Я - Феликс Лучезаров!

Светлана Бердская

Я - Феликс Лучезаров!

Глава 1

Белый дом. Овальный кабинет

Внимание! Данное произведение является чистой сатирой, басней для взрослых и художественным вымыслом. Все совпадения с реальными лидерами, Белым домом или существующими породами собак — абсолютно случайны и продиктованы исключительно пушистым коварством главных героев. Книга создана ради улыбки и хорошего настроения.

Феликс Лучезаров, чистокровный сиба-ину с безупречно уложенной золотистой шерстью, запрыгнул в кожаное кресло. Это был его кабинет. Точнее, Овальный кабинет принадлежал его выдающемуся человеческому хозяину — действующему президенту, но Феликс, будучи главным президентским любимцем, копировал его во всём, вплоть до жестов и интонаций.

Здесь он одним движением хвоста запускал скрытые механизмы пушистой геополитики, управляя невидимым для людей государством домашних тиранов.

На столе лежала эксклюзивная кость, покрытая сусальным золотом.

Пёс обвёл комнату оценивающим взглядом. Его манеры были безупречны, эго — колоссально, а харизма могла бы питать небольшую электростанцию.

— Это будет величайший день в истории этого дома, — гавкнул Феликс с характерным, слегка вальяжным прищуром.

— Просто огромный. Потрясающий. Все остальные собаки — лузеры.

"Фейк-ньюс" скажут, что я просто пёс, но мы-то знаем правду.

Из тени портьеры цвета бордо неспешно вышел его первый советчик Барнаби — массивный мейн-кун окраса чёрный-дым с глазами цвета старого виски. Профессорский взгляд, безупречные усы и интеллект, превосходящий три триллиона суперкомпьютеров.

— Феликс, — вздохнул кот, аккуратно лизнув лапу. — Твои рейтинги среди домашних питомцев Вашингтона снова выросли на четыреста процентов. Но у нас проблема: твой утренний гав-твит взбудоражил общественность.

Феликс весело подмигнул Барнаби. Каждое утро Феликса Лучезарова начиналось одинаково — с грандиозного скандала на лужайке Белого дома. Пока обычные псы уныло разглядывали забор, Феликс стоял на безупречно подстриженном газоне, гордо задрав нос. Он общался с прессой. Точнее, игнорировал её с неподражаемым шармом. Любой его «Гав!» в сторону репортёров мгновенно обрушал акции крупнейших производителей сухого корма.

— Посмотрите на этих пуделей из левых газет, Барнаби, — процедил Феликс, возвращаясь в Овальный кабинет и вальяжно запрыгивая на кожаный диван. — Они утверждают, что я тайно перепрятал все золотые запасы "Форт-Нокса" в будку. Какая чушь! Я перепрятал их гораздо надёжнее...

Но у нас на повестке дня — Пекин. Китайский императорский пекинес Лун Бао снова заблокировал экспорт шёлковых подушек для лежанок. Он требует снижения пошлин на кошачью мяту.

Феликс резко обернулся, его золотистый загривок встал дыбом. Потрепать его причёску мог только вертолёт номер один, но никак не пекинес.

— Снижение пошлин? — Феликс издал короткий, ироничный смешок. — Этот пекинес думает, что он жёсткий парень? Я построю забор на южной границе сада, и ни один его шпион-бабочка сюда не перелетит. Объявляй торговую войну! Мы поднимаем налоги на импортные миски из Азии на двести процентов!

— Но наши запасы премиум-курицы иссякнут через неделю... — меланхолично заметил Барнаби.

— Мы заключим лучшую сделку в истории, Барнаби! Я лично позвоню немецкой овчарке в Берлин. Как её там...Гросс-догу . Скажу, что если они не увеличат расходы на оборону нашего общего питомника, я отключу им кондиционеры!

В этот момент двери Овального кабинета с грохотом распахнулись. В комнату влетел взмыленный лабрадор-секретарь, держа в зубах срочную депешу. В Нью-Йорке, на самой вершине небоскрёба его хозяина, который Феликс скромно переименовал в Лучезаров-Палас, назревал невиданный бунт профсоюза дворников и бездомных котов. Рейтинги Феликса в родном городе стремительно падали, а впереди маячили главные выборы на пост Председателя "Всемирного клуба питомцев".

Феликс хитро прищурился, поправив воображаемый красный галстук на ошейнике, и посмотрел на своего верного советника:— Барнаби, заказывай частный самолёт. Мы летим в Нью-Йорк. Пора устроить им грандиозное шоу, которого этот мир ещё не видел!

"И такой разброд мыслей и действий каждое утро", — подумал мудрый Барнаби и глотнул ароматный кофе с каплями пиона, чтобы не принимать всё близко к сердцу.

Глава 2

Нью-Йорк, Лучезаров-Палас и "Русский след".

