Юлия Фирсанова.

Шестеро против Темного



скачать книгу бесплатно

Повинуясь очередному взмаху руки «черного плаща», твари радостно оскалились, а потом рыча и хрюкая устремились вперед. Топоры и пики нацелились на людей. Кое-кто из сельчан изменился в лице, но не сделал ни шагу назад, лишь поудобнее перехватил свое оружие.

– Почти опоздали, могут быть жертвы, – сделал вывод Гал, извлекая из ножен свой знаменитый в широких кругах меч. Лезвие полыхало серебром с примесью зелени. Воин приготовился нажать на перстень.

– Если используем мою магию и вашу силу, мосье, то нет, – коротко улыбнулся маг и проворно зашевелил пальцами, сплетая начальную паутину заклятия. – Придержите их бег лишь на пару мгновений!

– Давайте, Лукас, Гал, сделайте этих свиней!!! – возбужденно воскликнула болельщица Элька, подпрыгнув в кресле, разом позабыв о своих обидах на время предстоящего сражения.

– Ваша ценная мысль принята к сведению, мадемуазель, – бросил Д’Агар, а Гал тем временем перенесся с помощью перстня в деревню и встал перед селянами прямо на пути орды нападавших.

– От этих тварей разит тьмой и бессмысленным безумием, они почти животные, которым не дарована душа, – брезгливо поморщилась Мирей, потеряв всякий аппетит. – Меня даже через зеркало мутит от их эманаций, но та мерзость в плаще – она еще хуже!

При виде Гала с длинным сияющим мечом, чья грозная спина (Галова, конечно, а не меча) возникла перед ними, сельчане невольно попятились, но все-таки нашли в себе силы сообразить, что новоприбывший на их стороне, раз его меч, рассыпающий серебряные и зеленые блики, направлен в сторону атакующих. Тем более что высокий воин сурово велел:

– Держитесь сзади, не лезьте под руку.

Доказательство того, что твари не обладают не только душой, но даже примитивным разумом животных, команда получила почти мгновенно. Свинтусы, в отличие от сельчан, словно и не впечатленные явлением воителя, лишь на долю секунды замедлили свой бег и чуть-чуть изменили траекторию, чтобы их первый удар пришелся по нахальному созданию с длинной железкой, вставшему на пути.

«Мирей права, – решила Элька. – Чтобы бежать навстречу Галу, стоящему со все ярче полыхающим мечом наизготовку, действительно нужно было быть чем-то уникально бестолковым, храбрость тут совершенно ни при чем».

Впрочем, нескольких долей мгновения, выигранных воином, хватило Лукасу для того, чтобы составить заклятие и метнуть его в нападающую нечисть. Маг бормотал что-то очень быстро. Элька успела уловить лишь оригинальную концовку заклятия, навеянного собственным сердечным пожеланием:

 
Ун апре? деве? ун сабс
Ун коче? то ун вера?нс!
 

Что браслетка-переводчик вкупе с хаотической магией владелицы перевели как:

 
Пусть обличьем станет суть,
Коль свинья ты – хряком будь!..
 

Неуловимо быстрый, как в ипостаси леопарда, так и в человеческом виде, Гал успел взмахнуть мечом лишь один раз, аккуратно располовинив самую быструю тварь и отпихнул ногой половинку под ноги нападающим.

Все прочие свинтусы, вооруженные до клыков, утратив грозное обличье, начали стремительно съеживаться. Словно какой-то скульптор-великан одновременно коснулся их отвратительных тел. И вот уже на месте мерзких отродий тьмы оказались самые обычные, пусть и не совсем чистые, свинки. Негодующе повизгивая, животинки выбирались из груды оружия и грубой одежды и толклись по лужайке, выискивая в траве что-нибудь вкусненькое. Только убитый Галом «хряк» так и остался в прежнем обличье, но он уже никому не мог причинить вреда. Однако «черный плащ» все еще был жив и не подвергся трансформации. Из-под капюшона раздалось зловещее шипение. Оставляя после себя пятна опавшей рыжим пеплом травы, «мерзость в плаще», как ее поименовала Мирей, с упорством лунатика двинулась к Галу, выставив вперед обе когтистые руки.

