одноглазый, командир отделения стрелков гарнизона крепости «Лунный свет». Он жестом привлек внимание двух своих товарищей и, когда они проследили за его взглядом, то заметили полуобнаженное, израненное тело, выброшенное на берег там, где русло реки образовывало излучину.
– Проверьте, – приказал Крус, накладывая стрелу на тетиву охотничьего лука. – Я вас прикрою.
– Поохотились, называется, на горных баранов, – пробурчал один из спутников Одноглазого, молодой, высокий, жилистый воин, которого в гарнизоне называли не иначе, как Длинный Солер.
– Не бурчи, – полушепотом ответил Крус и посоветовал: – Держи арбалет наготове и пригнись, а то тебя видно издалека.
– А что мне делать, командир? – поинтересовался третий участник, крепко сбитый мужчина средних лет. По крупным, мозолистым ладоням, опущенным покатым плечам и дочерна загорелому лицу, было не сложно определить, что совсем недавно этот воин был простым крестьянином.
– А ты, Агрикола, иди левее от Длинного и в трех шагах позади. И держи копьё, как я тебя учил, а не как мотыгу.
– Эва, как его по камням побило-пораскидало, – Агрикола присвистнул и удивленно почесал затылок. – Сколько же времени он в реке провел, на нем же живого места нет?
– Не важно, сколько времени он провел в реке, – осторожно оглядываясь по сторонам, ответил Крус. – Вопрос в другом, кто он такой? Хватайте его за руки и за ноги, и тащите в крепость…
– Да ну, командир, ты серьезно?! – возмущенно задал вопрос Солер. – Он же тяжелый. В нем росту не меньше, чем во мне.
Одноглазый Крус внимательно посмотрел на утопленника и был вынужден согласиться с Солером, что утопленник был высок и, в отличие от костистого, худощавого воина, имел развитую мускулатуру, а значит и весил значительно тяжелее Длинного.
– Ладно, – вынужденно согласился он, понимая, что тащить вверх по тропе, в такую духоту труп, занятие не из самых приятных. – Переверните его на спину.
– Зачем? – вновь заканючил Солер. – Спихнуть его обратно в реку и пусть себе плывет до ближайшей деревни. Там труп выловят, тело омоют, чин по чину похоронят…
– Я переверну, – недобро взглянув на Солера, произнес Агрикола. Присев возле трупа, спиной к товарищам, он незаметно стянул с пальца покойника широкое серебряное кольцо и спрятал его у себя за пазухой.
– Ну, что ты возишься?! – поторопил его Крус, неустанно мониторя пространство вокруг единственным глазом.
– Тяжелый он, командир, – заискивающе пояснил Агрикола. – Я ему дай боги до плеча буду…
– У нас в гарнизоне вон, – Одноглазый кивнул в сторону Солера. – Длинному мало кто до подбородка достает. Отойди, я посмотрю на его лицо, – Крус приблизился к утопленнику и тут же грязно выматерился. – … вашу душу мать! Как будто наждаком стесали.
– Так его же река столько времени по камням елозила и била, не удивительно, что на нем живого места не осталось. Даже одежу всю поистрепала…
– Думаешь, он погиб от того, что не справился с течением реки и разбил голову о камни? – задумчиво глядя на полуобнаженного покойника, предположил Одноглазый.
– Не-а, – Агрикола махнул рукой. – Его зарезали. Вы поближе подойдите, господин командир и сами увидите у него на груди рану. До сих пор из нее кровь сочится…
– Что? Кровь сочится?! – Крус мигом подлетел к утопленнику и самолично припал ухом к его израненной груди. – Стучит. Сердце стучит, оттого и кровь ещё сочится…
– Сколько же в нем той крови? – удивился Длинный Солер. – Судя по всему он в воде пробыл несколько часов, не меньше. Вся кровь вытечь должна была.
– Вода студеная, – пояснил командир. – Кровь в жилах и замерла. Это сейчас, на берегу, под солнцем он отогрелся… Знаете что, братцы, рубите-ка две жердины, будем мастерить носилки. Надо этого «утопленника» предъявить пред светлые очи господина лейтенанта. Сделав пару шагов в сторону, капрал заметил странную трубку с одного конца обмотанную проволокой. Не долго думая, он решил прихватить её с собой.
– Это кто? – брезгливо глядя на израненное тело, поинтересовался командир гарнизона крепости «Лунный свет», лейтенант Амадор, по прозвищу Храбрый.
– Не знаю, господин лейтенант, – браво ответил Крус, поедая начальника глазами. – Нашли на берегу реки…
– Какого черта ты сюда притащил этого полудохлого крестьянина? – гримаса гадливости застыла на лице лейтенанта, от вида изуродованного тела он зябко повел плечами и скомандовал. – Пошли кого-нибудь в деревню, пусть заберут своего утопленника. Его раки что ли ели? Нет?! А чего он весь такой поцарапанный и в кровоподтеках?
