скачать книгу бесплатно
– У тебя появилось срочное дело? – он принужденно улыбнулся. – Говори, я слушаю!
Андроник молчал и с тоской смотрел на свой клинок, сверкавший огненными бликами.
Император тяжело поднялся с кресла:
– Мои люди давно следят за твоими тайными гостями и слушают ваши разговоры. Я знаю все о каждом твоем шаге. Умельцы сейчас допрашивают лазутчика… Думаю, он расскажет много интересного. А ты отправишься в темницу Большого дворца Константинополя.
Он кивнул головой воинам, те забрали у растерявшегося Андроника оружие и вывели его наружу…
Проведя несколько лет в каменном склепе, он с ужасающей ясностью осознал: скорее он сгниет в глухом подвале, чем дождется прощения Мануила. Внимательный осмотр подземелья дал некоторую надежду на освобождение: одна из плит пола слегка покачивалась. Он поднял ее и обнаружил под ней полузасыпанный подземный ход. Захватив остатки еды, он скрылся в новом убежище и аккуратно поставил плиту на место. На другой день он услышал над собой топот множества ног и крики надзирателей. Его «побег» обнаружили! Впервые за годы заключения у него было прекрасное настроение: «Пусть Мануил поломает голову над тем, куда делся опасный претендент на трон!»
Вскоре шум стих, и он понял, что поиски переместились в дворцовый сад и на улицы города. Он задремал и проснулся от звука чьих-то легких шагов над головой. Видимо, в камеру бросили другого заключенного. Он подождал, когда все успокоилось, осторожно приподнял плиту и выглянул наружу. В углу, в неверном свете свечки, виднелась фигура женщины, закутанной в покрывало. Андроник выбрался из убежища и осторожно подошел к ней. Несчастная подняла голову, всмотрелась в него, вскрикнула и стала истово креститься. С удивлением он узнал в таинственной узнице свою жену! Он схватил ее руки, прижал их к своим щекам и стал ее успокаивать:
– Это же я, твой Андроник! Живой и невредимый!
Женщина находилась в полуобморочном состоянии и исступленно шептала:
– Тень Андроника! Вернись в царство мертвых!
Недоразумение разрешилось лишь после долгих уговоров. Она приникла к огромной груди мужа, заплакала и сквозь слезы объяснила произошедшее с ней:
– Мануил приказал бросить меня в подземелье… Его приближенные решили, что я устроила твой побег… И они подозревают меня в колдовстве!
– Причем здесь колдовство?!
– После твоего исчезновения все запоры и решетки оказались на месте. Стражники сказали, что я обратила тебя в птицу, и ты на их глазах улетел на волю! Сейчас поднялся большой шум, и тебя ищут по всей империи.
Андроник радостно потер руки:
– Пусть-ка Мануил займется ловлей птиц… А, заодно, и допросами их!
Они рассмеялись и обнялись. Андроник, истосковавшийся по женскому теплу, почувствовал необычайный подъем сил. Забыв обо всем, он грубо овладел женой. Она испуганно смотрела на искаженное страстью лицо мужа и послушно принимала его жадные и торопливые ласки. Наконец, он обессиленно затих на грязном полу, обняв спутницу своей незадачливой жизни. Забытье мутным туманом накрыло его.
…Радуясь своей нерастраченной силе и предчувствуя близкое удовольствие, он подошел к краю бассейна. Его поверхность была покрыта ароматными лепестками багряных роз, скрывавших прелести купавшейся там девушки. Он тихо опустился в воду и осторожно нырнул к соблазнительной добыче. Ее полные бедра оказались совсем близко, и он схватил их своими ладонями. Девушка забарабанила по воде руками. С замиранием сердца он потянулся губами к вожделенному месту, но ударился обо что-то твердое…
Он очнулся, потер нос, ушибленный о каменный пол и огляделся. В подземелье было жарко и застоявшееся зловоние вызывало тошноту. Рядом спала жена, уткнувшись лицом в гнилую солому. Он вздохнул, выбрал место поудобнее и провалился в беспамятный сон.
