скачать книгу бесплатно
Янтарный единорог
Владимир Василенко
Хроники Артара #5
Пятый том "Хроник Артара". Мангуст снова в деле! На этот раз он втянут в историю, которая может перевернуть всю его жизнь – и в игре, и в реале. То, что казалось незыблемым, начинает ускользать, а давно известные факты вдруг предстают в новом свете. Куда же приведет молодого боевого монаха его путь?
Глава 1. Чужая война
Стражники на крепостной стене вышагивали размеренно, неторопливо, то расходясь по разные концы отведенного им отрезка, то сходясь почти вплотную в его середине. С абсолютно одинаковыми интервалами – хоть часы сверяй.
Точно неписи. Причем их самая тупая, но самая надежная разновидность – боевые. Используются в качестве стражей порядка в Оплотах, а также продаются игрокам для охраны гильдейскихобъектов. Работа тяжелая, рисковая, однообразная, так что умники с тонкой душевной организацией тут ни к чему. Зато исполнительные. И драться умеют, этого не отнять. По статистике, любой такой непись рубит в салат любого игрока, даже немного превосходящего по экипировке и характеристикам. Разве что какой-нибудь любитель исторического фехтования попадется, с хорошим опытом.
Я стоял у подножия стены справа от ворот, в углу, образованном выступающим далеко вперед контрфорсом. Здесь залегала такая глубокая тень, что я собственных рук не видел. Впрочем, не увидел бы и при лучшем освещении.Я с ног до головы был одет в темное, беспалые перчатки – и те изчерной кожи. Стоял неподвижно, глаза прикрыл. Сейчас, когда луны Артара почти скрыты за тяжелыми рваными облаками, все равно толком ничего не разглядишь, кроме маячащих на кромке крепостной стены факелов.
Но чтобы видеть, мне не нужны глаза.
Я сосредоточился, всем своим существом вслушиваясь в течение Ци. Все ощущения обострились. Я будто вынырнул из-под воды, и звуки, запахи, краски, до этого гасящиеся ее толщей, заиграли в полную силу. Звуки шагов, доносящиеся сверху, стали громче, отчетливее, к ним примешивалось едва слышное поскрипывание кожаных портупей, бряцанье неплотно подогнанных пластин брони, потрескивание горящих факелов. В паре десятков метров от меня, скрытые в темноте под неподвижной половиной крепостного моста, затаились Псы – я даже отсюда слышал их дыхание, шепотки и редкие всплески – стоять им приходится по колено в воде. Ров недавно опустошили, но не до конца.
Основные силы расположились на отдалении, укрываясь за крупными валунами у противоположной стены ущелья. Около сотни отборных бойцов Корсаров, плюс люди Чингиза впридачу. Я знаю, что они там, но сидят они так тихо, что я их не чувствую. Это хорошо. Значит, и неписи-караульные не засекут.
Я открыл глаза, прерывая Медитацию. Мысленно усмехнулся – вдруг вспомнилось, как тяжело мне поначалу давалась прокачка этого навыка и как я его недооценивал. Сама мысль о том, что нужно сидеть несколько минут неподвижно, тогда приводила меня в уныние. Я делал это только ради полезного баффа на увеличение характеристик. Но потом, на Продвинутом и Экспертном уровне, начали открываться все новые полезные эффекты. Сейчас я пользуюсь Медитацией не только для баффов и для ускоренного заживления ран. Я научился входить в это состояние и выходить из негов считанные секунды, причем находясь в любом положении. Все эти позы лотоса и сложенные перед собой ладони, которым меня учил Бао – не больше, чем ритуал. Суть Медитации – в сосредоточении.
Итак, двое стражников наверху. Высокоуровневые латники – судя по интенсивности сияния их Ци, Силы Ловкости и Живучести у каждого пунктов по 500, если не больше. Нанимать и содержать таких – недешевое удовольствие. Но Легион может себе это позволить.
Еще троих я почуял даже сквозь толстенные каменные стены – они в надстройке над воротами, дежурят рядом с узкими бойницами. Пропорции стихий указывают на то, что эти – лучники, а не бронированные воины. На самом верху, на обрамленной каменными зубцами плоской крыше надстройки, установлены две мощные баллисты, стреляющие гарпунами размером с оглоблю. Но там сейчас, похоже, никого нет. Еще несколько неписей курсируют по внутреннему двору неподалеку от отпущенной решетки главных ворот.
