Валерий Замулин.

Курск– 43. Как готовилась битва «титанов». Книга 2



скачать книгу бесплатно

В зависимости от того, как будет развиваться ситуация, одновременно с 40А готовилась перейти в контрудар (со второго эшелона фронта) по правому крылу группировки, нацеленной на Обоянь, и 69А генерал-лейтенанта В.Д. Крючёнкина. Таким образом, Н.Ф. Ватутин предполагал: примерно на 2-3-й день боёв ударный клин ГА «Юг» на обоянском направлении должен будет упереться в «бронированный щит» 1ТА, а его фланговые соединения, зажатые поймами рек Ворскла и Донец, попасть в мощные «клещи», созданные 40 и 69А. И при этом враг будет вынужден продолжать вести тяжёлые бои с войсками 6 гв. А.

Советское командование не имело точных данных о силах, которые ГА «Юг» предполагала привлечь для нанесения главного удара, а потому опасность преодоления ими даже «огненного коридора» четырёх армий все же существовала. Чтобы снизить её и в случае прорыва второго эшелона 6 гв. А, немцы не смогли бы развить этот тактический успех до оперативного, было крайне важно надежно заблокировать и их вспомогательную группировку (для создания внешнего фронта окружения), которая, по расчётам Н.Ф. Ватутина, должна была ударить по 7 гв. А восточнее Белгорода на г. Корочу. При срыве её наступления даже значительные силы Манштейна на обоянском направлении не смогут за относительно короткий срок выйти на оперативный простор. На это будут влиять два основных фактора: потери в ходе прорыва обороны 6 гв. А плюс отражения контрудара 40 и 69А и одновременно необходимость выделения существенных сил для прикрытия флангов, растягивающихся по ходу движения вперёд.

Однако всё это может сработать лишь в том случае, если противник сразу после прорыва главной полосы 6 гв. А не бросит в бой чрезвычайно большие резервы. Но и этот вариант всесторонне просчитывался, для него руководство фронта и Ставка тоже готовили существенные резервы. Тем не менее, если одновременно с подходом дополнительных сил ГА «Юг» её вспомогательная группировка не будет заблокирована войсками 7 гв. А, то, естественно, начнётся распыление советских оперативных, а возможно, и стратегических резервов. В таком случае оборонительная операция может пойти по наихудшему сценарию с тяжёлыми последствиями. Поэтому ни в коем случае не следовало допустить объединения в единый ударный «кулак» обеих частей группировки Манштейна (обоянской и корочанской) и развести их уже с первых дней наступления, чтобы заставить его тратить силы на прикрытие не двух флангов (в случае единого ударного «кулака»), а четырёх.

Н.Ф. Ватутин планировал решать эту задачу следующим образом. Во-первых, надёжно укрепить рубеж 7 гв. А по всему фронту, чтобы не допустить движение АГ «Кемпф» через её полосу с той же скоростью, с которой может прорываться 4ТА на Обоянь, если войска Гота преодолеют главную полосу 6 гв. А. Во-вторых, создать непреодолимое препятствие на стыке 6 гв. и 7 гв. А и отражать удар вспомогательной группировки не только силами 7 гв. А, но и 69А (или с её позиций фронтовыми резервами).

Удар по смежным флангам – самый распространенный и эффективный приём прорыва при наступлении.

Н.Ф. Ватутин же решил использовать его в ходе обороны. Он учёл, что за передним краем дивизий первой линии 6 гв. и 7 гв. А. расположено труднопроходимое заболоченное место – слиянии Северского и Липового Донца. Поэтому именно здесь он и определил стык армий, а затем планировал существенно укрепить этот участок (Ерик – Чёрная Поляна – Старый город – исправительно-трудовая колония): как уже отмечалось, построить здесь дивизии в два эшелона и сосредоточить значительное количество артиллерийских средств. К концу июля 1943 г. в двух дивизиях на смежных флангах 6 гв. и 7 гв. А (81 гв. и 375 сд) была создана плотность 19-23 орудий на погонный километр.[147]147
  Замулин В.Н. Забытое сражение Огненной дуги. М.: Яуза, 2009. С. 24.


