скачать книгу бесплатно
– Переночуем здесь, а утром выйдем за пределы города и найдем транспорт.
– Хорошо, – говорю, отведя взгляд в сторону.
Поднимаюсь и иду в спальню, аккуратно прикрыв за собой дверь. Усталость и тревожность берут свое, ложусь на кровать и закрываю глаза.
***
После того как Арин скрывается в спальне, и Йен остается на кухне один, он достает из кармана смартфон и подключается к спутниковому каналу связи, чтобы посмотреть, каковы успехи остальных темных, нашли ли они своих Избранных.
Из двадцати человек, находящихся с ним в одной команде, только пятеро уже встретились со своими подопечными. Парни пишут, что их Избранные в основном истерят и сопротивляются, не желая принимать на веру информацию, которую темные поведали им. Пара человек набросилась на темных с кулаками. Йен усмехается и смотрит по направлению спальни. Похоже, ему повезло. Арин оказалась тихой девушкой. Да, ей тоже нелегко было принять всю информацию, но девушка справилась. Йен прислушивается, напрягая свой сверхчувствительный слух. Девушка спит. Ну еще бы, на нее столько свалилось, да еще и он забыл о том, насколько люди бывают слабы. Он отключает связь и убирает смартфон в карман.
Пока ему непонятно, как относиться к Арин. Видно, что девушка напугана, но старается не показывать своих чувств. Что он считает похвальным. Пусть лучше так, чем орет и бросается в драку. Пока она относится к нему настороженно, что он тоже понимает и принимает. Нужно время, чтобы познакомиться поближе и притереться друг к другу, ведь им предстоит длительное путешествие.
Йен обдумывает, что им пригодится в дороге и тихо осматривает квартиру. Похоже, здесь жил мужчина, а значит ничего полезного он здесь не найдет.
Йен потихоньку выходит из квартиры и направляется в сторону торгового центра, в котором они с Арин были всего пару часов назад. Солнце уже скрылось за горизонтом, но опустившаяся на землю ночь нисколько не мешает мужчине уверенным шагом идти к цели. Поход по магазинам отнимает два часа. Йен берет все необходимое для себя и девушки: еду, воду, сменную одежду и обувь. А потом возвращается назад. На пороге квартиры он прислушивается, но не улавливает никаких звуков. Здесь слишком тихо. Подозрительно тихо. Оставив пакеты возле входа, мужчина стремительно преодолевает расстояние до спальни. Распахнув дверь, замирает на пороге. Пусто. В постели девушки нет. Как, впрочем, и во всей квартире. Сбежала. А она не такая простая, какой хотела показаться. Йен хмыкает, и на его лице появляется улыбка предвкушения. Он поднимает руку ладонью вниз и призывает Искру. Та появляется мгновенно, ее морда испачкана свежей кровью.
– Прости, что отрываю тебя от охоты, но нам предстоит погоня, – говорит Йен, погладив своего искателя по голове между ушами.
Искра фыркает и исчезает. А Йен быстро покидает здание, оставив все вещи валяться возле входной двери. Его кожа прямо-таки зудит от предвкушения. А все может оказаться не таким скучным, как он ожидал еще пару часов назад.
Глава пятая
Не знаю, сколько я проспала, но вряд ли много. Открываю глаза, за окном темно. Понимаю, что меня разбудил мочевой пузырь, и мне никоем образом больше не уснуть. Встаю и иду в туалет. Через пару минут возвращаюсь обратно, но прежде решаю заглянуть на кухню, чтобы попить воды. Странно, здесь никого нет.
– Йен? – зову негромко.
В ответ полнейшая тишина. Осматриваю квартиру. Его здесь нет. Куда он мог уйти и оставить меня одну? Понятия не имею. Быстрым шагом подхожу к входной двери и распахиваю ее. На лестничной площадке царит полумрак.
– Йен? – пробую еще раз.
И снова тишина.