Я развернулся и осторожно полез вверх, стараясь оставаться в тени контрфорса. Поднимался легко и непринужденно, будто по лестнице. И дело не только в том, что стена была шершавой, с кучей глубоких трещин в кладке.
Зерно обезьяньей цепкости. Уникальный предмет работы мастера Джанжи Хэ. Требования: класс – монах, Мастер Дерева. Материал: зачарованная древесина Поднебесного древа. Свойства: монах приобретает цепкость, доступную лишь ванарам Поднебесного древа. Он может легко удержаться на любой поверхности и карабкаться по ней без дополнительного снаряжения.
Помню, когда получил это зерно из рук мастера, с трудом сдержался от возгласа разочарования. В самом деле, способность, даруемая им, по описанию выглядела скромно и не сулила никаких преимуществ в бою. А карабкаться по стенам я и так умел. И, мягко говоря, неплохо.
Однако опробовав его в деле, я быстро переменил мнение. Не понимаю до конца, как это работает, но ощущения такие, будто мои ладони и ступни прилипают к любой поверхности, как намагниченные. В качестве эксперимента я даже по потолку карабкаться пробовал. Получилось. В этом смысле я теперь ничем не уступал Человеку-Пауку из старых комиксов. А Серебряное жало во многих случаях могло играть роль его чудо-паутины.
Но как раз Жалом сейчас орудовать не стоило – звук вонзающегося в камень зачарованного наконечника далеко разнесется в тишине и наверняка переполошит неписей-караульных. А те могут и общую тревогу поднять. Так что я продолжал лезть по стене – пусть неторопливо, зато бесшумно, как тень.
Крепость Дервишей здорово изменилась с тех пор, как я побывал здесь впервые. Увеличилась едва ли не вдвое, обросла дополнительными защитными сооружениями, башни основного донжона были достроены. Не говоря уж о том, что теперь над всеми этими укреплениями реяли стяги с раскинувшим крылья красным орлом. Гильдии Дервишей уже давно не существовало – они вошли в состав Красного легиона.
Впрочем, я и сам изменился, и не только внешне. Порой сам поражаюсь, как на меня повлияли эти несколько месяцев, проведенных в Артаре, и особенно – то время, что я проводил за выполнением классовых заданий боевого монаха. Мой игровой аватар возмужал и окреп, но еще больше я изменился внутренне. Кажется, даже думать стал по-другому —расчетливо, невозмутимо, немного отстраненно.
Будь, как вода. Будь холоден, спокоен и чист…
А ведь когда-то – кажется, что уже прошли годы – я был тем еще засранцем. Причем даже гордился своим несносным характером. Казалось, что дерзить всем подряд, не принимать ничего всерьез и рисковать почем зря – это круто. Что я не такой, как все, и потому лучше их. Сейчас воспоминания о таких эпизодах вызывали у меня раздражающие, как укусы комаров, вспышки досады и стыда. Глупый зазнавшийся мальчишка! Сам не понимающий, во что влезает и чем это для него может закончиться.
Но все это в прошлом. Насколько же простой, понятной и наполненной смыслом становится жизнь, когда обретаешь вполне конкретную цель! И разбиваешь ее достижение на этапы, в конце каждого из которых – тоже цель, но маленькая, промежуточная, которая приближает тебя к главной.
Моя маленькая цель сейчас – это скрытый где-то по ту сторону стены ворот, поднимающий тяжеленную решетку крепостных врат. И на пути к нему – лишь несколько неписей-караульных. Но это при условии, что удастся миновать их всех, либо ликвидировать так, чтобы они не успели спровоцировать общую тревогу. Иначе вся вылазка теряет смысл. Эта крепость уже больше месяца игрового времени сдерживает осаду. А штурмом ее не возьмут и пять таких отрядов, что затаились в ущелье, даже если обороняться будут одни неписи. Несколько часов назад нам в этом как раз довелось убедиться.
Это твердыня считается неприступной. И это работа для Стальных псов.
