The x-files, или cказ о кузнеце-молодце и барине-глупце

The x-files, или cказ о кузнеце-молодце и барине-глупце

Глава

Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора Дины Турбиной.

Иллюстрации – Сергей Подойницын.

Без формальных операций,

Без пролога и прикрас

Я начну, пожалуй, братцы,

Свой бесхитростный рассказ…

На окраине Рассейской

В стародавние года

Жил да был помещик сельский

По фамилии Беда.

Все, и бабушки, и деды,

Кто богаче, кто бедней,

Что поделать, были Беды,

Все, до самых до корней.

Да в фамилии ли дело?

Вот скажу я – вряд ли уж!

Ведь фамилия владела

Не одним десятком душ,

Два села и три деревни,

Речка, пасека, луга…

Род Беды был очень древний,

Богу – сын, царю – слуга.

Жил помещик важно, чинно,

Сладко спал, да сытно ел,

И грузиться беспричинно

Абсолютно не умел.

Но была одна загвоздка,

А вернее – целый гвоздь:

Очень барин правил жёстко,

Всем он был – как в горле кость.

Был он жаден, ох, без меры,

Экономный – хоть куда,

Скупердяйские манеры

Унаследовал Беда.

Драл с крестьян не по три шкуры,

А по пять, а то и шесть.

Никакой тебе культуры,

Деспот, словом, он и есть!

Уж и жалобу катали

Все крестьяне на него,

Богу плакаться устали,

Бесполезно, ничего…

Скучно барину в усадьбе –

Он со скуки и жаднел,

Денег валом стало, как бы,

А досугом обеднел.

Ни кино, ни дискотеки,

Хоть со скуки голоси,

В девятнадцатом-то веке

Где ж им взяться на Руси?

Вот крестьянам – не до скуки:

Поле выпаши, сажай…

Намозоленные руки

Все в борьбе за урожай,

Гробят жизни, горбят спину,

Тихо с Богом говоря,

Да помещика-скотину

Проклинают втихаря.

Где ж управа на мерзавца,

Где ж заступничка найти,

Кто ж вернёт христопродавца

С бессердечного пути?!

Все ж запуганы властями,

Да неграмотны к тому ж,

Все же с бабами, с дитями,

Семьи – аж по десять душ…

* * *

Все не все, а только скромно

На окраине села,

Тридцати годочков ровно,

Жил да был кузнец Илья,

В бытие своём неспешном,

Чередуя с бражкой квас…

Вот о нём-то, о сердечном

Мой и, собственно, рассказ.

Был Илья – кузнец что надо,

Поталантливей Левши,

Тонкий ум и мышц громада,

А работал – за гроши.

Весь душой в своей работе,

Красавéц и молодец,

Мужиков, как в анекдоте,

Не «кодировал» кузнец,

Да и к девкам шибко рьяно

За инстинктом не бежал,

Так, была одна, Татьяна,

Вот её и ублажал…

Солнце только выйти хочет

Из-за леса, из-за гор,

А Илья уже хлопочет

Раздувая жаркий горн,

Неудачной будет редко

Процедура у него,

Из горна́ лепил конфетку

Он буквально из всего,

Раскалённые железки

Пластилином гнёт в дугу,

И подковы, и подвески,

И фальшивую деньгу,

Всё для сада-огорода

Эксклюзивом выдавал,

И для местного народа

Он талантов не скрывал.

На общественных началах

Всё подряд изобретал,

На крестьянах одичалых

Инновации пытал.

Как ни стукнет – всё прекрасно,

Что ни вещь, то просто шик,

В общем, что скрывать напрасно –

Креативный был мужик…

Все, конечно, им довольны,

И гордятся кузнецом,

Все с Илюшкой хлебосольны,

Как с влиятельным лицом.

Уважают, не по-детски,

Наливают от души -

И за нрав его простецкий

И работу за гроши,

Что язык его недолог,

Что не даст кувалдой в лоб,

Толерантен, как психолог,

И умён, как местный поп…

* * *

Вот однажды, между делом,

После чарки, по-людски,

На помещичьих наделах

Засиделись мужики.

