Плодожорки из группы "Брусничка"

Татьяна Ковалева

Плодожорки из группы "Бруснички"

Первая встреча Плодожорок

Севка не любил детский сад. Раньше. Не любил до тех пор, пока они не переехали в новый район.

В посёлке, где они жили, группа в саду была одна, общая: от сопливых малышей (к которым он себя не относил) до старших зазнаек (которые его не принимали). Севка мотался где-то между.

Когда в сад ходила сестра, было не так тоскливо, но Ася уже год как серьёзная, по словам бабушки, школьница. А Севка тут, один.

Воспитательница скучная и древняя, наверняка помнила не только родителей Севки детьми, но и Пушкина, чьи сказки любила читать им перед тихим часом, покачиваясь в скрипучем кресле-качалке. Вяло, невнятно бормотала она под протяжное «скрип, скрип». Дедушкин велосипед скрипел и то приятнее.

Оттого тихий час Севка не любил ещё больше. Каждый раз кутался в одеяло и старался заснуть побыстрее.

Скучно было в том саду. Ни друзей, ни приключений, как считал Севка.

— Никаких перспектив, — говорил папа.

— Ни учёбы, ни развития, — поддерживала мама.

Пока шли сборы и переезд, Севку распирало от счастья: в мечтах его новый сад представлялся крепостью, космической ракетой, ну на худой конец неприступным замком, а привели его к обычному зданию из белого кирпича. Расстроился Севка знатно, чуть не плакал. Даже не смотрел, куда они шли. Вернее, шла мама, быстро шла, практически волоча его за собой. С улицы в здание, ещё пахнущее краской и цементом, — коридор, ступеньки, коридор... Здесь смешивались запахи краски, еды и хлорки. Севка поморщился. Запах хлорки напоминал больницу и их сельский магазин одновременно, только в больнице пахло ещё лекарствами и свежестью, а в магазине — чем-то отвратительно тухлым.

Севка так глубоко потерялся в своих мыслях, что даже не заметил, как они оказались в просторной раздевалке. Здесь пахло новизной. Севка только недавно узнал это слово, услышал от взрослых, когда они впервые пришли в свою новую квартиру. Шкафчики, лавочки, плакаты на стене — всё дышало новизной. Огромное окно уходило к потолку, а какие здесь были потолки! Севка задрал голову и присвистнул:— Высоченные!

— Так, ну что замечтался, — мама стянула с него курточку. — Переодевайся давай, я опаздываю!

Севка неохотно присел на скамейку и начал стягивать ботинки, непрерывно оглядываясь по сторонам.

— Здравствуйте, люди добрые! — раздался незнакомый голос.

Севка поднял взгляд на женщину, выглянувшую из-за двери.

— Лихачевы? — спросила она и, не дождавшись ответа, продолжила: — Опаздываете, вон ваш шкаф со сверчком, переодевайтесь шустрее и проходите, все на зарядку ушли, а я вам завтрак оставила, — выдала она и скрылась за дверью.

Севка замолчал, рассеянно глядя, как мама быстро метнулась к шкафчику и начала раскладывать вещи, затем помогла переодеться и, сначала взлохматив, пригладила Севке волосы, чмокнула в макушку.

— Ну давай, смелее, а я побежала, — сказала она, проводив его в группу.

Дверь за спиной закрылась — Севка осмотрелся. Группа была огромная.

«В десять тысяч раз больше прошлого садика!» — с восторгом подумал он, таращась по сторонам. Окна по обе стороны группы, такие же большие, как в раздевалке. Игровая с одной стороны, с другой — столы со стульчиками, прямо — дверь, пока неизвестно куда, еще несколько дверей сбоку от него. А сколько здесь игрушек, книг, машин, кубиков! Севка смотрел во все глаза.

В группе оказалось ещё двое детей. Темноволосый мальчишка сидел за столом и ковырялся вилкой в своей тарелке, другая его рука была перемотана бинтом и лежала в гамаке из платка. Была ещё девчонка. Со светлыми, такими же, как у Севки, волосами, только её волосы были длиннее и лохматей. Она, видимо, поливала цветы, а сейчас стояла с лейкой в руках и с интересом смотрела на Севку, впрочем, как и мальчишка.

— Ну чего замер, малец? Проходи. — раздался знакомый уже голос. — Я нянечка ваша, Нина Константиновна меня зовут, а ты у нас Всеволод?

— Я Сева, — сказал он и сделал пару шагов. Несмело. С бешено стучащим сердцем.

— Проходи, проходи, Сева, — звала женщина, стоя около стола. В руках она держала тарелку с какой-то кашей. Она поставила её на стол и отодвинула стульчик

Севка сел на указанное место, как раз напротив мальчика, и заглянул в тарелку. Потыкал вилкой в содержимое. Принюхался: каша оказалась омлетом. Чуть-чуть сняв пробу, Севка одобрительно кивнул и начал есть.

— Нравится? — спросила женщина.

Севка пожал плечами:

— Нормально. Бабушка такой делала.

— Вот, Максим, бери пример. Десять минут уже ковыряешься.

— Я такие яйца не люблю, — протянул мальчишка, недовольно морщась.

— Я тоже много чего не люблю. Например, когда маленькие мальчики не доедают еду на своих тарелках. Так что ешь, а я пойду вам какао налью. Когда вернусь, чтобы тарелки были чистые. Кто первый съест, получит от меня сладкий приз. — заговорщически прошептала она, поднялась и скрылась за дверью рядом с той, через которую Севка попал в группу.

Севка улыбнулся: призы он любил, сладкие тем более, ведь он почти доел свой омлет. Его захватил дух победы. Он наклонился к тарелке, засунул в рот последний большой кусок и принялся жевать, полностью довольный собой.

Девчонка прошла мимо стола, и в следующий момент Севка вздрогнул от крика Нины Константиновны. Он оглянулся.

— Кирочка, что же ты так? — причитала женщина, подхватив на руки девчонку и перешагивая лужу. На полу валялась лейка.

«Вот неуклюжая», — подумал Севка.

— Давай аккуратнее, — Нина Константиновна, подобрала лейку и вручила девчонке: — Иди набери новой воды.

Девчонка кивнула, но не шелохнулась, а нянечка скрылась в комнате, но тут же вернулась с двумя стаканами и чайником.

— Ну что тут у нас? — подходя, спросила она и восхищённо выдохнула: — Да неужели!..

Севка улыбался во весь рот.

— Максим, какой ты молодец!

Севка посмотрел в тарелку мальчишки: она была пустая, а вот в его тарелке горой громоздился омлет! — Улыбка его погасла быстрее, чем заканчивается шоколадная конфетка. Он сжал вилку.

Нина Константиновна, разливая какао, хвалила соседа, а тот улыбался и смотрел за спину нянечки. Севка проследил за его взглядом и увидел усмешку на лице девчонки. Она чуть подняла руку, показав класс. Севка снова вернул взгляд на соседа и заметил, как над кулаком, на забинтованной руке мальчишки, оттопырился большой палец.

Плодожорки знакомятся