В слоте быстрого доступа у меня поблескивали Кристаллы теней, но использовать их я не торопился. Наверняка на стене и во внутреннем дворе расставлены демаскирующие тотемы, а при раскрытии невидимости они подсвечивают объекты так, что я в темноте буду похож на неоновую вывеску. Так что я уж как-нибудь по старинке. Тишина и глубокие тени скроют меня лучше всякой магии.
Одет я легко, ничего не стесняет движений. За те пару месяцев, что прошло со времен событий во Фроствальде, я уже привык обходиться без брони. Монах, освоивший стихию Металла – сам себе броня и сам оружие.
Место рядом с воротами я выбрал для подъема не случайно. С одной стороны, концентрация стражи здесь выше. Но это ведь палка о двух концах. Одинокий дозорный – если, конечно, не дремлет – чутко ловит каждый шорох, потому что знает, что вокруг него никого нет, и каждый посторонний звук может сигнализировать об опасности. В группе же они волей-неволей теряют бдительность – шорохи можно списать на соседа, да и вообще, когда тебя прикрывает еще несколько бойцов, становишься расслабленнее. Эта нехитрая психология работает и на игроках, и на неписях.
Но это не основная причина. Главная – это конструктивные особенности самой стены на этом участке. На всей протяженности она ровная, если не считать редких контрфорсов, выпирающих вперед массивными каменными ребрами. И в лунном свете просматривается прекрасно, даже с кромки, а уж из сторожевых башен, вынесенных чуть вперед – тем более. Получить стрелу в спину не очень-то хочется, так что я решил забраться здесь, у ворот. Здесь куда больше мест, где можно укрыться.
Карабкался я, как настоящий паук. Добрался до основания надстройки, опирающегося на уложенные поперек стены толстенные балки. Не будь у меня Зерна обезьяньей цепкости, тут бы застрял. Но сейчас – спокойно полез дальше, прямо по нижней кромке балки вниз головой, потом снова перелез на вертикальную поверхность.
Как назло, вышла из-за туч луна, и окрестности залило неярким серебристым светом. Я замер, поглядывая направо, на приближающегося дозорного с факелом в руках. Я не был уверен, виден ли мой силуэт на фоне неба, так что, на всякий случай, прижался плотнее к стене и не двигался.
Факел в руках стражника тоже оказывал ему медвежью услугу – не столько освещал окрестности, сколько слепил и демаскировал его самого. Однако я все-таки дождался, пока он приблизится, дойдет до крайней точки своего маршрута, а потом развернется. Едва он повернулся ко мне спиной, я продолжил движение.
Стену перевалил без приключений. Замер, оглядывая раскинувшийся подо мной внутренний двор. Слева и чуть в отдалении мерцал островок света – горели большие факелы у входа в гарнизон, еще несколько маячили в руках расхаживающих по двору неписей-воинов. Я на несколько минут задержался, изучая их маршруты. Однако, в отличие от дозорных на стене, они не придерживались какой-то четкой схемы – слонялись туда-сюда, переговаривались друг с другом. Лишь однажды встрепенулись, отсалютовав прошедшему в гарнизон высокому детине в латах – похоже, игроку.
В целом, крепость выглядела сонной и малолюдной. Игроков здесь сейчас должно быть немного – отбив массированную атаку Корсаров перед закатом, Легион сейчас наверняка немного расслабился. Большая часть игроков-защитников вышли в оффлайн либо разбрелись по своим делам.
Механизмы, управляющие подъемным мостом, располагались слева от главного входа в крепость. Даже в полутьме я разглядел покачивающийся на цепях противовес, сооруженный из четырех толстенных бревен, связанных между собой и утяжеленных железными гирями. Сам ворот для управления механизмом тоже представлял собой обрубок бревна, но установленный горизонтально и снабженный деревянными рукоятями, делающими его похожим на штурвал парусника. Располагался он на виду – рядом с ним горели факелы на вкопанных в землю держателях, расставлены варды для обнаружения невидимок, да еще и дежурили двое неписей.
Я вернулся немного назад и осторожно заглянул через узкое окошко в надстройку над воротами.
Так и есть, здесь еще трое. И ворот, похожий на тот, что внизу, но поменьше. Этот, похоже, управляет решеткой.
