Т. Макаровских.

Вампир в наследство. Будьте осмотрительней в социальных сетях



скачать книгу бесплатно

© Т. Макаровских, 2016

© Т. Макаровских, иллюстрации, 2016


ISBN 978-5-4483-5069-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Все персонажи вымышлены, а совпадения случайны…

Просьба не повторять описанные в романе трюки :)

Пролог

Смоленская губерния, 1814 год

Полная луна стояла над покрытым имеем лесом. Ее серебристый свет падал на протоптанные жителями Ольховки тропки между домами, узкие вереницы собачьих следов, корявых снеговиков, слепленных ребятами в ноябрьскую оттепель… Стояли рождественские морозы, и редкий крестьянин осмеливался покинуть свою избу. Где-то в лесу заунывно выли хищники. Отчаянная девица, выскочила из дома на перекресток и, прильнув к земле, прислушалась. Интересно, услышала ли она звон бубенцов, сулящий скорое замужество, но вскоре она сорвалась с места и кинулась обратно в избу.

В рождественский сочельник во всех домах горел свет. Семьи собрались на праздничный ужин. Во всех, кроме одной, стоявшей на самом краю деревни, у кладбища в густом лесу. Там жила деревенская знахарка Аграфена Федотовна. Жилище молодой мудрой женщины старались обходить стороной. И только когда в дом приходила беда, Аграфена оказывалась первым человеком, к которому бежали за помощью. Первой, после батюшки, конечно же.

Черноволосая женщина лет сорока, в роскошном платке, расшитом громадными алыми цветами, сидела за столом. Тусклый свет свечи вычерчивал в темноте ее круглое розовощекое лицо и руки с полными пальцами. Напротив нее сидел совсем еще молодой улан, князь, бледный как смерть, с черными как две пропасти глазами.

– Князь, вас же убили! Дюжину дней назад! – в очередной раз повторила Аграфена, бледная как полотно. – Изыдите!

Она перекрестилась, плюнула через плечо, отмахнулась от него вязанкой чеснока, но он не исчезал.

– Изыди, нечистая сила! – прошипела женщина, испуганно глядя по сторонам и пытаясь припомнить, куда же она поставила осиновый кол. – Изыди! Не трожь мою дочь, забудь путь в эту избу. Сгинь! Сгинь, проклятая нечисть! И из села проваливай! Не то убью вас, барин!

– Аграфена Федотовна, – убитым голосом молвил князь, – вы единственный человек во всей округе, кто способен помочь мне. Да, меня убили! Но я не умер! За что мне это проклятье?

– Грешник вы, князь, оттого Бог не берет вас ни в рай, ни в ад! – снова перекрестившись, фыркнула Аграфена и посмотрела на икону в красном углу избы, откуда уныло с иконы на нее глядела Богоматерь. – Уходи. И деревню свою оставь!

– Мудрая женщина, подскажите, что мне с этим делать? Каждый раз, когда полная Луна восходит над Ольховкой, я просыпаюсь, меня тянет прочь из склепа, меня мучает жажда, жажда крови! Меня зовет убивать. Но я не хочу.

Помогите мне, Аграфена Федотовна, пока я не уничтожил свою Ольховку. Всех моих сто двадцать пять душ!

– Упырь, значит, – ухмыльнулась знахарка, – только странный какой-то, на которого не действуют наши христианские заговоры. Чеснок, наверняка, жрете еще горстями. Страшный вы упырь, князь. Кол бы вам осиновый в сердце вколоть, да чует мое сердце, что и это вас не успокоит. Прогнала б я вас, да Ольховку спасать надо. Вернетесь вы и за собой всех крепостных уведете в свое царство упыриное. Зараза дьявольская! И кто вас так умудрился-то? Неужто тот румынский граф заезжий-то, что сбежал словно крыса паршивая? Но зачем ему? Человек, вроде бы, приличный.

Знахарка поставила напротив князя зеркало. Как она и ожидала, там отражалось все, кроме барина. Упырь. Вскоре две свечки были поставлены по краям зеркала, а пред князем женщина положила чистый лист бумаги и поставила чернильницу с пером.

– Вам не понравится мое заклятье, но вы обязаны его записать, не дрогнув. Вы должны сделать все, что я вам скажу. Я видела ваше будущее. Оно у вас есть. Но я не могу описать его. В нем много вещей, которых я не знаю, в нем столько всего, чего я боюсь и не понимаю. Мне показали картинки. Непонятные моему разуму. Я видела вас среди живых, с той, которую вы любите. Но так будет, только если вы сейчас пожертвуете самым дорогим.

– Я согласен на что угодно, дорогая моя Аграфена Федотовна. Я хочу жить! И любить людей!

Женщина хитро посмотрела на упыря. Он готов был отдать все, что у него было, ей, крепостной крестьянке, чью мать приобрел пару десятков лет назад его отец. Такова жизнь. В один момент князь и его крепостной могут поменяться местами. И тот, кто носит титул, будет молить о спасении у того, кто пахал на него.

– Тогда ваш друг должен заколотить в твой гроб тринадцать серебряных гвоздей, повесить на него серебряную цепь с замком. Тоже серебряным. И ключ забрать себе. В качестве реликвии.

– Но как граф Андрей узнает об этом?

– А вы ему письмо напишите, от таинственного доброжелателя! – улыбнулась Аграфена. – Ладно, у нас мало времени, князь Дмитрий. Слушайте дальше. Потом. Он должен уехать. Подальше отсюда. В Сибирь. Чтоб его никто не нашел.

– В ссылку? За то, что был секундантом? Его судят?

– Нет, что вы, князь, – развела руками знахарка, – уехать, пока не расследовали вашу дуэль с румынским графом, уехать, чтобы спасти её! Вашу Оленьку! Он должен забрать княжну Ольгу с собой, он должен жениться на ней!

– Нет! – вскрикнул князь Дмитрий.

Он не хотел видеть свою возлюбленную ни с кем другим, кроме себя. Из-за нее он и принял вызов румынского графа. Из-за нее погиб. И теперь отдать ее, самое дорогое в его жизни, лучшему другу. Просто так. Жестоко. Отдать самое дорогое. Именно так сказала сельская ведьма.

– Да! – перечила ему Аграфена. – Мне было видение. Страшное. Ужасное. Представьте, князь Дмитрий, снежную целину, которой нет ни конца, ни края. И в этом безлюдном поле сидит ваша Оленька. Без титула. Обычная девушка. Просто Оленька. Она одета в широкие штаны и рубаху. Она каторжанка, ссыльная. Ноги ее в кандалах к деревяшке прикованы. Она стоит на коленях, в слезах вся, ревет, смотрит в небо звездное да вас, князь, оплакивает. Рядом с ней ваша румынка проклятущая. И в руке у нее – револьвер.

Князь, онемев от ужаса, слушал каждое слово крепостной крестьянки. Ему представлялась жуткая сцена. И если бы у него в груди билось сердце, кто знает, пережило бы оно такую весть о любимой невесте.

– Вы сами сказали, что готовы отдать все за жизнь! Сейчас вы мертвы, князь. Граф Андрей жив. Отпустите с ним возлюбленную! Чтобы злой рок не нашел ее. Иначе она станет такой же, как вы. Вы будете хищниками. Вы станете пить чужую кровь. И однажды ее найдут и сошлют в Сибирь. Где она встретит то, что явилось мне во сне. Вы не найдете ничего, кроме смерти! У вас не останется никаких чувств, кроме чувства жажды. Если любите, отпустите. Дайте ей полюбить, продолжить род… Только в этом случае ваша суженая найдет вас и освободит от проклятья. Помогите княжне Ольге скрыться от проклятья, что наложили на вас. Она любит. Она вернется. Когда придет время. Когда она сможет вернуть и тебя, и Ольховку. Когда она станет сильной женщиной, которую вы полюбите еще больше. Она за вас отдаст всё самое дорогое! Она не побоится смерти. И вы начнете жить заново. Как человек, а не как упырь. Вас заколдовали, на вас висит приворот. Вы стали рабом своей ошибки. Неопределенности. Вы не знали, кого любили. Потому и погибли. А теперь пишите завещание…

Глава 1
Снежная королева
и ее королевство

Ты такая нежная королева снежная

Распустила волосы по белым по плечам

Распустила волосы. но не слышно голоса,

Поцелуям заняты губы у тебя, губы у тебя.

Тимур Агасиев


Златоуст, 2014 год

Узкая горная дорога извивалась змеей вокруг острых камней, исписанных многочисленными именами побывавших здесь туристов. Васи, Пети и Алёнки. Машки, Саньки и Катьки. Иры, Андрюхи и Вованы забрались на отвесные скалы с баллончиками, чтобы отметиться: да, они в этом месте перешли из Европы в Азию или обратно. Почувствовали ли они при этом нечто особенное? Нашли ли портал из одного континента в другой? Скорее всего, да. Иначе бы не стали увековечивать себя корявыми надписями на камнях. На серую, с двойной белой полосой дорогу взирали с высоты, пробившиеся сквозь скалы худощавые березы, маленькие, но сильные сосны. Слабый ветер, очутившийся между горных хребтов, ласково смахивал снег с веток деревьев. Отчаянная рысь бежала, ловко минуя сугробы, вдоль трассы в поисках выброшенной людьми на обочину пищи. Она мечтала об одном: перевернулась бы где-нибудь на вираже фура с колбасой. Но вдруг животное резко остановилось у обочины и замерло, словно статуя.

Бешеной бурей пронесшаяся черная иномарка с закрепленным на верхних реях сноубордом подняла столб искристого снега с обочин и, со скрипом тормозов войдя в поворот, через секунду скрылась за ним. Засыпающий водитель фуры «Гипермаркет МОЙ» встрепенулся, когда низковатая для гонок на российских бездорогах машина, подрезала его и умчалась прочь. Но мечта рыси снова не сбылась. Фура не перевернулась. Печально. Совсем зимой проголодаться можно.

– Эх, Наташка-Уреньга, безбашенная девчонка, – проворчал дальнобойщик то ли себе под нос, то ли желая обсудить водителя черной иномарки со своим сменщиком.

Но тот беспробудно спал после ночного путешествия через уральский хребет в обнимку с резиновой полутораметровой Барби в фуфайке.

О Наташке по прозвищу Уреньга, приписанному ей в честь самого опасного перевала на трассе, не знал только начинающий дальнобойщик. Как выглядела эта бестия, никто не видел. На сайте дальнобойщиков водители выложили около тысячи фотороботов безумной девицы. Все были наслышаны о старинном черном Скайлайне со сноубордом на крыше. Машина со сшитым яркой розовой проволокой задним бампером молнией летала по самым опасным горным дорогам по ночам. За рулем сидела невысокая блондинка с длинным хвостом, по слухам, звали ее именно Натальей и было ей около двадцати лет. Но кто она, откуда, и зачем девчонке бросать вызов смерти чуть ли не каждую ночь – никто из проезжих сказать не мог. Потому биография Наташки обросла самыми невероятными подробностями вплоть до абсурда, что она внебрачная дочка Шумахера и одной из челябинских поклонниц Формулы-1. Среди дальнобойщиков ходили легенды, будто женщина на гоночной машине и вовсе призрак гонщицы, покровительница водителей, которая не дает им заскучать и уснуть. Но почему девушка? Девушкам обычно свойственно приходить на соревнования по дрифту, и с замиранием в сердце смотреть, как парни поворачивают боком, поднимая столбы пыли, брызг или даже снега. Нет, Наталья была не единственной женщиной в этом спорте. Но единственной, кто оттачивал свое мастерство на горной дороге. Высок риск сорваться, развернуться, врезаться во встречный транспорт, влететь в острые скальные стены. И еще этот чёртов сноуборд на крыше зачем-то таскала за собой странная девица. Скольких ловили, о скольких писали в Сети, но неуловимая Наталья бессменно оставалась призраком горных дорог на Урале. Многочисленные карикатуры и фотороботы с сайта дальнобойщиков ушли и в социальную сеть. Но они все были настолько разными, что вызывали по тысяче противоречивых комментариев «Не похожа! У нее сиськи больше». Догнать сложно, заляпанные грязью номера не распознать на записях видеорегистраторов.

Правдоискатели удивлялись, как только в местном ГИБДД не поймали комету за хвост и не лишили Наташку прав для ее же благополучия. Ловили, говорили знающие, но бесполезно всё это. Запишут безумную гонку по горным перевалам на камеру, пришлют, дескать, «письмо счастья», а через пару дней является к ним в управление худенькая блондинка, метр-шестьдесят ростом, смотрит на всех скучающим взглядом да обжалование протягивает, где говорится, что девушка она приличная, по ночам спит, так сильно на работе выматывается. Но машина ж её. Вроде бы, соглашается девочка, да потом показывает на распечатке скриншота наклейку с бампера или крыла, которой у нее на машине отродясь не было, и ссылается на атаку клонами. Глядят на эту жалостную картину и снимают с неё штраф в пять тысяч. И так постоянно. Один полицейский умудрился заснять на камеру визит Натальи с письмом счастья, но в Сети ему никто не поверил: дальнобойщикам «сиськи побольше» подавай. Так почему ж не возьмут с поличным. Пытались, не раз пытались, только после того, как одна патрульная Лада Калина на первом же вираже вписалась в скалу, в златоустовском ГИБДД решили не ловить призрака. Вот так почти безнаказанно и жила уральская гонщица, каждые несколько дней меняя наклейки на бортах машины да ссылаясь на таинственного неуловимого подражателя с поддельными номерами и точно таким же как у нее сноубордом.

Черный Скайлайн резко завернул налево с трассы в деревню. Дальнобойщики могли перекреститься. А рысь опечалилась, оставшись без колбасы и свежего мяса. Опасность миновала. Непредсказуемая? Нет, вполне предсказуемая. А для девушки началась вторая серия экстремального шоу – дрифт по деревне, за которой находился уютный уральский горнолыжный курорт «Снежное королевство». Как только в горах выпадал снег, жители деревни прекрасно знали, что на курорт начиналось целое паломничество туристов из близлежащих городов. Но черный Скайлайн, прозванный тут в шутку Черной Молнией, знали все. Как в средневековых городах все жители закрывали окна и двери, когда в них ступал кто-то опасный и чужой, так и жители этой деревни ретировались подальше от дороги, когда слышали характерный визг тормозов. И только любители фотографии стремились поймать в объектив виртуозно входящую в поворот машину и вздымающийся за ней столб снега, стоя на пороге продуктового магазина «В гостях у йети», который построили в самом повороте.

– И чего она сюда ездит, как на работу? – ворчали местные. – Вроде и трассы там, говорят, так себе, короткие да пологие, а цены для детей миллионеров.

– На работу и ездит, – ходили слухи.

Наталья Воронова и, действительно, работала в горнолыжном курорте «Снежное королевство». Но не инструктором по сноуборду, как думали многие в деревне. И не каскадером-фрирайдером, как считали в шутку дальнобойщики. Она была заурядным бухгалтером, хотя и устроилась на работу специально туда, где можно было приобрести корпоративные скидки на скипасы по зимним выходным. Да-да, на эти невзрачные пластиковые карточки, за которые туристы отстёгивали в «Королевстве» круглые суммы, Наталья не платила ни копейки, она могла весь сезон жить на курорте и оттачивать мастерство катания на любимой доске. Нельзя сказать, что Воронова родилась в бедной семье и не могла себе просто позволить купить билет на подъемник. Но родители совсем не поддерживали ее опасных увлечений, а зарплаты девушки пока хватало только на бензин и постоянный тюнинг.

Вся череда безумных увлечений девушки началась, когда отправленная матерью записываться в секцию балета восьмилетняя Наталья специально ошиблась дверью и записалась в кружок стрельбы из лука. Потом вместо равнинных лыж в десять лет девчонка записалась в секцию катания на горных. И тоже совершенно случайно. Отцу удалось-таки устроить ее в коллектив бальных исторических танцев, но терпения Натальи хватило на одно занятие, где разучивали нудный полонез. Хождения с мальчиками за ручку из угла в угол настолько разочаровали девочку, что уже через неделю, она скакала в коллективе брейк-данса. Но родители не сдавались, пытаясь хоть как-то оградить дочь от опасности и вырастить из нее утонченную натуру, королеву. Королева и получилась: заснеженных дорог да горнолыжных трасс. Единственное, что смогли привить девушке родители – любовь к творчеству Лермонтова. И то, потому что Печорин – такая душка.

– Ты, как и твоя мать, должна выучиться на бухгалтера! – заявил отец, когда Наталья закончила школу.

А та, хоть и птица свободного полета, но знала место мужчины в доме. Он хозяин, он глава семьи. Его мнение важнее ее свободы. Она будет летать, расправив крылья. Но она вернется к своему хозяину.

– О-кей! – скривившись от недовольства, выдавила она, представляя себя скучным счетоводом в захудалом офисе.

И тут же вспомнила, что бухгалтеры нужны везде.

Родители и не думали, что она отдаст документы на экономический факультет. Слишком самостоятельной выросла их дочка. Это дикая рысь родилась и выросла в горах. И она не могла без гор, опасных, но нерушимых. И покорность Вороновой отцу немного не вписывалась в ее взрывной образ. Любительница бешеных скоростей, отчаянных полетов и свободы в семье была самой обыкновенной унылой занудой: спокойной и рассудительной. Отец спорил с матерью, что дочь вернется из университета с распиской о сдаче документов либо на факультет журналистики, либо физкультуры… но Наталья послушно подчинилась воле родителей. Недолго отец праздновал победу, потому что дочь в тот же вечер заявила:

– Я знаю, папа, что значит для вас с мамой «наследственный бухгалтер». Я оправдаю ваши ожидания. Не опозорю ваш род. Но вы не убьете во мне рысь. Позвольте мне в свободное время заниматься тем, что мне нравится… И работать я буду по специальности, но там, где мне хочется!

Дрифт да сноуборд, а еще стрельба из травматического пистолета, – одно увлечение опасней другого. Девушка компенсировала ими те скучные моменты в ее бурной жизни, когда ей приходилось учиться писать проводки, вводить в компьютер тысячи строк похожей информации и воевать с не совсем дружелюбной «Один-эской». Днем она, одетая в наглаженную белую блузку и юбку-карандаш, выполняла всю однотипную работу, зато вечерами она становилась собой, расправляла крылья и вволю давала выход своей бурной энергии. Никто б и не подумал, что бестия ростом в метр с кепкой в рыжей шапочке с кошачьими ушками, в спортивной куртке и черных кожаных штанах – та самая скучная картинка-блондинка в туфлях на высокой шпильке из офиса. Отец больше не перечил, хотя и твердил постоянно, что благородным девицам не по статусу искать неприятности на все части тела. Нет, он вовсе не боялся, что если он запретит дочери заниматься экстримом, она не станет бухгалтером. Наталья все равно выучилась бы, из принципа, потому что она упрямая. И из уважения к отцу. Ей надо было когда-то успокоиться, усмирить ту бурю, что рвалась наружу из ее души и сердца.

Отец знал, что недалек тот момент, когда Наталье придется успокоиться. Иначе она сгорит дотла. И этот день настал за месяц до Нового 2015 года.

Андрей Воронов, пятидесятилетний интеллигент, заводской главный бухгалтер, сидел в кресле-качалке напротив телевизора и наблюдал за захватывающей игрой в хоккей любимой команды с известным московским клубом. Когда хлопнула дверь в прихожей, он вздрогнул, но не обернулся. Заставил его встать яркий свет, который включили в гостиной.

– Наталья? – приподняв очки-половинки, отец посмотрел на дочь, которая совсем не свойственно для своей натуры, робко топталась в дверях и, словно хотела сказать многое, но с чего начать – не знала. – Что случилось, дорогая?

– Заходи, – не глядя на отца, сказала девушка.

Она отошла от двери и явила взору отца высокого крепыша в потертой кожаной куртке.

Андрей окинул подозрительным взглядом нежданного гостя. Обычный парень, ничем не примечательный. Таких на улицах Златоуста, особенно в рабочих районах, можно встретить на каждом углу. И лица не запомнить, обделенного не только мало-мальским обаянием, но и интеллектом. От парня тянуло никотином так, будто он только что перед подъездом выкурил пачку самых дешевых сигарет.

– Папа, это Костя, – сдавленно сказала дочь, не спуская с отца умоляющего взгляда.

– Приятно познакомиться, – Андрей протянул парню крепкую мужскую руку и пожал его серо-бурую рабочую ладонь. – Проходите, располагайтесь, Константин.

Хотя на лице отца явно читалось другое – он пребывал в недоумении, как подобное существо с немытыми руками, в старых трениках с белыми лампасами, небритое и прокуренное, посмело переступить порог его квартиры! Квартиры, доставшейся Андрею от отца, тоже главного бухгалтера, того же самого завода. Словно его дочь привела ему его же крепостного и заявила: «Папа, это граф!» Нет, не такого короля отец представлял для своей снежной королевы.

Медвежьей походкой Костя вошел в комнату и плюхнулся в первое попавшееся ему кресло. И рядом с ним тут же ласковой рысью устроилась на качалке Наталья.

– Папа, – девушка улыбнулась, глядя на озадаченного отца, – лучше сядь, нам надо обсудить очень важный вопрос.

– Я… кажется, догадываюсь, о чем пойдет разговор! – попытался начать отец, глядя на странного гостя.

Он совсем не подходил для темы разговора. Точнее, отец ожидал видеть на месте Константина кого-нибудь другого.

– Ну, папаша, не томи, я человек занятой и длинных прелюдий не люблю! – сразу стоило догадаться, что суровые уральские мужики предпочитают дело разговору, они привыкли действовать, брать всё, что они любят, нахрапом, а если оно не дается… лучше бы отдалось.

– Папа, я хотела познакомить тебя с Костей, потому что…

– Потому что мы решили пожениться! – угрюмо изрек парень. – Ты со мной так не мямлила, а была более боевой, Наташка.

– Ну да, – поджал губы отец, – от тебя я именно этого и ожидал, правда, не с обычным парнем, а с чемпионом по фрирайду.

Андрей слишком самоуверенно решил за дочь: если она однажды и приведет домой своего избранника, то это будет какой-нибудь бугай-сноубордист, румяный, упитанный, но такой же безголовый, как и Наталья. А если бы дочь не выбрала сноубордиста, то наверняка остановилась бы на романтичном байкере из Екатеринбурга, приезжавшим на три дня уходящего лета на рок-фестиваль. Или, может быть, оказался бы мил его дочери велосипедист или паркурщик. Либо хозяин яхт-клуба на Тургояке: такой татуированный блондин с длинной косой: по нему сходили с ума тысячи девчонок, но красавчик до сих пор был одинок. Но… никак не простой работяга с завода, от которого воняло пивом и сигаретами. Обычный мужик. Да, он и кран дома починит, и мебель соберет, и автомеханик не понадобится. Но что она в нем нашла? Он ей совсем не подходит! Или просто испугалась отказать? Или Наталья придумала какую-то интригу с участием этого, совсем не подходящего ей парня.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное