скачать книгу бесплатно
Некоторые подробности из жизни учеников старшей школы
Светлана Рощина
В небольшом провинциальном городке в выпускном классе средней школы несколько учениц оказались беременными. Выяснение причин этого инцидента привело к расследованию жестокого убийства юной девушки, чья судьба оказалась связана с судьбой известного учёного. Третье дело сыщика-любителя Тимофея Савельевича.
Светлана Рощина
Некоторые подробности из жизни учеников старшей школы
Глава 1
Неприятный инцидент
– Можно выйти? – слабым голосом проговорила Вика Колонтаева, подняв руку прямо в середине фразы о том, что Раневская уезжает в Париж, которую с огромным чувством произнесла Маша Легостаева, читавшая за эту героиню Чехова.
Ирина Петровна Томилина, учительница литературы, сердито нахмурилась и недовольным взглядом посмотрела на часы, висящие в кабинете прямо над классной доской. До конца урока оставалось меньше десяти минут, и учительница рассчитывала, что за это время её ученики смогут до конца дочитать по ролям сцену прощания и отъезда Раневской. И конечно же, ей хотелось, чтобы при этом присутствовал весь класс, поэтому Ирина Петровна собралась сказать Вике, чтобы та дождалась звонка с урока, до которого оставалось всего-то чуть-чуть, и уже потом шла в туалет или по другим своим надобностям. Но когда Ирина Петровна снова посмотрела на Вику, то поняла, что не стоит медлить с разрешением. На девочке абсолютно не было лица. Она даже не побледнела, а позеленела, если можно было так выразиться.
– Ну, иди, – разрешила Ирина Петровна Вике, после чего дала Маше Легостаевой знак, чтобы та продолжила читать свою роль.
Но не успела Маша прочесть и пары фраз, как ещё одна рука взметнулась вверх. Катя Герасимова скромно подняла свою правую руку, чтобы привлечь внимание учительницы.
– Что ещё? – сурово спросила Ирина Петровна, после чего Маша Легостаева вновь прекратила читать.
– Можно мне выйти? – смущённо произнесла Катя, вставая из-за парты.
– Нет! – резко ответила Томилина. – До конца урока осталось пять минут! Потерпишь!
После этого Ирина Петровна опять повернулась к Маше и велела ей продолжить чтение, но через мгновение её вновь прервали.
– Но мне очень нужно! – с места проговорила Катя и прикрыла рот рукой, будто боялась, что из него может случайно вырваться неосторожное слово.
– Тебе плохо? – тут же спросила Ирина Петровна, чтобы понять, из каких побуждений ещё одна ученица пытается сбежать с урока.
Вместо ответа Катя закивала головой, но уже в следующее мгновение девочка как-то странно изогнулась, будто её ударило током, после чего согнулась чуть ли не вдвое, и её вырвало прямо на пол классного кабинета.
– Этого ещё не хватало! – воскликнула Ирина Петровна, а по классу прокатился неприязненный гул.
В ответ Катя хотела что-то сказать, но тут её снова вырвало.
– Чем ты сегодня завтракала, девочка? – спросила учительница и в её тоне появилась доля сочувствия.
Тут в класс вернулась Вика Колонтаева. Ирина Петровна посмотрела на неё, чтобы убедиться, что хотя бы с этой ученицей всё в порядке, но это было не так. На щеках у Вики горел лихорадочный румянец, и сама она выглядела не лучше Кати, которую всё ещё продолжало выворачивать наизнанку.
– Не дай Бог, это вирус! – расстроенным голосом произнесла Ирина Петровна и подошла к Вике. Она приложила руку ко лбу девочки. – Лоб горячий! – констатировала учительница. – Точно вирус! Не хватало ещё, чтобы нас закрыли на карантин!
В этот момент прозвенел долгожданный звонок с урока. Дети сразу же начали складывать свои учебники, стремясь поскорее покинуть класс.
– Так, девочки! – громким голосом проговорила Ирина Петровна, пытаясь перекричать суетливый школьный гул, сопровождавший любую перемену. – Вика и Катя! Вам нужно срочно посетить медицинский кабинет! И если у вас в самом деле грипп, то лучше вам отправиться домой и лечиться, чтобы не распространять инфекцию по школе! Быстренько собирайте свои вещи, и я сама провожу вас к медсестре! А ещё попрошу уборщицу вымыть и проветрить наш класс, прежде чем начнётся следующий урок. Ох, как это утомительно! – грустным голосом добавила Ирина Петровна, обращаясь уже не к девочкам, а скорее к самой себе.