Частный «Дог-Лайнер» класса Ультра-Люкс с огромной золотой надписью «LUCHEZAROV» на борту заложил крутой вираж над Манхэттеном. Феликс сидел в кожаном кресле первого класса, лениво посматривая в иллюминатор. Напротив него, пристёгнутый к сиденью шёлковым ремнём безопасности, Барнаби изучал свежие таблоиды.

— Феликс, — мрачно заметил кот, поправив лапой очки без диоптрий, которые носил исключительно для солидности. — Газета «Нью-Йоркский хвост» вышла с кричащим заголовком: «Секретный сговор? Почему Феликс Лучезаров вилял хвостом перед сибирским хаски на саммите «Северная гавань»?».

Барнаби меланхолично перевернул страницу. — Они утверждают, что ты продал русским чертежи автоматической чесалки для спины.— Тотальный фейк-ньюс! — яростно гавкнул Феликс, едва не выронив из лап золотой айфон. — Жалкие, проплаченные котами писаки! Всем известно, что у хаски вообще нет чертежей, они до сих пор чешутся о заборы!

Феликс повторно гавкнул, отчего стюардесса-пудель чуть не выронила поднос с шампанским. — «Фейк-ньюс»! Полная охота на ведьм... то есть на блох! Тот хаски, Генерал Буран — отличный парень, крепкий орешек. Он сказал, что у меня потрясающая шерсть. Что я должен был сделать? Укусить его за ухо? Это дипломатия, Барнаби! Я заключаю сделки, они обожают меня в Москве. А эти левые болонки из Сената просто завидуют моему рейтингу! Самолёт коснулся полосы.

Уже через полчаса золотой кортеж подкатил к «Лучезаров-Палас» на Пятой авеню. Толпа внизу бесновалась. Бездомные коты, недовольные налогом на валерьянку, плакали, а породистые лабрадоры из пригородов махали плакатами: «Сделаем Наш Питомник Снова Великим!».

Феликс вышел из лимузина. Ветер тут же попытался разрушить его легендарный начёс, но лак экстра-фиксации держал удар. Сиба-ину вразвалочку подошёл к золотому микрофону. Ирония и шарм включились на максимум.

— Послушайте сюда, неудачники и лузеры! — начал Феликс, и толпа взревела от восторга. — Наш город катится в бездну. Вчера я видел, как немецкий дог доедал пиццу из помойки. Это позор! При мне у каждого пса будет свой личный диван. Огромный! Из итальянской кожи! А бездомных котов мы переселим... в прекрасные, роскошные коробки из-под моих новых золотых кроссовок! Это будет лучшая жизнь!

В этот момент Барнаби, стоявший за кулисами, заметил в толпе подозрительное шевеление. Из-за угла Лучезаров-Палас показалась процессия. Это был главный конкурент Феликса — престарелый, но невероятно упрямый лабрадор Слипи, который постоянно спотыкался на ровном месте, и его правая рука — высокомерная сиамская кошка Крисси, которая странно хихикала без всякой видимой причины.

Слипи с трудом залез на пластиковый ящик из-под помидоров и хрипло пролаял в мегафон: — Феликс Лучезаров... э-э-э... нелегально импортирует кошачий корм из Канады! И вообще, он... где я? Ах да! Мы должны вернуть нашей стране приличные манеры! Хватит гавкать капслоком! Толпа замерла. Все взгляды обратились на Феликса.

Сиба-ину медленно повернул голову, прищурился и выдал такую гримасу, что фотографы ведущих агентств мира синхронно нажали на затворы камер.

— Вы слышали этого парня? — с придыханием спросил Феликс у микрофона. — Он даже не помнит, в каком парке зарыл свою любимую палку!

Крисси, почему ты смеёшься? Тут нет ничего смешного! Твои рейтинги ниже, чем хвост таксы! Градус интриги накалился до предела, но тут к Барнаби подбежал секретный агент — лысый сфинкс в чёрных очках — и прошептал на ухо:— Сэр, у нас ЧП.

Верховный суд Вашингтона, подкупленный сиамским лобби, только что выписал ордер на арест Феликса за то, что он... слишком громко грыз кость после двадцати двух часов.

Глава 3

Золотой триумвират и тактика "Полного люкса".

— Арестовать? Меня?! — Феликс Лучезаров хохотал так, что его безупречный начёс вибрировал. Они сидели в пентхаусе «Лучезаров-Палас». Вокруг было столько золота, что у непривычных гостей начиналась мигрень. Золотые стены, золотые миски, даже кошачий лоток Барнаби был инкрустирован бриллиантами от Tiffany. Кот тихо ненавидел этот лоток за излишний пафос, но высокий статус обязывал.

— Шеф, у входа уже три фургона с прессой и два шерифа-бульдога! — в комнату влетел секретарь — гиперактивный джек-рассел-терьер по кличке Скамп. Он безостановочно перебирал лапами, держа в зубах три телефона одновременно.

— Они хотят ваш магшот! — Скамп, успокойся, — вальяжно процедил помощник — холёный, меланхоличный афганский борзой по имени Честер. Он стоял у зеркала, поправляя на себе шёлковый платок ручной работы и брезгливо поглядывая в окно.

