Непогода

Ю Ч

Непогода

Дождь… Серый дождь шёл второй день…

Он сидел у окна и просто смотрел, как капли дождя монотонно бьют по стеклу.

Она не шла второй день, и он просто не мог продолжать жить и дышать дальше.

Она была для него всем, смыслом жизни, центром вселенной и просто воздухом, без которого невозможна сама жизнь. Да, оказывается, так бывает. Он сам раньше этого не знал, но после встречи с ней и недолгого общения оказалось, что в одном человеке может сойтись всё мироздание. И каждый его грустный или недовольный взгляд или вздох оказываются концом света.

Но это лирическое отступление нужно лишь для того, чтобы описать состояние души героев нашего повествования, а не его содержание. И так, дождь продолжал идти, а наш герой лишь молился и надеялся на Божью милость, что они помирятся.

Отвратительная погода продолжала ухудшаться, и среди дождинок начали все чаще пробиваться снежинки, из-за чего настроение нашего героя только ухудшилось, и он, не веря, что всё может так закончиться, вглядываясь в мутнеющую серую даль, решительно собрал остатки воли в кулак и решил во что бы то не стало найти её и, помирившись с ней, сделать всё возможное, чтобы подобное больше никогда не повторялось.

Он с огромным усилием, но решительно встал со стула и, накинув куртку и шапку, сунул ноги в сапоги, подошёл к двери дома. Но сделать первый шаг в неизвестность было гораздо сложнее, чем ему казалось минуту назад. Ведь впереди его ждали холод, слякоть и, самое главное, полная неизвестность, примет ли она его.

Но делать нечего, решено, значит решено, и решительным движением руки он распахнул дверь. Тут же ему в лицо ударило леденящим ветром и сыростью. Он помедлил ещё секунду и переступил порог. Где-то там, в трех верстах, был её дом, и он должен был до него дойти, если хочет её вернуть…

Ветер, усиливаясь, срывал с него шапку и задувал под ворот и полы куртки, обжигал лицо, а густо летящие огромные хлопья снега вперемешку с дождём секли лицо и глаза, как розги.

Темнело, и на горизонте справа показалась мрачная тень рощи, а слева поле и храм монастыря за ним. А где-то между ними была дорога, ведущая к её дому. И он шёл в том направлении.

Спустя пару десятков шагов по этой дороге, он вдруг внезапно оступился в калее оставленной проехавшей до снега машиной. Внезапная боль в ноге заставила его в голос застонать и упасть на локти. Безнадёга и тоска внезапно с такой силой накрыли его, что он невольно чуть не заплакал. Но, стиснув до скрипа зубы, издал то ли крик, то ли стон, тут же потерявшийся в вое ветра.

Он вдруг очень ясно не просто представил, но прочувствовал всей своей душой и телом всю горечь и безысходность своего положения. Мало того что он, скорее всего, сильно повредил ногу и, весьма вероятно, не сможет добраться ни до своего дома, ни до её, а просто замёрзнет здесь, где-то посреди серых осенних полей, но самое главное, он не доберётся до неё и не сможет её увидеть и сказать, что это вся ситуация — полнейшая ерунда, которая может стоить целой жизни. И от этого ему стало настолько больно и одиноко, что никогда не опишет ни один писатель или музыкант…