А Вика и Катя медленно сложили свои тетради и учебники в школьные сумки и последовали за учительницей, которая решительным шагом вела их на осмотр в медицинский кабинет.
– Что случилось? – строгим голосом произнесла Вера Валентиновна, пожилая школьная медсестра, когда увидела на пороге своего кабинета учительницу литературы с двумя одиннадцатиклассницами.
– Вот, Вера Валентиновна, боюсь, у девочек грипп, – скорбным голосом сообщила Ирина Петровна, усаживая Вику и Катю на кушетку. – У обеих температура и рвота. Осмотрите их, пожалуйста, и нужно будет позвонить их родителям. И если это и в самом деле инфекция, нужно сказать директору.
После этих слов Ирина Петровна тяжело вдохнула и с горечью посмотрела на девочек. А Вера Валентиновна тем временем протянула Вике и Кате градусники.
– Только бы не эпидемия! – продолжала сокрушаться учительница литературы. – Выпускной класс! Апрель! Как мы будем сдавать экзамены?
– Думаю, не стоит раньше времени поднимать панику, – невозмутимым голосом проговорила медсестра. – Может, у девочек всего лишь кишечное расстройство. Пара дней и они будут в порядке!
– Очень на это надеюсь! – сказала Ирина Петровна, но в её голосе чувствовалась скрытая тревога. – Девочек в любом случае следует отправить домой. А я зайду к Вам чуть позже, чтобы узнать Ваше мнение по поводу их самочувствия, – добавила Томилина и нерешительно вышла из медкабинета.
Нужно было срочно вымыть класс перед следующим уроком, а заодно хорошенько проветрить помещение, если Вика и Катя и вправду были больны гриппом. Но Ирина Петровна запретила себе об этом думать, чтобы не расстраиваться раньше времени. Может, девочки что-то съели перед уроком, и их тошнота является нормальной реакцией организма на нездоровую пищу. Пусть отправляются по домам и выздоравливают. А если причина их нездоровья гораздо серьёзнее, что ж, нужно будет сообщить директору и объявлять в школе карантин. Но следует надеяться, что до этого не дойдёт. А пока требуется привести в порядок классный кабинет, и Ирина Петровна окликнула школьную уборщицу и попросила её убраться в классе, пока не начался следующий урок.
Во время следующего урока Ирина Петровна постаралась полностью отключиться от волнений за заболевших одиннадцатиклассниц и сосредоточиться на горестной истории тульского умельца по прозвищу Левша. Увлечённо рассказывая шестиклассникам о том, как тяжело жилось на свете русским крестьянам и как сильно отличались условия труда именитых мастеров нашей страны от условий труда специалистов из других стран, Ирина Петровна забыла обо всём на свете и, лишь когда прозвенел очередной звонок, вспомнила о том, что нужно непременно сходить к медсестре и узнать её квалифицированное мнение о том, грозит ли их школе эпидемия нового вируса или проблему заболевших девочек можно устранить с помощью нескольких таблеток активированного угля.
Озвучив домашнее задания для шестиклассников, Томилина вновь направилась к медкабинету.
Едва Ирина Петровна зашла в медкабинет и обнаружила, что Вики и Кати там нет, то напрямую спросила Веру Валентиновну:
– Ради Бога, скажите, что это не вирус!
– Вероятно, что так, – спокойным голосом произнесла медсестра, поворачиваясь к учительнице литературы. – Я не заметила у девочек признаков гриппа, но им всё равно необходимо показаться врачу. Они при мне позвонили родителям, и я разрешила им уйти, взяв с обеих слово, что они сходят в поликлинику. Пусть сдадут анализы и, если всё в порядке, возвращаются в школу. Полагаю, у нас с Вами нет никаких поводов для волнений. Девочки просто чем-то отравились.
– Это хорошо, – успокоенным голосом проговорила Ирина Петровна, но тут же спохватилась. – Конечно же плохо, что бедняжки съели что-то не то. Но и для них и для школы будет гораздо лучше, если их недомогание окажется лишь несварением желудка. Всё-таки выпускной класс, понимаете? У нас каждый день на счету! И было бы очень печально, если бы бедные дети потеряли хотя бы часть этого драгоценного времени из-за болезни от неизвестного вируса!