Сердце разгоняется, постепенно набирая бешенные обороты. Вот он – мой шанс на свободу. Пусть это эгоистично, и моя жизнь ничто по сравнению с жизнями всего человечества, но мне все равно. Это моя жизнь, и я буду за нее бороться. Встречаться с загадочными Создателями не имею ни малейшего желания. Йен куда-то ушел, а значит, я могу делать все, что захочу. Долго думать о том, что же делать дальше – пустая трата времени. Стремительно покидаю квартиру, спускаюсь на первый этаж и выбегаю на улицу.
Благодаря освещению, на улицах светло почти как днем. И снова ни единой души. Куда бежать? Самый ближний выезд из города всего в нескольких кварталах отсюда, именно туда мы и шли, и именно там Йен будет искать меня в первую очередь. Но бежать к другой границе города слишком далеко, а от одной только мысли о том, что придется возвращаться обратно, начинают болеть ноги. Бегу к ближайшему выезду, там найду машину и поеду куда подальше, только не на восток. Можно отправиться на северо-запад прямиком к Канадской границе. Похоже на план.
Бегу, постоянно оглядываясь и в любой момент ожидая, что появится Йен или его питомец. Мысли об этом придают мне сил, и уже через полчаса я оказываюсь на широком шоссе. Осматриваю машины, в поисках той, у которой будут ключи и приемлемое количество топлива. Мне везет практически сразу, натыкаюсь на красный внедорожник марки «Джип», не сказала бы, что это неприметная машина, но сейчас на трассе любая машина в движении будет приметной. Сажусь за руль и резко стартую с места. Перевести дыхание получается только минут пятнадцать спустя. Могу позволить себе счастливую улыбку. Я сбежала! У меня получилось! Но слишком сильно не радуюсь, надо уехать как можно дальше и сменить шоссе.
Минуты утекают все быстрее, и с каждым последующим километром я расслабляюсь все больше и больше. Город остался далеко позади, недавно я съехала с основного шестиполосного шоссе и оказалась на узкой проселочной дороге, уводящей меня на северо-запад, как я того и хотела. Спустя еще полчаса дорога становится совсем ухабистой, будто по ней годами ездили грузовики. С одной стороны ее подпирают мрачные деревья, растущие очень близко друг к другу, с другой – бескрайнее, насколько позволяет видеть темнота, поле. Сжимаю зубы и сбавляю скорость до минимальной в надежде, что скоро эта дорога закончится, и я снова окажусь на шоссе. Несмотря на низкую скорость и включенный дальний свет фар, подаюсь вперед ближе к рулю, чтобы лучше видеть ямы и кочки. Ненавижу ездить ночью, а поездка по такой дороге вообще происходит для меня впервые.
Внезапно, справа между деревьями и пассажирской дверцей автомобиля мелькает какая-то тень, которая кажется темнее окружающего мрака. От неожиданности я вскрикиваю и бью по тормозам. Сердце колотится как ненормальное, а к горлу подступает тошнота. Будь у меня слабое сердце, то все, можно считать, что меня бы больше не было. Не хило я перепугалась. Оглядываюсь по сторонам, в надежде, что мне показалось. Никого не вижу, свободно выдыхаю и трогаюсь дальше, пытаясь унять волнение и бешеный пульс. Не проходит и минуты, как за окном снова мелькает тень. Но я больше не боюсь, только чуть прибавляю ходу. И как я сразу не догадалась? Это ведь Искра. Быстро же она нашла меня. Но я не собираюсь останавливаться и ждать, когда сюда нагрянет Йен. Еду чуть быстрее, то и дело подпрыгивая на кочках и сжимая зубы от досады. Когда уже эта проклятая дорога выведет меня на ровный участок? Искра мелькает за окном еще несколько раз, но я больше не обращаю на нее внимания, ну или по крайней мере делаю вид, что не обращаю, потому что от нее можно ожидать чего угодно. И вот, минут десять спустя ей надоедает гнаться за мной, потому что она внезапно выскакивает прямо посреди дороги на границе света от фар и падает на землю, всем своим видом показывая, что никуда не собирается уходить. Торможу, открываю окно и, наполовину высунувшись на улицу, ору, что есть мочи:
– Убирайся с дороги!
В крови бурлит адреналин, который затмевает страх перед существом. К тому же в том, что Искра еще не попыталась меня сожрать, я вижу плюс. Может, она и не хочет убивать меня?
