Валерий Четверкин.

Простое баловство. 2016 г.



скачать книгу бесплатно

Воспоминания
 
Красный сафьян, окантованный медью черненой,
Теплое кресло, и пушистый, потрепанный плед,
Сигарета в руке, ты сидишь, суетой утомленный,
Вспоминая события, тех, ушедших в историю лет.
 
 
Ветер колючий, пробирает бушлат и тельняшку,
Плац ледяной, и команды звеняще – скупы,
Курит махру, матросня у курилки, в затяжку,
Закрываясь руками, от летящей на землю крупы.
 
 
Волга, ночь и огни – бижутерия теплого лета,
Сладкий вкус на губах, что оставил тебе поцелуй,
Аромат тех волос, что купались в бутонах букета,
И прогулки веселые, по аллеям каштанов и туй.
 
 
Стук колес и гудки, суета бесконечных вокзалов,
Золотые пейзажи, что летели за пыльным окном,
И простой разговор, звон наполненных водкой бокалов,
Все сегодня казалось, нереально – оплавленным сном.
 
 
Стекла род дома, затянуло морозным узором,
В прорубь стекла, окунулось родное лицо,
Взгляд утомленный, и смотрящий, с каким-то укором,
Словно не было чувств, и сдавило на пальце кольцо.
 
 
Гомон общаги, как всегда по привычному – дорог,
Лица друзей, и попойки за круглым столом,
Сутки чертить, и тащить белых ватманов ворох,
На защиту дипломов, или, просто идти на поклон.
 
 
Белый холод сковал, за больничным окошком природу,
Стон и ропот больных, ожидающих скальпель и нож,
А в граненом стакане, с пузырьками – шипучую воду,
И спокойную мысль, будешь жить, если сам не помрешь.
 
 
Так, из мелких картин, собираются судьбы и люди,
И приходит однажды, осознание прожитых дней,
А под красным сафьяном, смеси наших страстей,
Над которыми мы, умудренные прожитым – судьи.
 
30.11.2016 г.
Полотно мира
 
Картина мира-полотно!
Что пишут ангелы – крылами,
Они всегда при жизни с нами,
С душою нашей за одно.
Они пекутся обо всех,
Нам неизменно помогая,
И сами мы, того не зная,
Имеем горе, или смех.
Мы улыбаемся порой,
С сарказмом, или благодушно,
Когда нам радостно и скучно,
Когда теряем свой покой.
 
 
А в необъятной пустоте,
Сплетают нити паутину,
В сиянии света, и во тьме,
Они ложатся строчкой длинной.
То чернь зальет, то серебро,
Блистая, пишет криптограмму,
Со стороны, все это странно,
Как зло, вливается в добро.
Как серым призраком ложится,
На мир наш, это покрывало,
И вот, уже, кого не стало,
А кто-то, вдруг, успел родиться.
 
 
И смех, и слезы, звон баталий,
То блеск волны, в лазурной дали,
То полный красками рассвет,
Приносит с ветрами привет,
То пламенеющий закат,
Закроют тучи грозовые,
И громовой звучит набат,
И кони мчатся вороные….
 
 
А ангелы, в обличии сером,
Уже целуются в засос,
И холст, в багете черно-белом,
Над нами вывесил Христос!
 
29.11.2016 г.
А им, все равно
 
А им, все равно – наплевать,
Случается, то, что случается,
Погонят войну воевать,
Значит будут и там дурью маяться.
Им давно уже все фиолетово,
Раз углы высотой обозначены,
За спиною судьба Филарета,
Впереди и подавно – схвачено,
Все прописано и поставлено,
Остается принять к исполнению,
Честь в залогах давно оставлена,
А в гулагах сгноили мнения.
Абсолюты сменили обличия,
И уже поменяли понятия,
И спускаются вниз, для приличия,
Незатейливые занятия.
 
 
Есть другие, в себе копаются,
Ищут медь, серебро и золото,
Идиотами – улыбаются,
Под тяжелым ударом молота,
Не сгибаются, и не каются,
В них давно уж война потушена,
Белый с черными обнимается,
Вдохновением душа – укушена,
Руки ищут себе участия,
Не тревожит болезнями тело,
На груди только крест причастия,
Да глаза, смотрящие – смело.
 
