Уилл Макинтош.

Фоллер



скачать книгу бесплатно

© С. Степанец, перевод на русский язык, 2018

© ООО «Издательство «Э», 2018

* * *

Моему другу Колину Крозерсу


Благодарственное слово

Мне было трудно, но интересно писать роман «Фоллер». Я работал над черновиками больше, чем обычно, и на каждом этапе мне помогали коллеги по перу своими бесценными отзывами. Сначала Джой Маршан, затем мой агент Сет Фишман (который является не только агентом, но и талантливым писателем), за ним Сара Кинг, а затем Ян Крейси, Кеннет Тагер и Лаура Валери. Я очень благодарен каждому из них за помощь и понимание.

Как с самого начала моей литературной деятельности, так и по сей день мой друг, Джеймс Пью, постоянно звонит мне, чтобы подкинуть пару блестящих идей во времена моего писательского кризиса. Я никогда не встречал человека, который умеет придумывать сюжетные ходы и находить решения проблем так быстро и блестяще, как это умеет делать он.

Поскольку я очень мало знаю о физике, эта книга не появилась бы без помощи астрофизика Марка Шера – профессора в колледже Вильгельма и Марии. Я пришел к нему в кабинет с довольно странным и неправильным миром, от которого менее важный астрофизик стал бы рвать на себе волосы, а после отчислил бы меня с физического факультета. Но Марк помог мне, и я искренне благодарен за потраченное им время и предоставленные знания.

Несмотря на то, что это мой шестой роман, он основан на первой написанной мной истории. Той, с которой начинался мой путь писателя, и поэтому она очень близка моему сердцу. Первоначальная история (которая очень отличается от романа) в конечном итоге нашла пристанище в научно-фантастическом журнале под названием Challenging Destiny, и я благодарю его редактора Дэвида М. Швитцера за ее публикацию.

Как всегда, благодарю своего агента Сета Фишмана за его руководство и поддержку. Я сомневаюсь, что смог бы писать целыми днями, если бы не он. В ближайшие дни мы встретимся лично.

Люблю и благодарю свою жену, Элисон Скотт Макинтош, за ее поддержку, и спасибо Майлзу и Ханне только за то, что они Майлз и Ханна.

Благодарю Дженнифер Ганнелс из издательства Tor Books за ее обстоятельные отзывы.

Наконец, особое спасибо моему редактору в издательстве Tor, Дэвиду Г. Хартвеллу, за веру в эту книгу.

1

Он попытался открыть глаза, но их словно намазали клеем, поэтому он просто измученно лежал, слушая крики. Щека упиралась во что-то твердое. Похоже, он лежал на гальке. Неподалеку лаяла собака.

Собака. Слово ворвалось в его сознание, словно он только что его придумал. Тем не менее он знал, что такое собака. Как только он вспомнил слово, в голове появилась картинка. Четвероногое, покрытое шерстью животное с виляющим хвостом.

Его разум становился яснее, энергия возвращалась.

Он с усилием открыл глаза.

Мир наполнялся удивительно яркими красками.

Вдруг мимо пробежал кто-то в зеленовато-белых кроссовках. Человек будто передвигался по стене. Но ему все это показалось – он лежал на боку.

Как только ему удалось сесть, мир перед глазами покачнулся и поплыл, но вскоре обрел четкие очертания. Его окружали высокие здания, а по улице были разбросаны легковые автомобили и грузовики. Все было неподвижным. Из-за ближайших строений клубился густой черный дым.

В нескольких метрах от него согнулась розоволосая женщина, прячущая лицо в ладонях. На ее руках были набиты красочные татуировки, изображающие цветы.

– Что происходит? – завопила она.

– Я не знаю.

Женщина испуганно подняла глаза.

– Вы меня знаете? Вы знаете, кто я?

– Нет. А вы знаете, кто я?

Женщина покачала головой.

Что-то случилось. Вся эта путаница, крики – это было не нормально. Ему нужно выяснить, что происходит. Может быть, ему удастся найти помощь. Полицию.

Прижав ладонь к тротуару и попытавшись встать, он почувствовал, как усиливается боль от большого пальца к запястью. Подушечку пальца украшал глубокий порез, вокруг которого запеклась кровь. Еще больше ее было на кончике указательного пальца и под ногтем. Значит, порез был сделан намного раньше. Шатаясь, он встал и посмотрел по сторонам. Рядом находилась маленькая серебристая тележка с желтым зонтом. В голове всплыло название: киоск с хот-догами. У бордюра был припаркован красно-белый автобус. В нескольких кварталах отсюда стояла толпа людей, повернутых к нему спиной.

Он пошел посмотреть, что они делают.

За тем местом, где стояла толпа, зданий не было.

Когда он приближался, небо становилось шире. Слившись с толпой, он увидел, что мир заканчивался в нескольких метрах от того места, где все стояли.

Вдалеке не было ничего, кроме неба.

Выщербленный асфальт и бетон отмечали край света. Из темной земли выступала канализационная бетонная труба – в ней струилась вода.

Он не мог ничего объяснить, но чувствовал, что так не должно быть. Небо казалось слишком большим, хотя он видел, что оно огромное.

В толпе стоял на коленях седовласый мужчина. Сгорбившись, он разглядывал маленькое фото, а за спиной валялось содержимое его бумажника. Когда он приблизился, старик поднял на него глаза и показал фотографию. На ней был запечатлен улыбающийся мужчина в черном костюме, держащий за руку пожилую женщину.

– Я нашел это в кармане. Должно быть, это люди, которых я знаю.

Ему потребовалось мгновение, чтобы понять, что старик не знал, что он один из тех людей на фотографии.

– Это вы, – сказал он, показывая пальцем на снимок.

– Я? – спросил старик, разглядывая фотографию ближе. – Это я.

В голосе прозвучало удивление.

Ему стало интересно, есть ли что-нибудь в его собственных карманах. Из передних он вытащил свернутую оберточную бумагу и игрушечного солдата.

В одном из задних карманов лежала фотография: улыбающаяся темноволосая женщина с веснушками обнимала круглолицего мужчину с песочными волосами. Они выглядели счастливее, чем кто-либо на свете.

Он передал снимок старику. Тот указал:

– Это вы.

Он изучил человека на снимке. Как это могло быть его лицо? Это был лик незнакомца. Он предпочел смотреть на женщину. У нее были чуть раскосые, яркие, умные зеленые глаза. Руки выглядели тонкими, как лапки фламинго.

Он внимательно всматривался в лица соседней толпы, надеясь обнаружить эту женщину среди них. Его взгляд остановился на пожилой даме, стоящей с краю толпы. Руки она держала в карманах черного свитера. Он взглянул на фотографию, лежащую на коленях у старика.

– Эй, вот она.

Старик встал и прищуренно вгляделся в толпу.

– Где?

– Вон там, – сказал он и, взяв мужчину за локоть, повел к женщине. Когда они подошли к ней, она повернулась и удивленно вскинула брови.

Старик посмотрел на фотографию, потом на пожилую даму, потом еще раз взглянул на снимок. Затем мужчина показал снимок женщине.

– Я думаю, здесь запечатлены вы. Со мной.

Дама вздохнула с облегчением.

– Вы меня знаете?

– Нет, – признался старик. – Но мы, наверное, как-то связаны, вам не кажется? На фото мы держимся за руки.

– Я не понимаю, что происходит, – сказала она, касаясь своего лица. – Я мертва? Да?

– Я не думаю, что мы умерли. Нет, – ответил старик.

Он был рад, что эти люди нашли друг друга. И тоже хотел бы найти женщину на своей фотографии, чтобы они вместе смогли бороться с тем, что здесь происходит.

– Я буду искать ее, – произнес он, вынимая снимок.

Старик кивнул.

– Спасибо вам. Я никогда не забуду доброту, которую вы проявили к совершенно незнакомому человеку.

Двигаясь дальше по краю толпы, он внимательно изучал другие вещи из своего кармана. Зеленый игрушечный солдат размером с большой палец, к которому с помощью ниток крепился маленький парашют.

Развернув оберточную бумагу, он остановился. На обороте ржаво-коричневым цветом было что-то нарисовано, какие-то неровные, смазанные и аляповатые круги. По листку тянулась цепочка овалов, ведущая к символу «X» внизу. Проведя по бумаге большим пальцем, он обнаружил в нижнем правом углу еще одно изображение: треугольник с двумя цифрами внутри – единицей и последующей за ней тройкой.

Он изучил запекшуюся кровь на пальце, посмотрел на овалы. Они имели такой же цвет. Он порезал большой палец и вывел эти овалы собственной кровью, а затем положил листок в карман. Оставил сообщение самому себе. Если он порезал себе палец для того, чтобы это написать, то, должно быть, знал, что что-то должно произойти. И это сообщение могло быть важным.

Осмотрев овалы и треугольник с цифрами внутри, он попытался понять их смысл, но не смог. Осторожно сложил бумагу обратно в карман и пошел дальше.

Толпы заполняли каждую улицу, люди стояли вдоль края света. Он всматривался в их лица, ища темноволосую женщину.

С каждым кварталом людей становилось все меньше и меньше, и наконец он оказался в пустынной, разрушенной части мира. Здесь осталось всего несколько сохранившихся зданий, остальные превратились в груды стали и бетона. Пробираясь через обломки, он поднимал почерневшие кирпичи и расплавленные электроприборы. Машины расплющило взрывом, вокруг бушевало пламя. Человеческих тел не было. По крайней мере, он не видел ни одного. Дыма также не было – значит, разрушение произошло давно.

Чувствуя себя опустошенным и подавленным, он присел на корточки и закрыл глаза. У него были серьезные проблемы. Как и у всех этих людей. Но он не понимал, в чем они заключаются. Ничего не имело смысла, ничто не связывалось друг с другом.

Что остается делать, кроме как продолжать искать женщину на снимке, искать ответы? Он двинулся дальше, оставаясь близко к краю света.

* * *

Ощущая голод и сухость во рту, он вернулся туда, откуда начал.

Мир был круглым и казался намного меньше, чем он себе представлял.

Большая часть толпы исчезла, включая мужчину и женщину, которых он воссоединил. Все, без сомнения, отправились на поиски пищи и места для ночлега. Он решил, что лучше последовать их примеру.

2

Двое пучеглазых детей, сидящих на крыльце многоквартирного дома, взглянули на него.

– Вы видели эту женщину? – спросил он, показывая фотографию.

Они синхронно покачали головами.

– Жаль. Ну, в любом случае спасибо.

Он почувствовал себя виноватым, оставляя их на произвол судьбы, но детей, принадлежавших самим себе, здесь было очень много. Он встречал таких в течение последних нескольких дней, когда заглядывал во все уголки мира, спрашивая каждого, кого встречал, видел ли кто-нибудь женщину на фотографии.

Надежда найти ее угасала, и, глядя на снимок, он чувствовал боль. Он очень хотел увидеть ее, хотя и понятия не имел, кто она такая.

На ногу налетел принесенный ветром оранжевый лист бумаги.

Он поднял его.

На нем были изображены четверо мужчин, трое держали музыкальные инструменты. Гитара. Саксофон. Труба. Сверху было размашисто напечатано несколько слов. Он прищурился, пытаясь различить буквы. Он понимал, где была A, а где К, и знал, что они что-то значат, но как ни старался, не мог сложить буквы в слова.

