Святитель Иоанн Максимович (Тобольский).

Илиотропион, или Сообразование человеческой воли с волей Божественной



скачать книгу бесплатно

Прекрасно высказал то же блаженный Августин: «Велики и дивны дела Господни, предусмотрительны и столь премудро устроены, что когда ангельские лица согрешили, то есть поступили не по заповеди Господней и не по воле Его, а по своему хотению, и потому ниспали, удалились от общения с Богом, то само их падение послужило для Бога средством к достижению и исполнению объявленной им воли Божьей. Ибо Бог не только наказал их грех или зло, удалив их от общения с Ним, но и обратил их грех в высшее для них же добро»[26]26
  Августин, блж. Энхиридион, 100.


[Закрыть]
, в непогрешимость добрых Ангелов и возрождение падшего рода человеческого заслугами Богочеловека Иисуса Христа.

Хотя нечестивые, – не признающие Бога и, по неверию в бытие Его, не воздающие достойной Ему чести, – сопротивляются Божьим предначертаниям и святейшей Его воле, однако Бог их всезлобное своеволие премудрым Своим Промыслом обращает в добро для благополучия других и, быть может, даже для них самих.

Отсюда открывается, что Бог всем желает спастись и прийти в познание истины, чего, однако, не все достигают, потому что некоторые не повинуются и сопротивляются предустановленным законам и заповедям Божьим. Таковым угрожает предсказание Спасителя нашего ужасной и жестокой их участи: Не всякий, говорящий Мне: «Господи, Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного. Многие скажут Мне в тот день: Господи, Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали?.. и не Твоим ли именем многие чудеса творили? И тогда объявлю им: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие (Мф. 7, 21–23). Истинно уразумевший это всецело претворится весь в искреннего исполнителя воли Божьей.

Если Сын Божий был послушен Своему Отцу, то тем более нам следует повиноваться Ему

Выше приведенные слова Христовы – истинны. Следовательно, и заключение, вытекающее из них, – верно. А потому мы ничего не можем сделать для себя лучше и спасительнее для души, как совершенно покориться воле Божьей, всецело предать свою волю ей, повторяя слова священника Илия:

Он – Господь; что Ему угодно, то да сотворит (1 Цар. 3, 18); и слова Иоава, военачальника Давидова: Теперь знает раб твой, что приобрел благоволение пред очами твоими, господин мой царь, так как царь сделал по слову раба своего (2 Цар. 14, 22). И слова самого царя Давида: Если я обрету милость пред очами Господа, то Он возвратит меня и даст мне видеть Его и жилище Его. А если Он скажет так: «Нет Моего благоволения к тебе», то вот я; пусть творит со мною, что Ему благоугодно (2 Цар. 15, 25–26); и слова Иуды Маккавея: Какая будет воля на небе, так да сотворит Господь (1 Мак. 3, 60).

Наконец, помолись, предавая каждый себя всецело воле Божьей вместе со Христом Спасителем: Отче Мой! Если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя (Мф. 26, 42). Если Сын Божий столь послушен был и в совершенстве исполнил волю Отца Своего Небесного, говоря о Себе: Я сошел с небес не для того, чтобы творить волю Мою, но волю пославшего Меня Отца (Ин. 6, 38), если это требовалось от Сына Божьего, то слугам тем более следует повиноваться своему Господу и Владыке жизни и смерти, всецело следовать Его воле, ни в чем не сопротивляясь Его владычеству.

Святая правда требует от нас того, чтобы угодно было каждому человеку то, что от вечности было угодно Богу. Воин в полках, услышав трубный голос или барабанный бой, призывающий к походу, собирает свои вещи. Получив же приказ вступить в бой с противником, оставляет все лишнее, могущее препятствовать бою, возлагает на себя свое вооружение, готовый сердцем, очами и ушами внимать речи полководца и все в ней излагаемое исполнить в совершенстве. Так и нам надлежит поступать, находясь во все течение временной нашей жизни в борьбе с влечениями плотскими, прельщениями мира и искушениями горделивого духа тьмы. Мы должны быть во всем послушны своему вождю, учителю и наставнику – Спасителю нашему Иисусу Христу, Господу нашему, должны подражать по мере сил наших Его примеру и делам, изображенным в евангельском Его учении. Последуем же, братия христиане, охотно и неуклонно за своим Вождем и Господом, предав себя всецело Его святой воле, и, что бы ни случилось с нами на этом пути скорбного, неудобного или тягостного, – все станем переносить терпеливо, без ропота, благодушно, зная наперед, что на пути жизни встречаются не одни цветы, но и терния.