– Прекрасно Вас понимаю, – закивала головой медсестра. – Последний год в школе всегда очень важен. Думаю, девочки тоже это понимают и постараются внимательней отнестись к своему здоровью.
– Дай-то Бог! – сказала в ответ Ирина Петровна и покинула медицинский кабинет, чтобы пойти в учительскую.
По сравнению с коридорами школы в учительской было несколько тише, однако и здесь рассчитывать на уединение и тишину, так необходимые для подготовки к предстоящему уроку, преподавательскому составу школы не приходилось. Оживлённые разговоры учителей друг с другом и по телефону составляли тот фон, который всегда сопровождал любую перемену. Ирина Петровна Томилина тоже пришла в учительскую не для того, чтобы собраться с мыслями и повторить необходимый учебный материал перед следующим уроком, а для того, чтобы поделиться с коллегами своими переживаниями по поводу внезапного нездоровья двух своих учениц.
Ирина Петровна внимательно посмотрела на своих коллег и решила выбрать для беседы Михайлову Римму Фёдоровну, учительницу труда, которая редко захаживала в учительскую, так как её учебный кабинет находился в противоположном крыле школы. Однако Римма Фёдоровна показалась Ирине Петровне наиболее подходящим человеком, с которым можно было без опаски обсудить столь деликатный вопрос. В свои пятьдесят пять лет Римма Фёдоровна была человеком достаточно опытным, исключительно тактичным и неболтливым, хотя большинство женщин в её возрасте превращаются в заядлых сплетниц. К примеру, сама Ирина Петровна, хоть и была на десять лет моложе своей коллеги, не могла похвастаться подобными добродетелями.
Заметив, что Римма Фёдоровна не занята ничем важным и просто сидит на стуле, Ирина Петровна подошла к ней и сказала:
– Римма Фёдоровна, не уделите мне минутку?
– Безусловно, – проговорила Михайловна, словно только и ждала от Томилиной приглашения для беседы.
– Понимаете, – начала разговор Ирина Петровна, слегка понизив голос и присаживаясь рядом с Риммой Фёдоровной, – сегодня у меня на уроке произошёл небольшой инцидент, который, вполне вероятно, является лишь досадным совпадением, но я никак не могу выбросить его из головы.
– Что случилось? – слегка обеспокоенным тоном поинтересовалась Римма Фёдоровна.
– Дело в том, что двух девочек в одиннадцатом классе «А» вырвало прямо во время моего урока, – перейдя на шёпот, сообщила Ирина Петровна. – Я, конечно, отвела их обеих к медсестре на осмотр, и Вера Валентиновна полагает, что это всего лишь кишечное расстройство, но я боюсь, что это начало вирусного заболевания, потому что, признаться, в моей практике такое впервые: чтобы у двух учениц одного класса одновременно проявились схожие симптомы. Даже отравление несвежей пищей все переносят по-разному: кого-то тошнит, а у кого-то, простите, понос, а у третьего – и то и другое. А у людей, подхвативших один вирус, симптомы всегда схожие. И потому я хотела спросить у Вас: были ли на Вашей памяти подобные случаи? Я подумала, что если бы девочки отравились чем-то в нашей школьной столовой, то заболевших детей было бы гораздо больше, и Вера Валентиновна непременно бы об этом сообщила. Как Вы думаете?
– Возможно, Вы правы, – закивала Римма Фёдоровна, но высказать до конца свою мысль ей не дали, так как в разговор двух женщин бесцеремонно вклинивалась Елена Ивановна Печорина, молодая учительница физкультуры, которая внезапно оторвалась от своего смартфона и влезла в чужую беседу.
– Я, конечно, не врач, но, боюсь, это и вправду может быть началом эпидемии, потому что пару дней назад я тоже была свидетелем похожего случая.
Елена Ивановна говорила достаточно громко, из-за чего остальные учителя мигом прекратили свои неспешные беседы и отложили в сторону телефоны, чтобы ничего не пропустить из того, что скажет учительница физкультуры, которая не заставила своих коллег томиться ожиданием.