Хреново, что механизмы так далеко разнесены друг от друга. Ну, положим, я сейчас спрыгиваю, подлетаю к стражникам, вырубаю обоих и опускаю мост. Но решетка на самих воротах тоже наверняка опущена, а чтобы открыть её, мне придется подниматься и драться с дозорными наверху. К тому времени уже вся крепость будет на ушах, и пока я буду возиться с решеткой, защитники успеют снова поднять мост – я же не могу быть в двух местах одновременно.
Значит, придется решать эту проблему быстро. И кардинально.
Все, что мне нужно было увидеть, я увидел. Шансы свои прикинул. Не очень велики, но есть. Поэтому время действовать.
Я, немного оттолкнувшись от стены, спрыгнул вниз, замедляя падение Зерном парящего сокола. Полет получился плавным, бесшумным, при приземлении я тут же ушел перекатом в сторону, укрываясь за штабелем каких-то ящиков. Хотя я и без этого почти сливался с окружающей меня тьмой, с ног до головы укутанный в черное, как средневековый ниндзя – только полоска кожи вокруг глаз видна.
Оставаясь незамеченным, подобрался к самому краю освещенной зоны возле ворот.
Караульные были похожи на братьев-близнецов – примерно одного роста, в одинаковых стальных кирасах и яйцевидных шлемах с полями. Оба вооружены крепкими копьями и небольшими каплевидными щитами, на поясах висят массивные широкие мечи. Стоят вполоборота друг к другу, лениво посматривая по сторонам. Но при этом за счет расположения и хорошего освещения контролируют довольно большой участок вокруг себя. Внезапно к ним не подберешься. И как это в боевиках у главных героев получается ловко часовых снимать – подобрался сзади, ножом по горлу…
Я подождал, пока ближайшие к этой парочке патрульные отошли подальше, и рванул вперед, на ходу активируя Серебряные иглы.
Призываемые умением блестящие, похожие на рыбок, метательные кинжалы материализовались из воздуха, и их прохладные рукояти привычно ложились в руку. Для того, чтобы отправить их в полет, мне даже не требовалось замахиваться и вообще прикладывать силу – достаточно было просто направить снаряд, и он неуловимо быстро устремлялся к цели, подталкиваемый энергией Ци.
Серебряными иглами я теперь частенько пользуюсь, так что успел неплохо развить их, тем болеечто умение прокачивалось не за каждое применение, а за каждое попадание кинжалом. Плюс бонус от звания Мастера Металла. Эти малютки отлично пробивают кожаные доспехи, при удачном броске дырявят и стальную кольчугу. Ну и, конечно, с упоением жалят в уязвимые места.
Серебряные иглы. Атакующее умение школы Металла. Монах использует заряд чистой Ци, чтобы призвать метательные кинжалы кунаи. Он может метать их по одному или веером. Кинжалы обладают повышенным уроном по нежити и магическим существам и бонусом к пробитию брони. С развитием умения увеличивается число кинжалов, их базовый урон и бронебойность. Уровень – 22. Прогресс – 31/100. Количество призываемых кунаи – 7. Игнорирует 32 единицы брони цели. Модификатор атаки (Цикл Разрушения) – снижает показатель Силы противника на 88 единиц на 10 секунд.
Но если бы все было так просто! Неписи-стражники вполне оправдывали свою репутацию. Еще пару мгновений назад они торчали истуканами, но при первом же признаке опасности сагрились, вскинули щиты. Я предполагал, что так и будет, поэтому метил кинжалами по ногам, в районе колена – между кольчужной юбкой и железными щитками на сапогах, прикрывающими голень.
Есть! Один из стражников вскрикнул, подгибая ногу, будто ее подрубили топором. Второму кинжал лишь вскользь чиркнул повыше колена, но, похоже, тоже чувствительно – он отшатнулся и отвлекся на секунду. Большего мне и не надо.
Если бы даже располагавшиеся неподалеку стражники не успели среагировать на завязавшуюся драку, то после моего удара модифицированнойХлещущей ветвью уж точно переполошилось полкрепости. В ночной тишине звук удара был такой, будто обрушилась огромная каменная колонна – аж земля задрожала. Мощь удара посоха базируется на текущем уровне обычной Хлещущей ветви, а он у меня тоже перевалил за двадцатый – последнее время я не жалел зарядов Ци и целенаправленно прокачивал свои умения так, чтобы они приобретали модификаторы Цикла разрушения.