22.11.2016 г.
Лень
 
Я лежу, отдыхая, душою и телом,
Закурил сигаретку и колечки – пускаю,
Мне заняться сейчас полюбившимся делом,
Но с чего же начать, как всегда, я не знаю!
 
 
Руки «чешутся в кровь», мысли рвутся наружу,
Сигаретку до фильтра уже докурил,
Телу жарко подчас, а в душе его – стужа,
Лед и снег и мороз мне господь подарил.
 
 
Лед и снег и мороз, я закован, как в цепи,
Мне не сдвинуться с места и творить не начать,
И бессмысленны все шевеления эти,
На любовь и на страсть, наложили печать.
 
 
 И кричи, не кричи, но в порыве не смелом,
Ты на койке лежишь, от проблем – отдыхая,
Развалясь и растекшись душою и телом,
Прикурив сигаретку, и колечки – пуская.
 
08.11.2016 г.
Охранник

Часть 1.

Утро.


Он смотрел за окно, в бесконечную летнюю негу,

Призмы новых домов, упираются в синюю высь,

А минутки застыли, как бездонное, синее небо,

И шевелится мысль, все успеешь, не торопись.

Суета проходной, как глава не оконченной книги,

День на день не похож, наполнением бурным своим,

И проносится жизнь, что досталась сегодня другим,

От улыбок и смеха, до разыгранной кем-то – интриги.


Жизнь на службе всегда, развивали терпение и меру,

Офицеры запаса, увольнялись своим чередом,

И меняли казармы, на общагу, квартиру и дом,

Сохраняя уставов, и привычек своих – атмосферу.

Так случилось и с ним, оказавшись уже на гражданке,

Он не смог усидеть, в добродушных, домашних углах,

Предаваясь апатии, и обычной для праздности – пьянке,

И себя озаботил, растворившись в охранных делах.

Монитор, как всегда, пережевывал камер – сигналы,

Выдавая периметр, охраняемой зоны труда,

Да свисали под стол, не уложенные провода,

И валялись в углу, запыленных кроссвордов – журналы.


Вот и служба пошла, до приезда отцов – командиров,

Надо знаки поправить, озабоченным сделать лицо,

И застыть у дверей, заполняя собою крыльцо,

И встречать не спешащих, на работу свою – «пассажиров».

Нужно выдать ключи, от казенных, скупых кабинетов,

Доложиться по форме, мол – увы, происшествий и нет,

А потом развернуть, полустертую крышку планшета,

И послав всех на Вы, с головой улететь в интернет!


Часть 2. День.


Окружили – «собаки», но меня не возьмешь, как глупышку!

Вот ты где, за сараем, покажи-ка «любезный» лицо!

Что, не хочешь, ну ладно, обойду тебя, как ни будь – краем,

Где-то надо прорвать, окружения танков – кольцо.

За ложбинкой посадка, что выходит опушкой на взгорок,

Глухо рыкает «Тешка», пролетая крутой поворот,

И сарай показался, и в крестах, размалеванный – ворог,

И прицел наведен, и рука нажимает курок.

Разлетается башня, ствол угрюмо уперся в канаву,

Что ты встал, уходи, ведь опять обойдут стороной,

И включив свой форсаж, чтоб скорее уйти от облавы,

Он несется к оврагу, под коварной и полной луной.


Все, хорош, наигрался, по привычке сохранность и выход,

Кресло скрипнуло жалко, отъезжая от края стола,

Лишь менялись картинки, на дисплее запыленном, тихо,

И пора приниматься, за привычные в службе дела.

Вы к кому – гражданин, в бухгалтерию – вот телефончик,

Позвоните, спросите, чтоб спустились забрать Вас с собой,

Ах не нужно, ну ладно, по мобильнику будет дозвончик? —

Чисто выбрит, уверен, не иначе опять – деловой.

День скатился к обеду, в животе заурчало – утробно,

Нужно что-нибудь скушать, а иначе совсем уж тоска,

В магазинчик сгонять, прикупить для себя кефирка,

И смолоть бутерброд, развалившись на кресле – удобно.


На обед, кто-куда, командиры в «Мираж», на жаркое,

Молодёжь, как всегда, улетает поесть в «Медный грош»,

Кто приносит с собой, наслаждаясь обедом в покое,

Кто идет погулять, если день бесподобно – хорош.