– Два дня назад, ещё перед первым уроком, я проходила мимо туалета для девочек и услышала доносившиеся оттуда подозрительные звуки. Я зашла внутрь и увидела Лину Трушину, склонившуюся над раковиной. Её только что стошнило. Я предложила Лине отвести её к медсестре, но она стала уверять меня, что это следствие слишком большой пачки чипсов, которую она съела накануне вечером. Затем Лина умыла лицо и стала выглядеть вполне прилично. В смысле, я хочу сказать, что она была совершенно не похожа на больную. И я подумала, что с подростками такое бывает: наедятся вредной еды, а затем их желудки выкидывают всё это обратно. Со всеми такое случается, разве нет? – вопросительно произнесла Печорина и обвела взглядом своих коллег. – Это же не повод вызывать скорую! Лина пошла на урок, и я сразу же забыла об этом случае, пока сегодня вы тут не заговорили о других ученицах, которым тоже стало плохо во время учёбы.
– Это точно грипп! – всплеснув руками, в ужасе проговорила Валентина Петровна. – Нужно немедленно сообщить Оксане Валериевне!
– Да, с этим тянуть не следует! – тут же поддержали её другие учителя.
И пока не закончилась перемена, несколько учительниц, включая Томилину, Михайлову и Печорину, а также ещё двух преподавателей, направились в кабинет директора Астафьевой Оксаны Валериевны.
– Оксана Валериевна, – едва войдя к директору, взволнованно проговорила Римма Фёдоровна, взяв на себя смелость говорить за всех, – у нас ЧП! У трёх одиннадцатиклассниц симптомы какого-то вируса! Нужно немедленно проверить всех старшеклассников и, возможно, придётся вводить в школе карантин!
– Кто эти девочки? – деловым тоном поинтересовалась Астафьева, мгновенно оценив масштабы возможной катастрофы.
– Вика Колонтаева и Катя Герасимова из одиннадцатого «А», – мигом сообщила Ирина Петровна.
– И Лина Трушина из одиннадцатого «Б», – добавила Елена Ивановна.
– А эти девочки дружат? – задала новый вопрос Оксана Валериевна.
– Точно не знаю, – неуверенно проговорила Ирина Петровна. – Разумеется, Катя и Вика общаются друг с другом, потому что учатся в одном классе, но насчёт Лины сказать не могу.
– Значит, эпидемия могла охватить гораздо больше детей, чем мы думаем! – мрачно проговорила Оксана Валериевна и на секунду задумалась, после чего сказала. – Нам нужно устроить срочный медосмотр всех одиннадцатиклассников! Не мешало бы, конечно, проверить всех детей, но начать следует именно с одиннадцатых классов. Поэтому поступим так. Сегодня занимаемся по расписанию, а завтра отправим всех учеников одиннадцатого «А» и одиннадцатого «Б» в поликлинику сдавать анализы. Попрошу Веру Валентиновну, чтобы она подготовила направления на всех. И будем ждать результатов, а заодно внимательно наблюдать за остальными учениками. Если и в других классах проявятся симптомы гриппа, то придётся решать вопрос о введении в школе карантина.
– Я так и знала, что добром это не закончится! – всплеснула руками Ирина Петровна, но продолжить свою горестную речь ей не довелось, так как в это время прозвенел звонок на урок, и преподавателям пришлось покинуть кабинет директора и вернуться к своим основным обязанностям.
А Оксана Валериевна отправилась в медицинский кабинет, чтобы переговорить с Верой Валентиновной по поводу внезапной вспышки заболевания в школе и попросить медсестру подготовить направления в поликлинику на всех одиннадцатиклассников.
Несколько дней прошли в тревожном ожидании, так как ни учителя, ни ученики и их родители не находили себе места из-за опасения эпидемии, внезапно поразившей учеников выпускного класса под конец учебного года. Но когда стали приходить результаты анализов, всё оказалось ещё хуже.
– Восемь одиннадцатиклассниц беременны? – не поверила услышанному директор школы, когда узнала причину недомоганий девочек из выпускных классов.
Разумеется, результаты анализов детей не попадают автоматически на стол к директору школы, а отправляются их родителям. Но Плющанск – городок маленький, и такая сенсационная новость просто не могла не разлететься по всему городу. В частности, Оксане Валериевне ранним утром об этом рассказала Серафима Андреевна, школьная уборщица, у которой соседка работает лаборантом в городской поликлинике.