Некоторые слова вспоминались легко. Почему же он не помнит имя женщины на фотографии? А свое собственное?

Возможно, ему нужно выбрать себе имя на первое время. Он устал быть безликим. Сложив бумагу, он добавил ее в коллекцию подсказок, лежавших в карманах.

Возвращаясь домой, он перебирал имена, окончательно остановившись на Ключе, потому что был единственным среди всех, кто действительно искал разгадки. Остальные сосредоточились на поисках пищи и одежды. И оружия.

* * *

Окруженный найденными предметами, Ключ что-то бормотал про себя. Ноющая пустота в желудке мешала думать, и ему следовало бы найти еду. Но для начала он решил изучить каждую вещь и выяснить, как они связаны.

Лучшей подсказкой выступал кровавый рисунок, который он запомнил так хорошо, будто тот был выбит на его глазных яблоках.

Треугольник с числами мог быть флагом, потому что самая короткая его сторона – вертикальная – выступала внизу на сантиметр или около того. Но сказать точно было сложно, потому что рисунок был очень плохо выполнен. Отпечаток пальца размазал верхний круг. Он не мог понять, действительно ли так важны эти круги, что надо было рисовать их своей кровью.

Рядом с неразборчивым рисунком лежала длинная труба. Один конец ее был обшарпан и выгнут, как будто ее разорвал какой-то гигант, другой – аккуратно распилен с помощью ножовки из ящика с инструментами, найденного Ключом. Различные газеты, журналы и книги дополняли его коллекцию. В частности, в одной из книг находились фотографии улиц и зданий, которых не существовало, – они находились за краем света. Возможно, это все было лишь выдумкой, как и бесконечные водоемы, фантастические животные на снимках, но возможно и другое: может быть, мир когда-то был больше и что-то произошло, сделавшее его маленьким. Труба была наполовину разорвана, как будто к ней была применена невероятная сила.

Крик снаружи нарушил ход его размышлений. Он подошел к окну квартиры, которую сейчас занимал. Мужчины, державшие в руках винтовки, топоры и куски дерева, вели по улице десяток или более детей. Казалось, что он видел всех этих людей раньше, или похожих на них. Они складывали тонны продовольствия и припасов в помещение с тяжелыми стальными дверями и решетками на низких окнах. Однако Ключ не понимал, что им нужно от самих детей.

Схватив куртку, найденную в шкафу, он поспешил спуститься вниз.

К тому времени, когда он вышел на улицу, основная процессия скрылась из виду. Засунув руки в карманы, он повернул туда, куда направлялись остальные.

Ему следовало позаботиться об обеде. Магазины были пусты; люди переходили от здания к зданию, разбивая торговые автоматы и опустошая шкафы в незанятых квартирах, а иногда и в занятых.

Еду нужно было где-то достать. Ключ еще не отыскал ни одного места, где можно добыть консервные банки или где росли фрукты и овощи. Растительная пища есть, это он знал точно. Яблоки росли на деревьях, а морковь – в земле. Но где? Если бы он мог понять, что произошло, возможно, он смог бы решить проблему продовольствия. Если не получится, скоро наступит кошмар.

Откуда-то раздались звуки стрельбы. Он остановился и прислушался. В тишине он ясно различал выстрелы, перемешанные с криками. Пронзительными, леденящими кровь криками детей.

Побежал на звук. Он попытался представить, что могло так испугать детей. Крики стали громче, как только он повернул за угол кирпичного здания.

Резко остановился.

Одни мужчины целились оружием в толпу наблюдателей. Другие сталкивали детей с края света.

– Что вы делаете? – крикнул Ключ, мчась в сторону обрыва. Кричащий маленький мальчик цеплялся за ногу толстого мужчины, пытаясь освободиться, пока тот спихивал его в пропасть.

Ключ приблизился к толпе наблюдателей, умолявших мужчин остановиться. Семь-восемь мертвых тел лежало у ног тех, кто держал оружие.

– Что вы делаете? Что вы делаете? – кричал Ключ, проталкиваясь через толпу.

– Они говорят, что не всем хватает еды, – сказала женщина-азиатка. – Мы должны их остановить.

Однако было слишком поздно. Дети исчезли. Часть мужчин застыла на месте с оружием наготове, а те, которые находились на краю света и столкнули всех детей, просто стояли, опустив руки. В глазах некоторых из них стояли слезы, другие морщились, словно только что съели что-то гнилое.

За спиной Ключа поднялся шум. Он резко обернулся.

Мужчины, ведущие еще больше детей.

– С дороги! – крикнул один из них. – Живо, или мы будем стрелять!

Крича на мужчин, толпа расступалась, но Ключ, азиатка и еще два человека преградили им путь. Дети выглядели напуганными и потрясенными, но явно не понимали, что хотят с ними сделать.

Грянуло два выстрела. Мужчина слева от Ключа дернулся и рухнул на асфальт с кровавой дырой в груди. Он прижимал рану, задыхаясь и морщась от боли.

Ключ взял азиатку за плечо, подталкивая ее к толпе. Слившись со всеми, они наблюдали за проходящими мимо детьми.

Когда их снова стали сбрасывать с края света, Ключ упал на колени. Он зажал руками уши. Их крики были невыносимы, они могли убить его точно так же, как пули.

– Пожалуйста, нет, не надо, пожалуйста, нет, – умолял Ключ, закрывая уши. Он должен был это остановить. Он скорее умрет, чем вынесет происходящее. Ощущая дурноту, Ключ поднялся на ноги и начал протискиваться сквозь толпу.

И опять было слишком поздно. Дети исчезли. Остались лишь всхлипывания наблюдателей.

– Это для вашего и нашего блага, – крикнул один из карателей. – Кто-то должен это делать, иначе мы умрем от голода.

Это был высокий молодой мужчина с черными кругами под голодными глазами.

Сотни криков, проклятий, уговоров смешивались с бессвязным воем наблюдателей. Скрестив руки на груди, один мужчина повернулся спиной к толпе и покачал головой, как бы говоря, что все они дураки.

Люди с оружием оставались на своих местах, вселяя в Ключа уверенность, что придет еще больше детей. Что они собирались делать? Собрать всех детей и сбросить их с обрыва? А за ними последуют самые слабые взрослые? Вероятно, так и будет.

Он услышал детский плач, и через мгновение из-за угла появилось еще больше вооруженных людей, ведущих детей.

– Нет. О нет, – простонал Ключ, кладя руки на колени и наклоняясь вниз. Его мутило. Но не вырвало, хотя в животе разыгрывалась буря. Если он помешает мужчинам, они его застрелят и настанет конец. Он мог совершить это самоубийство, или просто стоять и смотреть, или убежать. Вот такие варианты.

Он решил бежать. Если бы он мог сохранить жизнь хотя бы одному ребенку, то пришлось бы остаться и страдать от этого ужаса. Но зачем на это смотреть, если он не в силах никому помочь?

Застыв на месте, Ключ выпрямился, глядя на приближающуюся линию детей. Сможет ли он спасти одного из них? Хотя бы одного?

Он вспомнил старика, которого встретил в Первый День, пожилую даму и их фотографию. Вытащил из кармана свой снимок. Ключ двинулся к детям. Его встретили три дула винтовок.

– Она со мной, – сказал он, размахивая снимком и указывая на ближайшего ребенка – маленькую девочку. – Я нашел эту фотографию нас двоих в моем кармане.

Приблизившись к девочке со смуглой кожей, он обнял ее и сказал:

– Я нашел тебя. Наконец-то я тебя нашел.

Подхватив ее за локоть, он пошел в гущу толпы.

– Эй, а ну-ка вернись! – крикнул седой бородатый мужчина, поднимая винтовку.

– Она моя, идиот! – воскликнул Ключ, размахивая фотографией. Его сердце трепетало, виски пульсировали. – Если мы на этом снимке вместе, значит, это моя дочь или кто-то в этом роде.

Когда он повел девочку к толпе, человек с винтовкой дернулся. Ключ сжался, ожидая выстрела. Добравшись до людей, он взял ребенка за другую руку. Женщина-азиатка сказала ему:

– Нужно увести ее отсюда, пока они не передумали.

– Подождите, – произнесла девочка, высвобождая запястье из руки Ключа. – Мы должны забрать Фиалку.

– Мы не можем, – сказал Ключ. – Прости. Во второй раз это не сработает.

– Фиалка – мой лучший друг, – стояла на своем девочка.

Ключ подхватил ее на руки и сорвался с места.

– Что они делают? – оглядываясь, спросила девочка, услышав начавшиеся вопли. – Почему они кричат? Фиалка?

– Не смотри, – сказал Ключ. – Закрой глаза.

Азиатка шла впереди, поворачивая то налево, то направо, для того чтобы запутать преследователей. Через разбитую витрину она провела его и девочку в большой магазин одежды. Как только они оказались в подсобке, женщина жестом указала им сесть на разбросанные куртки на полу. Чувствуя, как болят его ноги, Ключ выпустил девочку из объятий. В ушах до сих пор раздавались крики. Он глубоко и судорожно вздохнул, пытаясь взять себя в руки.

– Что они сделали с Фиалкой? – спросила девочка.

– Это ужасные люди, – ответил Ключ.

– Я это знаю, – сказала она. – Что они с ней сделали? Они…

Ее голос опустился до шепота:

– Они ее столкнули?

– Да.

Девочка покачнулась.

– Они охотятся на всех, кто не может себя защитить, – сказала женщина. – Они опустошили дом престарелых на другой стороне от края света.

– Что происходит? – спросил Ключ. – Должна быть причина, по которой все это случилось.

– Откуда мы можем знать? Никто ничего не помнит.

Вытащив все из кармана, он развернул оберточную бумагу и передал ее женщине.

– Я нарисовал это своей кровью до…

Он замялся, пытаясь подобрать правильные слова. До чего?

– До всего этого. Вы не видите здесь смысла?

Пока женщина изучала рисунок, Ключ показывал девочке игрушечного солдата.

– Смотри, – сказал он, сжимая парашют солдата в кулаке и подбрасывая его к потолку магазина. Игрушка неторопливо опустилась на пол.

– Хочешь попробовать?

Подбросив солдата в воздух, она принялась его ловить. Он спрашивал себя. Почему игрушка оказалась у него в кармане? У него где-то был ребенок? Может, прямо сейчас ее или его сбрасывали с края света в пропасть?

Или он должен был обратить внимание на парашют?

– У тебя есть какое-нибудь имя? – спросил у девочки Ключ.

Она называла свою подружку Фиалка, возможно, у нее самой тоже было прозвище.

– Все девочки выбрали себе названия цветов, – ответила она. – Я – Маргаритка. Мальчики выбрали названия животных.

– Привет, Маргаритка. Я называю себя Ключ, – сказал он, радуясь тому, что спас эту восхитительную маленькую девочку с листиком, запутавшимся в ее вьющихся волосах, и глазами бойца. Этого достаточно, так и должно было быть. Ему нужно выбросить других детей из головы.

Протянув ему рисунок, женщина покачала головой.

– Я тоже ничего не понимаю.

– Как я могу вас называть?

Ему стало приятно, что есть люди, с которыми можно поговорить. До встречи с ними Ключ был слишком занят, чтобы по-настоящему понять, насколько он одинок.

– Я не знаю. Посмотрим, – ответила она, посмотрев в потолок. – Если женщины берут имена цветов, почему бы вам не называть меня Орхидеей?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7