Светлана Талан.

Своя чужая жизнь



скачать книгу бесплатно

Вера захлопнула дверцу холодильника и положила на стол купленную для Лили книгу. Чувствуя, что засыпает, женщина без аппетита пожевала уже остывший картофель. Включив электрочайник, Вера побрела в ванную. Теплый душ придал ей немного сил, и она налила в чашку кипятка и опустила туда чайный пакетик «Липтон». С первым глотком Вера почувствовала, как по ее телу растеклось приятное тепло.

«Завтра будет все как обычно, – подумала она и сладко зевнула. – Утром нужно встать, одеть Аленку, накормить ее завтраком и вручить Лиле, чтобы та забрала ее с собой в школу. Себе в сумку – кусок колбасы с хлебом – и опять работа допоздна. А как хочется хоть немного отдохнуть!»

Вера думала о том, что если бы у нее был нормальный, работящий муж, то ничего этого не было бы. Она часто мечтала о мужчине, который любил бы детей – она родила бы их ему много-много. Вере хотелось не таскать ведра с цементом, а стирать детишкам носочки, мазать зеленкой разбитые коленки, заплетать по утрам косички, на ночь читать книжки. И ждать мужа с работы, усталого, но счастливого оттого, что в доме порядок, дети спят, на пороге его встречает верная красавица жена, а на столе ждет горячий ужин.

Это были мечты, которыми напичканы женские романы. Вера отодвинула в сторону пустую чашку. Мыть ее уже не было сил, и она решила, что сегодня сделает исключение, оставив грязную посуду на столе. Женщина взяла книгу и отнесла ее в комнату. Вера скользнула взглядом по последней странице обложки, и ее сердце на миг замерло в груди. Женщина не поверила своим глазам. Забыв об усталости, она быстро вернулась в кухню и зажгла свет. Сомнений не было: с обложки на нее смотрела ее сестра Надя!

– Не может быть! Этого не может быть! – шептали губы Веры. В висках громко стучало.

Мощной волной на нее нахлынули воспоминания о бесследно исчезнувшей сестре. С тех пор прошло девятнадцать лет, и Вера уже не надеялась ее найти. Но она не ошиблась: на фотографии была ее сестра-близнец! В отличие от Веры, у Нади были длинные светлые локоны. Вере пришлось сделать короткую стрижку, потому что с длинными волосами было неудобно работать. Приходилось прятать их под платок, но цементная пыль все равно оседала на волосах, и вечером женщина подолгу приводила их в порядок. У Веры и так было мало свободного времени, поэтому она уже давно с сожалением остригла косы, которыми когда-то очень гордилась.

Если не обращать внимания на прическу, на нее с фотографии смотрело собственное отражение. От волнения Веру бросало то в жар, то в холод. Неужели она сможет наконец найти сестру? Встретиться с ней, обнять, узнать, куда и почему та исчезла на столько лет. Но как это сделать? Вера посмотрела на титульный лист. Сестра носила другую фамилию. Значит, она замужем. Наде повезло больше, чем ей.

Вера больше не могла оставаться в одиночестве. Взяв книгу в руки, она тихонько вышла из комнаты.

– Кто? – услышала женщина за дверью соседки.

– Лилечка, это я, Вера, – ответила она вполголоса. – Открывай!

Дверь открыла заспанная Лиля.

– Что-то с Аленкой? – встревоженно спросила она.

– Тут такое! – сказала Вера взволнованно, вошла к соседке и закрыла за собой дверь. – Помнишь, я тебе рассказывала о своей пропавшей сестре?

– Которая ушла из дому и не вернулась?

– Что-то вроде того.

Посмотри. – Вера протянула книгу подруге. – Мы похожи?

Лиле моментально расхотелось спать.

– Как две капли воды! Надо же! Она стала писателем?

– Как видишь. По иронии или капризу судьбы я купила эту книгу тебе в подарок. Представляешь?!

– Ну ты даешь! И бывает же такое!

– Лиля, мне вот что пришло в голову: только ты сможешь мне подсказать, как узнать ее адрес.

– Адрес? – переспросила Лиля и задумалась. – Действительно, нужно ведь ее найти…

– Может быть, написать письмо в издательство и попросить сообщить адрес автора этой книги?

– И ты полагаешь, тебе его дадут?

– Я вышлю им свою фотографию и напишу, что она – моя пропавшая сестра.

– Ты будешь ждать ответа целый год.

– А что тогда делать?

– Завтра на работе я напишу письмо от твоего имени и отправлю его по электронной почте. Идет?

– Хорошо. Только не завтра, а сейчас и со мной!

– Ну Вера! – взмолилась Лиля. – Мне же завтра на работу!

– Ты понимаешь, что я ждала этого дня почти два десятка лет?

– Понимаю, – вздохнула Лиля и направилась к компьютеру.

Глава 7

Надя выехала на «лексусе» мужа со двора, закрыла ворота, потом, немного подумав, вернулась во двор и направилась к Асе. Домработница в это время поливала газонную траву, разбрызгивая фонтанчиками воду из шланга.

– Асечка, я немного прокачусь. Вениамин сказал, что сегодня ему машина не понадобится, – произнесла Надя, подойдя ближе.

– Ты надолго?

– К вечеру буду дома.

– С Элей едешь? – спросила Ася, сморщив нос от одного упоминания об этой женщине.

– Представь себе, нет! Я хочу побыть одна.

– Не иначе как будешь сидеть в кафешке и пить кофе декалитрами, что, заметь, не сделает тебя здоровее.

– Не угадала, – улыбнулась Надя. – Я хочу пообщаться с природой один на один.

– Это что-то новое, – заметила Ася. – Перекусить что-нибудь взяла или не догадалась? На природе аппетит просто волчий!

– Я об этом не подумала, – призналась Надя.

– Тогда подожди пять минут, – попросила Ася и метнулась в кухню.

Вскоре она вернулась с плетенной из лозы корзинкой.

– Вот, бери! Там и бутерброды, и только что сваренный компот.

– Спасибо. – Надя взяла увесистую корзинку в руки. – И ты считаешь, что я все это съем? – Она засмеялась. – Этим целую роту накормить можно!

– Ну ты же не на себе все это будешь тащить! – Ася недовольно надула губы.

Надя чмокнула ее в щеку:

– Ты у меня самая лучшая!

От этих слов широкое лицо женщины расплылось в довольной улыбке. Как же она любила эту семью! Ася и представить себе не могла, что было бы, если бы их с Герасимом не приютил Вениамин. Со временем она так привыкла к этому дому, что уже не чувствовала себя прислугой. Женщина по праву считала себя членом этой семьи. Только об одном она мечтала тайком: понянчить детишек.

Надя послала Асе воздушный поцелуй, и вскоре та услышала, как отъезжает машина.

Уверенно лавируя, Надя мчалась в потоке автомобилей. Их становилось все меньше и меньше, и женщина с облегчением вздохнула, выехав на загородную трассу. Здесь было менее интенсивное движение, и Надя прибавила газу. Навстречу ей неслись стройные тополя, выстроившиеся шеренгой по обе стороны шоссе. Эту дорогу она знала плохо, но по карте видела, что небольшой городок под названием Липки будет через пятьдесят километров.

Надя сама не знала, зачем она отправилась в эту поездку. Она считала, что навсегда перечеркнула прошлое жирной чертой. Надя не хотела о нем вспоминать – она не любила пилить опилки. В тот день, когда ее полуживую спас Вениамин, она дала себе слово никогда не рассказывать о том, что с ней произошло. Надо было очистить память, избавиться от воспоминаний, как от мусора: выбросить в урну и забыть. Но, как оказалось, прошлое то исчезало за горизонтом, то опять появлялось у нее в голове и жужжало, как надоедливая муха. Особенно тяжело было последнее время. По ночам Наде снились кошмары из ее прежней жизни. Они были настолько отчетливыми, что потом она целый день не находила себе места. А тут еще Вениамин стал надоедать расспросами. Что она могла ему рассказать? Что у нее внутри все замерло, а то, что было снаружи, – фальшивое, наигранное? Настоящей Нади давно уже не было в живых. Осталась холодная и красивая, как кукла Барби, обеспеченная, избалованная женщина в расцвете сил, которая жила в свое удовольствие. Прошлого у нее не было, а о будущем она мечтать не любила, просто плавно плыла по течению, не заглядывая далеко вперед.

Она неоднократно слышала, что преступников тянет на место преступления. Надя не была преступницей, но последний год ее не покидало желание поехать туда, где дождливой осенней ночью ее нашел Вениамин. С каждым днем эта мысль становилась все настойчивее, затмевая остальные. Чтобы избавиться от нее, Надя решила написать роман. На некоторое время ей удалось отвлечься, а потом эта идея стала еще более навязчивой.

Надя посмотрела в зеркало заднего вида. Кажется, «хвоста» не было. Иногда она видела людей, следящих за ней. Сомнений не было: Вениамин ее проверял. Надя не обижалась на мужа. По крайней мере, ей не приходилось перед ним оправдываться, ведь она никогда ему не изменяла.

Вот и знак с надписью «Липки». Надя повернула направо и сбавила скорость. Этот город был ей немного знаком: когда-то она снимала квартиру в старенькой хрущевке на втором этаже. В комнате стояли древний скрипучий диван с выпиравшими пружинами, два стула, стол, у которого часто отваливалась ножка, и старый, постоянно тарахтевший холодильник. Но именно в этой квартире Надя испытала огромное счастье. Ей не хотелось вспоминать, где находится этот дом, но руки самовольно повернули руль влево, и вскоре женщина оказалась возле здания, где, как ей тогда казалось, начиналась ее взрослая, независимая и такая красивая жизнь. Надя опустила стекло и посмотрела на знакомые окна. Это длилось всего несколько минут. Ей вдруг показалось, что соседи сейчас узнают ее и начнут приставать с расспросами. А этого Наде хотелось меньше всего. Снова подняв стекло, она рванула с места так, что у машины взвизгнули колеса. Вскоре маленький городок остался позади. Надя с облегчением вздохнула.

«Лексус» свернул на лесную грунтовую дорогу. Повеяло влагой и сыростью. Надя знала, что сейчас будет место, где подобрал ее Вениамин. Сердцу стало тесно в груди. Женщина уже пожалела о том, что затеяла это путешествие, но в то же время она понимала, что если вернется с полпути, то потом станет жалеть и ее опять будут мучить кошмары. Сегодняшняя поездка должна поставить точку на ее проклятом прошлом!

Даже летом в этом месте была лужа. Осенью она становилась такой большой, что ее невозможно было объехать. Именно ее когда-то Надя не смогла перейти, поскользнулась и упала. Женщина изо всех сил нажала на педаль газа и пролетела через эту лужу, словно перечеркнув ее колесами. Поскорее уехать от этого неприятного места! Но набрать скорость не удавалось. Скорее всего, по этой дороге мало кто ездил, поэтому она не была накатана. От лужи надо было проехать еще километров пять.

Надя остановилась, вышла из автомобиля. Вокруг был дремучий лиственный лес с зарослями кустов и метровой крапивой. Он казался зловещим, чужим. Подул ветер. Он нагнал тучи на еще недавно безоблачное небо, зашумел верхушками деревьев и начал безжалостно их раскачивать. Надя испугалась, что сейчас начнется гроза и она навсегда застрянет в этой глуши, которая когда-то была ей так близка. Женщина быстро села в машину и захлопнула дверцу.

За тремя большими елями, там, где начиналось Икино, Надя снова затормозила. Эти огромные деревья были визитной карточкой отдаленного, мало кому известного небольшого хуторка. Они и теперь упирались верхушками в потемневшее небо. Дальше Надя пошла пешком. Ее уже не терзали сомнения. Об этой поездке она подумывала уже давно, просто скрывала эту мысль даже от себя.

Женщина прошла мимо развалившегося домика бабы Любы. Конечно, ее уже нет в живых. Она и тогда была старенькой, ходила с клюкой. От нее пахло брагой – в доме у бабы Любы всегда было полно самогона, который она продавала. Дальше стоял дом, где когда-то жила Надя, Найденыш, как ласково называл ее отец. Заборчик от времени покосился, со всех сторон зарос лопухами и крапивой. Надя с трудом нашла калитку. Запустение говорило о том, что жильцы давно покинули этот дом. Раздвигая руками заросли бузины, Надя вошла во двор и отсюда увидела, что дверь распахнута настежь, а сам деревянный домик покосился и вот-вот развалится.

Дрожа всем телом, женщина переступила порог. Страх сковал ее по рукам и ногам, не давал ей дышать. Собрав оставшиеся силы, Надя посмотрела на большой кухонный стол без ножки. Рядом с ним, на том же месте, что и два десятка лет назад, стоял массивный деревянный стул. Надя отчетливо представила тучное тело матери, восседавшей на этом стуле, и ее окутал саван ужаса. Сколько Надя себя помнила, мать сидела с дымящейся папиросой «Беломора» за столом, на котором всегда стояли бутылка самогона и граненый стакан. Отсюда, со своего «трона» она давала указания домашним. У нее был грубый, хриплый голос. Изо рта матери постоянно сыпалась матерщина и проклятия, словно несчастья из ящика Пандоры. Мать кляла всех подряд: мужа (называя его тюфяком и тряпкой), Надю и ее сестру (за медлительность), соседку бабу Любу (за вонючий самогон), курей (за то, что мало несли яиц), дождь (за то, что шел не тогда, когда ей хотелось). Окружающие были виноваты во всех ее бедах. Надя не любила мать, она ее боялась.