– Я сама не могла поверить! – подтвердила верность этих слухов Серафима Андреевна. – Но Любаша сказала, что лично разговаривала с Викторией Сергеевной, мамой Кати из одиннадцатого «А», и та плакала, узнав, что дочь беременна! Спрашивала ещё, как взять направление на аборт! Конфуз ещё тот, я скажу! – резонно заключила Серафима Андреевна, глядя на ошеломлённого директора.
– Даже не знаю, что на это сказать, – только и промолвила Астафьева, пытаясь осознать эту поразительную новость.
– Да что уж тут говорить! Пелёнки покупать надо! Да замуж девок отдавать! Какая тут учёба?
– Что ж они до выпускного подождать не могли? – сказала Оксана Валериевна, прекрасно понимая, что не получит ответ на этот вопрос.
– Значит, не могли! Дело-то нехитрое! Чтобы детей плодить, ума много не надо! А у этих-то, видимо, и того меньше! – продолжала рассуждать уборщица, резонно полагая, что обсуждение такой пикантной новости гораздо интереснее мытья школьных полов.
– Это точно! – сказала директор и на автопилоте отправилась в свой кабинет, в глубине души продолжая надеяться, что слухи о беременности восьми учениц выпускного класса так и останутся слухами, а причиной их внезапного недомогания всё же окажется грипп или кишечная инфекция.
Но оказалось, что это были не слухи. Через пару дней весь город знал, что в школе номер три случился самый настоящий секс-скандал, так как восемь девочек, и отнюдь не самых последних учениц, оказались беременными. Пикантности ситуации добавлял тот факт, что лишь у двух девочек были парни. Остальные же ни с кем официально не встречались и даже отличались примерным поведением и хорошими отметками в школе.
Узнав обо всём этом, родители беременных девочек устроили своим дочерям допрос с пристрастием, чтобы выяснить имена парней, которые стали виновниками их несчастья. И под слёзы раскаяния девочки назвали имена тех, с кем они имели неосторожность переспать, не подумав о предохранении. И если две девочки просто назвали имена своих парней, то оставшиеся шесть девочек назвали всего три имени, чем вызвали ещё больше негодования, чем фактом своей беременности. Ну как, позвольте спросить, можно женить трёх мальчиков на шести девочках?
Сказать, что родители несчастных девочек пребывали в шоке, значит, не сказать ничего. Когда схлынула первая волна гнева и растерянности, родители принялись действовать. Чтобы защитить честь дочерей, они заставили девочек пойти в прокуратуру и подать заявления об изнасиловании. И как бы девочки не упирались, давление родителей и общественное осуждение всего Плющанска, которое обрушилось на них, заставило девочек подчиниться. И не успел закончиться учебный год, как трое парней из выпускных классов были вызваны на допрос к следователю прокуратуры. И здесь началось самое интересное.
Весь Плющанск был уверен, что девочек из выпускных классов соблазнили на какой-то молодёжной вечеринке, где их чем-то опоили. Иначе чем ещё можно было объяснить такой конфуз, как выразилась школьная уборщица? Однако на допросах мальчики заявили, что их одноклассницы сами просили вступить с ними в связь, на что они, как джентльмены, не могли ответить отказом. И что с подобными предложениями девочки подходили не только к ним, но и к остальным одноклассникам, просто их секс не имел последствий, и потому к ним и не было предъявлено никаких претензий.
Чтобы выяснить истину, молодая следователь Исаева Дарья Дмитриевна провела очную ставку между участниками всех этих событий, и оказалось, что девочки и вправду сами просили симпатичных одноклассников вступить с ними в связь, и никакого насилия с их стороны не было, так что впору было закрывать заведённые уголовные дела, но тут выяснились ещё более шокирующие обстоятельства.
Девочки признались, что просили мальчиков об услуге не потому, что захотели вкусить взрослой жизни, и уж явно не для того, чтобы стать матерями сразу после окончания школы, а потому что опасались за свою жизнь. Мол, в городе орудует маньяк, который охотится только на юных девственниц, из-за чего одиннадцатиклассницы и решили прыгнуть в постель к своим одноклассникам.
– Это ещё что за глупости? – недоумевала Дарья Дмитриевна, опрашивая одну за другой плачущих девочек, которые сквозь рыдания делились с молодым следователем причинами своего непристойного поведения.
