Омлет для собственного мужа

Валерия Галина

Омлет для собственного мужа

Сон уходил постепенно. Просыпаться так было всегда приятно. В этот момент в мире нет спешки мегаполиса, деловых задач, суеты звонков и сообщений. Она принадлежала только себе.

Ольга слегка приоткрыла глаза: в комнате полумрак от задернутых штор, дверь спальни закрыта, кровать рядом пуста. За дверью слышится звук включенного телевизора, это Свят смотрит свои любимые кулинарные программы каждую субботу. Он всегда встает в выходные раньше и старается ее не беспокоить. Это, казалось бы, приятное желание заботы с каждым днем почему-то сильнее раздражает.

Она сама не понимала, почему вдруг любая мелочь в поведении мужа начала отталкивать. Неизвестно, когда это произошло, но сегодня все стало максимально явным. Раздражало? Нет, не так. Её это уже бесило!

Он стал не просто идеально-удобным мужем, он стал для нее почти домашним атрибутом. Правильный, заботливый, безупречный, даже слишком безупречный.

Вот-вот он заглянет в комнату и, улыбаясь, скажет: «Зайка, ты встала? Сейчас сделаю завтрак!»

Об этом даже поговорить не с кем. Ведь внешне картинка более, чем идеальная. И да, Свят не домохозяин. Он руководитель крупной компании, высококлассный специалист, его уважают, им все гордятся.Ольга и сама всегда гордилась мужем: у него несколько высших образований, он сделал карьеру на госслужбе, потом ушел в бизнес и тоже смог многого добиться. Что не так? Что, мать его, с ними не так?!

В этом она могла признаться только себе: Святослав, как ей казалось, стал слишком удобным мужем. Он видел, что она устала, и предлагал помочь с мытьем посуды или с пылесосом. Утром он сам заправлял их кровать большим и тяжелым покрывалом. А при смене постельного белья поднимал ей тяжелый матрас, пока она разбиралась с огромной простыней. Если у нее не было настроения готовить, он предлагал доставку или выход в хороший ресторан.

Это все было слишком правильно. И, если бы ей кто-то такое рассказал, она убеждала бы в идеальности такого мужа. Но в ее семье это было как-то… чересчур слащаво, приторно, неестественно.

Двадцать лет назад она выбирала не такого парня в домашних тапочках, который влажной салфеткой протирал столешницу, едва увидев разводы.

Флешбэк. 20 лет назад.

Ветер бьет в лицо, фара мотоцикла выхватывает не дорогу, а то, что на нее похоже. Страшно!!! Ольга жмет сцепление, сбрасывает газ, останавливается и немного поворачивает голову назад. Святослав заглядывает ей в глаза и, вот гад, он смеется.

- Что, малышка, боишься? Бля, а у меня стоит. Твоя попка ощущает? Кайф, адреналин херачит! Сейчас смоемся и потом в подъезде я сделаю тебе хорошо. И не один раз!

- Ты больной? Свят, за нами гаишники гонятся? Они стреляли…

- Оль, они стреляли в воздух, - перебивает он ее и вжимается железным стояком между ягодиц.

- Блин, ты совсем придурок? Свят, мне страшно… я просто…. я села прокатиться… а попала в мотогонки.

- Да не будут они стрелять в нас. Они же видят, что салаги. Так, пугают, - Свят пытался успокоить не только словами, его рука проскочила под футболку, и ладонь поглаживала полушарие груди снизу.

- Да убери ты руки, ты не видишь? МНЕ СТРАШНО, - и слезы потекли из любимых глаз.

Вот этого он уже вынести не мог. Он был готов ко многому в жизни, золотой ложки при рождении не было. Бедность семьи на грани нищеты, драки пацанов 90-х, порой излишне жестокие, — все это он преодолеет, есть для кого. Но когда его девочка начинала плакать, Свят ощущал себя львом в клетке, бессильным и яростным.

Он молча перекинул ногу и сошел с мотоцикла, придерживая руль. Скользнул губами по виску Оли и, обхватив ее свободной рукой, сдвинул девушку. Сейчас она хотела его объятий и ласки, но поле, куда Ольга завезла их с перепугу, не было страховкой от ментов.

Вся компания на мотоциклах разъехалась по селу, за кем сейчас гонятся, неизвестно. Но сваливать пора.

Поэтому Свят молча сел на мотоцикл перед любимой, бросил ей: «Держись!» и поехал в сторону гаража друга Сани. Сегодня не нужно испытывать судьбу: им по 17, прав нет, шлемов тоже. Полный набор для приключений.

Сейчас бросят мот, и он оторвется. По-настоящему с Олей нельзя, она еще девочка. Но то, что они творят и без проникновения, сносит крышу напрочь.

Оля не просто горячая, она зажигалка та еще. Из нее получится охуенная любовница. Он это точно знает. Ему через месяц будет 18, но с общими девчонками он много чего попробовал. Еще богатый опыт получен на сборах и соревнованиях. На его спортивную фигуру и мышцы девчонки пищали и льнули. Хриплый голос, голубые глаза и хорошая речь (он любил много читать) добавляли шарма. Святу не просто не отказывали, ему себя предлагали. Сексуальный опыт был хороший и постоянно улучшался. Он, не доставая, перекуривал, и жарил партнершу дальше. Девки визжали от удовольствия.

