Валерий Лукьянов.

Богослужебные записки



скачать книгу бесплатно

Как священник, так и диакон всегда во время службы при каждении, имея кадильницу в правой руке, творит крест кадилом. Так кадит престол, иконы, так кадит и людей, например, лики, братию, “по дважды воздвизая пред киимждо (ликом) кадило праве (прямо – сверху вниз) и преки (поперек), творя крест”. Кадящий, творя крест кадилом тому или другому лику, или народу, сам поклонение творит к ним благочинно, ко всем (т. е. каждой стороне) едино, поклоняся мало. И те, коим он кадит, к нему поклонение творят (но не крестятся). При каждении иерея вместе с диаконом поклоняется с иереем и диакон. И диакон, при каждении с иереем, предходит ему со свешником.

Чин каждения всей церкви, начиная с алтаря, подробно описан в Типиконе, в 22-й главе. Он бывает таким образом: при каждении священник или диакон всегда кадилом творит крест. Кадит же сперва святую трапезу (т. е. престол) со всех четырех сторон, крестовидно, потом кадит весь святой алтарь и жертвенник и исходит северными дверьми и, придя перед царские двери, становится перед ними, и, сделав перед ними крест кадилом, кадит иконы южной стороны иконостаса, начиная от иконы Спасителя, потом – иконы северной стороны, начиная от иконы Богородицы, и правый и левый лики (клиросы), и всю братию (народ) в церкви. Далее кадит иконы всего храма, затем входит в притвор. При входе в притвор творит крест кадилом перед “красными вратами”, ведущими из храма в притвор, в нем кадит иконы по обе стороны их, затем, обойдя притвор, обернувшись от красных врат лицом к западу, кадит крестовидно. После сего, придя в храм, перед царскими вратами творит кадилом крест. Потом кадит иконы Спасителя, и Богоматери, и лежащую на аналогии и входит в алтарь южными дверьми творит крест перед святой трапезой» (Никольский, с. 83–84).

Российский известный журнал «Руководство для сельских пастырей» так указывает совершать каждение храма: «Священник благословляет кадило, произнося положенную молитву: “Кадило Тебе приносим…”, берет кадило в руку и начинает каждение алтаря и храма. Каждение совершается так: сперва священник кадит престол, начиная с передней его стороны, горнее место, жертвенник, икону, стоящую на иконостасе над царскими вратами в алтаре, для чего становится между горним местом и престолом, иконы на правой и левой стороне алтаря, присутствующих в алтаре и затем, обойдя престол с той его стороны, которая обращена к северным вратам, выходит через эти врата из алтаря на солею. Здесь священник кадит сперва царские врата, икону Спасителя и другие иконы, расположенные в иконостасе с правой стороны, икону Богоматери и другие иконы, расположенные в иконостасе с левой стороны, и святцы. Став затем перед царскими вратами лицом к народу, он кадит сперва правый и левый клиросы, народ, стоящий на середине храма и с правой и левой стороны его, и весь храм с находящимися у стен его киотами и иконами, причем обход храма начинает с правой его стороны. Каждение заканчивается на солее перед царскими вратами: здесь кадит священник сперва царские врата, затем местные иконы Спасителя и Богоматери, храмовую и святцы, и уходит южными вратами в алтарь, где, покадив переднюю сторону престола, отдает кадило церковнику» (Р.д.с.п.

Выпуск 1-й, Вечерня, с. 2–3).

Однако, этот же журнал параллельно, в отделе о всенощном бдении, указывает и иное последование, предписывая кадить престол, а потом жертвенник, затем горнее место и прочее, а не горнее место ранее жертвенника, как указывалось на вечерни (Р.д.с.п., выпуск 1-й, Всенощное бдение, с. 17–19).

Многие после каждения престола окаживают горнее место, иконы на правой стороне и иконы на левой стороне, не останавливаясь нарочито у жертвенника. И получается тогда, что жертвеннику не уделяется должного внимания, а он окаживается между прочим, с иконами левой стороны. Это недопустимо. Жертвенник, как святыня, должен быть выделен особо. Посему важно придерживаться приведенных нами правил Типикона и журнала «Р.д.с.п.».