Приближается вечер, прибывает народ на планерку,

Тихо «дремлют» водители, на диванах, в стеклянном фойе,

Да снуют субподрядчики, им сегодня устроили «порку»,

Что не сдали работы, но одно лишь «бабло» на уме.

В шесть часов, как всегда, начинает народ расходиться,

Кто с улыбкой летит, кто устало, сутулясь идет,

Кто за руль иномарок, покурив, торопливо садится,

Кто ползет не спеша, потому, как здесь рядом живет.

Все прощаются дружно, и вручают ключи кабинета,

Чтоб до завтра исчезнуть, в вечереющей свежести лета.


Часть 3. Ночь.


Вечер полный теней, завершился уборками комнат,

По сдавали технички, разделенные связки ключей,

И пришла тишина, и молчат зуммера телефонов,

И спустился на город, обаятельно – сладкий Морфей.

По привычке закрыв, дверь стальную входного проема,

Он пошел на обход, не великих владений своих,

Чтобы окна проверить, и парковку ночную у дома,

И вдохнуть свежий ветер, одиноких дворов городских.

Завтра смена придет, сдам имущество все по порядку,

И за город рвану, расслабляться на дачку свою,

Под собрать огурцов, навестить помидорную грядку,

И, махнув самогончик, оказаться с друзьями, в строю.


Он давно настоялся, на калгановом корне, с брусничкой,

Чист и свеж, как слеза, отфильтрованный лучшим углем,

Вечерком, с шашлычком, и подругой, со светлой косичкой,

Посидеть у костра, озаренные ярким огнем.

Эх, мечты неизбежные, оказавшись у них под прицелом,

Мы теряем порой, осторожность, присущую нам,

И несемся им в след, по житейским волнам,

Подкрепляя реальность, хорошо проработанным делом.

А еще ведь облава, и на хвост наступает гонитель,

Он опасен и зол, потеряв уж машины свои,

Пусть ты ночью укрыт, но ведь есть у него – фонари,

Даже если рельеф, у тебя ныне – лучший хранитель.

Он обложит твой танк, как матерого волка – овчарки,

Окопавшись в низинах, и сжимая стальное звено,

Надо думать – «боец», как тебе избежать – «кочегарки»,

Ведь по глупости сгинуть, в этой жизни, не мудрено!


Так, под мысли его, промелькнуло ночное дежурство,

За лукавил рассвет, синеву первозданного дня,

Вот и смена пришла, и закрыла момент – «самодурства»,

А душа уже просит, подготовить стального коня.

Службу сдал, как обычно, и движок уж прогрет для дороги,

Впереди суета, и погоня за новой мечтой,

И привычно педали, надавили – уставшие ноги,

И Пежо покатила, обретая душевный покой.

29.07.2016 г.
Мартышкины торги
 
Царь всех зверей собрал в лесу собрание,
Участок леса надо расчищать,
Убрать всю гниль, сорняк – по корчевать,
Чтоб площадей, улучшить состояние.
Ведь здесь живет, и кормится народ,
Банан, кокосы, манго, апельсины,
А в чаще – жуть, как старые руины,
Присмотра нет, уже который год.
Мартышек выбрали, они же здесь живут,
Определить участников подряда,
Согласовать работы, так, как надо,
И оплатить им, их не легкий труд.
Вот потянулись в джунгли делегаты,
Медведи с пандами, жирафы и слоны,
Орангутанги, муравьеды, кабаны,
Необходимые для чистки – кандидаты.
 
 
Мартышки думают, слона не запустить,
Помнет им все, а больше поломает,
Кабан деревьям корни подкопает,
Орангутанги сразу лес начнут – бузить!
Жирафы урожай пожрут по кронам,
Медведи объедятся, лягут спать,
Кого ж им оптимального позвать,
Работу выполнить, по их лесным законам.
Ведь как не хочется, в голодном доме жить,
С тоской смотреть на чистые поляны,
Листву кустарников и пальмы ворошить,
Облизывая голые лианы.
 
 
Проходит время, в лес нельзя зайти,
По веткам плющ свисает ядовитый,
Термитник высится в чащобе – плодовитый,
Да мхов с лишайниками, разных – ассорти.
Кто прав, кто виноват, судить не нам,
Не нами принимаются решения,
Но только страхи, алчность и сомнения,
Не причисляем мы к своим врагам. __________________________________
Мартышкин труд, возможно, и не плох,
Пока участок джунглей не засох!!!
 
12.07.2016 г.
Сова и попугай
 
«ТРАКТАТ О МАНЕКЕНАХ
 Кирилл-Ллирик 04.07.2016   16:41

Очень странная как для меня тема – вот просто ума не приложу, как может возникнуть идея написать про это. Как будто садится поэт и думает: „О чем бы таком написать?“ Тут взгляд случайно падает на манекен – и о чудо! Тема есть. Посему и повествование не вдохновило, многое растянуто и притянуто за уши. Хотя мне понравились 2 строки: Любой герой, тогда бывает вечным, Когда приносит боль своей стране. Только после героя запятая не нужна.»
 
 
Ответ автора:
 
 
Сова задумала поэму написать,
О том, как тяжело им жить зимою,
Леса укрыты снежной пеленою,
Мышей уже, не так легко достать!
И холодно, и треск сухих ветвей,
Разносится, как выстрел, по округе,
Кустарник подвывает белой вьюге,
Загнав по норам, алчущих зверей.
Ложатся строчки, надо не забыть,
Упомянуть про зайцев и медведей,
Лисиц с волками тоже – их соседей,
И все проблемы леса приоткрыть.
 
 
Когда закончилась последняя глава,
Уж потеплело, снег в лесу растаял,
Зазеленела травка молодая,
И не болит уже о жизни – голова.
Слетает в лес, залетный попугай,
Сову увидев, тут-же «приземлился»,
Задел за ветку, всласть обматерился,
И стал критиковать лесной «сарай».
Да, кумушка, давно вот так – живете,
Дупло гнилое, мусор под ногами,
И ветки вы давно уж не стрижете,
Все мхом затянуто, и сетью, с пауками.
И как вы можете, в начитанные дни,
Здесь прозябать, постыдно и уныло,
Где все в невежестве, давно уже застыло,
А в окружении – романтики одни!
Взмахнул крылом, наш гордый попугай,
Собрав собой, всю паутину «дома»,
Предел покинув грязи, и «разгрома»,
К любимой клетке, в свой родимый край.
 
 
Бывает хуже, что уж тут сказать,
Одним творить, и радоваться воле,
Другим милей предать весь мир – крамоле,
И с чувством долга, в клетках, умирать!
 
05.07.2016 г.
Трактат о манекенах
 
Часть 1. Немного об истории.
 
 
О манекенах можно много рассказать,
Их путь далек, в истории народов,
Великих битв, свершений и походов,
Они, как спутник жизни, так сказать.
Они пришли к нам, из глубин времен,
С владычества вождей и фараонов,
Ашшуров и Тутанхамонов,
А может из каких, других племен.
Все их достоинства, чего уж там скрывать,
Всегда людьми ценились в поколениях,
Их терпеливость и умение молчать,
Ни страха, ни предательств, ни сомнений.
Они всегда стояли рядом, под рукой,
По долгу службы, или по велению,
С достоинством, достойным – поколению,
В котором сберегали наш покой.
В быту они всегда не прихотливы,
Не притязательны, спокойны и скромны,
Потомки из далекой старины,
Шалуньи Шакти, и громады Шивы.
 
 
Часть 2. Манекены и война.
 
 
Борьба заложена у нас у всех в крови,
Охотничьи инстинкты – сокровенны,
И территории свои – благословенны,
То, что в веках делили – «се ля ви».
И полыхало зарево огней,
Под звон мечей, и выстрелы винтовок,
Под скрежет гусениц, в неистовстве коней,
В бивачном гомоне случайных остановок.
И полководцы, слуг своих созвав,
Тела разоблачали от доспехов,
Чтоб отдохнуть от воинских «успехов»,
И лечь вздремнуть, хвалу богам воздав.
А манекен, доспехов груз – одел,
Сверкая гранями мечей, секир и палиц,
На благодетелей, в тенях ночных смотрел,
Сквозь шлемов прорези, над их делами – «с жалясь».
 
 
Но и у «кукол» разная судьба,
Одни живут в палатках командиров,
Тем сохраняя – девственность мундиров,
Другим достались поле и стрельба.
Кто с пиками воюет и копьем,
Кого рубают сабли и секиры,
Кто плоть свою теряет под огнем,
Оставив от себя одни лишь дыры.
Везет не всем, но избранные были,
Их облачали в ржавые доспехи,
И арбалетчики, похоже, для потехи,
С дистанций разных, в них болтами били.
Монахи Шаолиня с детских лет,
Кунг-фу в горах истошно изучая,
Не признавали нож, и пистолет,
Лишь манекен, рука, и чашка чая.
Удар, уход, и вот он закачался,
Подкат, удар, и он уже лежит,
Не хныкает, не стонет, не блажит,
А тих, и нем, как будто бы – скончался.
Но и монах, не верует в успех,
Ведь враг хитер, а может и подняться,
И, чтобы эйфории не поддаться,
Он пробивает пальцами доспех!
 
 
Врага вблизи почуял авангард,
Дымок костров, коснулся обоняния,
Палатки на холме, и звезд сияние,
И вот к броску, готов наш «леопард».
Без звуков, и в полнейшей тишине,
Несутся легионы, окружая,
Ворвались в лагерь, головы срубая,
Когда сигнал, разнесся в вышине.
И стрелы, волнами, посыпались с небес,
В округе все собою поджигая,
А сотни всадников, оружием сверкая,
Лавиной рухнули, врагу наперерез!
И в сшибке скорой, на крутых холмах,
 Повержен враг, напавший на стоянку
Лишь трупы воинов, лежали с спозаранку,
И манекенов части – ратники впотьмах.
 
 
И мы, историю сегодня изучаем,
В музеи ходим, смотрим экспонаты,
Рапиры древние, мушкеты, и гранаты,
И описания, внимательно читаем.
Вот Македонский, в шлеме, на коне,
С мечем на поясе, и взглядом бесконечным,
Любой герой, тогда бывает вечным,
Когда приносит боль своей стране.
Вот викинги, славяне и варяги,
Одеты в шкуры, кожу и холсты,
Сейчас все это, можешь видеть ты,
И стяг побед, и траурные флаги.
А манекены, что про них сказать,
Они истории нас молча обучают,
Все видели, и все прекрасно знают,
Им не знакомо только слово – умирать!
 
 
Часть 3. Манекены и мода.
 
 
А в средние века, устав от битв и браней,
Войска с победой возвращаются домой,
В холеный мир, где царствует покой,
В столичный шум, и шелест глухоманей.
Мундир уж надоел, его сдают в починку,
И одевают праздничный кафтан,
Жипон, дуплеты, жены – сарафан,
И отправляются к друзьям, на «вечеринку».
Церковный пресс моралей ослабел,
Народ расслабился, красивым стало тело,
И вот, портной, заполнив свой «пробел»,
Менять наряды, начал очень смело.
А манекены в этом сильно помогали,
Под их стандарт, кроилось все белье,
Народ «клубился», словно «воронье»,
И все своих примерок тихо ждали.
 
 
Наряды множились, делились на сословия,
Менялись ткани, формы и покрой,
Кому-то строгий креп, и люрекс золотой,
Кому парчу и шелк, и прочие условия.
Менялся манекен, из грубых форм и линий,
Он превращался в светлую мечту,
Собой явив нагую красоту,
Богов Олимпа, или праздничных богинь.
Теперь они стояли за стеклом,
Богатых бутиков и ресторанов,
В убранстве позолоты, с серебром,
В красивых группах, в холлах, у фонтанов.
И до сих пор красавец манекен,
Через стекло любуется пейзажем
И покоряет всех техничным макияжем,
Статичный символ наших перемен.
 
 
Часть 4. Манекены и спорт.
 
 
Так с давних пор, по наши времена,
Спортсменов тренируют манекены,
Они скромны, и в целом неизменны,
Но это, скажем так, не их вина.
Не любит спорт кровавое лицо,
Поэтому нет лиц у манекенов,
Чтоб не оспаривать награды у спортсменов,
И не обидеть восприимчивых бойцов!
Их в боксе бьют, оттачивая хуки,
Бросают на татами с разворота,
И ставят стенки, уберечь ворота,
Чтобы от травм, избавить торс, и руки.
За спортом наблюдаем мы порой,
Когда просматриваем матчи, поединки,
Как манекены остаются, для «разминки»,
Сменив спортсменов статикой – собой.
 
 
Но в спорте есть и прочие борцы,
Атлеты, с Аполлоновской фигурой,
Красавицы, с подтянутой натурой,
И маленькие дети – молодцы!
Такая вот спортивная семья,
С иголочки одеты в Nike, PUMA,
Выводят нас, из закоулков ГУМа,
Осваивать спортивные поля.
 