[Закрыть]
Столь высокого показателя не было ни на одном участке Воронежского фронта. Кроме того, как и требовал Генеральный штаб, дополнительно специально для прикрытия стыка этих армий их командование выделяло внушительные силы – танковые, артиллерийские и инженерные подразделения, которым предписывалось в короткий срок разработать планы контрударов и взаимодействия между собой на случай прорыва противника через стык. Насколько тщательно продумывалось прикрытие смежных флангов 6 гв. и 7 гв. А, свидетельствует обнаруженный мною в ЦАМО РФ Акт окончательного закрепления сил и разделения ответственности на этом участке, который был подписан 12 мая 1943 г. высокопоставленными офицерами и генералами обоих объединений, (см. Приложение №4).

Однако этими мероприятиями усиление не завершалось. Н.Ф. Ватутин планировал между поймами рек сосредоточить ещё и 69А для прикрытия всё того же стыка 6 гв. и 7 гв. А. В результате естественное препятствие – междуречье Северского и Липового Донца, имевшее форму клина, направленного остриём к переднему краю, усилиями войск Крючёнкина должно было превратиться в клинообразный укрепленный узел сопротивления. А перед его остриём готовились развернуть в два эшелона стрелковые полки и многочисленную артиллерийскую группировку 81 гв. и 375 сд со средствами усиления. Командующий фронтом предполагал, что если войска ударного клина Манштейна не смогут преодолеть стык 6 гв. и 7 гв. А, они будут вынуждены пытаться обойти его, а значит, единый фронт наступления ГА «Юг» будет расколот на две группировки, не имеющих локтевой связи. Если же враг в этом случае все-таки попытается прорваться в глубь 6 гв. и 7 гв. А, правый фланг его основной (обоянской) и левый – вспомогательной (корочанской) группировок попадут под контрудар 69А и подвижных резервов фронта.

Первоначально (в апреле) для контрударов совместно с армией Крюченкина предполагалось задействовать только отдельные танковые корпуса (2 гв. и 5 гв.тк), которыми тогда располагал Н.Ф. Ватутин. Но, как уже упоминалось выше, в конце мая Ставкой будет принято решение использовать непосредственно в обороне под Курском и танковые армии. Для этого Воронежскому фронту передадут объединение Катукова (1ТА), и Н.Ф. Ватутин отдаст приказ командарму разработать варианты контрударов в тесном взаимодействии с отдельными корпусами в рамках своего замысла. Этот шаг станет важным дополнительным элементом, который и придаст советской стороне уверенность в «Плане Ватутина» (на главных направлениях) и, безусловно, повысит устойчивость обороны фронта в целом.

Далее предполагалось, что после того, как 4ТА будет остановлена, 6 гв. А и 1ТА при поддержке 69 и 40А должны рассечь её группировку, а резервы фронта во взаимодействии с 7 гв. А параллельно нанести удар по ГА «Кемпф». После ликвидации обеих частей группировки Манштейна Воронежскому фронту совместно с подведенным к этому времени стратегическим резервом Ставки ВГК (СтепВО) предстояло перейти в решительное контрнаступление через Белгород и Томаровку на Украину.

Учитывая, что 7 гв. А обороняла вероятное направление вспомогательного удара противника, а также то, что перед её рубежом находилась река Северский Донец, Н.Ф. Ватутин выделял М.С. Шумилову заметно меньше артсредства, чем И.М. Чистякову, но в то же время передал 7 гв. А больше танков НПП (более чем корпус) и нацелил в её полосу часть своего подвижного (2 гв.тк) и противотанкового резерва. В целом для решения поставленной задачи эта армия получала внушительные силы.

Передний край 69А, развернутой уже в начале апреля за стыком войск Шумилова и Чистякова, проходил по линии Богородецкое, Выползовка, Алексеевка, Нечаевка, Белый Колодезь, Больше Троицкое, Белянка, Ефремовка. Перед ней были поставлены три главных задачи[148]148
  ЦАМО РФ. Ф. 426. Оп.10753. Д. 410. Л. 17, 18.