Самогоном печень тешат,

(Наш мужик на это слаб)

Языки спокойно чешут,

Про погоду и про баб,

Про помещика, конечно,

Там всё больше – мать… мать… мать…

Эх, икоту этот грешник

Не устанет унимать…

Каждый барина вспомянет,

Сплюнет под ноги в сердцах,

И опять упиться тянет,

Да уснуть себе в кустах…

Но обмолвившись случайно,

Между делом, про Илью –

Вдруг… закончилось ворчанье,

Стало тихо, как в раю.

Мужики переглянулись,

Побросали шапки в грязь

И в деревню ломанулись

Ошалело матерясь.

Там, где домик неприметный,

Там, где кузня с кузнецом,

Где Илья, чувак конкретный

Не ударит в грязь лицом…

По дороге мимоходом,

Повстречав ещё народ,

Делегированным сбродом

Полсела к Илюшке прёт.

Потолпились возле кузни –

(Не напрасна ль суета?),

Сотворив кресты на пузе,

Постучали в воротá…

Наковальня замолчала,

Стих кузнечный перезвон,

Взмокший потом, как мочало,

Наш Илья выходит вон.

Мало-мало удивился,

Увидав сию орду,

Осторожно поклонился,

(Мол, традиции блюду!)…

– С чем пожаловали, братцы?

И чего такой толпой?

Если бить – давайте драться!

Если пить – идём в запой!..

А крестьяне чешут репы,

Сразу робость в мужичках,

Потому как ох, нелепы

Мысли в пьяных мозжечках…

– Гой-еси, ты наш Ильюша!

(Тот подумал: «я не гой!»)

Нас, пожалуйста, послушай,

Наш кудесник дорогой,

Мы тут, стало быть, намедни

Покумекали слегка,

Ты послушай наши бредни,

Залетевшие с хмелька,

Вобчим дело-то простое,

Для твоих умелых рук,

От жестокого застоя

Нас избавишь, милый друг…

Ты же видишь, ведь не глупый -

Барин наш совсем… того…

В голове, видать, шурупов

Не хватает у него…

И по жадности рекорды

Бьёт постылый человек,

И наглее этой морды

Мы не видели вовек…

Штоб нам эдакое, парень,

Для сатрапа сотворить,

Штоб добрее стал наш барин,

Штобы …у-до-вле-тво-рить!..

Ты ж, Илья, мозгами справен,

Всякой всячине мастак,

Пусть порадуется барин,

На какой-нибудь пустяк…

Хоть каким его супризом

Отвлеки от бедноты,

Аль евойным спиногрызам

Понаделай красоты,

Али там для бабы-злючки

То бишь, барыни-Беды -

Еротичецкие штучки,

Штоб того… туды-сюды…

* * *

Скоро сказка говорится,

Да не скоро сотворится…

Вот задача, так задача

Для простого кузнеца…

А Илья улыбку прячет,

Вытирая пот с лица,

Из-под солнечного чуба

Щурит ясные глаза…

– Ладно, братцы, будет чудо,

Я ж для дела – только «за»!

Всё, што обчеству полезно,

Наклепаю-налеплю,

Я ж люблю своё железо,

Больше выпивки люблю!..

Вы мне дайте для разгона,

Штобы думалось легко,

Пару литров самогона,

Да хорошее мяско́,

Всякой зелени положьте,

Без неё – какой зачин?

И недельку не тревожьте

Понапрасну, без причин.

Да ишшо мою Татьяну

Не пущайте до меня,

А не то расслаблюсь спьяну

И получится фигня…

Загалдели-зашумели

Мужики ему в ответ,

Право слово – ошалели,

И другого слова нет…

«Вот уж счастье привалило,

Уж неужто он смогёт?!..

Как бы всё б скорее было,

Ан не выдержит народ!..»

Загрузили кузню жрачкой,

Самогона принесли,

Накатили за удачу…

И под вечер уползли.

А наутро шёпот-ропот

По деревне побежал:

Как там, блин, Илюшкин опыт?..

