banner banner banner
Мозг и Деньги. Как научить 100 миллиардов нейронов принимать правильные финансовые решения
Мозг и Деньги. Как научить 100 миллиардов нейронов принимать правильные финансовые решения
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Мозг и Деньги. Как научить 100 миллиардов нейронов принимать правильные финансовые решения

скачать книгу бесплатно

Мозг и Деньги. Как научить 100 миллиардов нейронов принимать правильные финансовые решения
Джейсон Цвейг

Библиотека частного инвестора
Люди ежедневно принимают финансовые решения. Берут ипотеку, меняют доллары на иены, запасаются гречкой, инвестируют в акции и криптовалюту – чтобы получать выгоду. Миллиарды нейронов в голове homo economicus работают над этой целью. Они управляют деньгами, но не всегда сохраняют и приумножают. Почему?

Чтобы ответить на этот вопрос, Джейсон Цвейг, редактор вечного бестселлера «Разумный инвестор», отправился в ведущие нейробиологические лаборатории и подверг себя множеству научных экспериментов.

В этой книге он объясняет, в какие игры играет разум с деньгами, существует ли алгоритм успешного финансового поведения. И если да, то как его найти и наконец разбогатеть.

В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Джейсон Цвейг

Мозг и Деньги. Как научить 100 миллиардов нейронов принимать правильные финансовые решения

Моей жене, которая помогала мне с любовью и тактом

Jason Zweig

YOUR MONEY AND YOUR BRAIN

How the New Science of Neuroeconomics Can Help Make You Rich

Copyright © 2007 by Jason Zweig

Originally published by Simon&Schuster, Inc.

Научные редакторы: Александр Калгин – PhD – экономист, социолог, доцент НИУ ВШЭ, специалист по теории организации; Полина Кривых – психофизиолог, автор книги «Где мои очки, и другие истории о нашей памяти», приглашенный преподаватель НИУ ВШЭ, спикер TEDx

© Шереметьева В., перевод на русский язык, 2022

© ООО «Издательство «Эксмо», 2022

* * *

Глава 1

Нейроэкономика

МОЗГ, сущ. Орган, посредством которого мы думаем, что мы думаем.

    – Амброз Бирс

«Как я мог быть таким идиотом?»

Если вы никогда в ярости не задавали себе этот вопрос, значит, вы не инвестор. Вероятно, из всех видов человеческой деятельности именно инвестирование заставляет так много умных людей чувствовать себя дураками. Вот почему я решил объяснить в понятных любому инвестору терминах, что происходит в мозге, когда вы распоряжаетесь деньгами. Если вы хотите успешно использовать какой-либо инструмент или механизм, полезно знать его устройство и прицип работы. Следовательно, вы никогда не приумножите свое богатство, пока не усовершенствуете свой ум. К счастью, ученые недавно открыли, как человеческий мозг оценивает выгоды, измеряет риски и вычисляет доходность. Благодаря чудесам нейровизуализации теперь можно точно отслеживать нейронные сети, которые активируются и деактивируются в мозге, когда мы инвестируем.

Я работаю финансовым журналистом с 1987 года, и впечатляющие результаты «нейроэкономики» поразили меня больше, чем все мои прежние знания об инвестировании. Благодаря новой науке – гибриду нейронаук, экономики и психологии – мы поймем, что движет инвестиционным поведением не только на теоретическом или практическом уровне, но и какие базовые биологические функции стоят за выбором инвестора. Понимание этих важнейших принципов позволит и вам осознать, что делает вас инвестором.

В этом квесте по финансовой осознанности вы из первых рук узнаете об увлекательных экспериментах. Я поведу вас в лаборатории, которыми руководят ведущие нейроэкономисты мира. Они многократно изучали и мой собственный мозг. Кстати, научный консенсус по поводу моей черепной коробки оказался прост: там царит хаос.

Новейшие открытия в области нейроэкономики показывают: многое из того, что нам раньше говорили об инвестировании, в корне неверно. Теоретически, чем больше мы узнаем о наших инвестициях и чем усерднее работаем над их пониманием, тем больше денег мы зарабатываем. Экономисты уже давно настаивают, что инвесторам следует знать, чего они хотят, понимать связь между риском и доходом и следовать логике, используя информацию для достижения своих целей.

Однако на практике эти предположения часто оказываются ложными. Посмотрите на таблицу и скажите, какая ее сторона лучше описывает вас.

Вы не одиноки. Как сидящие на диете перескакивают с Притыкина[1 - Натан Притыкин (1915–1985) – американский диетолог, изобретатель, инженер. Одним из первых исследовал связь между диетой и болезнями сердца. Автор популярной диеты с низким содержанием жиров. (Прим. ред.)] на Аткинса, затем на диету Южного пляжа[2 - В России эта система питания более известна как средиземноморская диета. (Прим. ред.)] и в результате остаются в лучшем случае с тем же весом, как и до попыток похудеть, инвесторы сами себе – злейшие враги, даже если они понимают, как можно и как нельзя действовать.

• Все знают, что нужно покупать дешево и продавать дорого, – и все же слишком часто мы покупаем дорого и продаем дешево.

• Все знают, что обхитрить рынок почти невозможно, – но почти все думают, что могут это сделать.

• Все знают, что панические продажи – плохая идея. Однако компания, которая объявляет, что заработала 23 цента на акцию вместо 24, может за полторы минуты потерять 5 миллиардов долларов рыночной стоимости.

• Все знают, что стратеги с Уолл-стрит не могут предсказать поведение рынка, но инвесторы по-прежнему ловят каждое слово этих финансовых экспертов, предлагающих свои прогнозы по телевизору.

• Все знают, что погоня за «горячими акциями» или взаимными фондами[3 - В российской практике чаще используются термины «паевой инвестиционный фонд», ПИФ, «совместный фонд». Суть подобного метода инвестирования заключается в том, что частный инвестор покупает не сами активы, но долю в фонде, «пай», а уже сам фонд занимается непосредственно инвестированием. Это позволяет частным лицам покупать «паи» или доли небольшого размера, в то время как непосредственная покупка акций или иных финансовых активов нередко имеет высокий «порог входа». (Прим. науч. ред.)] – верный способ потерпеть крах, но миллионы инвесторов каждый год все так же летят на это пламя вновь и вновь. Неважно, что всего год или два назад они клялись никогда больше так не попадаться.

Одна из ключевых концепций книги заключается в том, что мозг инвестора часто заставляет его делать вещи, бессмысленные с точки зрения логики, но совершенно понятные с точки зрения эмоций. Дело не в том, что мы нерациональны. Мы просто люди. Наш мозг изначально был создан, чтобы в первую очередь действовать ради увеличения наших шансов на выживание и избегать того, что эти шансы уменьшит.

Подкорковые мозговые структуры, отвечающие за проявление эмоций, заставляют нас инстинктивно жаждать того, что может быть полезным, и избегать того, что кажется рискованным.

Чтобы противодействовать импульсам клеток, развившихся десятки миллионов лет назад, наш мозг имеет лишь тонкий слой относительно современных нейронов. Эти нейроны часто не могут справиться с грубым напором давно сформированных эмоциональных мозговых структур. Вот почему знать правильный ответ и правильно поступать – совершенно разные вещи. Инвестор, назовем его Эд, управляющий недвижимостью в Гринсборо, штат Северная Каролина, раз за разом испытывал удачу, вкладываясь в высокотехнологичные производства. По последним подсчетам, Эд потерял более 90 % своих инвестиций в акциях, по крайней мере, четырех таких компаний. Эд вспоминает, что, после того как он потерял 50 % денег, поклялся, что продаст их, «если они упадут еще на 10 %».

«Когда они все продолжали падать, я продолжал снижать свою точку продажи вместо того, чтобы выйти из игры, – вспоминал инвестор. – Мне казалось, что продать акции и потерять их по-настоящему хуже, чем потерять деньги на бумаге». Бухгалтер напомнил ему, что в случае продажи акций он сможет списать убытки и сократить сумму оплаты подоходного налога, но Эд никак не мог решиться. «Что, если они вдруг начнут подниматься? – жалобно спрашивал он. – Тогда я буду чувствовать себя вдвойне глупо: потому что купил эти акции и потому что продал».

• В 1950-х годах молодой исследователь из RAND Corporation[4 - Американская некоммерческая организация, которая выполняет функции стратегического исследовательского центра, работающего по заказам правительства США, их вооруженных сил и связанных с ними организаций (источник: Википедия). (Прим. науч. ред.)] размышлял о том, какую часть его пенсионного фонда следует направить на акции, а какую – на облигации. Будучи экспертом в области линейного программирования, он знал, что «надо было вычислить исторические ковариации типов активов и установить эффективную границу».

«Вместо этого я воображал, как буду горевать, если фондовый рынок пойдет вверх, а я не буду в нем участвовать, или если он пойдет вниз, а я, напротив, буду в нем участвовать. Я хотел свести к минимуму свои будущие сожаления. Поэтому я разделил вложения между облигациями и акциями в соотношении 50/50», – признавался он. Исследователя звали Гарри М. Марковиц. Несколькими годами ранее он написал для Journal of Finance статью под названием «Выбор инвестиционного портфеля», в которой описал, как точно рассчитать соотношение между риском и доходностью. В 1990 году Марковиц получил совместную Нобелевскую премию по экономике за математический прорыв. Однако он не смог применить свое открытие к собственному портфелю.

• Отставной офицер Джек Херст и его жена Анна, живущие недалеко от Атланты, кажутся очень консервативными инвесторами. У них нет долгов по кредитным картам, и они хранят почти все свои средства в акциях «голубых фишек», по которым выплачиваются дивиденды. Но еще у Херста есть так называемый «игровой» счет, с которого он берет небольшие суммы и делает рискованные ставки. Ставки на фондовом рынке с малым шансом на выигрыш – попытка Херста финансировать то, что он называет своими «лотерейными мечтами». Эти мечты важны для Херста, потому что у него боковой амиотрофический склероз (или болезнь Лу Герига). С 1989 года он полностью парализован. Херст может инвестировать, только используя ноутбук со специальным переключателем, который считывает электрические сигналы в его лицевых мышцах. В 2004 году одним из его «лотерейных» выборов стали акции Sirius Satellite Radio, одни из самых волатильных акций в Америке. Херст мечтает купить автодом Winnebago, специально предназначенный для людей с параличом всех четырех конечностей и финансировать «БАС-дом», где пациенты и их семьи могли бы получать специализированную помощь. Таким образом, он одновременно консервативный и агрессивный инвестор.

Короче говоря, мозг инвестора вовсе не последовательное, эффективное, логичное устройство, каким мы любим его представлять. Даже лауреаты Нобелевской премии не ведут себя, как того требуют их собственные экономические теории. Когда вы инвестируете, независимо от того, являетесь ли вы профессиональным портфельным управляющим, контролирующим миллиарды долларов, или обычным человеком с 60 тысячами долларов на пенсионном счете, вы можете хладнокровно рассчитывать вероятности и при этом инстинктивно реагировать на радость выигрыша и боль потери.

100 миллиардов нейронов[5 - 86 миллиардов по последним оценкам. (Прим. науч. ред.)], которые упакованы в полуторакилограммовый комок тканей между ушами, могут вызвать эмоциональный торнадо, когда мы думаем о деньгах.

Мозг инвестора не просто складывает, умножает и оценивает. Когда мы выигрываем, проигрываем или рискуем деньгами, то пробуждаем самые глубокие эмоции, какие только может испытать человек. «Принятие финансовых решений не обязательно связано с деньгами, – утверждает психолог Даниэль Канеман из Принстонского университета. – Это также касается нематериальных мотивов, например, мы хотим избежать сожалений или испытать чувство гордости». Инвестирование требует, чтобы решения принимались с учетом данных из прошлого и догадок в настоящем в отношении рисков и вознаграждений, которые можно получить в будущем. Эта необходимость пробуждает в нас надежду, жадность, дерзость, удивление, страх, панику, сожаление и счастье. Вот почему в этой книге я последовательно рассматриваю эмоции, которые испытывают большинство людей на психологических американских горках инвестирования.

Как правило, в повседневной жизни наш мозг – великолепно функционирующий механизм, мгновенно уводящий от опасности и надежно направляющий нас к базовым положительным потребностям, таким как еда, кров и любовь. Однако этот же великолепный интуитивный механизм может ввести в заблуждение, когда мы оказываемся перед гораздо более сложным выбором, с которым нас ежедневно сталкивают финансовые рынки.

При всей своей беспорядочной и чудесной сложности мозг лучше всего и хуже всего, то есть наиболее человечно, проявляет себя, когда мы принимаем решения, касающиеся денег.

И дело совсем не в том, что эмоции – враг, а разум – союзник хороших финансовых решений. Люди с черепно-мозговыми травмами, неспособные задействовать эмоциональные системы в мозге, могут оказаться никудышными инвесторами. Но исключительная рациональность без чувств может быть так же плоха для портфолио, как и чистые эмоции, не сдерживаемые разумом. Нейроэкономика показывает, что мы достигаем наилучших результатов, когда в состоянии обуздать свои эмоции, а не когда мы их душим. Эта книга поможет вам найти правильный баланс между эмоциями и разумом.

Прежде всего вы должны понять свое инвестиционное «я» лучше, чем когда-либо. Вы можете полагать, что уже знаете, какой вы инвестор. А если вы ошибаетесь?

Как язвительно заметил инвестиционный писатель Джордж Гудман, пишущий под псевдонимом Адам Смит, в классической книге «Игра на деньги» (Money Game): «Если вы не знаете, кто вы, то Уолл-стрит – весьма дорогое место, чтобы это узнать».

Люди, которые приобрели интернет-акции в 1999 году, полагали, что обладают высокой толерантностью к риску. Затем они потеряли 95 % их стоимости в течение следующих трех лет. Именно эти люди теперь знают, как дорого может обойтись познание самого себя.

Со временем я убедился, что существуют только три типа инвесторов: мнящие себя гениями, признающие себя идиотами и сомневающиеся. Как показывает опыт, правы только сомневающиеся. Если вы считаете себя финансовым гением, вы почти наверняка глупее, чем думаете. Вам нужно укротить свой мозг и контролировать свои тщетные попытки переиграть всех остальных. Если вы считаете себя финансовым идиотом, вы, вероятно, умнее, чем вам кажется. Вам следует тренировать свой мозг, чтобы понять, как добиться успеха в качестве инвестора.

Если вы будете больше знать о том, какой вы инвестор, то сможете сделать состояние или сохранить его. Вот почему так важно усвоить основные уроки нейроэкономики:

• денежная потеря или выигрыш – не просто финансовый или психологический результат, это биологическая перемена, которая оказывает глубокое физическое воздействие на мозг и тело;

• нейронная активность мозга человека, чьи инвестиции приносят деньги, неотличима от нейронной активности мозга человека, находящегося под воздействием кокаина или морфия;

• после двух повторений стимула – например, если цена на акции два раза подряд выросла на один пенни – человеческий мозг автоматически, бессознательно и неконтролируемо ожидает третьего повторения;

• как только люди приходят к выводу, что доходность инвестиций «предсказуема», их мозг «испытывает» тревогу, если эта очевидная модель нарушается;

• информация о финансовых потерях обрабатывается в тех же структурах мозга, которые реагируют на смертельную опасность;

• ожидание вознаграждения и его фактическое получение вызывают в мозге совершенно разные реакции, что помогает понять, почему «счастья нельзя купить за деньги»;

• ожидание как хороших, так и плохих событий часто бывает более интенсивным, чем их переживание.

Все мы знаем, как трудно решить проблему, пока мы не поймем вызвавшие ее причины. Многие инвесторы говорили мне, что больше всего их расстраивает собственная неспособность учиться на своих ошибках. Они как белки в колесе: чем быстрее преследуют свои финансовые мечты, тем быстрее те уходят в никуда. Новейшие открытия в области нейроэкономики дают реальную возможность выпрыгнуть из беличьего колеса разочарования и обрести финансовое спокойствие. Эта книга дает вам возможность понять мозг инвестора лучше, чем когда-либо, и призвана помочь вам:

• ставить реалистичные и достижимые цели;

• получать прибыль выше и безопаснее;

• стать более спокойным и терпеливым инвестором;

• слышать необходимые новости и отключаться от рыночного шума;

• осознавать пределы своей профессиональной компетентности;

• сводить к минимуму количество и серьезность допускаемых ошибок;

• перестать ругать себя, когда вы совершаете ошибки;

• контролировать возможное и игнорировать все остальное.

Работая над этой книгой, я неоднократно убеждался: люди не понимают причины их собственного поведения. Есть много книг, которые доказывают: «Неверны почти все ваши прежние знания об инвестировании». И совсем немного книг делают вас более успешным инвестором, потому что учат: «Неверны все ваши прежние знания о себе». В конце концов, эта книга не только о внутренней работе мозга инвестора. Она также о том, что значит быть человеком, – со всеми нашими чудесными способностями и с постыдными слабостями. Вы можете думать, что понимаете в инвестировании достаточно много или ничтожно мало. Но есть кое-что еще, что нужно исследовать, чтобы получить исчерпывающее знание о вселенной финансов, – самих себя.

Глава 2

«Мысли» и «чувства»

Необходимо знать силу и слабость нашей природы, прежде чем мы поймем, что разум может сделать для сдерживания эмоций и что находится за пределами его власти.

    Бенедикт Спиноза

Проктолог с внутренним чутьем

Не так давно Кларк Харрис (Clark Harris), гастроэнтеролог из Нью-Йорка, приобрел акции компании CNH Global N.V., производящей сельскохозяйственную и строительную технику. Когда друг спросил его, почему он решил, что эти акции будут дорожать, доктор Харрис, который обычно наводит справки об акциях, прежде чем покупать, признался, что ничего не знает об этой голландской компании. Городской врач также не имел ни малейшего представления о сельских тракторах, сноповязалках, бульдозерах или рыхлителях. Но название акций ему понравилось. «В конце концов, – сказал доктор Харрис, – мое второе имя Нельсон: биржевой код акций компании (CNH) совпадает с моими инициалами». Он признался, что именно поэтому и купил эти акции. Когда друг спросил, есть ли у него другие причины инвестировать, доктор Харрис ответил: «У меня хорошее предчувствие, вот и все».

Не только гастроэнтерологи полагаются на интуицию, когда принимают финансовые решения. В 1999 году акции Computer Literacy Inc. за один день взлетели на 33 % только потому, что компания изменила свое название на более модное fatbrain.com. В течение 1998 и 1999 годов одна группа акций обогнала рынок технологической индустрии высоких технологий на 63 процентных пункта только потому, что компании изменили свои официальные названия, добавив в них .com, net или Internet.

В те годы, когда акции баскетбольной команды Boston Celtics публично торговались, они почти не реагировали на новости о таких важных экономических факторах, как строительство нового спорткомплекса. Однако их курс взлетал и падал в зависимости от результатов вчерашнего баскетбольного матча. В краткосрочной перспективе цена акций Celtics не определялась фундаментальными факторами выручки или чистой прибыли. Она зависела от эмоций спортивных болельщиков.

Другие инвесторы полагаются на внутреннее чутье даже сильнее, чем доктор Харрис или фанаты Celtics. В конце 2002 года один из трейдеров, купивших акции Krispy Kreme Doughnuts Inc., заявил в Интернете: «Невероятно, мой босс купил 30 дюжин [пончиков] для всего офиса по 6 долларов каждый… Хм, они потрясающие даже без кофе. Куплю сегодня еще больше акций». Другой посетитель онлайн-доски объявлений для акций Krispy Kreme заявил: «Их акции взлетят, потому что пончики так хороши».

Во-первых, суждения были продиктованы интуицией. Люди купили акции и не анализировали лежащий в их основе бизнес. Они руководствовались чувствами, ощущениями, догадками. Во-вторых, их суждения были ошибочными. С тех пор как доктор Харрис приобрел акции CNH, они демонстрировали рост ниже среднего по фондовому рынку. Независимой компании fatbrain.com больше не существует: в период с 1999 по 2002 год многие акции «доткомов»[6 - «Доткомами» называют технологические компании, появившиеся в 1990-х годах на волне роста популярности Интернета. Сначала они показывали быстрый рост, однако затем их акции катастрофически подешевели. (Прим. науч. ред.)] упали более чем на 90 %. Акции Boston Celtics принесли более высокую доходность в межсезонье, чем во время игр команды. Акции Krispy Kreme упали примерно на три четверти, хотя их пончики все так же вкусны.

Таким типом мышления грешат не только якобы наивные индивидуальные инвесторы: опрос более 250 финансовых аналитиков показал, что большинство из них (91 %) считают, что важнее всего при оценке инвестиций – уложить факты в убедительную «историю».

Портфельные менеджеры постоянно говорят, что «у них хорошее предчувствие» об акциях, профессиональные трейдеры ежедневно перемещают миллиарды долларов, основываясь на «внутреннем голосе». Говорят, Джордж Сорос, один из ведущих мировых менеджеров хедж-фондов[7 - Хедж-фонд, или «фонд комплексного рискового инвестирования», инвестирует в различные активы с целью создать «портфель», снижающий общие риски, в предельном случае – обеспечивающий безрисковую доходность. В соответствии с используемыми моделями падение одних активов должно компенсироваться ростом других. (Прим. ред.)], рассматривает возможность распродать свои активы, когда у него болит спина.

В книге «Озарение» Малкольм Гладуэлл утверждает, что принятые очень быстро решения ничуть не хуже осторожных и обдуманных. Гладуэлл – превосходный писатель, но рассуждать так об инвестициях крайне опасно. Интуиция помогает давать поразительно быстрые и точные оценки, но только при соответствующих условиях, когда правила игры просты и стабильны. К сожалению, инвестиционные решения редко бывают простыми, а ключевые факторы успеха в краткосрочной перспективе нестабильны. Облигации приносят хорошую прибыль, но как только вы их покупаете, их курс снижается. Ваши акции на развивающемся рынке дешевеют в течение многих лет, но стоит от них избавиться, они удваиваются в цене. Похоже, единственное правило, применимое в безумном мире финансовых рынков, это закон Мерфи. И даже он содержит дьявольский подвох: все, что может расстроиться, обязательно расстроится, когда вы меньше всего этого ожидаете.

Хотя Гладуэлл признает, что внутренний голос может нас обмануть, он умалчивает, что мы можем ошибаться и в нашей интуиции. Один из самых болезненных парадоксов фондового рынка заключается в следующем: если вам кажется, что вы ошибаетесь в выборе инвестиций, значит, вам не кажется, а вы правы. Чем больше вы уверены, что ваша интуиция вас не подведет, тем больше денег вы потеряете.

Если вы полагаетесь на «озарение», в игре по правилам ваши инвестиционные результаты будут неутешительными. Интуиции принадлежит законная роль в инвестировании, но эта роль подчиненная, а не доминирующая. К счастью, вы можете заставить свою интуицию работать лучше, и вы не должны инвестировать, опираясь только на интуицию. Лучшие финансовые решения основаны на двух сильных сторонах мозга инвестора: интуиции и анализе, чувствах и мышлении. В этой главе вы узнаете, как это работает.

Человек с двумя мозгами

Дайте быстрый ответ: если бы Джон Ф. Кеннеди не был убит, каков был бы его возраст сегодня?

А сейчас скажите, не хотите ли скорректировать ответ?

Если вы похожи на большинство людей, то ваш спонтанный ответ будет таким: Дж. Ф. Кеннеди было бы 76 или 77 лет. Поразмыслив, вы, возможно, добавите к первоначальной оценке еще около 10 лет (точный ответ: Джон Ф. Кеннеди родился 29 мая 1917 года, так что посчитайте). Не только обыватели неправильно ответят на этот вопрос. В 2004 году я спросил о том же одного из ведущих мировых экспертов по принятию решений. Его первое предположение было, что Кеннеди будет 75 лет; когда я дал ему возможность подумать, он изменил свой ответ на 86.

Почему мы сначала даем неправильный ответ, а затем так легко его исправляем? Когда вы слышите вопрос в первый раз, память услужливо показывает Кеннеди, молодого энергичного лидера. Затем вы корректируете возраст этого молодого человека в сторону увеличения, но недостаточно. Возможно, контраст с пожилыми президентами, такими как Линдон Джонсон или Рональд Рейган, заставляет нас представлять Кеннеди моложе, чем он был на самом деле. Мы так хорошо помним мальчишеское лицо Кеннеди, что забываем о других данных, которые нужно учесть, например, сколько лет прошло с момента его смерти.

Психологи называют это «эффектом якоря и корректировки», и он отлично помогает нам в повседневной жизни. Как только вам предложили пересмотреть свое решение, аналитическая часть вашего мозга, вероятно, распознала и исправила вашу интуитивную ошибку примерно так: «Посмотрим. Я думаю, что Кеннеди было около 40 лет, когда его застрелили, и это было примерно в 1963 году. Выходит, если бы он был жив, ему было бы около ста лет».

Но интуиция не всегда дает рациональной стороне шанс передумать. В начале 1970-х годов психологи Амос Тверски и Даниэль Канеман из Еврейского университета в Иерусалиме попросили участников эксперимента раскрутить колесо фортуны, которое было пронумеровано от 0 до 100. Затем они спрашивали участников, был ли процент африканских стран в общем числе членов Организации Объединенных Наций больше или меньше, чем число, которое они только что получили. Вращение колеса играло важную роль, хотя эти случайные и совершенно не относящиеся к вопросу числа не должны были влиять на ответ. В среднем участники, получившие число 10, предположили, что только 25 % членов ООН являются африканскими странами, в то время как люди, получившие число 65, предположили, что африканские страны составляли 45 %.

Вы можете проверить собственную склонность к якорению с помощью следующего простого упражнения. Возьмите последние три цифры вашего телефонного номера, затем добавьте 400 (например, если ваш номер заканчивается цифрами 237, добавление к нему 400 дает 637). Теперь ответьте на следующие два вопроса: был ли вождь гуннов Аттила побежден в Европе до или после этого года? И в каком именно году был побежден вождь гуннов Аттила?

Несмотря на то что телефонные номера не имеют никакого отношения к битвам со средневековыми варварами, эксперименты с сотнями людей показывают, что догадка о дате победы в среднем коррелируется с якорем:

Кстати, правильный ответ – 451 г. н. э.

Как только ваша интуиция воспринимает любое число, оно застревает в памяти намертво.

Поэтому агенты по недвижимости обычно сначала показывают вам самый дорогой дом на рынке, чтобы другие в сравнении с ним казались дешевыми. Поэтому компании взаимных фондов часто запускают новые фонды по 10 долларов за пай, соблазняя инвесторов «низкой» ценой.

В финансовом мире якорение присутствует повсюду, и вы не сможете уберечься от него, пока не поймете, почему оно работает так безотказно.

Вот еще один мысленный эксперимент, который показывает борьбу между интуицией и аналитическим мышлением.

Шоколадный батончик и кусок жвачки вместе стоят 1,10 доллара. Шоколадный батончик стоит на 1,00 доллар дороже, чем жвачка. Ответьте быстро: сколько стоит жвачка?

Теперь потратьте 30 секунд или около того, чтобы решить, хотите ли вы изменить свой ответ.