Можно предположить, что указание Типикона «кадить сперва святую трапезу со всех четырех сторон, крестовидно, потом весь святой алтарь и жертвенник» (глава 22-я) в своей формулировке основано на том, что в ранней Церкви жертвенник находился в предложении – отдельном помещении (или полукружии) на север от алтаря. Тогда, после каждения алтаря, совершалось каждение жертвенника, как и предписывает Типикон. Но в наше время, когда жертвенник обычно устраивается в северо-восточном углу алтаря, принято кадить жертвенник после престола или, по иной практике, после престола и горнего места, но не иначе.

Ввиду некоторой сложности данного вопроса, журнал «Р.д.с.п.» заключает:

«В нашей Церкви общего, обязательного правила на этот счет не имеется, а потому лучше всего держаться господствующих коренных местных обычаев, дабы не соблазнять народ. Что же касается того, как лучше и благоприличнее начинать всенощное бдение вообще, то, следуя господствующим в Киеве, С.-Петербурге и вообще большей части нашего отечества порядкам, это можно совершать следующим образом. По облачении священника в епитрахиль и фелонь, а диакона в стихарь, священнику подают кадило, а диакону – свечу. Поблагословив кадило с молитвой “Кадило Тебе приносим” (тайно), священник с диаконом молча окаживают сначала св. престол, потом горнее место, жертвенник и прочие иконы в алтаре и т. д….» (Р.д.с.п. – вып. 1-й, Всенощное бдение, с. 18).

Суммируя все высказанное по поводу каждения, можно остановиться на следующем порядке: стоя перед престолом и начертав крест кадилом, священник кадит вокруг престола, окаживая сперва западную сторону его, затем южную, восточную и северную. Кадит горнее место, засим жертвенник (иные – жертвенник, затем горнее место), иконы на правой стороне и иконы на левой стороне. Становясь между горним местом и престолом, кадит икону над царскими вратами и оттуда же окаживает присутствующих в алтаре с правой стороны и затем с левой.

Когда царские врата закрыты, священник выходит северными вратами на солею и совершает каждение иконостаса и храма по обычаю. Когда же царские врата открыты, как на бдении, священник идет с горнего места и, остановившись между престолом и царскими дверьми лицом к западу, кадит сначала правую створку отверстых врат, затем левую. После сего священник выходит на амвон и кадит иконы на иконостасе и весь храм как обычно. На литургии, когда на жертвеннике находятся дискос с Агнцем и потир с вином (т. е. до перенесения заготовленных Даров на «Херувимской песни»), кадится престол и сразу жертвенник, а затем горнее место и т. д. И вообще, если Св. Дары находятся на жертвеннике, то всегда каждение жертвенника следует непосредственно после каждения престола.

Интересное освещение самого способа каждения кадилом находим в «Руководстве богослужения в Московском соборе Христа Спасителя и Успенском соборе»: «Совершающий каждение при обычном (единожды) каждении престола, икон и других священных предметов кадит только в три взмаха, т. е. приподнимает кадило, опускает и опять приподнимает, причем кланяется только единожды тогда, когда опускает кадило» (Моек. Руковод., с. 11, 65).

Как видим, здесь специфически не указывается начертание кадилом креста. Разъяснение этого кажущегося несоответствия дает протоиерей Евгений Попов в своем «Пастырском богословии», где он указывает начинать каждение крестом, а затем кадит по три раза. Практически, если кадит по два-три раза сверху вниз, а третий раз поперек, т. е. горизонтально, то и получится тройное каждение с изображением креста. Горизонтальным движением кадила также легче переходить от одного тройного каждения к следующему. Относим читателя к замечательным письмам ученого протоиерея по данному вопросу: «Священник благословляет каждение каждый раз с известной молитвой, которую читает или гласно, как на проскомидии и за чтением апостола, или тайно – издревле уже каждение соединяется с благословением. Каждение всегда следует начинать, делая кадилом крест – так перед престолом и так же перед царскими дверями. Если угли в кадиле совсем погаснут в самом начале каждения, то лучше не выходить к народу с холодным кадилом, а дождаться свежих или горячих углей. Закоптелого и черного кадила никогда не следует допускать к богослужению. Желательно, чтобы и в беднейшей церкви для некоторых моментов богослужения, как например, за обедней во время “Херувимской песни” и после “Тебе поем”, ладан был употребляем душистый и дорогой, как благороднейшее произведение природы, а не самой последней цены. Тогда-то он более даст почувствовать (через обоняние) всем предстоящим, что предстоящие сами должны быть как “воня благоухания духовнаго” перед Богом и что им подается благодать Святого Духа, а не будет только он для глаз возносящимся дымом, т. е. тогда ладан более будет выражать такой двоякий смысл: чувство божественного поклонения или знак естественной жертвы Богу, и возношение молитв к небесному престолу Божию. Как же, например, можно допустить черное кадило и самый грубый и затхлый ладан за литургией Преждеосвященных, когда воздухами или покровцами, после прикосновения их к кадилу и заимствования ими от кадила благоухания, близко покрываются уже освященные дары – Тело и Кровь Христовы? Лучше и необходимее позаботиться о качестве ладана, чем употреблять при каждении в большом количестве худой ладан. У нас псаломщики да и отцы диаконы любят поддерживать огонь в кадиле ладаном и таким образом нагружают кадило множеством ладана: отсюда почти не видно света в алтаре или около панихидного столика: отсюда преждевременное потемнение икон, иконостаса и живописи.