Но с Олей он так не поступит. Эта девочка будет им испорчена только наедине, постепенно, с любовью, но очень грязно. Он видел, что ей нравится секс. Они попробуют все, что можно и …что нельзя.

Ольга – его будущая жена. Каким-то только ему известным чутьем он понял, такую больше не найти. Оля – его любовь, одержимость, джекпот по жизни. У этой девочки даже заебоны его вставляли. Она даже капризничала, истерила, обижалась так охеренно!

А как она кончала в подъезде…

Почему в подъезде? Да, блядь, больше негде.

У Ольги была своя комната, но это был херовый вариант. Во-первых, родители, а особенно мама Оли, недолюбливали Свята. Он из скромно обеспеченной семьи, поэтому для умницы-красавицы дочери предки видели совсем другую партию. Во-вторых, как можно расслабиться, когда мамаша каждые двадцать минут тащилась с каким-то тупым вопросом, будто специально.А в квартире у Свята о радостях секса можно было только мечтать: народу до хера, и всегда кто-то дома, да и хата маленькая. Что-то снять он просто не мог себе позволить, денег тупо нет. Поэтому подъезд поздним вечером был самым реальным вариантом.

Вот и сегодня, бросив мотоцикл как попало, он пошел ее провожать до квартиры, привычным движением на первом этаже выключив свет во всем подъезде. Он всегда так делал, когда вечером шел к ней. На четвертом этаже на всякий случай потянулся и выкрутил слегка лампочку. Если кто-то запоздавший включит свет, то на этаже будет так же интимно темно. А шаги они услышат заранее.

Оля понимала, что происходит, это было не в первый раз. Но, продолжая игру, спросила:

- Свят, нафига свет выключил? Я домой, - и взялась за ручку двери.

- Моя малышка не хочет, чтобы я ее успокоил? – левой рукой он приобнял ее за талию, а правую опустил на бедро. Святославу нравилась эта игра, Оля умудрялась быть с ним и не навязываться. Она будто демонстрировала своим поведением «мне с тобой очень хорошо, но без тебя я тоже смогу». И это пиздец как заводило.

Пальцы парня приподнимали джинсовую юбку, сухие губы невесомо ласкали лицо девушки, а сам он в это время мелкими шажками подводил ее к стене. Когда отступать стало некуда, Ольга схватилась за его плечи и закинула голову от удовольствия. Руки этого парня доводили ее до исступления. У нее все плыло в голове, а между ног начинало тянуть. Когда пальцы Свята нырнули в трусики, девушка только охнула.

- Свя-ят! – через глубокий вздох протянула она его имя.

- Зайка, ты пиздец, какая мокрая! Бля, как меня вставляет! Олька, как я тебя хочу! Маленькая, я сдохну, пока до тебя дорвусь. Потрогай меня, погладь, - прошептал парень на ухо. – Когда мы с тобой по-настоящему сможем, я буду трахать тебя день и ночь.

- А мне так тоже нравиться, - улыбнулась девушка, - мне хорошо с тобой.

- Не переживай, маленькая, спектр услуг только расшириться, лизать я тебя так же буду, - Свят ухмыльнулся, вставляя второй палец. Оля задышала чаще и тихо-тихо застонала. Тут же она стала сама нетерпеливо насаживаться на пальцы.

Вот именно это и нравилось в сексе с любимой: она не играла, не ломалась, она получала удовольствие. В этот момент на ее лице в темноте летней ночи было видно сильное желание и не менее сильное удовольствие. Как это его возбуждало.Он в свои почти восемнадцать, желая круглосуточно трахать все, что шевелится, понимал, что вот это единение души, сердца и тела нужно беречь. У него не было тупого желания получить целку, закрыть гештальт, забиться с пацанами. Свят точно знал, такого больше в жизни можно и не дождаться. Поэтому свою девочку он берег.

Да, у него был секс с другими. Но, блядь, он не изменял. Он хотел секса постоянно! КРУГЛОСУТОЧНО! Даже однажды взрослая баба была где-то в компании. Он ее трахал всю ночь, она утром встать не смогла с кровати, а он просто свалил домой. Но в его возрасте стояк является просто перманентным состоянием, и ты готов не трахать, а ебать, долго и жестко, по-животному. Только с Ольгой так пока нельзя. Имеем то, что имеем.

Девушка вцепилась пальцами в предплечье и зашипела от удовольствия. Он двигал пальцами все интенсивнее, губами оставлял влажные поцелуи на шее. Это была эрогенная зона Оли. Да, пиздец, у нее все тело было эрогенной зоной. Его девочка была такой отзывчивой и чувствительной, даже опытные бляди так не могли имитировать, как она искренне наслаждалась.