[Закрыть]
. Во-первых, в случае прорыва полосы 6 гв. и 7 гв. А или отхода их фланговых дивизий во взаимодействии с их войсками и фронтовыми резервами уничтожить прорвавшегося врага. Во-вторых, при успешном отражении впереди стоящими армиями удара неприятеля быть готовой к наступлению и развитию успеха в трёх направлениях: Томаровка – Грайворон – Ахтырка, Белгород – Харьков, Волчанск – Харьков. Но проблема заключалась в том, что армия Крючёнкина изначально была самой слабой на Воронежском фронте. Даже с начала Курской битвы в ней не будет полностью завершено переформирование и пополнение соединений. Н.Ф. Ватутин предполагал это и ещё в конце апреля приказал генерал-лейтенанту С.Г. Горячеву, командиру 35 гв. ск, наладить взаимодействие с её штабом, чтобы он в любой момент мог быть оперативно включен в состав армии. Позиции корпуса располагались в 15-25 км за рубежом 69А и являлись фактически её второй оборонительной полосой. Корпус Горячева имел три стрелковых дивизии, котрые хотя и были сформированы только в апреле 1943 г., но к началу боёв их численность будет доведена практически до штата. Вместе с тем уже в ходе оборонительной операции 69А предполагалось дополнительно усилить силами из резерва фронта. Таким образом, Н.Ф. Ватутин сделает всё от него зависящее для усиления армии Крюченкина и поэтому рассчитывал, что 6 гв. и 7 гв. А, приняв на себя первый удар противника, во взаимодействии с 1ТА нанесут ему серьёзные потери, а 69А должна будет столкнуться уже с обескровленными и измотанными вражескими соединениями. Поэтому окажется вполне способной выполнить возложенные на неё задачи: стать заслоном на стыке 6 гв. и 7 гв. А и фланговым тараном в случае прорыва их флангового прикрытия. Однако эта часть его плана оказалась наиболее слабо проработана. Расчёты на стойкость войск Крючёнкина и Горячева окажутся завышены, в том числе и по субъективным причинам. Командный состав их дивизий, назначенный на свои должности весной 1943 г., окажется не в состоянии не только выполнить боевые задачи, но в ряде случаев даже исполнять свои элементарные обязанности.

«План Ватутина» в том виде, как он представлен выше, до этого момента историкам известен не был. Возможность понять замысел командующего Воронежским фронтом появилась после того, как мною были проанализированы в ЦАМО РФ лишь недавно рассекреченный массив документальных источников фронтового и армейского звеньев. С этим обстоятельством связано и ошибочное утверждение некоторых отечественных исследователей о том, что якобы наличие в 40А перед Курской битвой больших сил и средств является подтверждением неспособности руководства фронта, верно определить направления главного удара ГА «Юг». Поэтому оно «размазало» свои силы по всем вероятным танкоопасным направлениям[149]149
  Исаев А.В. 1943-й. От Харькова до Курска. М.: Вече, 2008. С. 193.


[Закрыть]
. Это утверждение напрямую перекликается со спорным тезисом, который в начале 1960-х гг. выдвинул К.К. Рокоссовский. Действительно, по количеству личного состава и вооружению 40 и 6 гв. А были практически равны, но это не противоречило замыслу Ватутина. Напомню, в письме Военного совета фронта от 21 апреля 1943 г. высказывалось мнение о том, что в полосе 40А немцы могут нанести не главный, а лишь вспомогательный удар[150]150
  Гланц Д., Хауз Д. Курская битва. Решающий поворотный пункт Второй мировой войны. М.: ACT, 2007. С. 390.