– Вот это я понимаю тактика выжженной земли! – покачала головой Элька. – И солью посыпать не надо, сомневаюсь, что после этого «красавчика» что-то тут вырастет.

– Лукас, а нельзя ли это потрясающее создание сюда переправить? – неожиданно попросил Шпильман. – Интересно было бы произвести кое-какие замеры его ментальных параметров и органического состава!

– Макс! – передернуло от отвращения эльфийку.

Компания удивленно воззрилась на технаря, а Элька покрутила пальцем у виска, наглядно показывая, что думает о его желаниях и тихо шепнула: «Гений!» Но маг, сочтя заказ более чем разумным, лишь кивнул:

– Постараюсь, мосье, мне и самому любопытно! Могу ли я только попросить у вас пустую бутылку с крышкой?

– На! Пожалуйста! – Макс вылил в рот последние капли и переправил Лукасу бутылку из-под любимой газировки.

Мосье маг поблагодарил Шпильмана легким кивком. Делая правой рукой пассы, Лукас решительно выставил бутылку горлышком по направлению к черному плащу и промолвил шепотом что-то вроде:

 
Ун субсе? ле то сонсе?вис
Контре фа люсе? унде?ис
Ун конфи?мент атендре?
Мет се дре?бор баневре?.
 

Что своеобразная Элькина магия перевела как незамысловатое:

 
Суть свою ты сохранишь,
Поменяешь лишь размер,
В заточенье угодишь,
Встанет накрепко барьер.
 

Мерзкая тварь в плаще – истребитель растительности – дернулась, словно сопротивляясь чему-то невидимому, и исчезла. Через сотую долю секунды мерзкое создание появилось в бутылке Лукаса. Маг торжествующе усмехнулся и крепко-накрепко завинтил крышку, затем перенесся к воину. Тот уже успел очистить меч от крови свинтуса и вложить в ножны. Лучезарно улыбаясь во все тридцать два зуба, Элька тут же задалась вопросом, а не больше ли их у Лукаса, по крайней мере, втрое, маг обернулся к толпе вооруженных сельчан, ошарашенных чередой стремительно развивавшихся событий, и с полупоклоном объявил во всеуслышание:

– Прекрасный день, мосье и мадам! Смею вас заверить, что с нашей скромной помощью опасность, грозившая Луговине Эда, благополучно миновала!

Сельчане немного расслабились и даже заулыбались, с благосклонным любопытством разглядывая своих внезапных спасителей, пусть изъясняющихся причудливо-высокопарным слогом, но оказавшихся весьма эффективными в борьбе со страшной напастью.

– Э-э-д, дык, наверно, вы правы, даны. Хвала Свету Лучезарному, вовремя вы поспели! Спасибо! Не знаю, как вас звать-величать, – выступил из толпы один из самых высоких и наверняка самый широкоплечий, даже если мериться с Галом, мужик. Волосы его, чуть подернутые сединой, были схвачены широким плетеным ремешком. Одна из мощных рук играючи сжимала рукоять гигантской кувалды, а вторая нервно оглаживала кожаный фартук. – Я Перн, кузнец, здешний староста.

– Меня именуют Лукасом, а моего молчаливого спутника – Эсгалом, – представился маг, воин кивнул, подтверждая, что мосье не сбрехал.

– Спасибо, значит, вам, дан Лукас и дан Эсгал, – повторил Перн. – Только растолкуй уж нам, пожалуйста, что с этими хрялками, которых вы в свиней обратили, делать надо?

– Теперь это совершенно обычные животные, староста Перн. Заклинание не имеет обратной силы, можете распоряжаться ими по своему усмотрению.