Это странно, но я вдруг понимаю, что больше не боюсь это страшное существо. Я нужна им живой, по крайней мере пока. Но злить животное сверх меры тоже не стоит. Искра не двигается с места, только высовывает изо рта язык и громко дышит, как это делают собаки. Несколько раз бью по клаксону, но это не дает никаких результатов. Зверюга как лежала на моем пути, так и лежит. Это вызывает у меня приступ ярости. С силой нажимаю на кнопку, закрывая окно, хватаюсь за руль, словно это спасательный круг, и что есть силы жму на педаль газа, с заносом стартуя с места. Конечно, я не собираюсь ее давить, но, надеюсь, инстинкт самосохранения сработает как надо, и Искра уберется с дороги.
Понимаю, что просчиталась, когда до нее остается не больше трех метров. Она не уйдет. А давить ее я все же не хочу.
В последний момент бью по тормозам и резко выкручиваю руль в сторону, надеясь не зацепить живое существо. Пусть оно и создание Тьмы, все равно не заслуживает, чтобы какая-то девица переехала его на машине. Понимаю, что совершила большую ошибку, когда в последнюю секунду вижу огромную яму, но уже не успеваю ее объехать. Ничего не успеваю.
Переднее правое колесо всего на мгновение проваливается в нее, но этого достаточно. Теряю контроль и ориентацию в пространстве. Зависаю в воздухе, но все еще крепко сжимаю бесполезный сейчас руль. Машина переворачивается один раз, стекло рядом со мной разлетается на сотни осколков и летит мне в лицо. Зажмуриваюсь, ощущая, как осколки, словно разъяренные осы впиваются в кожу. Затем снова невесомость. Машина переворачивается еще раз, срабатывает подушка безопасности и бьет меня по груди. Не сразу понимаю, что тряска прекратилась. Болезненный стон вырывается изо рта, когда я открываю глаза и понимаю, что машина приземлилась на крышу. На месте меня удерживает ремень безопасности, который больно впивается в грудь и живот. Лицо горит, а по лбу стекает кровь, капая на светлую крышу машины. Одна фара вырубилась, но в салоне не совсем темно. Тянусь к креплению, чтобы отстегнуть ремень, но ничего не выходит, он застрял. Я здесь застряла. В разбитом окне появляется морда зверя, который принюхивается и тихонько, но совсем не жалобно, поскуливает.
– Убирайся! – выдавливаю через силу, в эту секунду мне плевать сожрет она меня или нет. – Это твоя вина!
Искра издает приглушенный рык, а затем просовывает через разбитое окно лапу, на которой я вижу длинные острые когти, тянущиеся ко мне. На секунду меня пронзает страх, что зверь все-таки убьет меня одним резким движением, но Искра удивляет. С невероятной легкостью одним движением перерезает ремень безопасности, и я падаю в объятия мрака.
***
Болит голова, все тело словно одеревенело, но больше всего затекла правая рука, которая находится в странном положении. Легкий гул мотора, мерное покачивание и тихая ненавязчивая мелодия подсказывают – я в машине, и меня куда-то везут. Приоткрываю правый глаз и недоверчиво смотрю на затекшую руку, которая оказывается пристегнутой наручниками к потолочной ручке над дверью. Второй глаз открывается сам собой, выпрямляюсь, все еще не в силах поверить в происходящее, несколько раз дергаю рукой и пялюсь на наручники, которые издают веселое «дзынь и бряк».
– Можешь не стараться, – раздается голос слева от меня, и я поворачиваюсь для того, чтобы увидеть самодовольную ухмылку Йена. – Их можно открыть только с помощью ключа.
– Ты свихнулся? – спрашиваю с нескрываемой злостью в голосе. – На кой черт ты пристегнул меня?
– Чтобы больше не было желания податься в бега, – легко пожав плечами, невозмутимо говорит он, но я вижу, что он с трудом сдерживает улыбку.