Как бы он не облажал…

Самый юркий мужичонка,

Запускается в засыл,

Чтоб разведывал тихонько –

И народу доносил,

Только что-то всё без толку

Возвращается шпиён -

Все лазейки на защёлку

Зафигачил компаньон…

Между тем эксплуататор

По фамилии Беда -

Лидер сельского проката,

Местных случаев звезда:

Этот малый большеротый,

Напрягаясь сгоряча,

Челюсть вывихнул зевотой,

Так, что вызвали врача…

* * *

День за днём идёт уныло,

На селе – одно и то ж,

То гроза ячмень побила,

То скота опять падёж…

В этих хлопотах сезона

Как-то стих ажиотаж,

Даже как-то самогона

Мужикам не жалко аж,

Али попросту привыкли,

К старой жизни-маете,

Али просто тупо сникли

В беспросветной нищете,

И неделя уж промчалась,

И к закату будет срок…

Что Илюшкой обещалось

Зачтено как юморок…

Он и так помощник знатный

Для деревни, как и встарь,

Всё починит аккуратно

И коней и инвентарь,

Что его тревожить бредом

Ну, подумаешь – Беда!

На Руси подобным бедам

Место в жизни есть всегда…

Правда, кто-то заикнулся,

Мимо кузни проходя,

Мол, кудесник видно сдулся,

Бог ему теперь судья…

Но как только солнце село,

И притих крестьянский люд,

Весть голубкой пролетела:

Не пропал Илюшкин труд!

Эй, народ, тащи-ка к кузне

Свой ленивый тощий зад,

Наваял недельный узник

АнтиБедный агрегат,

То-то будет развлеченье,

То-то станет «комильхво»,

И народу утешенье,

И сатрапу баловство!..

Вышел. Щурится на небо,

Вид – как будто с бодуна…

– Эх, селяне, знаний мне бы…

Ведь не знаю ни хрена!..

Я, конечно, не волшебник,

Не перечьте… это так,

Поучиться надо мне бы…

Это, вобчим, не пустяк!

Я вот тут чего-то сбацал,

Напаял и налудил,

Ну а вы смотрите, братцы –

Угодил, не угодил?..

Земляки глазеют робко,

Дрожь в коленях не унять:

У Ильи в руках коробка,

Али ящик… не понять…

Мужикам уже неймётся,

Хоть и жутко, да поди ж…

– Как хреновина зовётся?

Скажешь – может, угодишь…

Не спешит Илюшка-скромник,

Только чешет кадычок…

– Это – «радива», приёмник,

Говорящий сундучок,

Он под небом волны ловит,

Звуковую дребедень,

Человечьим словом молвит,

Без умолку цельный день,

Да ишо песняк закатит,

Али хором, али так…

Развлечений, вобчим, хватит

На помещичий чердак…

Недоверчиво полыбясь,

Осмелел крестьянский люд:

– Ну и ну, скажи на милость,

И болтают, и поют?!

Разве ж так бывает, паря,

Разве ж ящик говорит?!

Али ты ишшо в угаре?

Хвизик, мать твою идрит!..

Тут Илье бы рассердиться,

Разобидеться в сердцах,

Нет, такое не годится –

Зубы скалятся в усах,

Зенки вдаль притворно лупал,

Чем, народец раздражал,

Кнопку в ящичке нащупал,

И тихонечко нажал…

Что творилось! Не опишешь!

Очумел вокруг народ,

У толпы сползала крыша,

Уезжала в огород!..

Кто испуганно крестился,

Кто попятился и прочь,

Кто, простите, обмочился,

Страх не в силах превозмочь…

Над селом гремела песня!

Да на русском языке,

Улетала в поднебесье,

И стелилась по реке!

Будто сразу десять свадеб,

Будто сорок именин…

Разом, спереди и сзади

Вытекал адреналин,

Заворачивались ушки,

В голове полнейший стресс…

Вот так ящичек Илюшкин,

Вот так чудо из чудес!..

Порешили: вещь годится!

Завтра – к барину вояж,

Пусть вражина насладится,

И свою потешит блажь…

Он забудет всё на свете,

Как увидит наш суприз,

И супруга Лизавета

Не ударится в каприз…

* * *

Утром барин брюхо чешет,

Глаз продрал и просит жрать:

«Поваров немедля вешать!

Заставляют умирать!».

Суетится дом господский,

Беготня вокруг Беды,

Нет сильнее жажды плотской,

Что касаемо еды…

Только трапеза иссякла -

Барин жаждет новостей:

«Как там поле, не зачахло?

Всыпьте пахарям плетей!»…

Полулёжа на балконе,

Вдаль на сёла поглядит,

Тяжело: то в спячку клонит,

То в брюшине засвербит.

Соблюсти стараясь точность,

Ждёт обеда, а обед –

Испытание на прочность,

Символ Бедовых побед!..

Вот и в этот день обычный,

Прикорнув на часик-два,

Слышит барин непривычно

Непонятные слова:

Там дворецкий с кем-то спорит,

Прогоняет со двора,

А ему супруга вторит

И гундосит детвора.

«Что за наглость, что за зверство?

Нарушают моцион!»…

Встал Беда и в щёлку дверцы

Наблюдает как шпион,

Видит – грязные крестьяне,

С ними, кажется, кузнец…

Гости шумные буянят:

– Ну, впустите ж, наконец!..

Интересно, хоть и страшно,

Стало чуточку Беде,

Запахнулся, вышел важно –

Что, мол, как, чего и где?

Закудахтали крестьяне:

– Мы вот, барин, неспроста,

Мы с подарком, типа дани,

Не вещица, а мечта!..

И дают, потупясь скромно,

В незатейливый футляр

Упакованный любовно,

Непонятный экземпляр.

Наш Беда, хотя и шибко

По природе трусоват,

Но ведь жадность многолика,

Взял презент – и под халат.

– Всё, ступайте на работу,

Енту важную фигню,

Как подарок и заботу,

Я попозже оценю…

А крестьяне не в обиде,

Ухмыльнулись и айда,

Всё должно быть в лучшем виде,

Пусть подавится Беда!..

Поспешил Беда рысцою

В свой рабочий кабинет,

Там трусливою овцою

Разворачивал презент,

Пальцы тонкие дрожали,

Пот стекал на жирный лоб…

– Ишь, смотри, зауважали!

Покоряется холоп!..

Вон, подарочек припёрли…

Што за штука, поглядим…

А понравится мне, коли,

То, глядишь, и наградим…

Кнопки, дырочки… а ну-ка

Я попробую нажать –

Коль взорвётся эта штука,

То успею убежать!..

Не успел! Хотя «рвануло»

(Но не там где ожидал),

Он упал ничком со стула

И со страха зарыдал…

Там, в подаренной вещице

Были чьи-то голоса,

Лай собаки, трели птицы,

Скрип телеги колеса,

Всё гудело и дудело,

Целый мир вместился там,

Будто нечисть там сидела

По кладбищенским кустам,

Будто в маленькой коробке

В суете обычных дел

Целый мир, подвластный кнопке,

Невидимкою сидел!..

Долго барин прятал тушку

За диванами, кряхтя,

Чародейскую игрушку

С расстояния крестя,

Долго охал, бога кликал,

Привыкая к волшебству,

А к обеду захихикал,

Будто выкурил траву…

Из укрытий выползая,

Адский ящик выключал,

Крестик маленький лобзая,

Домочадцев покричал.

Прибежали. Барин важно

Всех по креслам рассадил,

В предвкушении пассажа,

Перед ними походил,

Выждал паузу, противный,

Хоть и сам слегка дрожал,

Сделал жест демонстративный –

Кнопку нужную нажал!..

Дети влезли друг на друга,

И орали из угла,

А любезная супруга

Тут же чуть не родила!..

* * *

Скоро сказка говорится,

Да не скоро сотворится…

Дни за днями шли неспешно,

Как ребёнок барин рад –

Ящик слушает потешный,

Круглосуточно, подряд,

Он его любовно крутит

На любой диапазон…

То какой-то Гайкин шутит,

То орёт певец Габзон,

То звезда вопит, как спьяну,

То хрипит или шипит,

Или хочется к дивану,

Или портят аппетит.

Весь эфир заполнен смогом

Надоедливой попсы,

Горлопанят диким слогом,

Как гуляющие псы…

Много бяки льётся в уши,

Что и слушать-то грешно…

А не слушать… Как не слушать?!

Надо слушать всё равно!..

Красота… Беде забавно,

Он матёрый меломан,

А уж критик и подавно –

Не ведётся на обман…

И супругу откачали –

Проявила интерес,

Разом сгинули печали,

Да зловредный бабий стресс.

И сидят они в нирване,

Да от жизни далеки,

Обнимаясь на диване,

Аки божьи голубки…

Каждый день – как день вчерашний,

Расслабон совсем добил…

Позабыл Беда про пашни,

Про холопов позабыл.

Управляющий делами

Робко в спаленку стучит –

Мол, неладное с полями,

Да скотина не мычит…

А помещик, злобу сея –

Пшол отсель! И што с того?!

Слышишь – Мося Борисеев!

Я ж не выключу его!..

А крестьяне, в это время,

Чёрт-те что уже творят,

Да Илюшино творенье

Сообща благодарят.

Пару часиков на пашне,

А потом – свои дела:

Самогон, прогулки, шашни…

Испарилась кабала!

Свой надел лелеют-холят,

Колют на зиму дрова,

Да эстетику наводят

На избёнки и хлева…

Ай, Илюша, ай, красавчик!..

Боже, дай-ка ты ж ему

И огурчик, и стаканчик,

И любимую жену!..

* * *

На господскую обитель,

Опустился сонный час,

Местный радивалюбитель

Погружается в экстаз:

Крутит бережно настройку,

Ищет волны не спеша…

Новых песен пару-тройку

Хочет барская душа.

Но какое-то урчанье

Переполнило эфир,

И бурлит, как бражка в чане,

Или сломанный сортир,

То ж не радивапомеха,

А чего-то пострашней…

Али при смерти утеха,

И Господь пришёл за ней?!

Али вражеская контра

Засоряет русский дух?..

Чуть оставил без присмотра –

Кайф небесный и утух!

Злится барин, рвёт и мечет,

Нервы тянутся в струну,

Злостью психику калечит…

Кличет в панике жену:

– Эй, сударыня, извольте

Посодействовать в беде,

Женской нежностью настройте

Самочуйствие Беде!..

Ну, а ту и звать не долго,

Оголилась и бежит,

Честь супружеского долга

Не уронит, дорожит…

– Я, мон шер, всегда готова,

Я ж сама уже… того…

Вы же, сударь, право слово,

Позабыли… про Него!..

Тут Беда не то, что злился,

А буквально озверел,

Над супругой змеем взвился

И личиною бурел!

– Что ж ты, мать, свои потребы,

Мне навязывать спешишь?

Коли нужно было мне бы –

От тебя дождё-ошься… шиш!

Не носись блудливой клушей,

Не тряси своими… м-да…

Сядь, сударыня, послушай,

С нашей радивой – беда!

Слышишь – это же не шутки!..

А супруга (хоть и зла):

– Это булькает в желудке…

Споки-чмоки, я пошла!

Ну, дела, позор сединам,

Позабыл совсем Беда,

Что не радивом единым…

Кушать надо иногда!

– Эй, дворецкий, где ты, душка,

Мне бы столик, да живей!

Али мяса, али плюшку,

Али супчик пожирней!..

Вот дворецкий тихо входит,

Что-то пряча за щекой,

Глазки в пол, наглец, отводит,

Чешет маковку рукой.

– Не изволь сердиться, барин,

Не ищи во мне врага,

Чай с утра ишшо заварен,

Больше нету ни фига!..

У помещика усмешка:

– То есть как? Ты шутишь, чёрт?

– Да, ишшо вот кириешка…

Плесень снял и – чем не торт!

В гневе барин весь раздулся,

Машет пухлым кулачком,

А дворецкий отвернулся

И к двери бочком, бочком…

– Стой, скотина, объясни-ка –

Что, в имении за мор?

Что за вражеское лихо

К нам припёрлось из-за гор?!..

Почему в усадьбе пусто,

И куда запас пропал?

У меня такое чувство,

Что чего-то я проспал!..

А дворецкий смотрит букой:

– Ты, мой барин, не гони,

Со своей болтливой штукой

Ты проспал все эти дни!..

Руководства – никакого,

Дисциплины – никакой,

Время нынче – мужиково!

Ты ему теперь – на кой?..

– Ах, вот так! Растак-разэдак! -

Засвирепствовал Беда -

Мне – помещику – объедок?!

И ни капельки стыда?!

Я вас быстро четвертую!

Я устрою вам досуг!..

Щас властям отрапортую

И повешу всех на сук!..

В общем, голод – он не тётка,