– Вам легко говорить! Вы взрослая, к тому же следователь! Чего Вам бояться? – отвечала за подруг Вика Колонтаева.
И поскольку от других девочек толку было мало, так как они всё время плакали и стыдливо опускали глаза, не решаясь ничего рассказать, следователь их отпустила, оставив в кабинете лишь Вику.
– У нас в городе нет никакого маньяка! Откуда такая безумная фантазия? –ласково обращаясь к Вике, спросила Дарья Дмитриевна.
– Как это нет? – удивилась вопросу Вика. – А тот, который убил Марианну Скворцову из первой школы и напал на Лизу Дрожжину из нашего класса?
Услышав этот вопрос, Исаева напряглась.
– А каком нападении ты говоришь? – принялась уточнять она.
– Как о каком? О нём весь город знает! – удивилась незнанию следователя Вика.
– Да, дело Марианны Скворцовой ещё расследуется, но причём здесь Лиза Дрожжина? У нас в производстве нет дела, в котором она была бы жертвой! Ведь эта девочка жива, не так ли? – невольно взволновалась Дарья Дмитриевна, так как известие о том, что в Плющанске произошло ещё одно жестокое преступление, заставило её начать нервничать.
– Да, жива! – тут же подтвердила Вика. – По счастью, с ней всё обошлось! Её даже не изнасиловали! Но хотели! Спросите у других следователей! Наверняка, кто-то это дело расследует!
– Непременно спрошу! – ответила Исаева, записывая в блокноте всё, что говорила ей Вика. – А что ещё ты знаешь об этом нападении?
– То, что все знают! – простодушно ответила девочка. – То, что на Лизу напали, когда она вечером возвращалась домой после бассейна. На неё набросились сзади, поэтому она не видела нападавшего, и повалили на землю. Потом ей полезли под юбку, но в этот момент кто-то проходил мимо, и нападавший оставил Лизу и убежал. В общем, повезло! Но Лиза так испугалась! Её потом два дня трясло! Её родители и к участковому ходили, требовали найти этого маньяка! Но, сами видите, до сих пор не нашли!
– Я уточню, что у нас имеется по поводу нападения на Лизу Дрожжину, но на мой профессиональный взгляд, два этих дела совершенно непохожи! Почему ты и другие девочки решили, что это дело рук одного маньяка, который охотится лишь на невинных семнадцатилетних девушек?
– Это же очевидно! – удивилась недоверчивости следователя Вика. – Обоим девчонкам по семнадцать лет, и у них не было парней! Обеих пытались изнасиловать. Но Лизе удалось убежать, а Марианне – нет!
– Всё равно это притянуто за уши! – не спешила соглашаться с Викой следователь. – Разумеется, нужно будет над этим поработать, но я считаю, что говорить о том, что это дело рук маньяка, несколько преждевременно!
– А вот остальные с Вами не согласны! – с вызовом проговорила Вика. –Посмотрела бы я на Вас, если бы Вам сейчас было семнадцать, и у Вас не было бы парня! Уверена, Вы бы тоже не захотели сидеть сложа руки и ждать, пока Вас не подкараулят где-нибудь за углом, чтобы изнасиловать и убить!
– Да откуда такие мысли? – не выдержала Дарья Дмитриевна.
– А Вы Интернетом вообще пользуетесь? – спросила тут Вика.
– Несмотря на свою занятость – да! И Интернетом пользуюсь, и даже с соседями могу за жизнь поговорить, когда есть время, конечно! – честно ответила Дарья Дмитриевна.
– Так вот зайдите в Интернет! Наберите слова «маньяк» и «Плющанск», и Вам сразу всё высветится! – принялась просвещать непонятливого следователя Вика.
И чтобы проверить слова девочки, Исаева открыла на своём смартфоне поисковую страницу и сделала то, что велела ей Вика. Но единственная статья, которая ей открылась, была об убийстве Марианны Скворцовой. Какой-то прыткий журналист писал, что следствие пока не располагает точными данными, чтобы назвать убийцу, но вполне возможно, что в Плющанске объявился маньяк, который начал охоту на семнадцатилетних девственниц, и заканчивалась статья советом юным девушкам проявлять предельную осторожность, находясь на улице в позднее время.