Добрый воин не прячется от пуль и штыков, напротив, с удовольствием исчисляет свои раны и говорит о них, не упрекая своего полководца, но еще больше привязываясь к нему и сердечно любя его. Запомним раз и навсегда зов нашего Спасителя: Иди за Мною, и предоставь мертвым, погрязшим в мирских заботах, погребать своих мертвецов (Мф. 8, 22). Кто жалуется, плачет и вздыхает о трудностях следования этому зову, – трудностях, по воле Божьей бывающих с нами на пути нашей временной жизни, – и подчиняется этому зову только потому, что не может воспротивиться, – неразумен.

Ибо какое это неразумие – предпочитать принуждение к исполнению долга добровольному его исполнению или же роптать и проклинать свою жизнь, если что встречается в ней неприятного, скорбного и вообще чего-либо тягостного; или же ужасаться и переносить с горькими жалобами на свою долю то, чему подвержены все, как добрые, так равно и злые люди, – говорю о болезни, смерти, изнеможении в чем-либо и о прочем, что каждому из нас нежелательного встречается в жизни. Все то, что от всех равно требуется или законами общественной жизни, или непреложными законами природы, хотя бы оно для нас казалось противным или неприятным, мы должны переносить великодушно. На это мы призваны и избегнуть не можем того, что не находится в нашей власти.


Книга вторая
Сообразование человеческой воли с волей Божественной

I. Предание своей жизни в распоряжение воли Божественной

Один знаменитый богослов в продолжение восьми лет прилежно и непрестанно молил Бога о том, чтобы Он явил ему человека, могущего указать прямой и несложный путь к достижению Небесного Царствия. Однажды, когда богослов этот объят был сильнейшим желанием найти такого человека и не мог ни о чем другом думать, как только увидеть учителя и наставника сокровенной истины, вознес он горячие мольбы свои об этом к Богу. Вдруг слышит он невидимый небесный голос, говорящий ему: «Выйди за дверь церковного предела и найдешь человека, которого ищешь». Послушный этому голосу, богослов немедленно идет и у церковных дверей находит нищего в рубище, у которого голени покрыты струпьями и текущим из них гноем.

Мудрый богослов подходит к нему и приветствует его словами: «Доброго и благополучного утра желаю тебе, старче». Старец отвечает на это: «Никогда не имел я недоброго и неблагополучного утра». Мудрый вопрошатель, как бы исправляя первый свой привет, говорит: «Да пошлет тебе Бог все доброе!» Убогий отвечает: «Никогда не постигало меня ничто недоброе». Усомнился при этом мудрый вопрошатель, думая: «Хорошо ли он слышит, может быть, он глух?» И, изменяя свои приветствия старцу, говорит ему: «Что с тобой, старик? Я желаю тебе всякого благополучия». Нищий отвечает: «Я никогда в неблагополучии не бывал».

Богослов, думая, что нищий велеречив, большой говорун, и желая испытать его, говорит: «Хочу, чтобы все твои пожелания исполнились, чтобы все то Бог послал тебе, чего ты хочешь». – «Я, – отвечал нищий, – ничего такого, что ты мне желаешь, не ищу. Все бывает согласно с моим желанием, если я не прилагаю особых планов для своей жизни, а живу себе по воле Божьей».

Опять мудрый вопрошатель, как бы уходя и прощаясь с убогим, говорит ему: «Бог да сохранит тебя, добрый человек, за то, что ты не увлекаешься благополучной жизнью, но прошу тебя, скажи мне, ты ли один между бедствующими на земле – блаженный? Неужели напрасно сказал Иов: Человек, рожденный женою, краткодневен и пресыщен печалями (Иов. 14, 1)? Как же ты один избавлен от всех злых времен и приключений? До конца я не понимаю твоих убеждений и мыслей».

На это убогий отвечает: «Все, что я сказал тебе, господин мой, истинно говорил я тебе. Когда желал ты мне доброго и благополучного утра, на это отвечал я, что я никогда не бывал в несчастий, потому что жребием, дарованным мне от Бога, я доволен всегда. Не искать счастья и мирских успехов составляет для меня величайшее благополучие. Фортуна, благополучие или злые приключения никому не вредят, исключая тех, которые или сильно их желают и гоняются за ними, или же убегают от них и страшатся причиняемого ими вреда. А я не пекусь о благополучии и не обожаю его. Молюсь только Небесному Отцу, Который все в жизни каждого человека направляет к лучшему, как приятное, так и неприятное для него. Ибо только Он знает, что есть истинно и спасительно для человека: первое или последнее.