Однажды их курица, которая исчезла несколько недель назад, вернулась домой с маленьким цыпленком. Наде пришлось кормить его из рук, поскольку наседке за неповиновение мать сразу же отрубила голову. Цыпленок привязался к девочке и ходил за ней следом… Осенью мать отрубила подросшему цыпленку голову. Надя плакала и просила не делать этого, но жестокая женщина потребовала, чтобы она присутствовала во время «казни». Девочка убежала в дом, но мать вытащила ее во двор и привязала веревкой к дереву.

– Не будь тряпкой! – сказала она и пошла за топором.

Плача, Надя зажмурилась, но мать сорвала пучок крапивы.

– Закроешь глаза – буду стегать по ногам крапивой! – пригрозила она.

Надя плакала, но смотрела. Она видела, как цыпленок доверчиво подошел к женщине, а когда она положила его на бревно, даже не вырывался. Взмах топора – и голова цыпленка отлетела, а тело, брызгая кровью во все стороны, забилось на земле в конвульсиях. Надя потеряла сознание. Очнулась она от того, что мать стегала ее крапивой.

– Я ненавижу тебя! – закричала девочка, впервые выразив протест.

Мать не осталась в долгу. Вечером она положила на тарелку Наде вареное крылышко несчастного цыпленка и заставила его съесть. Как только девочка брала мясо в рот, ее начинало тошнить. Мать стегала ее лозиной и снова запихивала мясо дочери в рот. Надю рвало, мать ее била. Возможно, эта экзекуция продолжалась бы еще долго, но тут с работы пришел отец. Получив от жены лозиной по плечам, он взял Надю на руки и отнес ее в спальню.

– Не надо плакать, моя маленькая графиня, – сказал он, вытирая шершавыми, мозолистыми руками ее слезы. – Скоро ты вырастешь и уедешь отсюда.

Его скупые ласковые слова успокаивали Надю – других она не слышала.

Только отец мог утешить девочку в минуты отчаяния. Пожалев дочку, он доставал деньги и давал их Наде.

– Сбегай к бабе Любе за чекушкой, – просил отец.

– Чтобы мама не видела? – переспрашивала Надя. Не потому что не знала. Она любила смотреть, как отец заговорщически ей подмигивает.

Он подсаживал дочь в окно, и та через кусты мчалась к соседке за самогоном.

Отец выпивал тайком и не закусывая. Потом начинал плакать и рассказывать Наде и Вере о том, что их прабабушка была графиней и что в жилах девочек течет благородная кровь.

– Вы мне не верите? – спрашивал он и доставал из кармана завернутую в бумагу старинную фотографию. – Вот, смотрите сами! Вы так на нее похожи…

Девочки, притихнув, слушали бормотание отца, до тех пор пока не врывалась мать и, вылив поток матерщины и проклятий на их головы, не начинала орать:

– Ты опять забиваешь этим дурочкам головы всякой ерундой?! Никакой графини в вашем роду не было!

– Ты ничего не знаешь! – не сдавался отец. – Вот снимок моей бабушки. Девочки – ее копия! Разве это не доказательство?

– Нашел где-то фотографию и носишься с ней, как дурень с писаной торбой! В вашем роду были зеки – это я точно знаю! – Мать тыкала пальцем в сторону отца.

– Я-то хоть за драку по молодости сидел, а ты – за убийство собственного мужа! – парировал отец. – В моих девочках течет благородная кровь!

– Сопли у них текут, а не благородная кровь! – смеялась мать.

Чаще всего такие перепалки заканчивались тем, что девочки забивались в угол от страха, а мать с отцом на повышенных тонах начинали выяснять отношения. Финал всегда был одинаков: мать, надавав отцу тумаков, швыряла его, обессиленного и пьяного, на пол.

После того как мать зарубила цыпленка, Надя возненавидела ее еще больше. К тому же после этого случая девочка ночью обмочилась. Утром мать заставила ее постирать трусики, а других не дала. Наказание продолжалось три дня. Все это время Надя ходила в школу без трусов. Ей казалось, что о ее позоре знает вся школа. Девочка ужасно боялась, что кто-нибудь из мальчишек это увидит, и тогда от насмешек не будет спасения. Поэтому все переменки она сидела за партой, боясь пошевелиться. Через некоторое время ночная беда повторилась. И опять Надю отправили в школу без нижнего белья. Позже девочка научилась хитрить: она заранее прятала трусики в сарае и, когда мать отправляла ее в школу без нижнего белья, пробиралась туда сама или просила об этом Веру. Затем засовывала трусики в портфель и по пути в школу, спрятавшись в кустах, надевала их…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4