— Наш шеф не делает обычных тюремных фото. Если они хотят магшот, это должен быть лучший магшот в истории фотографии! Я уже вызвал личного стилиста.

— Никаких арестов! — Феликс поднял лапу, требуя тишины.

— Барнаби, какой план? Кот, лениво катавший лапой чёрную икру по золотому блюдечку, прищурился:— План «Эвакуация со вкусом». Скамп, сливай в соцсети, что Феликс Лучезаров отправляется в добровольное изгнание на свою суперъяхту ради «размышлений о судьбах нации». Честер, подготовь наш вертолёт «Скорострел». Летим во Флориду, в Мар-а-Лаго. Там тепло, и там наши гольф-поля. Запускай систему «Понты-на-ветер»!

Через десять минут золотой вертолёт с рёвом оторвался от крыши небоскрёба прямо на глазах у изумлённых бульдогов-полицейских, и миллиарды золотых блёсток хлынули из выхлопной трубы «Скорострела».

Феликс победоносно лаял в открытый люк, посылая воздушные поцелуи толпе фанатов на Пятой авеню. Пересадка на личный «Дог-Лайнер» класса «Ультра-Люкс» прошла без сучка и задоринки.

Внутри самолёта Феликса всё дышало роскошью: кругом двадцатичетырёхкаратное золото, раковины из цельного куска мрамора и шёлковые подушки. Феликс развалился на огромном кожаном диване, пока Честер расчёсывал ему шерсть специальной щёткой с алмазным напылением.

— Посмотрите на этих лузеров из Вашингтона, — говорил Феликс, глядя на экран телевизора, где транслировали экстренный выпуск новостей. — Они думали, что поймали меня. Но я уже в воздухе! Мои рейтинги взлетели до Луны. Скамп, что там в Гав-Твиттере?

— Шеф, хэштег «Свободу Феликсу» на первом месте в мире! — пролаял джек-рассел, печатая когтями со скоростью пулемёта. — Мы запустили в продажу футболки с вашей цитатой «Я грыз кость ради сытости этой страны!». Заработано пять миллионов долларов за последние двадцать минут!

— Маловато, — зевнул Феликс. — Подними цену на двадцать процентов. Скажи, что это лимитированная коллекция.

Самолёт приземлился в Палм-Бич, где у причала героев уже ждала стометровая мегаяхта — «Золотой Борей». На палубе яхты был оборудован персональный бассейн с подогревом и искусственной волной для сёрфинга. Судно медленно отчалило от берега, выходя в нейтральные воды, где никакие американские ордера на арест уже не действовали.

Феликс стоял на капитанском мостике в фуражке, сдвинутой на одно ухо, и смотрел на закат сквозь дизайнерские солнцезащитные очки.

Рядом сидел Барнаби, его усы хитро подёргивались.

— Ну что, Феликс, мы в безопасности, — промурлыкал кот. — Деньги текут рекой, пресса в истерике. Что ты затеваешь дальше? Просто сидеть на яхте и пить коктейли — это не в твоём стиле. Феликс хитро прищурился и повернулся к своей команде — коту, джек-расселлу и афганской борзой.

— Мы объявим о создании Новой международной ассоциации суперпитомцев, — торжественно провозгласил сиба-ину. — Прямо отсюда, из нейтральных вод. Я созываю тайный саммит на этой яхте. Мы пригласим британского корги королевы — он парень старой закалки, уважает меня, — того самого сибирского хаски, Генерала Бурана из Москвы, и... да, давайте позовём французского пуделя Ману, чисто чтобы я мог публично высмеять его диету из круассанов.

Мы перепишем правила мировой игры, ребята! В этот момент Скамп сбросил звонок на одном из телефонов и с круглыми глазами уставился на Феликса:— Шеф... Тот самый лабрадор Слипи и сиамка Крисси узнали о саммите! Они снарядили катер береговой охраны и плывут сюда с мегафонами, чтобы сорвать нашу вечеринку!

Глава 4

Минеральная волна и большая геополитическая дискотека.

Катер береговой охраны с лабрадором Слипи и сиамской кошкой Крисси стремительно приближался к белоснежной суперъяхте.

Феликс Лучезаров стоял на верхней палубе, опираясь лапами на золотые перила. Его солнцезащитные очки съехали на кончик носа. — Посмотрите на них, — с неподражаемым шармом вздохнул сиба-ину. — Они плывут на этом крошечном сером катере. Какое убожество. Никакого стиля. Скамп! Честер! Включайте водомёты! Но сделайте это красиво, мы же приличные псы.

Честер, афганский борзой, с изящным зевком нажал лапой на большую позолоченную кнопку управления палубными системами. Из скрытых пушек яхты ринулись мощные струи... тёплой минеральной воды с ароматом альпийских лугов. Огромная водяная стена аккуратно, но решительно развернула катер оппозиции на 180 градусов.