Мужики мстительно заухмылялись. Недобрые взгляды прошлись по мирно пасущимся свинкам и вернулись к ножам и топорам. А из толпы, раздвинув народ узкими, но острыми плечиками и тяжелой палкой, к которой был прикручен вместо пики нож, выбралась худая черноволосая женщина с пронзительными, как два голубых шила, глазами. Всучив свою палку даже не подумавшему спорить Перну, она с каким-то скрытым ожесточением дернула себя за толстую, с Элькин бицепс, косу, и въедливо спросила:

– А куда вы мордодрала дели? Или он сбежал?

– Кого, дражайшая мадемуазель? – не понял Лукас, красиво выгнув бровь. Он чуть замешкался с именованием собеседницы, но все-таки наугад выбрал «мадемуазель», а не «мадам», опираясь на относительную молодость женщины.

– Мордодрала! – фыркнула баба с оттенком презрительного превосходства из разряда «все мужики тугодумы и тупицы» и скрестила руки, показывая, что намерена стоять здесь хоть до конца света, но дождаться ответа, а того, кто не ответит, тоже никуда не отпустит, даже если вырываться будет.

– Вы имеете в виду это создание? – Маг продемонстрировал недоверчивой крестьянке бутылку с «черным плащом» в миниатюрном исполнении. Сельчане изумленно заахали.

– А кого ж еще, – не выказывая ни малейшего удивления или оторопи, передернула плечами черноволосая стерва. – Ты что же, дан, ослеп, коль мордодрала не признал? Вон когти какие, только кожу с лица сдирать да глаза жертве выколупывать!

– Теперь, когда мадемуазель указала на все эти удивительные приметы, разумеется, узнал, – подчеркнуто вежливо поклонился нахалке Лукас, все более убеждаясь в правильности именования. Вряд ли в деревне нашелся бы храбрец, готовый взять эдакую вреднющую женщину замуж, если б только она сама кого на себе оженила в приказном порядке.

– Значит, свинтусов зовут хрялками, а эту тварюгу – мордодрал! – сделал важный лингвистический вывод Рэнд.

– Какие поэтичные названия! – от души восхитилась образным народным мышлением Элька, поподробнее разглядывая миниатюрное и уже совсем не грозное создание, грустно царапающее стекло крохотными когтистыми лапками в тщетных попытках выбраться на волю. – А мордодрал миленький! Можно я его себе после опытов Макса оставлю?

– Нет, у тебя уже есть летучая мышь, – решительно отказал Гал. – Другим тварям в доме не место.

– Мыша не тварь! – горячо вступилась за питомицу хаотическая колдунья.

– А это он про себя, конкуренции боится, – тихо-тихо, чтоб не дай Джей, чуткий воин не услышал и не огрел по уху, шепнул шуточку Рэнд.

– И что с ним делать будешь? – продолжила допытываться черноволосая баба у Лукаса, настойчиво тыча пальцем в бутылку с пленником.

– Пусть это не будет более вашей заботой, милая мадемуазель, – галантно ответствовал Лукас и переправил бутылку замершему в ожидании подарка Максу. Прижав желанную добычу к сердцу, технарь радостно вскочил с кресла, едва не опрокинув стол, и устремился прочь из комнаты совещаний к своим драгоценным приборам. Меч Гала окончательно потух, явственно показывая, что опасности больше нет.

– Эй, Нива, он назвал тебя милой, – загоготал кто-то в задних рядах.

– Не для тебя, Мот, – рыкнула женщина и, вырвав у Перна свою палку, устремилась в том направлении, откуда раздался легкомысленно поданный опознанный голос.

– Да что со спутников взять, – поддержал кто-то приятеля с другой стороны, отводя удар, – для них все девки, да бабы на одно лицо, даже наша Нива.

– С тобой я тоже еще поговорю, Ринд, – пригрозила Нива, узнав и другого зубоскала.

