Золотая тень

Ульяна Сыренкова

Золотая тень

Мальчик с золотой тенью

Давным-давно в одном сером городе, где дома, похожие на серые каменные коробки, стояли ровными рядами, а небо было затянуто плотной пеленой туч, жил мальчик по имени Люцио. Он был спокойным, тихим и задумчивым ребёнком, но не это выделяло его среди других. С самого рождения Люцио отбрасывал не чёрную, а золотую тень. Вероятно, когда он родился, капля солнца просочилась сквозь тучи, упала на землю и решила остаться с мальчиком навсегда.

Когда Люцио бежал, за ним тянулось лучистое сияние. В сумерки его силуэт на стене был, словно свет свечи, под которым в ночи работают поэты и художники, одаренные вдохновением. Тень Люцио освещала ему путь и днём и ночью. Но, к сожалению, в сером городе не любили ни света, ни тех, кто дарит этот свет. Люди считали, что золотая тень – это проклятье, предвестник беды. Жители города с опаской и презрением смотрели на тень мальчика, ведь она выделяла его среди других и нарушала вековой порядок, который подразумевал, что все должны быть одинаковыми.

Дети не играли с Люцио, шептались за его спиной и убегали, как только он подходил к ним. "Златоносец! – кричал ему всегда вдогонку Кассий, сын мэра, который был самым большим задирой в округе. – Ты с солнца свалился? Может ты вообще не человек, а чудище?". Люцио молча сжимал кулаки и шёл дальше, а его тень, верная и яркая, скользила рядом, будто пытаясь утешить.

Дома его ждала лишь мать – вдова, работающая швеей, с усталыми, но полными надежды глазами. Лишь она в городе верила в то, что золотая тень – это дар и Люцио уготовано в жизни что-то особенное, но непременно хорошее. "Не слушай их, сынок, – шептала она, обнимая его вечерами, – твоя тень – это след ангела. Он поцеловал тебя при рождении и оставил частичку своего света. Запомни, это дар, а не проклятие!".

Однажды в школе даже учитель попросил Люцио пересесть за самую дальнюю парту в углу класса со словами: “Ты позоришь весь город своей тенью. Сядись подальше, чтобы не смущать и не развращать других детей! Не хватало, чтобы кто-то еще захотел выделиться из нашего серого общества!”. Дети засмеялись над Люцио, а он сам ощутил невероятно тяжелый груз одиночества.

После школы Кассий со своими друзьями загнал Люцио в угол узкого переулка. "Ну что, Златоносец, сделаем эту странную тень нормальной! – кричал Кассий, – пусть больше не позорит наш город!". Затем он скомандовал другим мальчишкам бросать грязь и землю на тень Люцио. Кассий громко смеялся, думая, что сейчас он устранит то, что выбивается из общей картины, и тем самым восстановит порядок в городе.

Но грязь не прилипала к сияющему следу за спиной мальчика, а проходила сквозь него. Тень будто бы назло обидчикам сияла ещё ярче. Когда Кассий понял, что его затея не увенчалась успехом, он взял последний ком земли и бросил его в самого Люцио. “Иди помойся, может и тень свою отмоешь!” – с насмешкой крикнул главарь банды мальчишек, а после все они скрылись за поворотом.

Когда они, наконец, ушли, Люцио, дрожа от гнева и стыда, обернулся к своей тени и, сжав кулаки, закричал: "Уйди! Я не хочу золотую тень! Хочу обычную, чёрную, как у всех!”. Тень немного померкла, словно обиделась на эти слова, а Люцио с большим гневом продолжил: “Я не хочу выделяться! Хочу, чтобы меня оставили в покое!".

Люцио топнул ногой и в этот момент случилось нечто удивительное. Земля под ногами мальчика перестала быть твердой. Он провалился вниз, в тишину и мрак. Люцио испугался, но золотая тень, отделившись, схватила его за руку. Она словно стала отдельным живым человеком. Но она была лишь очертанием, которое не имело даже черты лица. Зато тень освещала полет в темноте бездны и грела мальчика своим теплом.