– Это не крестьянин, ваше благородие! – Крус не согласился с Амадором Храбрым. Он присел возле тела тяжело дышащего утопленника и показал пальцем на его левую ладонь в области большого пальца. – Видите эти небольшие шрамы, похожие на насечку?!
– Ну?
– Это от удара тетивы при выстреле, – Крус показал свою ладонь, которая была иссечена подобными шрамами. – А теперь посмотрите на его правый большой палец. Видите?
– Палец вижу и что?
– След от кольца! До последнего момента он носил на большом пальце кольцо, видимо не снимая, и потому ладонь загорела, а участок под кольцом нет.
– Ну и что? Что из этого следует? – лейтенант нетерпеливо поторопил Круса. Его уже давно ждал сытный ужин и бутылка молодого вина. – Капрал, что ты тянешь вола за хвост?
– Я к тому, ваше благородие, что на большом пальце кольцо носят только лучники. Он не смерд, он воин. Да и на телосложение его посмотрите!
– Крепкий, мускулистый, – лейтенант вновь брезгливо поморщился и сплюнул. – Тьфу ты, вид его ободранного, изуродованного тела окончательно испортит мне аппетит…
– А-а-а, ваше благородие, – подал голос Солер Длинный. – Так это лазутчик. Разведчик из армии маркиза Бренье.
– Думаешь лазутчик? – лейтенант задумался и ещё раз оценивающе посмотрел на лежащего у его ног мужчину. – А что ему здесь делать?
– Так это, если он лучник, – продолжил выкладывать свою догадку Солер. – То значит он должен был кого-то убить с большого расстояния и затем незаметно скрыться…
– Диверсия! – воскликнул Амадор Храбрый, и принялся ходить взад и вперед, подняв указательный палец вверх и периодически им потрясывая. – Точно! Это диверсант! Вот только кого он должен был убить? Кого он здесь искал? – лейтенант резко остановился от пришедшей в его голову догадки. Он посмотрел на замерших подчиненных и растерянно произнес. – Меня! Он должен был убить меня исподтишка.
– Я тоже так думаю, ваше благородие, – Солер подтвердил догадку лейтенанта. – Но боги на вашей стороне и его замысел, – Длинный пнул бесчувственное тело ногой, отчего неудавшийся утопленник утробно застонал. – Его замысел не сбылся. Он сорвался в реку, а поток у нее бурный, к тому же дно каменистое…
– Немедленно бросьте этого лазутчика в каземат и поставьте возле двери дежурного. Как только эта мразь придет в себя, тут же сообщить мне. Удвоить караулы, возможно убийца был не один. Смотреть в оба. Приказ ясен?
– Пить, – утопленник подал голос больше похожий на скрежет оселка по булатной стали.
– Что он там проскрежетал? – уточнил лейтенант.
– Пить хочет, – подсказал Агрикола. – Не мудрено, он столько времени на солнце пролежал.
– Дайте ему пить, – с брезгливой гримасой на лице разрешил Амадор. – И, если придет в себя ночью, когда я буду спать, накормите. Не хватало, чтобы он сдох до того, как я утолю своё любопытство.
***
– А ну, вражья морда, убери ноги! – Солер с остервенением стукнул утопленника дверью камеры по ногам. – Теперь ещё сидеть здесь с тобой всю ночь.
– Не бей его, он и так еле дышит, – Агрикола взял бесчувственное тело под мышки и аккуратно затащил его вглубь камеры, разместив на рваном тюфяке с прогнившей соломой. А ну, пошли прочь, – мужчина сильно топнул ногой по каменной плите пола, прогоняя крупных крыс с недоумением уставившихся на него. – А ну прочь я сказал! – он выхватил из ножен короткий меч и замахнулся им на обнаглевших грызунов. Те, что-то недовольно пискнув, не торопясь скрылись в отверстии в самом темном углу камеры. – Совсем обнаглели! – возбужденно произнес Агрикола, нервно взмахнув рукой.
– Ты с кем там ругаешься? – уточнил Солер, вальяжно сидя на табурете и опершись спиной о прохладную стену каземата, расположенного в подвальном помещении крепости.
– Крысы! Большие и наглые. Как бы они нашего арестанта не сожрали.
– Не сожрут, – с ленцой произнес Длинный и прикрыл глаза. – Я пока покемарю, а ты пригляди за ним.
– Пить! – проскрежетал пленник. – Дайте воды…
– Ты смотри, вражья морда, в себя пришел, – заглянув через небольшое окошко в двери, восхитился Солер. – Мы его, значит, сюда тащили, надрывались. А он в себя пришел. Ты раньше очухаться не мог?
– Пить!
– Вот заладил, – злобно процедил молодой мужчина. – Потерпишь. Столько времени в реке пробыл, должен был на год вперед напиться.
– Воды!
– Открой дверь, я дам ему напиться, – Агрикола снял с пояса флягу в кожаном чехле.
– На, – Солер протянул мужчине ключ. – Сам открывай. Я устал!
– Где я? – проскрежетал пленник, возвращая опустошенную флягу и глядя мутным взглядом на воина. – Где я нахожусь?
– Ты в крепости «Лунный свет».