Снова полетели безликие месяцы неволи. Его младший сын Иоанн, приносивший еду матери, стал делиться со стражниками вином и быстро вошел к ним в доверие. И однажды он сделал слепок с ключей от тюрьмы. Дома изготовили дубликаты и передали их заключенному. Темной ночью Андроник попрощался с женой, бесшумно открыл двери подземелья, выбрался в дворцовый сад и двинулся к условленному месту стены, где с другой стороны его должен был ждать верный человек. Крадучись, он преодолел почти весь путь, и уже предвкушал близкое освобождение, как в серебристом свете луны перед его животом сверкнуло стальное лезвие! Из густой тени дерева к нему шагнул высокий широкоплечий воин. Андроник понял, что сопротивление будет стоить ему жизни, и миролюбиво сказал:
– Ты можешь опустить меч, ведь мои руки и ноги закованы в цепи!
Стражник отвел оружие и его взгляд остановился на перстне Андроника. Тот снял его с пальца, повертел им перед вспыхнувшими алчностью глазами воина и вкрадчиво сказал:
– Его цена не сравнима с наградой за мою голову!
Большой бриллиант в обрамлении белого золота завораживающе сиял россыпью голубых граней. Андронику было жаль расставаться с давним подарком жены, но свобода была дороже. Воин взял перстень своими огромными пальцами и стал его рассматривать.
Беглец посчитал сделку состоявшейся, и скрылся в кустарнике у стены. Вслушиваясь в тревожную тишину, он подобрался к нужному месту, нашел переброшенную через стену веревку и, стараясь не греметь цепями, выбрался на свободу. На морском берегу его ждала лодка. Слуга радостно приветствовал хозяина:
– Господин, какое счастье, что ты снова на воле!
Андроник забрался в утлый челн и оттолкнул его от берега. Но не успел он отдышаться, как лодку накрыла тень сторожевой галеры императорского флота. На ее носу стоял воин и его грубый голос расколол ночную тишину:
– Эй там, на корыте! Разве не знаете, что приближаться к стенам дворца василевса запрещено под страхом смертной казни? Пристаньте сюда!
Пришлось подчиниться: на палубе галеры маячили крепкие фигуры лучников, готовых выпустить стаю смертоносных стрел. Лодка соприкоснулись с кораблем, и в нее по веревочной лестнице спустился воин. С уважением посмотрев на мощного Андроника, он обратился к слуге, приняв его за хозяина:
– Кто такой? Что тут делаешь?
Парализованный ужасом «хозяин» молчал. Андронику пришлось взять инициативу в свои руки. Прикинувшись варваром, он заговорил на ломаном греческом языке:
– Замучили… работа… бежал… хозяин… поймал… плохо…
Воин рассмеялся:
– Плохо тебе? А будет еще хуже. Отдадим вас дворцовой страже, она быстренько развяжет ваши языки и разберется, какую измену вы тут готовите!
«Хозяина» бросило в жар, он обрел дар речи и подхватил спасительную игру:
– Господин, я не готовил никакой измены и не замышлял ничего плохого. Мой раб, – он показал на Андроника, – бежал. Я долго за ним гнался и едва поймал… Ты же видишь, какой это здоровяк! Он кормит всю мою семью и стоит больших денег! – он придвинулся к воину и шепнул. – Отпусти нас, я умею быть благодарным…
В подкрепление своих слов он достал тугой кошель и вложил его в грубую ладонь стражника. Тот развязал шнурок и желтый блеск на мгновение ослепил его. Золото перевесило долг службы, воин поднялся на галеру и повеселевшим голосом приказал:
– Отчаливайте! Держитесь подальше от дворца и больше не попадайтесь!
«Хозяин» поклонился верному слуге императора и осипшим голосом сказал:
– О, победоносный страж, клянусь всеми святыми: больше ты нас не увидишь! – и лодка с нарушителями исчезла в ночной мгле.
Добравшись до дому, Андроник сбил цепи и немедля отправился в Галицкое княжество, к князю Осмомыслу, с которым был давно и хорошо знаком. Он благополучно покинул Константинополь и добрался до Валахии, но тут местная стража опознала его. Памятуя о награде, объявленной за его поимку, на родину беглеца сопровождал целый отряд валахов.
Однако Андроник легко обманул простосердечных воинов. Уверив их в слабости своего желудка, он стал им выговаривать:
– От вашей еды у меня заболел живот. Когда император узнает, что меня отравили, вам не только не заплатят, но и отрубят ваши глупые головы!
Предводитель отряда решил, что с царственным пленником надо быть поосторожнее:
– Господин, ты можешь отлучаться во всякое время. Но за тобой будут зорко следить.
Андроник стал приучать стражу к своим частым отлучкам: постоянно спешивался и отходил в кусты. Шло время и бдительность воинов слабела.
Однажды отряд остановился на ночной отдых. В наступивших сумерках Андроник поднялся на пригорок, поросший редким кустарником. На виду у стражи он присел и затих. Затем он осторожно снял плащ и шляпу и повесил их рядом с собой на куст так, чтобы они напоминали силуэт сидящего человека. На стоянке все было спокойно: одни стражники хлопотали у костра, другие – лежали на траве, лениво посматривая в сторону узника.
Улучив момент, он перебежал в небольшую рощицу и спрятался в густых зарослях. Через некоторое время он услышал сигнал тревоги и крики воинов со стороны лагеря: его побег обнаружили и на него началась охота! В темноте цепь валахов прошла мимо затаившегося беглеца и, перекликаясь, удалилась в сторону границы с Галицией. Андроник пошел в противоположном направлении, туда, где его не ждали и, сделав изрядный круг, через несколько дней пересек границу в соседнем месте.
Галицкий князь Осмомысл встретил знатного беглеца с распростертыми объятиями, дал ему в кормление богатый удел и сделал его своим советником. Андроник на время забыл о своих честолюбивых мечтах и с радостью включился в местную светскую жизнь, коротая время между обильными пирами и большими охотами.
Многократно обманутый Мануил, узнав о судьбе брата, поначалу сильно расстроился: тот был падок на удовольствия и легко мог стать игрушкой в руках врагов Византии. Но, поразмыслив, он понял, что примитивные развлечения варваров быстро надоедят избалованному беглецу, и тогда его можно будет легко заманить в Константинополь. Так и вышло. Скоро Андроник заскучал, и весьма кстати явившиеся к нему посланцы Мануила, два благообразных митрополита, медовыми устами уговорили его вернуться на родину.
Дерзкое похищение
Ренье проснулся от ощущения неясной тревоги. Он встал с мягкой травы и осмотрелся. Вокруг никого не было, в темном небе сияла полная луна, неподалеку журчал родник. В памяти всплыло когда-то слышанное предупреждение: «Не верь, что заросли бывают безопасными. Наверняка где-нибудь крадется тигр в поиске добычи». Эта мысль напрягла юношу: выезжая на прогулку, он не взял с собой никакого оружия.
И тут на краю поляны шевельнулись кусты и на лунный свет вышел молодой леопард. Красавец на мгновение остановился, с любопытством посмотрел на Ренье и направился к источнику. Под пятнистой шкурой зверя играли тугие мышцы, в легкой походке чувствовалась упругая сила. Подойдя к роднику, он осторожно понюхал воду, чихнул и начал быстро ее лакать. Время от времени он поднимал голову, облизывал усы и поглядывал на Ренье.
Юноша был поражен сходством леопарда с кошкой, которая жила у него дома, в Тулузском графстве.
…Она стоила больших денег, и была непревзойденной искусницей в ловле мышей. Он быстро сдружился с ней и удивлялся ее поразительному любопытству. Не было ни одного, самого потаенного уголка, который бы она не обследовала. И кто бы ни начинал что-нибудь делать, как она тут же оказывалась в центре событий, что-то вынюхивая своей усатой мордочкой. Она считала себя настоящей хозяйкой дома и по доброте кошачьей натуры терпела двуногих приживал, снисходительно прощая им бессмысленную суету и бестолковый шум. Время от времени ей удавалось выклянчивать или просто утаскивать что-нибудь вкусненькое. И еще она умела красиво жить. В холодные времена находила теплые места, и сладко спала там, вызывая всеобщую зависть. В жару она отыскивала густую тень и нежилась там под освежающим ветерком. Как будто стараясь повеселить обитателей дома, она очень забавно укладывалась спать. Выбрав удобное место, она начинала крутиться, пока не превращалась в пушистый клубок. И лишь хитрый зеленый глаз сквозь узкую щелку посматривал на окружающих, да кончик хвоста слегка обмахивал розовый нос.
Однажды ранним летним утром кошка разбудила Ренье и положила прямо перед его носом пойманную птичку. Та из последних сил трепетала крылышками, но взлететь не могла. Лапой удерживая жертву, кошка пододвигала ее поближе к мальчику, предлагая ему полакомиться вкусной добычей. Но он возмутился такой жестокостью, бережно взял бедную птичку в ладони и побежал к маме.
Та успокоила малыша:
– Ты же балуешь кошку разной едой, вот и она из лучших побуждений предложила тебе отведать, как ей кажется, изысканного кушанья!
Ренье расплакался:
– Но я не просил ее ловить птичку. Ты всегда мне говорила, что нельзя обижать слабых!
Она прижала к себе сына и ласково погладила его по растрепавшимся волосам:
– Да, мой мальчик, мужчина должен быть благородным. И лучший пример – твой отец!
– А что такое благородство?
– Это милосердие силы. Оно свойственно только добрым и уверенным в себе людям. Злые и слабые не могут быть благородными… О птичке не беспокойся. Я отдам ее нашему лекарю, и он ее вылечит.
Слезы Ренье высохли:
– Я объясню кошке, чтобы она больше не охотилась на беззащитных птичек!
Мама поцеловала его в русую голову и попросила:
– Только будь с ней вежлив, ведь ты сильнее ее!
Он нашел преступницу в саду, где та носилась среди густой травы и ярких цветов. Увидев своего подопечного, кошка подбежала к нему, с довольным видом уселась на задние лапы и беззаботно помахивая кончиком хвоста, преданно заглянула ему в глаза.
Ренье опустился на корточки, принял строгий вид и сказал:
– Нельзя обижать слабых!
Но плутовка не проявила ни малейших признаков раскаяния и с любопытством смотрела на мальчика.
Пытаясь придать своим словам особый вес, он, по примеру взрослых, назидательно покачал указательным пальцем перед носом кошки. Она осторожно протянула лапку к пальцу, вытянула мордочку и попыталась его понюхать. Ренье стало щекотно и смешно. Мимо них пролетела цветастая бабочка, и кошка серой молнией бросилась вслед за новой добычей…
Юноша стоял и улыбался своим воспоминаниям. Леопард перестал пить воду и озадаченно посмотрел на него. Было хорошо известно, что эти хищники очень опасны, обладают молниеносной реакцией и прыгают на двадцать-тридцать локтей. Но непрошенный гость был сыт, доволен жизнью и явно не собирался ни на кого нападать. Он зевнул, отряхнул голову и величественно удалился в заросли.
На востоке загорался рассвет и нужно было возвращаться к каравану. Ренье только сейчас вспомнил о коне, и его пронзила страшная мысль: «Не стал ли он жертвой леопарда, этого совершенного убийцы?» От нехорошего предчувствия у него сжалось сердце.
Вдруг вдали послышалось слабое ржание, он прислушался и осторожно пошел на звук. Через некоторое время деревья расступились, и он оказался на опушке рощи. Там, среди редкого кустарника, стояла пропавшая девушка и держала в руке повод его коня!
Ренье подбежал к верному другу, обнял его за шею и погладил по шелковистой гриве. Тот стал тереться головой о щеку юноши. Встреча оказалась столь неожиданной, что он на мгновение забыл о девушке. Повернувшись к ней, он слегка наклонил голову и представился:
– Ренье де Арди, рыцарь из Тулузского графства. Благодарен тебе за спасение коня.
Она потупила глаза и ответила:
– Я родом из Севильи. Меня зовут Исмиля.
Юноша изумился:
– Так мы же почти соседи! Мой отец не раз ездил в Сарагосу, Кордову и Севилью… – он не закончил фразу и с беспокойством посмотрел на занимающуюся зарю. – Сейчас нам нужно поскорее вернуться к каравану. Он вот-вот тронется с ночной стоянки!.. Садись на коня.
Он опустился на одно колено, подал ей руку и сказал:
– Я считаю большой честью служить тебе!
Девушка благодарно кивнула головой и с его помощью поднялась в седло. Ренье оглянулся по сторонам и понял, что не знает правильного пути. Он уже имел случай убедиться в невероятной способности арабских скакунов ориентироваться на местности и возвращаться к покинутой ранее стоянке. Поэтому он доверился чутью коня, отпустил поводья и осторожно двинулся рядом ним.
Исмиля улыбнулась:
– Севилья самый красивый город Андалусии! Мимо него протекает река аль-Вади альКебир[19 - Аль-Вади альКебир – арабское название реки Гвадалквивир.]. Там множество садов и их плодами завалены все рынки. Но больше всего мне нравились инжир из Малаги, сладости и засахаренные фрукты из Тарифы и Аликанте.
Она помолчала и задумчиво продолжила:
– Я помню наш дом. Внутренний двор утопал в душистых цветах. Настоящим чудом был большой фонтан, его тонкие струи переплетались и несли приятную прохладу. Родители меня очень любили и баловали. Мне нравились шелковые платья и благовония, привозимые из дальних стран. Мама каждое утро выбирала самую свежую розочку и прикалывала ее к моим волосам. В Севилье так делали все женщины… Теперь мне кажется, что я жила в сказке…
– Что же случилось? Почему ты уехала оттуда?
– Мой старший брат Самад увлекался поэзией и однажды в своих стихах воспел красоту дочери эмира. Само по себе это не преступление. Но кто-то внушил правителю, что он мог ее где-то видеть, и что его сочинение – это признание в любви. Пошли разные слухи… Избегая казни, брат скрылся. Однажды ночью он тайком пробрался в наш дом и приказал срочно готовить меня к отъезду. Оказалось, все дело затеял евнух эмира, который захотел забрать меня в гарем правителя и тем самым сделать ему подарок. А стихи оказались удобным предлогом для уничтожения моих защитников… Недаром говорят: «Услужливый раб всегда бежит впереди желаний своего господина!»
– Что же плохого было в стихах?
Она грустно вздохнула:
– Ничего! Все поэты пишут об одном и том же, только по-разному. О девичьих глазах, похожих на глаза степных газелей, о зубах, сияющих как жемчужины, о черных ресницах, как неумолимых стрелах судьбы… Часто они возвеличивают правителей и те говорят: «Поэт – это глашатай Всевышнего. Если мы воспеты в красивых стихах, мы становимся бессмертными, если же нет, кто о нас вспомнит?!» Когда-то халифы дарили поэтам и певцам верблюдов, нагруженных драгоценными камнями, благовониями и редкими тканями. На них сыпалось столько золотых динаров, сколько они произносили слов! И человек, не имевший своего пристанища, становился обладателем дворца с пышным садом, фонтаном, гаремом и прислугой… Но иногда поэты становились игрушкой в руках злых людей. Они теряли головы, и не от любви, а от острой сабли палача!.. Или становились изгнанниками…
На ее глазах выступили слезы:
– Так получилось с нашей семьей… Служанки быстро собрали самое необходимое, и мы помчались на пристань, где Самад приготовил большую лодку с гребцами. Он заранее подкупил стражу у городских ворот, и мы уже почти добрались до берега, когда показалась погоня. Брат попрощался со мной и пообещал разыскать меня. Он остался с мужчинами, чтобы задержать преследователей. Мы успели сесть в лодку и на другой день прибыли в Кадикс. Там наняли небольшой корабль и долго плыли по морю. В конце концов мы остановились в Александрии. Много месяцев мы ждали весточки от Самада, но так и остались в неведении о его судьбе. Мои воспитательницы решили направиться в Сирию, в город Химс, расположенный на берегу реки Оронт. Именно оттуда когда-то давно вышли наши предки и мы надеялись найти там дальних родственников. Но этому не суждено было сбыться. Прошлой ночью на наш караван напали разбойники, служанки успели посадить меня на лошадь и она, испугавшись криков, ускакала далеко от стоянки. Утром она сломала ногу, и я оказалась здесь одна… Мои попутчики, наверное, погибли или проданы в рабство.
У Ренье сжалось сердце: почему весь гнев мира обрушился на эту маленькую беззащитную девочку? Он посмотрел ей в глаза и порывисто сказал:
– Тебе не нужно никого бояться… Я буду твоим рыцарем… И достану тебе шелковые платья… И розы для волос… И инжир из Малаги!
Она бросила на него кроткий взгляд и доверчиво улыбнулась.
Впереди полыхала заря, краешек солнца выглянул из-за горизонта, и его ласковые лучи оживили местность. Вдали показалась стоянка каравана. Там царила суета, сопровождающая всякое отправление в путь. К молодым людям уже скакали слуги, и вскоре они радостно приветствовали хозяина. Его наставник Робер спрыгнул с коня, обнял юношу и пожурил его: