Я простой смертный, который встретил в обыкновенном кафе раненого величайшего святого - Полная

Я простой смертный, который встретил в обыкновенном кафе раненого величайшего святого - Полная

Глава

ПРОЛОГ

Разум — творящий волю (только он способен отличить добро от зла, что является высшей мудростью). Разум позволяет властвовать над собой и природой вещей. Корми его подлинным, так он окрепнет и прояснится, тогда сформируешь море сознания.

Энергия жизни — вещество, часть пространства, имеющая разную плотность и густоту. Появляется от различных источников и явлений. Формируется и копится только в высших мирах. Источник для культивации практиков.

Сила природы — неразрывная часть пространства и материи. Количество бесконечно, как само сущее. Использовать могут единицы практиков, таких называют «псионик» — рождённые с особым цветом так называемого серого и белого вещества, у них оно серебряно-золотое. Обычно, чем насыщенней цвет вещества, тем больше псионик может влиять на пространство, понимая его лучше.

Мыслеобразная частица — или зерно, пятно, пылинка, песчинка — появляется только в смертном мире. Формируется, в том числе неосознанно, смертными или самой вселенной низшего царства. Из низшего мира она вытягивается в высшие царства, но чем могущественней мир, тем меньше её становится. Нужна великим культиваторам, чтобы сформировать своё море сознания.

Законы мироздания — непреодолимые условия для существования смертных и бессмертных. Формируют строгий порядок и создают баланс между мирами. Никто не может выйти за их пределы. Судьба и случайность — лишь субъективные ответы смертных и бессмертных своим деяниям, над которыми огромный объективный механизм подсчета всех причин и следствий. Закон запрещает появление исключительных, уникальных либо особенных людей, которые выйдут за пределы должных и целесообразных правил.

Миры (царства) — 8 бесконечных царств:

- земной мир, первый высший после нашего смертного;

- духовный мир;

- основной мир, или центральный;

- поднебесный мир;

- небесный мир;

- мир мудрецов;

- священный мир;

- и, говорят, есть мир богов.

Практик (культиватор) рождается только со второго мира (земное царство), там, где есть энергия жизни. Наделен особыми свойствами организма:

- меридианы;

- точки силы;

- корень жизни;

- особая кровь;

- сердечный прилив;

- продолговатый древесный мост;

- шишковидная капля света и тьмы;

- луч основы;

- ритм клеток;

- зеркальное озеро полушарий.

Самые перспективные практики с рождения обладают всеми этими зачатками; чем их меньше, тем значимость ребёнка падает.

Только высшие культиваторы могут дойти до формирования:

- ядра (основы);

- духа (зародыша);

- обратного взгляда;

- удержания поля;

- моря сознания.

Смертный (пустой человек) рождается в мире людей — самом низком мире. Отсутствуют все вышеперечисленные свойства организма. В мире нет энергии жизни и силы природы, значит, в человеке нет того, что их принимает. Познает мир в основном рационально и научно.

Закалка тела (ковка тела) — пользуются только слабые культиваторы. Направление энергии жизни в кости, кровь и органы считается неэффективным, но теоретически у смертного есть возможность ковать тело. Тело есть у смертных и бессмертных, значит, законы любого мира тождественно относятся к возможности его закалки.

Путь — глубокое изучение природы вещей. Особое понимание сути событий и истины. У каждого он свой. Кто научит разум правильно измерять, тот заметит необходимые связи между вещами. Чем глубже их проследишь, тем достовернее будут названия вещей, а заблуждения растают. Путь дарует море сознания.

Опосредованное — нечто, что может объяснить некие «значения». В переносном смысле это прерывистость рационального хода вещей и событий. Метафорически это проявляется во многих свойствах, например: «свет, отражённый от предмета, попадает на сетчатку глаза, которая преобразует его в электрический импульс, идущий по зрительному нерву без информации о предмете, которую мозг превращает в изображение».

Выбор — это возможность принять решение, поэтому это твой вклад в будущую реальность, которая станет либо немного справедливее, либо произвол окрепнет.

Что делает миры органичными, исключая уязвимости.

Восхождение — мироздание сурово и обладает чёткой иерархией. Смертный пустой мир не имеет энергии жизни, целая вселенная строилась на научном прогрессе и мысленных поисках. Энергия жизни появлялась только со второго земного мира, но её было ровно столько, чтобы практик, дойдя до определённого уровня концентрации, не смог прорваться дальше; только возвышение в следующий мир позволяло культиватору сделать следующий шаг — это правило охранял запрет или законы мира. Сильный мог быть только до определённого предела в иерархии миров. Если сильный ниспадал в более низкий мир, его тут же подчиняли правила, и он превращался в слабого или калеку, а мог и запросто умереть.

Закономерность — это безальтернативная последовательность. Родился с великой кровью — это не случайность, а атрибут равенства при скрещивании двух подходящих или достойных особей. Их тернистый и сложный путь, в котором были большие дела, награждался даром в виде рождения особой крови. Но особая кровь — это заданный вариант развития с разрешённым уровнем силы, мощи и власти. Не было избранной крови, была более или менее редкая, или особо редкая. Даже если кровь была в одном экземпляре, она всё равно подчинялась правилам миров. Случайность повиновалась общим законам, ей разрешалось только выбирать: даровать или отбирать. Если мыслями и поведением довёл до того, что у тебя надо «отбирать», — то неважно, что произойдёт: потерял палец, сломал ногу, утратил зрение, — главное, что колокол пробил, промежуток времени выделен и кара висит над тобой. Механизм законов уже сыграл твою ситуацию.

Случайность — никто не мог совершить подлинную случайность. Если кто-то из смертных или практиков доходил до вопроса «почему так?» или «зачем это?», то неважно, в какой области он получил возможность спросить, главное, что за этим «зачем?» всегда есть или родился ответ. За любым «почему» был «ответ», за «ответом» всегда был «почему», и так они множились, пока разум ищущего не находил свой субъективный предел. Смертному или культиватору сложно было вообразить, что есть нечто грандиозное, подсчитывающее события тремя знаками — «плюс», «минус» или «равно» — абсолютно всё существующее и происходящее. Каждую мысль, каждый шаг, каждый вздох, каждый шорох травы, каждую каплю дождя, каждый атом и всё их взаимодействие между собой в любых измерениях считал и обрабатывал великий механизм, а затем каждое мгновение, как великий судья, выносил строгие суждения, которые были настолько объективны, что каждый субъект выравнивался в общий порядок. Роли актёров получали сценарий с заданным стилем и поведением.

Значение — существенный признак вещи. Например, утюг не может уменьшиться до размера атома и оставаться в значении утюга, так как это нарушает саму реальность, ведь утюг в том числе состоит из атомов, которым необходимо определённое пространство, чтобы оставаться самими собой.

Часть 1

Обычный парень, около тридцати лет. Живет в до боли привычном мире — насквозь современном, прагматичном и без единого проблеска чуда.

Всё перевернулось всего за два судьбоносных дня. С этих событий прошло совсем немного времени, но я уже непойму кто я, какой силой обладаю и где её граница. Всё пошло вопреки законам природы, наперекор судьбе и порядку. Сейчас мне кажется, что я стал ошибкой, нарушившей устои мира. Пока было мало что понятно, но ответы приходят очень быстро.

Как пройти через миры, где сила — главный аргумент и за ней последнее слово, а у тебя огромный потенциал, но ему нужны ресурсы.

Как пройти этот лицемерный общества, где каждый хитер, умен, силен и хочет власти. Тут нет простых персонажей, готовых удивляться и восхищаться, есть только те, кто готов вовремя нажиться.

Как выжить, ведь зависть, гнев, ложь, коварство здесь у большинства в крови, отступают они только перед уровнем культивации. Даже простак здесь сам себе на уме.

Мир которого не существовало для смертных вот-вот откроется:

Раздел 1 – Начало, море сознания и возможность

Законы и правила мироздания отрицали дисбаланс: они были точны, выверены и строго гармоничны для всех, без исключения. Никто — ни в мире смертных, ни в высших мирах — не мог преступать порядки и логику миров. Тут не мог родиться избранный или уникальный человек; миры были насквозь правильные, обыкновенные и рационально сформированные, но оказалось, что избранными и уникальными могут стать причины и следствия. Не я стал особенным, а события, происходившие вокруг меня, были сами по себе исключительными — мне же пришлось барахтаться в этой глубокой и не всегда чистой реке.

Меня зовут Наор. Обожаю читать и познавать мир. Сколько себя помню, я всегда стремился найти ответы о природе человека. «Кто мы, зачем мы, для чего мы?» — эти вопросы заводили меня в глубины разных знаний. Хотел понять роль человека. Поэтому долго и упорно исследовал разум, ведь он мог отличить добро от зла, а это, как мне казалось, высшая мудрость.

Однажды, года два назад, я осознал, что в основе природы вещей лежит добродетельное начало. Ведь чтобы подобраться к истине, человеку сначала нужно узнать подлинные названия вещей; чтобы их узнать, человеку нужен крепкий разум; чтобы разум был крепким и зрячим, человек должен давать ему питательную пищу. Исходя из этого: разуму, по сути, свойственно исследовать справедливость и истину, которых в достатке именно в правде, поэтому для разума она усвояема и питательна, а всё, что ложно, разуму только вредит.

Зачем человеку истина? Ведь когда мы задаёмся вопросом о бесконечности мироздания, нас интересует не ложь, а достоверный ответ. Когда мы размышляем о возможности обрести бессмертие, мы жаждем подлинного знания — правды. Когда пытаемся понять, существует ли душа, мы ищем подтверждение, а не вымысел. Когда ищем рецепт счастья, мы рассчитываем на честный ответ. Когда думаем о сохранении здоровья или о способах излечения от болезни, нам нужны реальные сведения, а не пустые обещания, т. е. правда. И наконец, когда речь заходит об исцелении душевном или телесном, нам также нужна правда, иначе — смерть. Вот какая цена у правды и насколько она дорога.

Существуют такие вопросы, ответы на которые определяют само наше существование. Если ответ правда, человек продолжает жить полноценной жизнью, ощущая себя частью мира, в конце концов он просто выживает. Если же ответ ложен или мы просто не знаем его, то человек мертв. В самом начале стоит подчеркнуть, какую высокую цену имеет истина. Ведь если она восторжествует, то за ней последуют свобода, знания, чистая совесть и процветание как для отдельного человека, так и для всего общества.

Именно эти рассуждения посеяли во мне пустоту и боль. Мир смертных, мой мир, огромная и необъятная вселенная, также жил по беспощадным порядкам сильных. Жалости и милосердия здесь было мало, скорее люди носили лицемерную маску, за которой скрывалась боль, усталость, зависть и гнев. Деньги решали многие проблемы, а то, в какой семье ты родишься, имело решающее значение для обретения счастья. Деньги и власть держались рука об руку: закон гласил, что деньги приманиваются большими деньгами, как слоны приманиваются слонами. Поэтому, чем беднее ты был с рождения, тем вероятнее, что перед смертью будешь ещё беднее. Та же арифметика была и для богатых. Богатство не зависело от количества ума, оно зависело от отсутствия совести.

Такое положение терзало бессилием и формировало горечь, а самое главное — спровоцировало появление зернышка моего моря сознания. Негодование от жестокости людей, носящих лицемерные маски, от несправедливости и невежества, разъедающих наше общество, от голода и страданий невинных детей, заставило разум сопротивляться, доказать, что милосердие и добродетель — это и есть истина, так как это единственный путь выживания для людей. Каркасом моего моря сознания стали пространство, свет и тьма. Страх и гнев сковывали мысли, когда я понимал, что истина будет такой, о которой скажут завтра, ведь возможность говорить будет у того, кто не умер вчера.

Эта пустота, которая начала сковывать голову, и стала отправной точкой просто немыслимых событий. Тогда показалось, что люди недооценивают объемы и нескончаемость логики, и я предположил, что случайность и судьба для нас — это абсолютно закономерная логика для более совершенного разума.

Высшие миры, о которых мне тогда вообще было неведомо, жили по опасным и хищным правилам. В этих царствах власть зависела от уровня практика. Практик, как указывалось выше, — это человек, вставший на путь возвышения; для этого он культивировал энергию жизни и силу природы, становясь сильнее, а значит, могущественнее. Деньги в роли достижения абсолютной власти здесь были второстепенным ресурсом: они лишь помогали приобрести нужные товары для культивации, что ускоряло восхождение культиватора. Этот мир не прощал слабости, а уважали здесь только стадию совершенствования практика: чем выше она была, тем весомее было его слово и правда — ведь мертвый всегда лоялен к твоим аргументам. Слабаки пресмыкались перед сильными, они были осторожными, льстивыми и хитрыми. Каждый их неосмотрительный шаг мог быть последним.

Я был щепкой в огромном океане хода событий. Не имея ни меридианов, ни точек силы, ни корня жизни, ни особой крови, ни сердечного прилива, ни продолговатого древесного моста, ни шишковидной капли света и тьмы, ни луча основы, ни ритма клеток — тем более не сформировав ядра основы, духа-зародыша, обратного взгляда, — я уже создал море сознания, но пока об этом не подозревал. Оно могло появиться только у могучего практика в высоком мире. Да, это было вопреки законам миров, но стечение обстоятельств, причин и следствий, произошедших со мной всего за два дня, перегрело ход возможных событий и создало ошибку.

Правила начали шататься, когда четыре вещи (золотой плод Мирового Древа, серебряное кольцо Власти, камень Яхонт, стебель Карон) с невероятными свойствами оказались у святого старика Ха, но волею случая в ходе судьбоносной битвы он был сброшен в самый пустой мир — мир смертных, где мы встретились. Наверное, судьба хотела убить его, ведь он овладел теми вещами, используя которые в определённом порядке можно было не следовать правилам, а питаться ими, игнорировать их — пользоваться ими как хозяин. Старец был ранен и не знал, какие возможности были у него в руках.

Повторюсь, что наш смертный мир и все высшие миры имели в своей основе строгие порядки, законы и правила, которые создавали баланс. Незыблемый свод поведения для любого существа. Нарушителей быть не могло: их искореняла судьба. Сильный мог быть сильным, но только как позволено. Строгий и выверенный алгоритм миров работал так, чтобы каждый имел шанс выбрать путь и сторону. Никто не мог стать владельцем истины. Всё, что смертные и бессмертные называли случайностью, было в руках большой, наивысшей закономерности.

Закономерность — это безальтернативная последовательность. Родился с великой кровью — это не случайность, а атрибут равенства при скрещивании двух достойных особей. Их тернистый и сложный путь, в котором были большие дела, награждался даром в виде рождения особой крови. Но особая кровь — это заданный вариант развития с разрешённым уровнем силы, мощи и власти. Не было избранной крови, была более или менее редкая, или особо редкая. Даже если кровь была в одном экземпляре, она всё равно подчинялась правилам миров. Случайность повиновалась общим законам, ей разрешалось только выбирать: даровать или отбирать. Если мыслями и поведением довел до того, что у тебя надо «отбирать» — то неважно, что произойдёт: потерял палец, сломал ногу, утратил зрение, — главное, что колокол пробил, промежуток времени выделен и кара висит над тобой. Механизм законов уже сыграл твою ситуацию.

Да, мироздание было сурово и обладало чёткой иерархией. Смертный пустой мир не имел энергии жизни, целая вселенная строилась на научном прогрессе и мысленных поисках. Энергия жизни появлялась только со второго земного мира, но её было ровно столько, чтобы практик, дойдя до определённого уровня концентрации, не смог прорваться дальше; только возвышение в следующий мир позволяло культиватору сделать следующий шаг — это правило охранял запрет или законы мира. Сильный мог быть только до определённого предела в иерархии миров. Если сильный ниспал в более низкий мир, его тут же подчиняли правила, и он превращался в слабого или калеку, а мог и запросто умереть.

Никто не мог совершить подлинную случайность. Если кто-то из смертных или практиков доходил до вопроса «почему так?» или «зачем это?», то неважно, в какой области он получил возможность спросить, главное, что за этим «зачем?» всегда есть или родился ответ. За любым «почему» был «ответ», за «ответом» всегда был «почему», и так они множились, пока разум ищущего не находил свой субъективный предел. Смертному или культиватору сложно было вообразить, что есть нечто грандиозное, подсчитывающее события тремя знаками — «плюс», «минус» или «равно» — абсолютно всё существующее и происходящее. Каждую мысль, каждый шаг, каждый вздох, каждый шорох травы, каждую каплю дождя, каждый атом и всё их взаимодействие между собой в любых измерениях считал и обрабатывал великий механизм, а затем каждое мгновение, как великий судья, выносил строгие суждения, которые были настолько объективны, что каждый субъект выравнивался в общий порядок. Роли актёров получали сценарий с заданным стилем и поведением.