 
Часть 5. Манекены и жизнь.
 
 
С рождения мы видим их в быту,
Красивых кукол, в праздничных одеждах,
Суровых, неприступных, безмятежных,
Несущих нам любовь и красоту.
Для них мы строили дома и города,
Квартирки украшали с наслаждением,
И проводили с ними вечера,
Себя почувствовав средь них, в воображении.
И семьи строили, еще в свои пять лет,
Девчонки бегали с коляской на прогулку,
А пацаны, схватив свой пистолет,
Гоняли манекен, по переулку.
И повзрослев, когда уже семнадцать,
Ты хочешь мир любить, и выглядеть красиво,
Через  стекло витрин, любуешься на диво,
Зайдя в бутик, с желанием одеваться.
 
 
Мы привлекаем их к решению проблем,
Врачи, артисты, МЧС, портные,
Уже и в космосе бывал наш манекен,
И разбивался о преграды заводские,
Когда испытывают новое авто,
На безопасность, эргономику, практичность,
Они спасают человеческую личность,
Вопросы выявляя, как никто!
На них врачи шлифуют перевязки,
И технику искусственных дыханий,
Спасает МЧС с горящих зданий,
Используя носилки, и коляски.
Портные так и шьют свои наряды,
Как делали коллеги, в старину,
Свой манекен, лаская нежным взглядом,
И авангардом удивляя всю страну.
Артисты их снимают в общих сценах,
В кинокартинах, с пышною толпой,
В батальных кадрах, взрывах и стрельбой,
Когда увиденное, кровь морозит в венах.
 
 
Так и живет, наш скромный манекен,
В своей спокойной, первозданной сути,
 Такой статичный, и привычный всем,
В любви и нежности, и холоде, и жути!
 
 
Часть 6. Заключение.
 
 
Нас гонит время, жизнь свернув в кольцо,
Мы, словно кони, мечемся по кругу,
Нам груз забот, уродует лицо,
И нечего уже сказать друг-другу,
Мы спрятались под маской суеты,
В надежде исключить непонимание,
Не привлекать излишнего внимания,
И мир судить, с привычной высоты.
 
 
Жизнь широка, в ней есть и исключения,
Неторопливость безмятежная часов,
В привычном шуме быстрого движения,
И вязи многоликих голосов.
Так что-же манекен – статичное создание,
Вселившись в нас, живет уже давно,
Одни «стоят», но жизни – полотно,
Их наполняют душу и сознание.
Другие мчатся, шоры опустив,
Пытаясь удержаться в поворотах,
Но быт их смял, в машины превратив,
На трех углах, «лабазы», дом, работа.
 
 
Ну, что-же, мне пора, прервать свою беседу,
Немного отдохнуть, и снова двинуть в путь!
Что будет впереди, куда теперь поеду,
Пока не знаю я…… Случится, что-нибудь!
 
30.06.2016 г.
Пасха
 
Блестят купола, играя весенней палитрой,
Небесные своды, лучатся своей синевой,
Ничто не нарушит, сегодня, окрестный покой,
И мир наполняют, воскресной, пасхальной
Молитвой.
 
 
Улыбки и смех, украшают привычные лица,
Бездомным, и нищим, у церкви деньжат подадут,
Добро и любовь, в наших душах находят уют,
Да в парках щебечут, весною согретые птицы.
 
 
И голос наш, во истину воскресе,
Уже уносит ветром в поднебесье.
 
06.05.2016 г.
Павшим в годы Великой Отечественной Войны
 
И жизни свои, они умещали в мгновение,
А яркие вспышки огня, открывали им в вечность – пути,
И не было выбора им, отказаться и не идти,
Ведь у них за спиной, оставалась – судьба поколения.
Ведь у них за спиной, оставалось грядущее счастье,
Детский радостный смех, и гармони веселый напев,
А в душе только боль, и за милую Родину – гнев,
Да желание – собой, заградить этот мир от ненастья.
 
 
Не многим из них, удавалось дожить до победы,
Через холод зимы, и распутицы липких дождей,
Они шли на огонь, вдалеке от любимых семей,
Ради синего неба, ради нив колосящихся – хлеба.
И жизни свои, они умещали в мгновение,
Чтоб счастливо жило, благодарное им – поколение!
 
04.05.2016 г.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3