Маруськино счастье

Валентина Ляпунова

Маруськино счастье

Валентина Ляпунова.

Рассказ.

— А ну ка, малявка, подь сюды, — большой усатый мужик в плащ-палатке военного образца протягивал Маруське горсть конфет в цветных фантиках, — Ты только глянь, что я тебе принес!

— Пасиба, дядя, — пролепетала девчушка и полезла на теплую печку, распихав свалившееся богатство по карманам заношенного ситцевого платьишка. Маруське очень не хотелось делиться с братьями и сёстрами, но, хотя ей и было всего пять лет, она понимала, что нужно, иначе и ей потом пожадничают, хотя в этой большой семье был незыблемый закон – все поровну.

— Опять ты её балуешь, Василий Петрович! – ворчала мать на гостя, — Ты проходи, чай пить будем. Как насчет кормов? Получится нам поспособствовать хотя бы мешок достать?

— Да, я уже притащил, оставил в сарае, — снимая плащ и сапоги, отвечал гость.

— Вот это уж благодарность тебе, не оставляешь нас в беде.

Василий Петрович работал в деревне ветеринаром, у него была большая семья. Семеро детей остались без матери ещё в конце войны и женится второй раз ему удалось только спустя десять лет. Его молодая жена сейчас ждала ребенка, чему он был очень рад. Но с Акулиной его связывала давняя дружба и Маруся.

Акулина Ильинична, Маруськина мама, в белом платочке и сером фартуке, хлопотала у стола, наполняя чашки душистым травяным чаем и наливая в глиняную посуду вишневое тягучее варенье. Они степенно вели беседу об урожае, кормах и погоде, а Маруська на печи, подперев кулачками свои конопатые щечки, смотрела на чудного дядю, который почему-то частенько носил ей гостинцы. Ни Вальке, ни Петьке, ну никому из братьев и сестер, а только ей. А их у ней было не мало, аж целых шесть, и она седьмая. Старший Ваня уехал в училище на слесаря учиться. За ним шла Люба, которая тоже уже работала вместе с мамой дояркой в колхозе, остальные, Валя, Петя, Нина и Рая, ещё учились в школе. И лишь она, порой одна, оставалась хозяйничать дома. И курам уже могла дать корма, и чашки помыть, ну и в самодельные тряпичные куклы, которые ей достались от сестер, поиграть. Все успевала.

— Марусю то не обижаете мою, Акулина, — зачем-то спросил Василий Петрович у матери.

— Обидишь её, такая жихарка, это она сейчас тихая сидит на печи, жуёт калачи, пока ребятишки в школе. И шебутная она у тебя получилась, Васенька, вся в тебя.

Маруся не очень понимала, при чем тут она и этот дядя, и почему мама называет его так ласково. Но она не долго удивляется, ведь скоро придут братики и сестрички, и надо распорядиться конфетами. Что им отложить, а что до лучших времен запрятать под матрас.

…После войны, хотя время было тяжёлое и голодное и на руках мал мала шестеро, Акулина была самая счастливая, потому что вернулся её Николай. Пусть весь израненный, с осколками внутри, но живой. В колхозе он, как и до войны, стал работать бухгалтером, дома потихоньку копошился по хозяйству. И всё бы ничего, и корова своя, и другая живность, живи да радуйся. Но проклятая война никак не хотела оставлять Николая, начались сильные боли и в районной больнице сказали, что надо ехать в город на операцию, осколки от того страшного ранения начали давать о себе знать.