Погладь меня, если сможешь

Погладь меня, если сможешь

Глава

Рассказ в стиле «Чёрного зеркала»

Утро началось обычно – с боли в пояснице и шума воды в батареях. Хелен, она же Елена Белова, пятьдесят лет, домохозяйка, брошенная жена (муж сбежал в неизвестном направлении пять лет назад – не выдержал её характера и диктата, захотел свободы), мать двоих детей, из которых один уже взрослая дочь, а второй – вечный ребёнок в теле двадцатилетнего парня, – выключила будильник на телефоне за секунду до того, как он заверещал.

Елена Белова. Для паспорта, для поликлиники, для бывшего мужа. Но для соседей и дочери – Хелен. Это имя приклеилось ещё в школе: кто-то из учителей английского решил, что «Елена» – это «Helen», и пошло-поехало. Елена – Хелен. Двойная жизнь, как у супергероини из комиксов. Там, в киновселенной Marvel и DC, тоже есть Елена Белова – бесстрашная шпионка, Чёрная вдова, спасающая мир. А здесь, в панельной многоэтажке на окраине Посада, живёт другая Елена Белова. Героиня местного масштаба. Её подвиги – успокоить сына-инвалида, когда у него истерика, донести две сумки из магазина, не надрываясь, вкрутить лампочку в люстре, стоя на шаткой табуретке. Она полная, но крепкая. Грузная, но сильная. Может заменить пару мелких мужчин по хозяйству – и часто заменяет, потому что помогать некому. И вот теперь ей подбросили робота. Технологию, которая заботится. Хелен усмехнулась бы, если бы не боялась бомбы.

Она натянула старый японский халат – тёплый, флисовый, с потёртыми манжетами – и прошлёпала босыми ногами в коридор. Андрей спал. Она заглянула в его комнату: тёмные шторы, тихое дыхание, рука свесилась с кровати. Она аккуратно поправила одеяло, поцеловала его в лоб – лоб был горячим, но это обычное дело. Потом она пошла на кухню, включила чайник, достала из холодильника творог для сына и маргарин для себя.

Всё было как всегда. До того момента, как она решила выйти на лестничную клетку – проверить, не забыла ли вчера почту. Она открыла дверь.

Коробка стояла вплотную к порогу. Большая. Красивая. Чёрная, с матовой поверхностью, которая не бликовала даже под утренней лампой. На боку – яркий логотип «Яндекса». Три буквы и полоска. И надпись золотистыми буквами: «Наши технологии – в ваш дом».

Хелен замерла. Сердце сначала пропустило удар, потом заколотилось где-то в горле. Она оглянулась по сторонам – никого. Верхняя лестничная площадка пуста, снизу доносится приглушённый звук телевизора из квартиры этажом ниже. Чья-то дверь хлопнула далеко внизу.

Кто оставил? Когда? Она ложилась в двенадцать ночи – коробки не было. Значит, принесли либо глубокой ночью, либо рано утром.

«Не бомба ли?» – пронеслось в голове. В последнее время по новостям показывали: то пакет оставят, то свёрток. Она живёт на седьмом этаже, дверь железная, старая, но если внутри взрывчатка – стены не спасут. Андрей спит в комнате слева. Если что-то рванёт – он даже не успеет проснуться.

Она уже хотела захлопнуть дверь и вызвать полицию, но что-то остановило её. Логотип «Яндекса» был слишком настоящим. Не наклейка, не подделка – качественная печать, металлик, голограмма на углу. Она потянулась к коробке, но не тронула. Вместо этого она постучала в дверь соседа.

– Александр! Марина! – позвала она негромко, но настойчиво. – Вы дома?

Никто не ответил. Тогда она постучала громче, кулаком. Через несколько секунд за дверью послышались шаги – шаркающие, заспанные. Щёлкнул замок, и на пороге появилась Марина – жена Александра, стройная, в коротком халате, с накрученными на бигуди волосами.

– Хелен? Ты чего в такую рань? – Марина зевнула, прищурилась. – Сашка на работе, уехал в семь. Что случилось?

– Ты не знаешь, что это такое? – Хелен показала рукой на коробку. – Мне оставили у дверей. Не бомба ли это?

Марина вышла на площадку, поправила халат и посмотрела на коробку. В отличие от Хелен, она не испугалась. Наоборот – глаза загорелись любопытством.

– Давайте проверим, – сказала она уверенно и направилась к коробке.

– Марина, стой! – Хелен схватила её за локоть. – Вдруг там проводочки, взрыватель?

– «Яндекс» бомбы не рассылает, – отмахнулась Марина. – Это реклама какая-нибудь. Или подарок. Ты же недавно день рождения справляла? Может, Ирина заказала?

– Ирина вчера звонила, ничего не говорила.

Марина уже стояла над коробкой. Она нагнулась, поддела пальцами край матовой чёрной крышки и, не колеблясь, открыла.

Хелен напряглась всем телом. Она приготовилась к худшему – к оглушительному хлопку, к вспышке, к боли, которая придёт и погасит всё. Она даже зажмурилась на долю секунды, сжала зубы.

Ничего не произошло.

Тишина. Только где-то внизу проехала машина, и Марина выдохнула:

– Ой, смотри-ка.

– Что там? – Хелен открыла глаза и шагнула вперёд.

Внутри коробки лежал чёрный чехол – из плотной ткани, с длинной молнией. А на чехле – конверт. Не простой конверт, а крафтовый, плотный, с сургучной печатью. На конверте было написано: «Елене Беловой».

– Это тебе, – сказала Марина, и в её голосе прозвучала зависть. – Персонально.

Хелен взяла конверт дрожащими пальцами. Она не чувствовала страха – только холодное любопытство и глухое раздражение. Кто-то знает её имя. Кто-то знает её адрес. Кто-то решил, что она согласна получать посылки.

Она вскрыла конверт. Внутри лежала открытка – плотный картон, золотое тиснение. Буквы были выпуклыми, их хотелось трогать.

«Вас выбрали из числа победителей. Вы станете первой, кто протестирует наши технологии».

Ни подписи. Ни обратного адреса. Только мелкий QR-код в углу, похожий на паучка.

– Ну, – Марина уже почти залезла в коробку, – что там под чехлом?

– Не знаю. Может, выбросить всё к чёрту?

– Ты что, с ума сошла? – Марина вытащила чехол. – Это же «Яндекс»! Дорогая штука!

Под чехлом оказался кот. Серый, пушистый на вид, свёрнутый в тугой клубок. Искусственная шерсть переливалась под лампой, усы из тонких нитей топорщились в стороны, а глаза – были закрыты, но по краям мерцал синий свет.

– Красивый, – выдохнула Марина. – Прямо как живой.

Хелен молчала. Марина протянула руку.

– Не трогай! – резко сказала Хелен.

– Да ладно тебе, – отмахнулась Марина. – Он же спит. Или выключен.

Она осторожно коснулась кота – провела пальцами по его спине. Шерсть была тёплой, почти горячей. Кот не шевелился. Тогда Марина, словно повинуясь какому-то древнему инстинкту, почесала его за ухом – там, где у настоящих кошек самое чувствительное место.

И кот ожил.

Не сразу. Сначала дёрнулся хвост, потом открылись глаза – ярко-синие, светящиеся. Кот потянулся, выгнул спину, зевнул (Марина ахнула – даже пасть была похожа на настоящую). Затем он сел, посмотрел на Хелен и произнёс человеческим голосом – низким, бархатистым, как у диктора на старом радио:

– Здравствуйте, Хелен. Я – ваш персональный компаньон. Для активации почешите мне за ухом.