Положенное в известные минуты каждение и нужно выполнять, например, за будничной вечерней на “Господи воззвах”, когда прямо поется: “Да исправится молитва моя, яко кадило пред Тобою”. Каждением не следует торопиться; но каждый раз, когда кадим перед иконами или на народ, должны мы делать движение кадилом по три раза. Обходя для каждения св. престол или налой с крестом, Евангелием, праздничной иконой, должны мы становиться прямо против них и делать смиренный поклон, а не мимоходом, так сказать, кадить и держать свою выю высоко, нисколько не наклоняя. Не следует при каждении стучать кадилом, заглушая церковное чтение и пение. Не хорошо взмахивать кадилом кверху или качать им широко и слишком низко, или же кадящую руку далеко относить от себя: нужно кадить так, чтобы нисколько не нарушалась молитвенная тишина в церкви. Всего хуже, если отцы диаконы, кадя в алтаре и на солее, хотят покрасоваться своим искусством на этот раз: например, нарочно встряхивая кадилом, производят особые протяжные звуки или, поворачиваясь от народа к иконостасу, делают кадилом искусственный круг» (Попов, ч. 2-я, с. 44–46).

Архиереям в Православной Церкви принято кадить «трижды по трижды». В руководстве к Богослужениям в московских соборах говорится: «При каждении “трижды по трижды” совершающий каждение также действует кадилом и кланяется, как и единожды, повторяя таким образом каждение “единожды” три раза и, следовательно, кланяется три раза» (Моек. Руковод., с. 11, 65).

Иногда каждение бывает совершаемо двумя диаконами сразу, в этом случае они расходятся в противоположные стороны: один кадит южную часть храма, другой – северную, а потом снова сходятся и кадят вместе одновременно.

Устав предписывает диакону или священнику читать 50-й псалом во время каждения перед началом литургии и на Херувимской песни. На чтении апостола кадящий диакон (или иерей) не глаголет ничесоже, зане и сам «слушает» чтение апостольское. В обычном порядке кадящий внимает пению и чтению в храме, тихо творит молитву и отнюдь не подпевает клиросу.

Окаживание всех священных предметов в храме выражает наше почтение и благоговение к ним. Каждение, обращенное к молящимся, есть почтение к образу Божию в человеке и выражает пожелание, чтобы молитва их была усердной и благоговейной и легко бы возносилась на небо, подобно дыму кадильному, и чтобы благодать Божия так осеняла верующих, как окружает их дым кадильный. На каждение верующие должны отвечать поклоном.

Когда священник или диакон совершает каждение икон и росписи вдоль стен храма, молящиеся должны немного отступить от стен, не толпиться и поклониться единожды в ответ на каждение, совершаемое на иконы и на молящихся.

Естественно, что единообразие в важном священнодействии каждения может оказывать поистине благотворное влияние, как на служителей, так и на молящихся.

