скачать книгу бесплатно
Солоухов, поставив задачу отделениям, тоже занялся оборудованием собственной позиции, вернувшись с Капустиным на прежнее место, откуда вел наблюдение за склоном и открытым пространством, отделявшим его от «зеленки». Он, повернувшись на бок, вонзил штык малой саперной лопатки в грунт, и тут же вся округа взорвалась автоматными очередями. Несколько фонтанов земли от пуль, пущенных со склона, ударили комками в лицо майора. Запищала рация.
– Поиск на связи!
Докладывали командиры отделений, оставленных им, майором Солоуховым, на флангах. И докладывали без позывных, открытым текстом:
– Командир, говорит Никитин. Атакован группой боевиков численностью не менее двадцати человек. Имею двух убитых, одного раненого!
И сразу за ним:
– Майор, я – Ольшанин. Отделение обстреляно со стороны леса, потерь нет. Развернул часть бойцов, открыл ответный огонь. Но неизвестных много и бьют они, не жалея патронов.
Рядом, под свист пуль, срезавших ветки кустов, упал сержант Чупин. Отведя в сторону станцию, майор спросил:
– Что у тебя?
– То же, что и у всех. По нам бьют со склона, причем с двух уровней. Похоже, мы попали в ловушку, командир.
Солоухов бросил ему:
– Организуй прицельный огонь по этому проклятому склону. Охлади пыл «духов». И следи за флангами. Пошел.
Отправив Чупина, майор ответил командирам первого и третьего отделения. По порядку вызова.
– Никитин! Массированным ответным огнем заставь боевиков залечь. Пусти дым. И сразу начинай отход к перевалу. Но из леса не выходи! Я вызову вэвэшников, они подойдут с той стороны. Продержись до их подхода. Тебе все ясно, Юра?
– Ясно, командир. Как быть с убитыми?
– Придется оставить. Им уже не поможешь. Потом подберем. Действуй, сержант.
– Есть!
Укрывшись за ствол сосны, одиноко росшей среди кустов, майор переключился на первое отделение:
– Олег? Ольшанин?
– Слушаю вас!
– Как обстановка?
– А хрен его знает, если честно. Но первый натиск «духов» вроде отбили. Они либо отошли, либо меняют позиции.
– Потерь, говоришь, нет?
– Нет.
Секунду подумав, майор приказал:
– Ты вот что. Используй паузу, сместись левее, немного восточнее, но так, чтобы не раскрыться перед противником, используй любое естественное укрытие. Пойдет вторая атака, гаси ее. Не сможешь, отходи в сторону балки, применяя дымовые заряды. К этому времени, думаю, подойдет авиация огневой поддержки. И учти: я буду прорываться к тебе. Так что смотри, по своим не открой огонь.
Сержант спокойно ответил:
– Вас понял, командир. Выполняю приказ.
А со склона продолжали бить автоматы бандитов. Отделение Чупина огрызнулось, но грамотно, экономя боеприпасы. Майор взглянул на Капустина. Рядовой не укрылся в кустах, не бросил оружие, а такое вполне могло произойти, ведь это первый бой молодого парня. Капустин же не спрятался и не растерялся, а, забившись под корягу, прицельно, короткими, в два патрона, очередями бил по склону. Солоухов невольно улыбнулся. Ну, если Капустин держится, то врагу взвод не взять. Но надо вызывать поддержку. И в первую очередь – подразделение внутренних войск на равнину за каньоном, чтобы помогли отделению Никитина и оттуда начали развивать наступление на банду в «зеленке».
Майор достал аппарат спутниковой связи и начал набор номера, как вдруг слева, там, куда должно было выйти третье отделение, раздались взрывы. Один, второй, третий… пятый! Солоухов сразу определил, что рвутся противопехотные мины. И рвутся оттого, что Никитин со своими ребятами налетел на минное поле! Обхватив голову ладонями, майор застонал.
Капустин испуганно спросил:
– Что это, товарищ майор? И что с вами? Вы ранены?
Голос рядового привел майора в чувство. Он взглянул на Капустина.
– Спрашиваешь, что за взрывы? Это… ребята Никитина подорвались на минном поле. А я цел и невредим.
От услышанного у молодого парня расширились глаза:
– Как это… подорвались?
Солоухов крикнул:
– Как, как! Молча! И не отвлекайся, огонь по склону!
Рядовой приник к автомату, продолжив обстрел прежней цели. А майор, изменив решение, вызвал командира звена огневой поддержки:
– Снегопад! Я – Поиск! Ответь!
– Снегопад на связи.
– Взвод попал в засаду. Ведем неравный бой, имеем большие потери. Срочно нужна помощь.
– Понял тебя, Поиск. Через двадцать минут будем в квадрате 133. Укажи цели.
– Укажу, как увижу вас. Выходите на стык секторов 133-Б1 и 133-Б2. При подлете вызови меня.
– Понял. Держись, Поиск.
– А что мне остается делать?
После сеанса с пилотом «Ми-24» Сергей запросил по обычной рации:
– Буря, я – Поиск! Я – Поиск! Буря, прием!
И услышал слабый, еле пробивающийся в эфир, голос взводного:
– Слышу вас, майор. Хотел сам … вызвать… не смог.
– Что случилось, Слава, где ты?
– Недалеко. Когда… когда начался обстрел, я … подумал о тыловом замыкании. Пошел туда. Боевики… завалили Козлова и Шарапова, их… их было трое. Я… я срезал духов очередью, но… один успел… успел бросить гранату! Прямо под ноги… мне. Прыгнул в сторону… но поздно! Взрыв разворотил живот. Кишки свои вижу… кровь… я уже вне игры… командир… спасай, кого можно спасти, и прощай, я…
Голос замолчал. Солоухов услышал, как микрофон издал щелчок – видимо, рация выпала из рук умершего от смертельного ранения старшего лейтенанта!