Весело ему, да? Скрипя от злости зубами, оглядываюсь по сторонам. Едем на черном внедорожнике по широкополосному шоссе, а поднявшееся над горизонтом солнце подсказывает, что направляемся мы точно на восток. Сбежала называется. Но я хотя бы попыталась. Вся злость тут же сдувается как дырявый воздушный шарик, тяжело вздыхаю и заглядываю на заднее сиденье в поисках воды, не обнаружив ничего подобного, поворачиваюсь обратно к лобовому стеклу, краем глаза заметив, что Йен за мной наблюдает.
– На что ты вообще рассчитывала, когда сбегала? Думала, я не буду тебя искать? – наконец спрашивает он.
– Я на это надеялась, – отвечаю рассеянно, безуспешно сражаясь с головной болью и тряся рукой в наручнике, ожидая, когда кровоток вернется к одеревеневшей конечности. – А как ты меня нашел? – спрашиваю между делом. – Твоя зверюга привела тебя ко мне?
– Искра присматривала за тобой, пока я догонял.
– Пфф… – фыркаю презрительно, переставая даже дергать руку в наручнике. – Присматривала! Да она чуть не угробила меня!
– Она достала тебя из машины и все время была рядом, пока я не появился. А вообще, судя по следам, ты сама виновата в аварии. Повезло еще, что отделалась всего парой царапин.
Злобно сверкаю на него глазами.
– Как ты нашел меня? – спрашиваю еще раз, чтобы знать на будущее, где я прокололась.
Не то чтобы я собиралась еще раз бежать, но информация может быть полезной.
– Я поставил на тебя метку, – будничным тоном сообщает он.
– Что еще за метка? – свожу брови к переносице и разглядываю свои руки, будто надеюсь увидеть упомянутую метку.
Он бросает на меня мимолетный взгляд, а потом снова возвращает все внимание на дорогу.
– Метка невидимая обычным зрением и ставится при помощи прикосновения, держится на протяжении суток, постепенно теряя свою силу. В это время я знаю, где ты находишься.
Смотрю прямо перед собой, вспоминая, как приняла его помощь в том переулке. В этот момент он и поставил свою метку? Вот ведь… И с кем я связалась? С человеком (или не человеком), который ставит какие-то метки и носит с собой наручники. Трясу закованной рукой, пытаясь размять затекшие мышцы.
– Может, ты перестанешь греметь как узник, которого ведут на казнь? – вдруг спрашивает мужчина.
– Может, ты освободишь меня? – парирую я. В ответ он лишь хмыкает, не переставая следить за дорогой. – Где ты вообще их взял?
– Лучше тебе не знать. – Йен бросает на меня мимолетный взгляд и криво ухмыляется, словно у него есть какой-то секрет.
Вот же… придурок!
– Кстати, метка позволяет мне читать твои мысли, – говорит он с улыбкой, а я скептически смотрю на него в ответ. – Например, сейчас ты думаешь, что я придурок.
Удивление и шок рвутся из меня с громким выдохом. Не может этого быть! Йен мгновение серьезно смотрит на меня, а потом громко смеется.
– Да расслабься ты, я пошутил. У тебя на лице все написано.
Он продолжает посмеиваться, а я отворачиваюсь в сторону. Кретин! За что мне все это? Сердито пялюсь в окно, потирая висок. Головная боль все никак не уходит. Хочется пить, а еще…
– Мне надо в туалет, – сообщаю ему минут десять спустя.
Йен окидывает меня задумчивым взглядом, а потом качает головой.
– Это не сработает, – говорит он, на мой взгляд, абсолютно не в тему.
– О чем ты? – спрашиваю, а сама продолжаю трясти скованной рукой, что уже раздражает не только его, но и меня саму, но прекращать ему на радость я не собираюсь.
– Если ты надеешься, как героиня фильмов, что я отпущу тебя, якобы в туалет, и ты сбежишь, забудь об этом.
Недоверчиво смотрю на него, потом на окружающую местность. С одной стороны какие-то скалы, резко обрывающиеся вниз и ведущие к большому озеру, с другой – поле, плавно перетекающее в лес. Ну и куда здесь бежать?
– Какие-то дермовые фильмы ты смотришь, – говорю с долей раздражения, а когда он усмехается, я закатываю глаза. – Ладно, я тоже смотрю такие фильмы. Но сейчас разговор не об этом. Мне правда очень надо. Никуда я не сбегу. Куда мне бежать? В лес или вниз с обрыва?
Он вздыхает так, будто на его плечи возложили неподъемный груз всего этого мира.
– Ладно. Через тридцать километров будет крохотный городишко, я все равно планировал заехать на заправку, потерпишь?
Сдержанно киваю и продолжаю смотреть в окно. Путь до упомянутого городка преодолеваем довольно быстро. И уже пятнадцать минут спустя Йен тормозит возле одной из колонок на заправке, обходит машину, открывает пассажирскую дверцу и несколько секунд смотрит мне прямо в глаза.
– Давай только без глупостей, – приподняв брови, просит он. – Метка все еще действует.
Никак не реагирую, и он, наконец, отстегивает наручники. Выбираюсь из машины, со счастливым вздохом свободного человека потираю запястье, направляюсь прямиком на заправку, пересекаю небольшое здание и захожу в туалет. Мою руки и смотрю на свое отражение, все не так уж и ужасно, как могло показаться, когда я переворачивалась, сидя в машине. На лице несколько небольших царапин, только одна могла вызвать опасения – та, что на лбу. Но, по всей видимости, Йен ее обработал, и заклеил пластырем. Сейчас я выгляжу вполне себе прилично.
Что вообще происходит с моей жизнью? Ничего хорошего, но… наша пикировка в машине мне даже понравилась. Видимо, в ближайшее время мне никуда не деться от этого парня, поэтому надо постараться провести эти дни с пользой. Коварно улыбаюсь своему отражению. Если Йен думает, что ему будет со мной легко, то мне жаль его разочаровывать.
Когда чувствую, что тянуть больше нельзя, иначе надзиратель явится за мной, выхожу в торговый зал и с невозмутимым видом иду в сторону холодильников с водой, краем глаза замечая Йена, ждущего меня у выхода. Беру бутылку и тянусь к еще одной, чтобы взять с собой, как парень подает голос:
– Я уже взял тебе еду и воду.
– Хорошо, – опускаю вторую руку, оставив себе только одну бутылку. Откручиваю крышку и делаю несколько глотков прямо на ходу.
Выхожу на улицу и иду к машине. Йен шагает рядом и берет меня за запястье, когда я уже собираюсь сесть. Выдергиваю руку, сжимая зубы от злости. Он снова это сделал? Поставил свою метку? Но когда поворачиваюсь к нему и замечаю в его руках наручники, злость разрастается с новой силой.
– Ты же это несерьезно? Зачем снова пристегивать меня? Куда я денусь из машины? Я ведь не твоя собака, телепортироваться не умею. – Собираюсь продолжить гневные речи, но тут замечаю, что Йен потерял ко мне всякий интерес.
Он медленно убирает наручники в карман и смотрит в ту сторону, откуда мы только что приехали. Перевожу взгляд туда же. От удивления брови ползут вверх. Окажись я в такой ситуации неделю назад, даже не взглянула бы в ту сторону, а сегодня… к заправке стремительно приближается красный спортивный автомобиль.
Глава шестая
– Кто это? – спрашиваю у Йена, задумчиво наблюдающего за приближением автомобиля. – Разве ты не говорил, что все остальные Избранные разбросаны по всему миру?
Он бросает на меня быстрый взгляд и возвращает все внимание на машину.
– Не уверен. Поблизости с нами не должно быть темных, может, это кто-то другой. На всякий случай держись немного позади.
Если до этих слов мне было просто любопытно, кто же едет в машине, то после них стало довольно тревожно. Зачем мне держаться позади? Мне грозит какая-то опасность? Тяжело сглотнув, бросаю бутылку с водой на переднее пассажирское сиденье через приоткрытое окно и остаюсь стоять на месте, в то время как Йен отходит ближе к багажнику, скрещивает руки на груди и терпеливо (или это только кажется со стороны) ждет.
Автомобиль с громким рычанием резко замирает всего в полуметре от стоящего, словно скала, Йена. Рассмотреть, кто находится внутри решительно невозможно, потому что абсолютно все стекла затянуты тотально черной тонировкой. Уже через секунду после остановки открывается водительская дверца, и из салона с невероятной легкостью и грацией появляется молодая девушка. Первое слово, которое приходит в голову при взгляде на нее – крутая. На ней тяжелые армейские ботинки, рваные джинсы с высокой посадкой, красный топ, едва прикрывающий грудь, кожаная куртка, солнцезащитные очки, которые она тут же снимает и водружает на голову. Длинные, слегка вьющиеся темные волосы развевает легкий ветерок. Девушка довольно миниатюрная и симпатичная. Пухлые губы накрашены бордовой матовой помадой, глаза цвета штормового неба густо подведены черным. Девушка улыбается и идет в сторону Йена. Он словно приходит в себя, вижу, как его плечи расслабляются, и мужчина делает шаг навстречу своей знакомой. То, что они знакомы, не вызывает никаких сомнений, ведь вокруг нее клубится такой же черный туман, как и вокруг него.
– Ками, что ты здесь делаешь? – слышу в его голосе улыбку.
– И тебе привет! – девушка заключает его в объятия, но быстро отступает. – Я вчера пересекла канадскую границу, знала, что ты будешь ехать где-то здесь и надеялась перехватить тебя по пути в Биллингс, но даже не надеялась встретиться с тобой на этой дороге. Что ты здесь делаешь?
Йен бросает на меня мимолетный взгляд и тут же разворачивается к ней. Девушка наконец замечает меня, и ее брови ползут вверх. Складываю руки на груди и смотрю на гостью. Еще вчера утром я была бы рада любой компании, но сейчас по-моему у меня перебор в общении с темными.
– Возникли непредвиденные обстоятельства, поэтому мы слегка сбились с пути, – отвечает Йен и пытается перевести тему. – А где твой Избранный?
– В багажнике, – небрежно бросает она и отмахивается, а затем указывает на меня. – А с этой что случилось?
Я бы даже оскорбилась от ее пренебрежительного тона и как она сказала «с этой», если бы мне не было плевать. Она только что сказала, что у нее человек в багажнике. Какого черта вообще творится с этими темными? Один легко приковал меня наручниками, вторая сунула человека в багажник.
– Арин попала в небольшую аварию, но ничего страшного не произошло. – Как сквозь вату слышу объяснения Йена, а сама решительно направляюсь в сторону красной машины. – Зачем ты запихнула Избранного в багажник?
– Он попытался сбежать от меня, представляешь?! – театральным шепотом поясняет Ками. – Я хотела по-хорошему, но он сам напросился. Эй, куда это ты собралась, детка?
Прямо перед моим лицом появляется рука с изогнутым лезвием. Бросаю взгляд на девушку. Как она так быстро оказалась рядом? Впрочем, неважно.
– Я тебе не детка! – бросаю ей смело, а затем уверенно заявляю. – Надо проверить, все ли в порядке с человеком в багажнике.
– Да что ему будет? – хмыкает она. – Он парень крепкий. Хотя, мы едем уже четырнадцать часов, проверить не помешает, вдруг я везу труп, жалко портить такую красавицу. – Камилла бросает влюбленный взгляд на машину.
Девушка молниеносно прячет лезвие, я даже не успеваю заметить куда, возвращается к своему транспорту, с любовью хлопает по капоту и идет в сторону багажника, мы с Йеном движемся следом. Мужчина бросает мне предупреждающий взгляд, который я игнорирую. Когда открывается дверца багажника, я застываю на месте от шока. Внутри парень, связанный по рукам и ногам, а еще у него во рту кляп. Тихо охаю и делаю шаг вперед, но Йен тормозит меня, перехватив за руку.
– Какого черта, Камилла? – ну хотя бы его тон кажется не особо довольным. – Как ты вообще засунула его туда?
– Ты же меня знаешь, – весело смеется девушка.
«Да она больная на всю голову», – тут же думаю я.
А она тем временем обращается к парню:
– Как ты там, милый? Тебе удобно?
Он разъяренно сверкает карими глазами и что-то орет сквозь кляп, кажется, ни одного цензурного слова там и в помине не было.