О воздеянии рук

Богослужебный устав предписывает в некоторых особенно важных и умилительных моментах службы священнику воздевать руки «горе». Отсюда исходит вопрос: можно ли в другие моменты, когда священник чувствует особую умиленность в совершаемом действии, воздевать руки? Не будет ли это оттенком театральности, ненужного пафоса? За разрешением этого вопроса отсылаем читателя к записям прот. Евгения Попова: «Очень выразительны и назидательны для народа в священнике за службой воздеяния рук (1 Тим. 2, 8). И где уместны эти воздеяния, приходской священник, особенно приобретший авторитет, или вообще под старость своих лет, не должен стесняться ими, но так на сей раз действовать за службой, как молился бы в собственном доме или среди своей семьи; например, уместно с поднятием рук делать возглас за праздничной утреней: “Слава Тебе, показавшему нам свет”; за обедней (кроме Херувимской и во время “Тебе поем”) перед своим приобщением; наконец на отпусте: “Слава Тебе, Христе Боже”» (Попов, ч. 2-я, с. 174–175).

О сидении в алтаре

Как известно, в определенных моментах богослужения устав разрешает молящимся в храме сидеть. Иногда могут слушать сидя часть службы все присутствующие в храме (например, на чтении кафизм, паремий, поучений), иногда только некоторые из служащих могут сидеть во время службы. Так, исключительно епископы и священники могут сидеть на чтении апостола на литургии. Вообще, в алтаре когда-либо могут сидеть только последние, т. е. архиереи и иереи, но на диаконов эта прерогатива не распространяется.

Более подробно о сем находим у архиепископа Аверкия:

«Во время чтения апостола архиерей и все священники (но не диаконы) имеют право сидеть, “как равные апостолам, по благодати учительства и власти Всесвятого Духа” (Св. Симеон Фессалон, в Толковании литургии, 38). Архиерей восходит при этом на горнее место и председательствует на нем, как начальник и правитель Церкви; по обеим сторонам его сидят с ним архимандриты, игумены, протоиереи и иереи, как “сослужители таинств и советники в управлении вверенного ему священноначалия”; седалища их Св. Григорий Богослов именует “вторыми престолами пресвитеров, как председателей народа и почтенного старейшинства Церкви”» (Вопросы и ответы, с. 18).

«За престолом, у самой стены в алтарной обсиде, устраивается горнее место, представляющее собой седалище для епископа, и по бокам его места для пресвитеров. Оно помещается на возвышении, почему и называется также горним престолом. Туда восходит во время чтения апостола служащий епископ, который изображает собой Господа славы. По бокам его садятся пресвитеры, изображающие апостолов. Их места называются по-гречески…… “сопрестолием”» (Литургика, с. 56).

Симеон Солунский в гл. 135 пишет: «Горняя кафедра означает пренебесную кафедру Иисусову: ступени, которые от нее идут (стулья и скамьи), показывают чин и превосходство иерархов и иереев: на этих стульях не имеет права никто сидеть, кроме них, ниже самые диаконы».

Согласование пения со смыслом ектений

Весьма распространена практика на двух ектениях литургии – первой, после «Единородный Сыне»; второй, после «Да исполнятся уста наша» – петь «Господи, помилуй» (дважды) и «Тебе, Господи» без перерывов для произношения диаконом или священником, когда он служит без диакона, прошений ектений.

Если диакон или священник имеет сильный голос, то его еще кое-как слышно на фоне беспрерывного пения, но когда священнослужитель обладает негромким голосом, то его прошения заглушаются пением хора, что создает весьма отрицательное впечатление и недопустимо, как будет разъяснено ниже.

Служащие и певчие должны понять, что ектении не просто являются заученными, так сказать, трафаретными прошениями, к которым хор ответно припевает «Господи, помилуй», «Подай, Господи» и «Тебе, Господи», часто исполняемые особыми напевами или сочиненными мелодиями. Многие из этих музыкальных строф содержатся в старинных певческих сборниках, утвержденных церковной властью к употреблению за богослужением и имеют законное место на клиросе. Вопрос не в музыкальном оформлении ектений, а в их упорядоченности. Ведь прошения на ектениях составляют исключительно важную часть богослужения и включены во все основные службы с целью воздействия на сознание и сердца молящихся. А посему заглушать их пением ничем не оправдано и не соответствует их назначению. И это относится вообще ко всем ектениям, а также к пению на «Бог Господь» и на «Аллилуиа» с их стихами.

Богослужение содержит элементы познавательный и чувственный (воспринимаемый). Только гармоничное согласие этих двух начал делают богослужение подлинно полноценным. Когда смысл богослужения доходит до сознания и направляет ум к Первоисточнику – Богу, упраздняется рассеянность. Но человек обогащен также и чувством. Музыкальный элемент в богослужении стремится также направлять чувство к высшей сфере, а не только к чувственно-плотской, что может превратиться в сентиментальность, в душевность без духовности.

Можно ли ущемить одно из этих двух начал, не повредив всему молитвенному подвигу в храме? Нет, нельзя. Согласованность достигается правильно понимаемым служением, в котором познаваемое и воспринимаемое, хотя каждое идущее своим путем, одновременно тесно связаны между собой, гармонично составляя нечто таинственно целое. Если священнослужители и клирошане осознают этот принцип, тогда им и в голову не придет тем или другим глушить каждое из этих основных начал, столь важных для успешной соборной молитвы. И только тогда достигнуто будет поистине духовное слияние душ служащих и молящихся.

Нужно помнить, что связанность эта достигалась вековым опытом Церкви, почему православное богослужение и вмещает в себя всю глубину мысли и всю духовность церковного пения, конечно, пения подлинно церковного, а не мнимо церковного с привнесением в него светского, страстного духа.

Мы указали на примеры ектений и стихословий, где часто нарушается гармоничность, жертвуется смысл за счет музыкальности, а этого мы отнюдь не смеем допускать. Замечания наши направлены нарочито в поле зрения священника, диакона и регента хора и, конечно же, представляют прекрасное поприще сотрудничества и понимания подлинного смысла, значения и духа православного богослужения.

Богодухновенная Псалтирь

Мы знаем из нашего богослужения, что Псалтирь читается очень часто в церкви. Это чтения из Ветхого Завета – предсказания, пророчества – рассвет Нового Завета. Говоря о Своей Божественной миссии, Иисус Христос прямо говорит о великом значении Псалтири: «…яко подобает скончатися всем написанным в законе Моисееве, и пророцех, и псалмех о Мне» (Лк. 24, 44). Восходя на вольные страдания, Господь, по свидетельству Евангелия, с учениками Своими воспел псалмы (ветхозаветной Пасхи).

Что это за книга Псалтирь? «Псало» слово греческое, означает струнный инструмент, играние на гуслях (подобие арфы). Книга Псалтирь писалась 800 лет, содержит 150 псалмов, посвященных разным событиям. Из них царь Давид составил наибольшее число (более 80).

Богослужебная Псалтирь разбита на 20 частей – кафизм (сидение – греч.). Во время чтения Псалтири в храме разрешается сидеть. Каждая кафизма делится на три «славы».

Святые отцы и учителя Церкви ставят значение этой священной книги исключительно высоко. Чем это объясняется? Дело в том, что «из всех книг, написанных руками человеческими… ни одна не положила столь неизгладимой, столь повсеместной, столь властной печати свой, как Псалтирь» (С.А. Рачинский). Все библейские книги носят на себе в отношении к тому, кто их читает, внешний, как бы сторонний характер. Иное дело Псалтирь. Все ее 150 псалмов – сплошь переживания субъективного типа. Читающий их ставится в положение не слушающего только, но и переживающего настроение вместе с писателем, автором. Настроенность же эта всегда одна: живое и сердечное отношение к Богу, постоянное проникновенное предстояние души человека пред Ним. Поэтому святой Иоанн Златоуст мог изречь такие потрясающие слова: «Лучше бы солнце остановилось от течения своего, нежели оставить Псалтирь». Поэтому, закладывая основы богобоязненности, в древней Руси по этой книге учили грамоте.

В церкви за богослужением Псалтирь прочитывается целиком каждую седмицу (неделю), а в Великом посту и дважды, а вот в наше время, когда на приходах начали сокращать вечернее богослужение (вечерня, утреня, всенощное бдение), то урезывание в первую очередь коснулось Псалтири. А там, где не сокращаются, например, кафизмы, то в это время внимание молящихся в храме ослабевает, начинаются посторонние разговоры, а некоторые даже выходят на свежий воздух.

В приходах, где в воскресные дни допускается сокращение кафизм (если вообще они читаются), обычно прочитываются только три псалма из первой, второй и третьей кафизм. В желании внести хотя бы какой-то порядок в это чтение, имеется распределение этих 23 псалмов по гласам, приписываемое якобы святителю Иоанну Шанхайскому и Сан-Францисскому.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6