Хлещущая ветвь. Атакующее умение школы Дерева. Монах замирает на месте и использует заряд чистой Ци, чтобы подготовиться к сокрушающему удару. В течение 8 секунд его физическая броня возрастает на 200 единиц, а показатель Силы ежесекундно увеличивается на 25% от базового значения. Прервать процесс можно в любой момент, нанеся удар текущим оружием или врукопашную. После удара показатель Силы вернется к исходному значению. Движение с места и применение других атакующих умений в ходе подготовки к удару отменят эффект умения. Уровень умения – 21. Прогресс: 4/60. Модификатор атаки (Цикл разрушения) – снижает показатель Живучести противника на 84 единицы на 10 секунд.
Удар Ветвью сбил латников с ног и оглушил. Я же, подлетев ближе, убрал посох и пригвоздил ближайшего ко мне Орихалковым клыком. Его я к слову, уже тоже успел прокачать, но до двадцатого уровня было пока далеко. Впрочем, модификаторы атаки одной стихии все равно не суммируются.
Орихалковый клык. Атакующее умение школы Металла. Монах использует заряд чистой Ци, чтобы после трехсекундной подготовки нанести сокрушающий удар кулаком, пробивающий физическую броню противника. В момент удара кулак превращается в раскаленный орихалковый клин, а показатель брони противника уменьшается на показатель собственной брони монаха без учета доспехов и может достигать отрицательных значений. При отрицательном показателе брони противник получает дополнительный критический урон. С ростом уровня умения при расчете снижения брони противника собственная броня монаха умножается на повышающий коэффициент. Уровень – 11. Прогресс – 9/100. Коэффициент снижения брони – 1,11. Умение можно применять не чаще, чем раз в 29 секунд.
Но неписю с его недорогой стальной кирасой хватило за глаза – раскаленный клин продырявил его броню, как картон и, кажется, даже вышел из спины. Бедняга рухнул под ноги товарищу. А тот сумел меня удивить – не замер на месте и уж тем более не бросился бежать. Наоборот, рванул на меня, выбрасывая вперед руку с копьем.
Среагировать сам я не успел, но сработало Зерно морской саламандры – тело само собой дернулось чуть назад, изгибаясь в пояснице, и наконечник мелькнул мимо, лишь оцарапав мне грудь. Почти сразу же следом стражник рубанул меня кромкой щита. От этого удара я увернулся Хвостом ящерицы. Хотел было контратаковать – врубилЖелезные кулаки и резко сократил дистанцию, чтобы противник не достал меня копьем. Однако он, завертевшись волчком и снова долбанув меня щитом, умудрился отбросить пику и выхватить меч. Я увидел это слишком поздно, так что удар пришлось парировать голыми руками.
Раздался лязг, будто железо столкнулось с железом. Стражник, выпучив глаза, уставился на свой клинок, который я встретил ребром ладони. Этой секундной задержки мне хватило.
Хвост дракона!
Удар ногой с разворота, и так-то мощный, одиночную цель и вовсе отправил в глубокий нокаут – стражник отлетел на несколько метров, загремев доспехами по мощенному булыжниками двору. Я же бросился к механизму, опускающему мост.
Заскрипел тяжелый деревянный ворот, загремели цепи, а покачивающийся, как огромная боксерская груша, противовес пополз вверх. Судя по конструкции, ворот предназначался для двоих, но мне хватило Силы, чтобы управиться и в одиночку. Тяжелее всего пришлось в начале, а потом, когда створка моста пошла вниз, она потянула за собой и противовес, так что рукоятки ворота замелькали, как спицы в колесе.
В мою сторону со всех сторон бежали стражники, но секунд десять у меня было, и я их использовал по максимуму, опустив мост больше чем наполовину. Когда же до преследователей осталось буквально несколько метров, я бросился прочь. Но не в сторону открытого пространства – там меня тоже ждали, быстро охватывая в полукольцо. Я побежал прямо на стену и под удивленные возгласы неписей пробежался вверх по ней метра на три.
Прыжок лягушки!
Оттолкнувшись от стены, я взмыл высоко вверх, и в верхней точке траектории замедлил движение и слегка подкорректировал курс так, чтобы запрыгнуть на бревна противовеса.
Адамантовые когти!
Пальцы на несколько секунд вспыхнули, превращаясь в раскаленные острые когти – в темноте взмахи ими, наверное, были заметны издалека. Я размашистыми ударами перерубил цепи, и тяжеленная сцепка бревен рухнула вниз. Почти сразу же снаружи донесся грохот – полотно моста, не сдерживаемое противовесом, упало поперек рва.
Сам я, выстрелив Жалом в деревянную балку, торчащую из стены, пролетел, как маятник, вперед, перемахнув на крышу какого-то строения. Короткая пробежка по дробно стучащей под ногами черепице, снова прыжок – и уже на вершине внешней стены.
Головокружительные кульбиты, цирковой гимнаст позавидует. Но выполнял я их без особых эмоций, даже без возгласов – был слишком сосредоточен. Сейчас любая ошибка, любое промедление – и все пойдет прахом.
Выскочившего мне навстречу караульного отшвыриваю от себя Хвостом дракона так, что бедолага летит вниз с высоты трехэтажного дома. Бросаюсь ко входу в надстройку над воротами. Вижу, что караульные внутри уже переполошились, и навстречу мне, перегораживая проем двери, выдвигается один из них.
Громкий щелчок – и боль пронзает меня яркой вспышкой. Я, не обращая внимания на торчащий из груди арбалетный болт, бросаюсь вперед, замахиваясь на ходу для удара. У меня как раз откатился Орихалковый клык, и я буквально насквозь пробиваю им арбалетчика в грудь, через кольчугу и плотный стеганый гамбезон. Отбрасываю ногой и влетаю внутрь, активируя Зеркальный щит.
Еще два раза щелкают арбалеты, стражники тут же отбрасывают их, выхватывая короткие мечи. К ним на подмогу бежит еще один дозорный со стены. Полоски клинков так и мелькают в полутьме, отражая отсветы факелов – все трое орудуют мечами ловко и яростно.
Выдвигаюсь навстречу и успеваю нанести всего несколько ударов прежде, чем вояки разбивают мой щит. Тот взрывается блестящими осколками, и все трое отшатываются, вопя от боли. Хвостом дракона я отбрасываю их от себя, чуть ли не размазывая по стенкам. Морщась от боли, выдергиваю из себя арбалетный болт. Засел не глубоко, спасибо Сердцу дуба и ауре Благословения стали.
Сзади, со стороны выхода, слышу приближающиеся шаги и снова вызываю Зеркальный щит, а в сторону стражников метаю Серебряные иглы – все семь штук по прямой, будто очередь из автомата.
Крепость тем временем за считанные секунды превращается в растревоженный улей – крики, грохот, лязг оружия, протяжные утробные рыки боевых горнов. Среди всей этой какафонии я вычленяю нужные мне звуки – топот ног по деревянному настилу опустившегося моста. Передовой отряд Псов уже спешит сюда, и единственное, что их сейчас удерживает – это решетка на воротках.
– Поднять мост!! – орет кто-то из защитников крепости.
– Механизм сломан!
– К воротам! Все к воротам!
Я изо всех сил вращаю ворот, наматывая на него толстые, изрядно побитые ржавчиной цепи. Боковым зрением ловлю приближающихся с обеих сторон стражников, бегущих ко мне по боевому ходу стены. Трое справа, четверо – слева. И среди них арбалетчики – в меня снова летят болты, штуки три, один за одним, но прочности Щита хватает, чтобы сдержать их.
Я бросил в обе стороны Тернии, чтобы задержать стражников хотя бы еще на несколько секунд.
К тому моменту, как с обеих сторон в караульную ворвались стражники, я успел изрядно покрутить ворот, и решетка наверняка поднялась уже достаточно, чтобы Псы успели вбежать внутрь. Судя по поднявшемуся во дворе гомону, они уже вовсю рубились с наседающими со всех сторон защитниками крепости. Их задача – продержаться до прибытия основного отряда, который уже наверняка в пути. В общем, все решится в ближайшие пару минут. Мост они уже не поднимут. Так что дело за малым – не дать им опустить решетку.
Латник справа налетел на меня, пытаясь пронзить мечом, к нему тут же подключился второй. У стены заворочались, приходя в себя, те, кого я до этого отшвырнул Хвостом дракона. Ч-черт, не добил все-таки. Живучие гады!
Под натиском неписейЗеркальный щит снова взорвался, исчерпав свой запас прочности. Осколки зазвенели, разбиваясь о стальные кирасы и шлемы. Но, кажется, один получил в лицо – заорал, отшатнулся, едва не роняя меч.
Кастую Магнитный купол. Выглядит это так, словно от меня во все стороны хлынула невидимая волна, отталкивающая всех противников и прижимающая их к стенам. Мелкие железные предметы – оброненные мечи, стрелы, фляжки, шлемы и прочий скарб – взметнулись в воздух и тут же припечатались к стенам, будто приклеенные. Сами противник были закованы в броню разной степени тяжести, так что их тоже потащило к границам купола. Они пытались сопротивляться, но невидимая сила буквально вырывала оружие из их рук.
А у меня появилось двадцать секунд свободного времени. Я полностью поднял решетку, застопорил ворот с помощью специального рычага. Когда нападавшие высвободились из созданной мной магнитной аномалии, я уже встречал их, обновив Зеркальный щит.
Схватка получилась короткой, но яростной – несмотря на все мои ауры и прокачанный Хвост ящерицы, меня несколько раз серьезно пырнули мечами прежде, чем я успел контратаковать. Все-таки, когда ты окружен в тесном помещении, никакие чудо-приемы не помогут. К счастью, на подмогу к стражникам больше никто не бежал. Похоже, все защитники крепости отвлеклись на разразившуюся во внутреннем дворе схватку.
Добив последнего непися, я выхлебал лечебное зелье и выглянул наружу. Удовлетворенно кивнул неизвестно кому. Внизу, уже совсем рядом с опущенным мостом, несся вперед основной отряд. Еще немного— и они буду внутри.
Я на всякий случай пробежался по стене, проверяя, чтобы никто не сунулся к механизму подъема ворот. Как знал – такие умники нашлись. Не неписи-стражники, а кто-то из оказавшихся в онлайне игроков из Легиона. Первый – какая-то разновидность воина в тяжелой броне – особых проблем не доставил. Увидев, как я легко одет, он, наверное, решил, что я просто лазутчик и ничего собой не представляю в бою. Фатальная ошибка. Когда я пробил Орихалковым клыком его щит, а потом буквально искромсал его Адамантовыми когтями, рожа у вояки была такая, что я пожалел об отсутствии в интерфейсе кнопки скриншота. Со стены я его сбросил Хвостом дракона – ситуация была не из тех, чтобы экономить заряды Ци. Да и у меня неплохой запас жемчужин при себе, есть чем дозаправиться.
А вот укрывающиеся за зубцами стены лучник и огненный маг заставили попотеть. Особенно маг. Сердце дуба, давая мне дополнительную физическую броню, добавляло и уязвимость к огню, так что от заклинаний его меня припекало во всех смыслах. Лучник тоже оказался хорош. Пулял, как из автомата, причем, видимо, за счет каких-то скиллов, умудрялся сбивать с меня полностью заряженный Зеркальный щит буквально за две-три атаки. Стрелы его легко впивались даже в камень, и я боялся представить, что будет со мной при прямом попадании.
Мне на подмогу пришла Ката, поднявшаяся по лестнице с внутренней стороны стены и зашедшая противникам в тыл. В темноте засверкали с шипением её фирменные ледяные бумеранги. Их она уже тоже прокачала до такой степени, что, сталкиваясь с преградой, снаряды взрывались, оставляя после себя обширное пятно инея.
Маг, попытавшийся было перефокусироваться на нее, получил удар страшной плетью, сплошь утыканной острыми, как бритва, лезвиями, похожими на акульи плавнички. Второго он не пережил – рухнул, как подкошенный, и отправился к менгиру. Я же тем временем смог застать врасплох лучника. В ближнем бою он оказался почти беспомощен, и тоже быстро пал.
Я благодарно кивнул ведьмачке, и та нехотя ответила таким кивком. Отношения у нас после того, как она узнала о Кристине, очень натянутые, я даже стараюсь избегать её. Но рад, что она, кажется, немного остыла.
– Надо помочь нашим внизу! – коротко бросила она на бегу, бросаясь обратно к лестнице. И едва не столкнулась со спешащим наверх Стингом.
Тот был настолько сосредоточен и тороплив, что сам на себя не походил. Даже никакой шуточки вслед Кате не отвесил. Молча пропустил её, пробежался по боевому ходу, отыскивая удобную для себя позицию. Достал из-за спины какой-то массивный тубус, установил его торчком на краю стены. Тот сразу пришел в движение, трансформируясь в небольшую алантскую турель с многозарядным арбалетом на вершине. Турелька оказалась самонаводящейся – Стинг лишь направил ее в сторону развернувшейся во дворе битвы, а сам занял место рядом, частично укрываясь за каменным зубцом. Вскинул лук, прицеливаясь. Турель тем временем щелкнула тетивой, выстреливая коротким толстым болтом куда-то вниз, самостоятельно взвелась и стрельнула снова. Так они и работали в паре – турель четко, как часы, шила болтами где-то раз в три-четыре секунды, Стинг – чуть реже, тщательно выцеливая кого-то из толпы.
Мое прикрытие ему вряд ли было нужно, так что я поспешил к остальным. Попросту спрыгнул вниз, в самую гущу, приземлился неподалеку от Берса. Тот шарахнулся от меня, как от привидения, и едва не полоснул горящими хопешами.
– Твою мать, Мангуст! Заикой оставишь! – сплюнул он и с выпученными глазами оглянулся, прикидывая, откуда это я мог свалиться.
Сражение, тем временем, достигло своего апогея. В разверзнутую пасть ворот бурным орущим потоком рвались наши основные силы, круша все на своем пути. Но, надо отдать защитникам должное. Особенно неписям. Они умудрились быстро перекрыть проходы, ведущие вглубь крепости, и выстраивали эшелонированную защиту по всем правилам – тяжелые латники-щитоносцы впереди, вторым рядом – копейщики с длинными пиками, позади и на крышах зданий – дальнобойные юниты. Игроки из Легиона только-только подтягивались к воротам, и было их совсем немного. План удался – мы атаковали, когда в онлайне почти никого не было.
Ну, либо те, что есть, засели в главной башне и сейчас лихорадочно выгребают самое ценное из гильдейских хранилищ в надежде спасти хоть что-то.
Отряд Терехова оказался отсечен от основных сил и прижат к стене, но, как всегда, сражался с таким остервенением, что противники пожалели, что вообще связались с этими чокнутыми. В очередной раз меня удивил Берс. Он либо совсем не чувствовал боли за счет каких-то новых умений, либо упивался ею. Но бросался он в самую гущу врагов, при этом не обращая внимания на многочисленные раны. Его воспламеняющаяся на воздухе кровь летела во все стороны огненными брызгами, и в полутьме это смотрелось, как какое-то жутковатое фаер-шоу.
Они, пожалуй, и без меня бы справились, особенно когда на полную катушку подключился Док. Морозное дыхание Карачуна обдало врагов белым облаком, будто струя из огнетушителя, а сонм призраков, призываемых жезлом из древесины Джубокко, довершил начатое, скользя от одного противника к другому и постепенно окрашиваясь багрянцем.
Еще пара минут – и во дворе возле ворот почти никого не осталось. Перепрыгивая через трупы защитников, штурмующие крепость бойцы ринулись дальше. Псы – за ними.
Я остался на месте и устало стянул с головы черный клобук, закрывающий лицо. Куртка на правом боку и на спине насквозь промокла от крови и неприятно липла к телу. Но иконка кровопотери в интерфейсе была уже полупрозрачной и мигала – вот-вот исчезнет. Регенерация, подстегнутая зельем, быстро брала верх. Через несколько минут раны затянутся.
– Мангуст, не отставай! – выкрикнул, чуть задержавшись, Гюрза, добивая ударом копья раненого непися-стражника. – Бой еще не закончен!