[Закрыть]
, а учитывая, что Н.Ф. Ватутин возложил на К.С. Москаленко ещё и не простую задачу – оттянуть на себя часть вражеских сил из полосы 6 гв. А, существенное усиление его армии было вполне оправдано. Об этом писал в своих мемуарах и К.С. Москаленко: «Оценивая возможное направление главного удара противника, командование Воронежского фронта конечно же учитывало, что кратчайший и наиболее удобный путь к Курску; куда стремился враг, лежит вдоль шоссе через Обоянь. И именно данное направление было прикрыто особенно прочно. Но мог ли командующий фронтом ограничиться этим? Прав ли был бы он, сделав заключение, что немецко-фашистское командование изберет кратчайшее направление, хотя оно несомненно знает о подготовке здесь наиболее прочной обороны? Ответ на этот вопрос может быть только отрицательным. Тем более что фашистские танковые группировки, встречая упорное сопротивление, часто отказывались от лобовых атак и искали обходные пути…

Вот почему командование Воронежского фронта не ограничилось созданием весьма прочной обороны в полосе только 6 гв.

А и сосредоточением здесь мощных средств усиления, а также 1ТАвторого эшелона. Наряду с этим оно приняло необходимые, диктуемые обстановкой меры по организации отпора возможным попыткам врага прорвать оборону справа и слева от кратчайшего направления, т.е. в полосе 40 и 7 гв. А.

…Не стоит забывать, что сосредоточение наибольших сил и средств в полосе 6 гв. А как раз подтверждает правильность оценки командования фронта ожидавшего главный удар именно там, где он был и нанесен. Что же касается 40А, то сосредоточенные здесь войска и средства усиления предназначались не только для обороны на случай обходного движения врага, но и для контрудара в юго-западном направлении. Такой контрудар нами был спланирован ещё в период подготовки обороны. Предусматривалось, что он будет нанесен после перехода противника в наступление против 6 гв. А. Нацеленный на Черкасское, т.е. под основание предполагаемого прорыва, он мог сыграть важную роль при разгроме наступающей вражеской группировки. Наш план был одобрен Н.Ф. Ватутиным, и мы тщательно подготовились к его осуществлению»[151]151
  Москаленко К.С. На юго-западном направлении. М.: Воениздат, 1979. С. 62, 63.


[Закрыть]
.

Обоянское направление всегда рассматривалось Н.Ф. Ватутиным как самое опасное, где ГА «Юг» наиболее вероятно бросит основные силы. Причём эти оценки оставались не только на бумаге. Об этом свидетельствует и пункт «плана Ватутина» о выдвижении сюда с начала боёв всех подвижных резервов фронта – 1ТА, 5 гв.стк и 2 гв.Ттк и частично противотанкового – 14 оиптабр. По приказу начальника штаба фронта генерал-лейтенанта С.П. Иванова с конца мая их командование начнет проводить рекогносцировку маршрутов движения и ночные марши бригад именно в полосу армии Чистякова. На участке 52 гв.сд 6 гв. А будет подготовлен передовой НП для генерал-лейтенанта М.Е. Катукова, а на второй полосе в районе с. Яковлево – зарыта в землю в полном составе 1 гв.тбр в качестве передового отряда 3 мк 1ТА. В полосе же 40А ничего подобного не готовилось.

Армия Москаленко изначально имела главную задачу: наряду с обороной собственного рубежа (вероятного направления вспомогательного удара) контрударами своих войск способствовать удержанию на армейских рубежах группировки противника, наносящей удар по 6 гв. А, а также, при необходимости, выделением в её полосу частей и даже соединений на усиление обоянского направления. Как известно, в первые четверо суток командование Воронежского фронта будет проводить оборонительную операцию строго в соответствии с ранее разработанным и утвержденным Москвой планом. Импровизировать Н.Ф. Ватутин начнет лишь вечером 9 июля, когда от имени Военного совета запросит у Ставки разрешение на контрудар с использованием стратегических резервов. Поэтому, несколько опережая события, отмечу, что указанные выше задачи 40А будут подтверждены практическими шагами Н.Ф. Ватутина уже на второй день операции. С 5 по 15 июля в полосу 6 гв. А он выведет из 38А лишь 5 частей и соединений, из них только одну стрелковую дивизию и две танковые бригады, а из 40А – 16, в том числе три стрелковых и одну зенитную дивизии, восемь танковых и истребительно-противотанковых бригад[152]152
  Курская битва /под редакцией И.В. Паротькина. М.: Воениздат, 1970. С. 315.


[Закрыть]
. Причем до 9 июля включительно из 40А он изымет и бросит в полосу 6 гв. А большую часть этих сил. Кроме того, даже ослабленная, 40А все же примет участие в контрударе 8 июля 1943 г., проведя не полноценные, а лишь «демонстративные» контратаки против левого крыла 4ТА по плану, который был подготовлен весной. Кстати, в отчёте её штаба о боях за 8 июля 1943 г. упоминается о ранее разработанном и утверждённом руководством фронта до начала Курской битвы плане удар во фланг обоянской группировки противника (в направлении Томаровки) с целью оттягивания сил из полосы 6 гв. А и причинах его невыполнения: «Согласованный ранее вопрос перехода ударной группировки войск левого крыла 40 армии в наступление на Томаровку, после изъятия почти всех средств усиления и одной стрелковой дивизии[153]153
  Это изъятие было произведено б и 7 июля 1943 г. для усиления 6 гв. А и 1ТА на обоянском направлении.


[Закрыть]
, распоряжением штаба фронта от 8.7.1943 г. был переключён на демонстративные действия в этом же направлении составом двух дивизий. Своим распоряжением командарм эту операцию поручил провести командиру 52 стрелкового корпуса генерал-майору тов. Перхоровичу… с 10.00 8.7.1943 г.»[154]154
  ЦАМО РФ. Ф. 203. 0п. 2843. Д. 520. Л. 220.


[Закрыть]
.

И последнее. При анализе решений Н.Ф. Ватутина (как, впрочем, и К.К. Рокоссовского) по ключевым вопросам подготовки к Курской битве, на мой взгляд, всегда следует держать в поле зрения два важных аспекта, которые помогут избежать ошибки в оценках его деятельности.

Во-первых, командующий любым фронтом оперировал теми силами и средствами, которые ему представляла Ставка ВГК, исходя из её собственного видения обстановки, а оно (это видение), к сожалению, не всегда было верным. «Разрыв» между понятиями «требуется для решения поставленных задач» и «есть в наличии у фронта» должен был заполняться талантом полководца в организации и ведении боевой работы, а также повышением напряжения войск. Но часто дефицит сил был значительно больше, чем командующий имел в своём распоряжении этой невидимой для глаза субстанции, а у личного состава был предел физических возможностей. У К.К. Рокоссовского перед Курской битвой такого «разрыва» практически не было, ему предоставили всё, что нужно для обороны, и даже больше, а у Н.Ф. Ватутина, из-за просчёта Москвы в определении главного удара противника в районе Курской дуги,[155]155
  Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. Т. 3. М.: Новости, 1990. С. 37.


[Закрыть]
он будет «зашкаливать» все разумные пределы. И никакие способности лично генерала армии и его подчиненных покрыть дефицит были не в состоянии. Именно поэтому уже на второй день немецкого наступления Москва будет вынуждена спешно двигать на юг целые корпуса и армии, а не из-за того, что Н.Ф. Ватутин окажется недальновидным военачальником, а войска его фронта менее стойкими, чем их соседи.

Во-вторых, в планировании Курской оборонительной операции участвовало от 15 до 20 высококлассных, по меркам того времени, профессионалов высокого ранга. Документацию готовил штаб фронта, подробно согласовывал с представителями Ставки Маршалами Советского Союза А.М. Василевским и Г.К. Жуковым, которые в апреле – мае 1943 г. находились больше в войсках под Курском, чем в Москве, затем она тщательно проверялась и анализировалась в Генеральном штабе. И лишь после этого поступала на обсуждение в Кремль. Безусловно, никто не застрахован от ошибок, но в такой «технологической цепочке» ошибки могли быть только очень крупные, т.е. стратегического характера. По крайней мере тот факт, что в полосе 6 гв. А, оборонявшей вероятное направление главного удара противника, оперативная плотность войск Чистякова ниже, чем на её стыках с соседями, или что 40А имела больше танков, чем 6 гв. А, разработчики операции прекрасно знали. Ибо именно с наличия и распределения сил и средств начиналось планирование любой обороны. Если же эта проблема была решена именно таким образом, значит, следует в первую очередь искать мотив, а не просто констатировать факт, обвиняя военачальников в безграмотности, и ставить точку.

Таким образом, весь «план Ватутина» был нацелен на то, чтобы с первых дней наступления ГА «Юг», опираясь в первую очередь на сложный рельеф местности и скоординированные действия всех армий левого крыла и центра фронта, во-первых, распылить силы её ударных группировок, во-вторых, нивелировать их качественное превосходство над нашими войсками в бронетехнике. Подчеркну, ставка, сделанная командующим Воронежским фронтом на максимальное использование условий местности, оказалась верным решением не только при возведении армейских полос, но и для раскола ударных группировок Манштейна. И хотя его план, в силу допущенной Ставкой ВГК ошибки в определении главного удара, не удастся реализовать в полном объёме, дальновидность и расчёт генерала армии сыграют ключевую роль в успешном отражении наступления противника.

А теперь вернёмся на север Курской дуги, в полосу Центрального фронта, и посмотрим на то, как здесь разворачивалась работа по подготовке к летней кампании. Это стратегическое объединение начали спешно создавать на базе полевого управления Донского фронта согласно директиве Ставки ВГК № 46056 от 5 февраля 1943 г.[156]156
  Русский архив. Великая Отечественная война: Ставка Верховного Главнокомандования. Док. и матер. 1943 г. М.: ТЕРРА, 1999. С. 70.


[Закрыть]
Его формирование должно было завершиться через десять суток, 15 февраля. «Войскам нового фронта предстояло развернуться между Брянским и Воронежским фронтами, которые в это время продолжали наступать на Курском и харьковском направлениях, – вспоминал К.К. Рокоссовский, – и, взаимодействуя с Брянским фронтом, нанести глубоко охватывающий удар в общем направлении на Гомель, Смоленск, во фланг и тыл орловской группировке противника. Начало этой красивой по замыслу операции намечалось на 15 февраля. Но для того, чтобы её начать, надо было прежде всего сосредоточить войска… Мои доводы о нереальности этого срока не убедили Ставку»[157]157
  Рокоссовский К.К. Солдатский долг. М.: Воениздат, 1997. С. 242.


[Закрыть]
.

Поэтому в упомянутой выше директиве перед Генштабом была поставлена очень сложная и масштабная задача: в кратчайший срок, между 12 и 23 февраля, собрать под Курском все войска, включённые в его состава. Объединение Рокоссовского должно было получить их из трёх источников: основу фронта должны были составить силы бывшего Донского фронта, переброшенные по железной дороге из-под Сталинграда (21А, 65А и 16 ВА), из Брянского фронта ему передавалась 2ТА, а из резерва Ставки ВГК – только сформированная 70А. Сосредоточение сил шло очень тяжело, в том числе и из-за ведомственных дрязг, свидетельствует бывший первый заместитель начальника Управления военных сообщений РККА в ту пору генерал-майор И.В. Ковалев: «Ставка решила перебросить освободившиеся соединения к Курску для продолжения наступления. Задание срочное. Для его выполнения потребуется около 900 воинских поездов. Товарищи из Наркомата путей сообщения уверили, что порожняк уже на месте, в районе погрузки северней Сталинграда, на линии СталинградПоворино. Однако оттуда докладывает мне начальник военных сообщений фронта генерал В. И. Дмитриев: ни один эшелон под погрузку войск не подан. Звоню А. В. Хрулеву (нарком путей сообщения СССР и начальник тыла РККА. —З.В.), он отвечает:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20