Тишину ночного подъезда нарушали вздохи Оли и хлюпающие звуки пальцев. Тяжесть внизу живота девушки нарастала, клитор был как оголенный нерв, когда Свят коснулся большим пальцем узелка между ног любимой, она всхлипнула и начала беспорядочно мотать головой, бормоча: «Свят, мой, мой, боже, да, да…люблю, мой, только мой, да»

Кончала она красиво, парень любовался, как Оля теряла связь с миром и в почти полубессознательном состоянии что-то шептала и дрожала в его руках. Эти секунды были для него самой сладкой пыткой и наградой, ради этого он готов был терпеть и дальше, пока она не созреет для полноценного секса. Да хер с ним, он подрочит, вспоминая, как девочка мечется во время оргазма. В этот момент он ощущал, какой зависимой и беззащитной она становится.

Свят не боялся ее распечатать, другого мужика у нее все равно не случиться, ответственность за секс он готов нести. Но он ждал, когда девушка сама будет готова, ведь ее встроенная настройка чувствительности когда-то победит.

Когда Оля начала приходить в себя, она прижалась головой к груди парня и сладко прошептала:

- Свят, как мне хорошо… ты не представляешь… - ее рука скользнула ему в спортивные брюки.

- Конечно, не представляю, зайка. Я просто сдохну сейчас о спермы в ушах. Подрочи мне немного, маленький, видишь какой кол стоит?

Оля скользнула рукой вниз по стволу и ласково погладила пальчиками яички. Парень напрягся, чуть сильнее сжал пальцы на талии девушки и зашипел сквозь губы.

Наше время

Дверь в спальню приоткрылась, и Ольга увидела лицо мужа.

- Зая, ты проснулась? – Свят подошел к кровати и ладонью нырнул под одеяло, он коснулся ее ступни и начал поглаживать пальцами нежную кожу.

Эта женщина его всегда сводила с ума. Она его бесила, возбуждала, раздражала, доводила до ярости, укрощала. Это был его персональный адище на земле. Он много раз хотел ее убить нахер. Но ни разу, ни разу, блядь, он не хотел с ней расстаться. Каждый раз, когда она в истерике кричала про развод и чемоданы, он терял контроль над собой. Он шел на любые уступки, только бы она осталась в его жизни.

К слову, Ольга всегда была очень мудрой и адекватной женщиной, и все уступки были закономерными. Это касалось позднего возвращения домой в состоянии охуительного опьянения, выходок его родственников, которые Оля очень терпеливо сносила, а потом взрывалась. Нет, ни разу жена не жестила без причины.А мелкие гормональные психи он готов был терпеть и задабривать свою малышку жарким сексом и подарками. Секс жена обожала, как и двадцать лет назад. От его куни она выгибалась и стонала, как последняя шлюха.

Его Оля, которая не курила ни разу, не пила алкоголь, вся такая правильная и идеальная, была самой шикарной блядью в его постели. Она просто родилась для его члена и языка. Стыд в их сексе отсутствовал напрочь. Он просто счастливчик. Таких жен не бывает.

Его девочка любила вкусно готовить и украшать их дом. Она получила хорошее образование и сделала неплохую карьеру. Родила ему сына и создала все условия, чтобы Свят дома чувствовал себя просто охеренно.А заебоны… Да похуй, ее заебоны, не хилые, кстати, ему нравились всегда.

Он долго служил в погонах, потом по выслуге вышел на пенсию и сделал себе имя и карьеру в бизнесе. Да что там сделал, он продолжает развиваться.

Никогда он не слышал ни слова упрека за пропущенные дни рождения и праздники, потому что служба звала. Ни разу она не предъявила претензии, что от него помощи дома совсем не было. Она уважала его стремление делать карьеру. Она приняла его хотелки.

Все его друзья и приятели были или разведены, или женаты далеко не первый раз. Такую службу мужа выдержать молодой и красивой женщине было очень сложно. Его жена была всегда с ним. Свят это очень ценил.

Еще он точно знал, что трахался много и часто, а любил и любит только одну. Другой жены в этой жизни у него не будет.

Ольга молча смотрела на мужа и думала, где они свернули не туда? Ну почему ее все это раздражает? Ведь был огонь и фейерверки. Ведь он классный мужик был всегда. Ну почему сейчас этот плюшевый мишка рядом с ней? Он ведь раньше был дерзкий, наглый, решительный. Среди мужчин – лидер, для женщин – мечта. А сейчас…

- Ольчик, я пошел завтрак делать. Тебя жду. Уже голодный. Может, сегодня по центру погуляем? – муж, пока говорил, раздвинул шторы, впустив солнечный свет в комнату, и пошел на кухню.

В центре гулять они любили. Потому что это был центр Петербурга. Свят когда-то в юности пообещал ей, что они уедут из родного села, и слово сдержал. Сначала он вывез любимую жить в областной центр, а потом организовал бизнес в культурной столице.Он пахал, как проклятый, чтобы его семья могла себе позволить лучшие магазины и рестораны. Сын учился в университете, а Ольга руководила рекламной фирмой.

В подарок муж дарил только лучшее: яблочный телефон, шубу, машину, украшения. Отдыхали они на всех морях и океанах. Отели своей любимой он всегда выбирал только лучшие.

Ведь любая женщина скажет, что лучше этого не бывает. А Ольга думала… Ольга думала о другом мужчине.