– Ладно, ребятушки, натерпелись мы страху, и повеселиться не грех, – ухмыльнулся в густые усы кузнец, закидывая кувалду на плечо, как перышко, – только о делах забывать не с руки. Свинок сгоните пока в большой старый амбар за домом Берна, вещи их подберите, да ко мне на задний двор кузни оттащите, Эги и Марша, бегите за Вероной в лесную ухоронку, пускай детишки и бабки с дедами ворочаются, а Росик пусть в дальние луга к пастухам сгоняет. Как все соберутся, большую сходку объявлю. Надо помозговать, какую охрану у Луговины ставить иль еще чего. Одних дозорных-то не всегда достанет. Может, помощи в Доране просить придется, чтоб отряд прислали. А пока не глазейте попросту!

Два быстроногих парня и такая же легконогая женщина кивнули старосте. Передав свое оружие приятелям, троица наперегонки помчались к околице. Похохатывая над тем, как Нива гоняет Мота, сельчане принялись за дело. Десяток людей с хворостинами и длинными палками принялись сгонять в стадо животных, временно превративших село в мини-свиноферму. Еще несколько человек собирали оставшееся от хрялков оружие и шмотье. У запасливых крестьян оно не должно было пропасть без толку. Вот только собравшиеся закопать разрубленную воином тушу недоуменно ахнули – на месте ее падения еще была видна примятая трава, но кровь и само тело вместе с амуницией бесследно исчезли…

А Перн запросто обратился с Лукасу и Галу:

– Не зайти ли нам, даны, в харчевню к Большому Коуту? В этом году, Свет Лучезарный не даст соврать, у него хорошее темное пивко имеется! Из самого Тируна привезли, да и с местной пивоварни светлое недурно, сам пью, потому и хвалю!

Приняв своевременное предложение старосты, мужчины двинулись к безымянному трактиру. Впрочем, в небольшом селении сей трактир являлся единственным представителем многочисленного семейства пунктов общепита, а потому именование «Трактир» вполне можно было считать именем собственным. Двери заведения из толстых дубовых досок и окна из цветных (желтых и красных) стеклышек в медном переплете выходили на центральную площадь, где росли те самые замечательно-пестрые цветы, которые Лукас и Гал углядели еще с холма.

– Удивительное соседство, – похвалил маг, многозначительно смерив расстояние от двери трактира с хорошим пивом до роскошных цветов, похожих, по мнению Эльки, на гигантские, будто перекормленные удобрениями, хризантемы, астры и георгины. – Питейное заведение и великолепная клумба. У вас очень дисциплинированный или крайне умеренный в потреблении веселящих напитков народ.

– Нет, даны, – уяснив смысл речи Лукаса, коротко хмыкнул кузнец, поскребя пятерней густо поросшую «ворсом» грудь в просвете рубашки, расшитой петлями да завитками по вороту, – выпить у нас, как и везде, само собой любят, как же без этого, да и побузить, кровушку разогнать, кулаки почесать не дураки. Но чтобы цветы эти, – громадина Перн опасливо понизил голос, пусть и не было никого в округе, – проклятущие затоптать?! Настолько никто глаза не зальет! Нива, злыдня языкастая, да и другие бабы потом со свету сживут! Вам-то, спутникам, хорошо, а нам с ними бок о бок тереть и тереть!

Вот такой разговор неспешно вела троица, продвигаясь по постепенно оживающим улицам к крепким дверям «Трактира». Там, по точным сведениям старосты, окопался в подвале хозяин – Большой Коут, вознамерившийся защищать свои драгоценные запасы от поганых хрялкских рыл и когтей мордодралов, не покладая окорока и не щадя ни капли пива. И тут на площадь со стороны наезженной дороги вынеслось два всадника.

Глава 5
Подходящее знакомство

Могучий синеглазый рыцарь блондинистого окраса, за плечами которого вился по ветру столь же синий, как очи, плащ, а по бедру хлопали ножны здоровенного меча, мчался на огромном вороном жеребце. Копыта высекали искры из булыжной (в центре деревни!) мостовой. Худощавая, если не сказать откровенно тощая шатенка понукала небольшую тонконогую лошадку. Каким образом гнедая малышка умудрялась не отставать от своего гигантского собрата, оставалось их большой лошадиной тайной.

– Мири, ты только погляди, какой красавчик! – восхитилась Элька, всем своим видом выражая крайний романтический восторг. – Прямо прынц с книжной обложки! Никогда не думала, что плащи и в самом деле способны так живописно развеваться! Может, тут какой-то секрет пошива есть? Или дело во врожденном таланте?

– А девица уж больно худа! – разочарованно вздохнул Рэнд, предпочитавший фигуристых или откровенно сдобных бабенок. Что при его собственной жилистой конституции смотрелось немного комично.

Завидев людей, рыцарь разомкнул уста и заорал, будто через невидимый, но очень мощный рупор:

– Хрялки и мордодрал! Тревога!

– О Свет Лучезарный, ЕЩЕ ОДИН? – растерянно удивился бедолага-староста, так мечтавший о глотке холодного пивка любого цвета, подальше от всяких тварей и языкастых баб. Широченные плечи кузнеца печально поникли, он сам даже как-то сдулся, точно проколотый воздушный шарик.

– Еще? – приподняла тонкую бровь женщина, одновременно подавая своему разгоряченному спутнику знак придержать коня, и впилась взглядом в лицо Перна. Если глаза Нивы можно было сравнить с шилом, то бледно-зеленые очи незнакомки, горящие болотными огнями на вполне симпатичном личике, из тех, по которым не прочтешь возраста, вполне сошли бы за два сверла дрели.

– Так, это, только что, дана… – начал торопливо втолковывать староста.

– Минтана, – не без надменного повеления поспешить с объяснениями коротко представилась всадница.

– Да еще и стервоза, – сделал категоричный вывод о характере тощей незнакомки вор.

С таким высокомерием ее не приняли бы за нищую и в рубище, но на женщине было хоть и немного пропылившееся и грязноватое по подолу, как заметила Элька, шелковое темно-зеленое платье. Довольно элегантное, с небольшими, украшенными цветочным орнаментом-вышивкой разрезами, облегчавшими посадку на лошадь. Одежда несколько не по осенней погоде, но никакой зябкости леди не демонстрировала. Впрочем, Элька могла бы спорить, окажись такая женщина босиком на снегу по воле врага иль просто в обществе простого люда, и тогда бы не подала виду, что мерзнет.

– Стало быть, дана Минтана, хрялки да мордодрал на Луговину Эда только что налетели. Хорошо, даны Лукас и Гал поблизости оказались, сам Свет Лучезарный о Луговине заботу взял! Помогли разобраться с нечистью!

– Помогли? А своей миссией староста, видать, считает оказание моральной поддержки спинам нашей компании, выступившей навстречу врагу! – вслух догадалась оскорбленная трактовкой происшедшего, умалявшей героическую роль друзей, Элька.

– Нет, они числом хрялков к Галу подманивали, – ехидно возразил Фин.

Зеленые «дрели» перенесли свое внимание на названных данами. Как успела догадаться компания, Перн именовал так тех, кого считал магами. Лукас ответил даме легким кивком и любезно отметил:

– Как раз об этом мы собирались поговорить с достопочтенным старостой Перном в трактире. Он великодушно обещал угостить нас пивом и окороком. Не сочтете ли вы возможным принять наше приглашение присоединиться к трапезе? В помещении вести беседу куда удобнее, нежели посреди улицы, даже украшенной столь прелестными цветами.

– Пиво… холодненькое… – Рыцарь мечтательно облизнул пересохшие губы и бросил на Минтану почти умоляющий взгляд.

Надменная дама, хорошо знакомая со слабостями своего спутника, выразила согласие с предложением Лукаса едва уловимым кивком головы и сошла с лошадки. В ту же секунду спешился и рыцарь. Приняв у Минтаны поводья, он отвел животных к коновязи. А староста забарабанил тяжелым, что твоя кувалда, кулаком в дверь трактира:

– Коут! Открывай! Эй! Отпирай же, Темный тебя побери!

– Тятька открывать не велел, хрялки, сказал, идут, – пробасили из-за двери два очень похожих голоса.

– Нету больше хрялков и мордодрала нету, – рявкнул в ответ Перн во всю мощь легких. Стало быть не только жухаться перед бабами умел. – Открывайте двери, Донд, Тильда! Да поживей, спасителей наших с голоду-жажды уморите у порога!

– Раз нету, тогда конечно, – снова прогудели из-за двери не голоса, а два колокола, родня тому, что у Царь-пушки, послышался какой-то скрип, грохот, пыхтение, будто двигали что-то очень тяжелое и громоздкое. Основательно забаррикадированная дверь распахнулась.

Эсгал только покачал головой, уясняя, что к ней были придвинуты громадный стол со столешницей в шесть пальцев толщиной и ножками, которым впору поддерживать небесный свод вместо атлантов, а также три лавки аналогичной конструкции. Спутник Минтаны одобрительно хмыкнул, оценивая заграждение, и побарабанил удивительно гибкими пальцами по ножнам меча.

– Батька-то где? – строго обратился Перн с вопросом к двум обнаружившимся внутри субъектам: тощему, маленькому парнишке и рослой крутобедрой грудастой девахе на полторы головы выше брата.

– В погребе, – пробасила девица, нервно наматывая на руку толстую косу и покачивая во второй тяжелую чугунную сковороду. Словам кузнеца она почти поверила, но оружье свое все равно пока отложить не спешила.

– Пиво прячет, – подтвердил таким же низким голосом парнишка и, шмыгнув носом, просительно протянул: – Только вы, дядя Перн, сами ему про мордодрала и хрялков скажите, нам-то, боюсь, он ни в жисть не поверит! Испужался слишком!

– Лады, – кивнул староста, откинул полосатую дерюжку дорожки и, играючи сдвинув родного брата стола, трудившегося на охране дверей, подцепил люк погреба у стойки. Отбросив крышку, Перн не полез внутрь, а лишь заорал, уклонившись от просвистевшей мимо его уха тяжелой глиняной кружки:

– Коут, вылезай, данам, спасителям Луговины, пивка поставь, да на стол собери!

– Ты что ль, Перн? – донесся снизу недоверчивый голос уже знакомого компании гулкого тембра.

– Нет, – рыкнул староста, точно медведь, начиная сердиться, – мордодрал над тобой изгаляется, вместо того чтоб глазищи выдирать! Вылазь сейчас же, а то стол назад задвину и сиди там до следующего поворота колеса!

– Не задвинешь, – весело возразил Коут, – пиво-то у меня, да и жратва тоже!

– Папань, это и правда Перн, а с ним даны: леди, пара спутников и защитник, – вступилась Тильда, доложив обстановку по существу. – Вылазь, папань!

– Ну… коли так, – послышалось раздумчивое пыхтение, и над полом показалась почти лысая голова с лукаво прищуренными карими глазками, утонувшими в гусиных лапках морщинок. Повертев ею по сторонам для проверки, Коут проворно выбрался из люка и, подбоченившись, принялся властно командовать своей маленькой армией:

– Тильда, марш в погреб, курочки холодной, колбасок, окорока гостям на стол мечи, Донд, пива темного из той бочки, что с клеймом Тарима, нацеди три кувшина!

– Да, папаня, – откликнулись дети и скатились в подвал, куда попрятал всю снедь и питие в ожидании нашествия темной нежити запасливый трактирщик.

А такой же худощавый, верткий и махонький, как его сын, Коут весело прогудел:

– Присаживайтесь, гости дорогие, прошу вас, вон к окошечку, самое лучше место у меня в зале, и светлое и удобное, и стол со стульями, а не лавками какими-нибудь!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

сообщить о нарушении