скачать книгу бесплатно
У памятника
Для прогулок очень рано, даже слишком.
Редко-редко кто-то заспанный пройдёт.
Лишь Ильич один в потрёпанном пальтишке
С пьедестала в даль туманную зовёт.
Я из тех, кто с детства слышал слово «Ленин».
И куда ни глянь – везде его лицо,
И вершилась жизнь у каждых поколений
По заветам главных пламенных борцов.
Пролетело время, краски поменялись,
Поменялось всё: от взглядов до идей,
И всё то, над чем публично насмехались,
Стало новой нормой жизни для людей.
Закалённые безденежьем и бытом,
Словно дети, чуда сказочного ждём.
По дорогам, в прах и дребезги разбитым,
В наше будущее светлое идём.
Эх, Ильич, Ильич! Сошёл бы с постамента,
Прогулялся по местам, куда зовёшь.
Поглядел бы, объяснил мне суть момента,
Может, в силу гениальности, поймёшь.
Труд, семья, над головою крыша…
Жил по совести, не так уж мало смог.
А по меркам очень многих, тех, кто свыше, —
Просто ватник, незадачливый совок.
Как постичь и у кого спросить совета,
И куда направить робкий мелкий шаг?
К Иисусу, Будде или Магомету,
Чтоб нашла себе пристанище душа?
Друзьям
Холстомер
Дорогому другу, Евтееву Алексею Васильевичу!
Когда-то бегал в табуне.
Теперь всё это не по мне.
В мои бока вонзает шпоры
Наездник, тот, во мне который.
Срывает ветер пену с губ,
И, ощущая на бегу,
Что по-другому не могу,
Пусть спотыкаюсь, но бегу,
И изменить себя едва ли
Смогу. Из круга, из спирали
Мне никуда не убежать:
Вот новый год – и круг опять.
Но с каждым кругом прочность нити,
Что держит ангел мой хранитель,
Слабеет, и настанет миг,
Когда я не увижу их:
Глаза родные, морды, гривы.
И кобылицы зов призывный
Вдали растает за рекой.
Нет больше гонки, есть покой…
Когда я слышу за спиной,
Мол, сдал старик, седой, хромой,
От стригунков и жеребят,
Что мне с усмешкой вслед глядят,
То помню я, мой ясен ум,
Как мной гордился весь табун,
За чёткий шаг и нрав быть первым
Порою звали Холстомером.
Пусть каждый так же пробежит,
Мои достигнет рубежи!
Я многое ещё смогу!
И прочь с дороги! Я бегу!
Другу
«Тик-так» – стучат часы, идут.
«Тук-тук» – им сердце вторит,
И хорошо, когда в ладу
Они, а не в раздоре,
А ты на циферблат глядишь
И планы строишь смело,
И веришь в то, что впереди
Успеешь много сделать.
Паденья, взлёты, виражи…
Но манит лучик солнца,
Большая гонка – наша жизнь,
А мы в ней – марафонцы.
Меняются календари,
И с каждым – меньше прыти,
Всё чаще, что ни говори,
Любой из нас как зритель.
Пусть скрипнет маятник порой,
Но стрелки пусть не гонит.
Уже, увы, и нам с тобой
Не хочется погони.
Так пусть и дальше много лет
Окружность стрелки пишут,
И на «тик-так» всегда в ответ
«Тук-тук» мы будем слышать.
Палычу
Уходит день, солёный, жаркий, длинный.
Дымки костров уже струятся по горам.
Пора расправить перетруженные спины,
Принять на грудь законные сто грамм.
Пройдём меж ульев, к каждому с поклоном,
Пока в горах не скрылась скорая заря,
Пошутим, как со скрипом ржавым или стоном
Ещё денёк прожили мы не зря.
Бог даст, и старость пыл наш не остудит,
А мы, как в годы лучшие и времена,
Друг другу скажем, что хорошие мы люди,
И «мамину» – по полной и до дна.
Костёр неяркий с чайником поющим,
И разговор наш с безобидным матерком
О прошлом, о делах, текущих и грядущих,
Как мёд нам достаётся нелегко,
Что жалко тратить время понапрасну,
Его и так осталось – будто кот чихнул,
Что нам с тобой нет музыки прекрасней,
Чем пасечный рабочий ровный гул.
Затянется беседа до рассвета,
И, как обычно, скажешь, подводя итог,