Майор в бессильной ярости ударил руками по земле:
– Какая же сука сдала нас? Кто подставил Дервишу? Знать бы! Лично порвал бы в клочья падлу продажную.
Капустин взглянул на взбешенного командира и продолжил вести огонь по склону, поняв, что сейчас задевать майора не стоит.
А Сергей огромным усилием воли заставил себя продолжать управлять боем. Он хотел вызвать Ольшанина, но тот опередил его:
– Командир! Ольшанин!
– Ну?
– «Духи» не дали завершить маневр, вновь навалившись второй волной атаки. У меня двое двухсотых, чечены теснят нас. Хочу отойти к кустарнику у самой окраины «зеленки»!
Солоухов закричал в микрофон:
– Не сметь! Ни в коем случае не пятиться назад. Сзади минное поле! Ты понял меня?
– Понял! Так вот что означали взрывы с запада! Е… в рот! Кажись, «духи» хорошо спланировали ловушку и знали о всех наших перемещениях. Но что мне делать? Отделение не справится с натиском духов. Их тут чертова туча. Чуть ли не за каждым деревом по бородачу. А у меня всего пять бойцов. Не устою!
Майор, взявший себя полностью в руки, отчетливо проговорил:
– Спокойно, Олег. Держишь, сколько можешь. Я снимаю отделение от колодца и иду к тебе. Зайду с фланга. Нам надо прорваться в балку. Совсем скоро появятся «Ми-24». Они быстро переломят обстановку, а под их прикрытием подойдут и ребята из внутренних войск. Главное – продержись минут пять.
– Попробую. Но… ладно. Я все понял. Конец связи.
Солоухов вызвал Чупина:
– Дима, отводи отделение в «зеленку» метров на тридцать, разворачивай его, и вперед, строго на восток. Там из последних сил отбивается Ольшанин. Ударь по «духам» с фланга и начинай прорыв вместе с Ольшаниным к балке. По ней отход и на равнину. Только смотри: поверху хоть по одному дозорному пусти. Хрен знает этих «чехов», может, и там они подготовили нам сюрприз.
Чупин спросил:
– А если при отходе нам на хвост сядут боевики, вытеснившие Никитина на мины?
– Прикажи передать мне пулемет и весь имеющийся боезапас к нему. Буду прикрывать ваш отход.
– Но…
– Никаких «но», сержант. Давай сюда РПК с магазинами, забирай Капустина и рви галопом к Ольшанину! Вперед!
Чупин нырнул в кусты. Вскоре оттуда появился солдат с пулеметом и подсумком с двумя запасными магазинами, доложив:
– Товарищ майор, сержант Чупин приказал передать пулемет вам. Он полностью заряжен. Восемьдесят патронов…
Майор перебил солдата:
– Я знаю, сколько патронов в пулеметных рожках. Давай с моим вторым номером рви следом за сержантом.
Солоухов обернулся к Капустину:
– Чего развалился, стрелок? Не слышал, что я приказал?
– Никак нет!
– Пойдешь с отделением Чупина.
– А вы?
Сергей сорвался:
– Капустин, твоего папы погоны в растакую мать, сколько ты еще мне будешь мозги сношать своими идиотскими вопросами? Ты уже достал меня вконец! Давай вместе с бойцами к Чупину! Сержант поставит дальнейшую задачу.
Но Капустин и здесь, как на базе временной дислокации полка в отсеке начальника разведки, вновь проявил упрямство:
– Я буду прикрывать ребят с вами.
– Что?!! Опять за свое? Да я пристрелю сейчас тебя, как щенка.
Капустин сказал спокойно:
– Зачем патрон тратить? Боевики это и без вас сделают. Но подумайте сами: что вы один сможете предпринять против бандитов? Они просто обойдут вас и догонят отделение Чупина. И тогда конец всем. А вдвоем мы не дадим обойти себя, на какое-то время сдержим бородачей! А там и «вертушки» подлетят…
Солоухов смог лишь покачать головой. Затем, сплюнув, приказал солдату, принесшему на позицию пулемет:
– Иди один. И пусть Чупин немедленно начинает движение. А с этим… полуфабрикатом, – майор гневно взглянул на Капустина, – я разберусь позже, если, конечно, из него до этого «духи» не сделают решето.
Боец Чупина нырнул в кусты.
Вскоре сержант доложил:
– Начал сближение с Ольшаниным. Бой там, если слышите, идет нешуточный.
Еще бы майор не слышал грохот смертельной схватки, которую вели солдаты первого отделения разведвзвода, ведь до места этой схватки было от силы метров триста-четыреста. Вот только удалось бы Чупину пройти эти жалкие сотни метров. На войне каждый шаг может оказаться последним в жизни. А тут этих шагов предстояло сделать не менее четырех сотен. Значит, пройти через четыре сотни смертей. Удастся ли это девятнадцати-двадцатилетним пацанам, в свои годы уже познавшим столько, сколько не дано познать большинству людей за всю жизнь. Должно удасться! Иначе…
Солоухов, не оборачиваясь, приказал невольному напарнику:
– Следуй за мной, Капустин. И учти: дальше никакой самодеятельности и инициативы. Делаешь только то, что прикажу! Иначе пристрелю тебя! Усек?
– Так точно, товарищ майор!
– За мной, пригнувшись, вперед!
Дервиш, находившийся на террасе, увидев отход передового отделения русских, с которым бойцы Омана вели перестрелку, так и не решившись на штурм разведчиков, рискуя понести большие потери, вызвал командира диверсионной группы, вытеснившей одно фланговое отделение российского взвода на минное поле.
– Шалва?