– Так далеко…
– А где ты хотел быть, – задал вопрос Солер, заглянув в приоткрытую дверь. – Скажи спасибо, что мы тебя нашли, а то бы гнил бы сейчас в прибрежных кустах.
– Благодарю, – ответил пленник с трудом открывая рот. – За моё спасение вы будете щедро вознаграждены.
– Ага, – Солер криво ухмыльнулся. – Кто ты такой, чтобы за тебя щедро вознаграждали. Может ты родич маркиза Бренье?
– Нет, – с трудом выговаривая слова, ответил пленник. – Бренье мой враг. Я один из братьев Орнумов…
– Что? Орнумов?! – Длинный Солер злобно рассмеялся. – И кто же ты из них? А, дай отгадаю, наверное, старший из братьев, Роак по прозвищу Лис?!
– Роак мертв, – тяжело дыша, ответил пленник и устало прикрыл глаза. – Его убил юный тифлинг. Из магического камнемета.
– Что ты сказал? – Солер ворвался в камеру и навис над арестантом. – Повтори!
– Роак мертв!
– Лжешь, мразь! – воин с силой ударил пленника ногой в живот, от чего тот опрокинулся на бок и скрючился от боли на полу. – Лжёшь! – и вновь пнул бесчувственное тело ногой.
– Ты убьёшь его, безумец!
– Да пошел он! Если братья-хищники проиграют в этой войне, я потеряю всё, что у меня есть. Я слишком многое поставил на них…
– Пришел в себя?! – встрепенулся Агрикола, когда пленник чуть слышно застонал.
– Я Блаид, – чуть слышно произнес арестант растрескавшимися губами. – Я Блаид Орнум. Младший из братьев-хищников. Дайте мне еды… лучше мяса…
– Тьфу ты, – Солер в сердцах сплюнул и обратился к напарнику. – Я вначале чуть не поверил, что он Блаид. А он, оказывается, таким образом хочет мяса нажраться. Нет уж, – мужчина показал пленнику кукиш. – Будешь жрать кашу, как все солдаты гарнизона!
– Я тогда схожу на кухню?! – предложил Агрикола. – Нам бы тоже поужинать не мешало. А то из-за всей этой суеты обед пропустили.
– Иди, – согласился Длинный Солер. – Только дверь накрепко закрой, чтобы этот вурдалак не смог убежать.
– Да куда он убежит, он даже сидеть не может? К тому же ты тут…
– Не собираюсь я здесь торчать всю ночь, – молодой человек показал рукой в конец коридора. – Пойду в дежурку, покемарю немного.
– Слушай, – озабоченно глядя на приятеля, поинтересовался Агрикола. – Может сообщить господину лейтенанту о том, что утопленник пришел в себя?
– Утром сообщим, – Солер отмахнулся от предложения коллеги. – Припрется сюда в сопровождении своих холуев и полночи будут ему вопросы задавать. О каком сне тут можно говорить?
– Это точно, – согласился Агрикола и не спеша отправился на кухню.
– В котелке ещё каша осталась?
– Нет, – Агрикола отрицательно покрутил головой. – Только доля арестованного…
– Давай сюда. Я не наелся.
– А как же пленник?
– Обойдется, ничего с ним страшного не случится. Говорят, раненным вообще лучше еду не давать! – хмыкнул Солер, принимая от напарника котелок. – Тебе оставить?
– Нет, благодарю, я сыт! – Агрикола облизал деревянную ложку и спрятал её за голенищем сапога.
– Как знаешь, – Солер вновь хмыкнул. – Ты наружную дверь-то подопри, а то вдруг капрал посреди ночи с проверкой явится, а мы тут дрыхнем без задних ног.
***
Блаид Орнум тихо умирал на холодном каменном полу тюремной камеры. Он понял, что смерть пришла по его душу, когда перестал чувствовать нестерпимую, жгучую боль, которая была его спутницей последние несколько часов. Тело как будто онемело, стало деревянным и непослушным.
С самого детства Блаид чувствовал, что он не такой, как его братья и другие люди, живущие на хуторе. А когда ему исполнилось пятнадцать лет он об этом узнал.
В тот злополучный день он ушел из дома своего названного отца в лес, чтобы найти бук для нового лука. Старый уже стал слабоват для его раздавшихся плечей и налившихся силой рук. Из оружия при нем был лишь топор, да небольшой нож. Ища нужное ему дерево, юноша забрел глубоко в лесную чашу и нос к носу столкнулся с тремя существами, которых раньше никогда не встречал в лесу.
Человекоподобные существа были ростом чуть выше Блаида, обладали мощными телами покрытыми черно-бурой шерстью и были вооружены дубинами…
– О, – басовито произнесло одно из существ, столкнувшееся с Блаидом. От него пахло мокрой псиной, а вонь изо рта могла посоперничать со смрадом разлагающегося трупа. – Человечишка. Вкусный.
– Вкусный! Очень вкусный! – в тон приятелю, ответило второе существо, а третье, не скрывая своего намерения, зашло за спину жертве.