Поэтому и говорю, что я никогда не бывал в неблагополучии, потому что все в моей жизни бывает для меня по моему желанию. Терплю ли голод, благодарю за то Всевидящего Бога; мороз ли жжет меня, как огнем, или дождь льет на меня ливнем, или другие воздушные нападения изливаются на меня, – равным образом прославляю Бога и за это. Если кто издевается надо мной, совершает нападение и обиды, также благодарю Бога. Ибо уверен, что это делается мне по воле Божьей, а все, что Бог посылает нам, служит для нашего добра, для нашего совершенствования. Итак, все, что Бог посылает нам или попускает других сделать для нас приятное или противное, сладкое или горькое, равно вменяю, и все как от руки Милосердного Отца охотно принимаю. Одного только желаю – чего желает Бог и что Ему угодно попустить других сделать мне. Таким образом все для меня происходит и делается по Божьему, а вместе с тем и моему собственному желанию.

Весьма достоин сожаления тот, кто считает так называемое мирское счастье за что-либо важное и существенное, и опять действительно тот несчастен, кто ищет в мирском каком-либо благе себе полного удовлетворения. Истинное и незыблемое удовольствие и блаженство в настоящей жизни имеет только тот, кто искренне и несомненно отдал себя в волю Божью и проводит здешнюю жизнь свою по воле Божьей, ни в чем ей не противореча. Ибо воля Господня есть полнота совершенства и доброты; она никогда не изменяется, и вне ее нет другой воли, более лучшей, более праведной. Она произносит праведный суд о всех, но о ней никто не может изречь праведного приговора, обличающего Ее в противоречии.

Я прилагаю всевозможное усердие, всей моей мыслью стремлюсь к тому, чтобы всегда желать и хотеть мне того же, чего хочет Бог от разумного существа вообще и в частности от меня, убогого. А потому я никогда не был неблагополучным, ведь всю мою собственную волю всецело отдал в руки Божьи, так что сердечное мое хотение или нехотение есть то же самое, что и Божье обо мне хотение, или Его Промысл обо мне, и я благодарю Бога во всяком положении моем за получаемую мною от Него милость, хотя бы она и казалась горькой».

«Разумно ли ты говоришь все это? – возразил ему вопрошающий. – Но прошу тебя, скажи мне: если бы Бог изволил низринуть тебя во ад, те же ли самые мысли имел бы ты, какие сейчас мне высказал?»

Нищий духом вдруг воскликнул: «Меня ли Он низринет в преисподнюю? Да будет тебе известно, что у меня есть две дивно крепкие руки, ими бы я уцепился за Бога! Одна рука – это глубочайшее смирение через принесение самого себя в жертву Богу; другая – нелицемерная любовь к Нему, разливающаяся от этого глубочайшего центра на всех ближних наших через наши благотворные для них действия. Этими обеими руками крепко ухватился бы я за Бога, и куда бы ни послал Он меня, повлек бы я и Его с собой вместе, и поистине мне было бы благоприятнее быть с Богом вне неба, чем без Бога в небе».

Ответ этот произвел неизгладимое впечатление на мудрого вопрошателя. Внутренне сознавал он, что открытая ему старцем дорога ведет каждого прямо к Богу без всякого заблуждения и она действительно есть превосходнейший путь из всех путей, ведущих к Богу. Захотелось опять мудрому вопрошателю еще более обнаружить высокий разум, скрывающийся под грубой оболочкой старческого тела. «Откуда ты пришел сюда?» – спросил он старца. «Я пришел от Бога». – «А где ты нашел Бога?» – «Там, где оставил я все созданные предметы». – «Где ж ты оставил Бога?» – «Оставил я Бога в чистом сердце и доброй воле».

После этого мудрец спрашивает старца: «Кто же ты есть, старче, и к какому разряду людей принадлежишь?» Нищий ответил: «Кем бы я ни был, я доволен своим уделом и не променяю его на богатства всех царей. Царем может быть назван каждый человек, умеющий благоразумно и мудро управлять и владеть собою».

«Царь ли ты, – спрашивает мудрый нищего, – и где твое царство?» – «Там, – отвечает нищий, указывая перстом на небо. – Царь есть тот, для кого царство написано в книге судеб особыми отличительными чертами».

Желая положить конец вопросам, спрашивает мудрец нищего: «У кого ты, старче, научился тому, что ты мне изложил теперь в своих ответах, кто вложил тебе в ум это?» – «Открою тебе поистине и это, господин! Я все дни провожу в молчании, в молитвах или добрых и благочестивых размышлениях, а более всего постоянно содержу в уме и памяти тщание о том, как бы мне крепче и теснее войти в единение с Богом посредством безграничной покорности Его святейшей воле. Такое посвящение себя всецело Богу может научить усердного человека многому истинному, доброму, святому, как в знании, так и в жизни».

О многом хотел еще спросить мудрец у нищего духом, но, имея твердую надежду найти для этого другое благоприятное время, простился с ним, говоря: «Будь здоров, старче!» И ушел от него, внутренне размышляя в себе и как бы говоря: «Вот нашел я истинного учителя правого пути к Богу».

Прекрасно об этом выразился блаженный Августин: «Являются некнижные и опережают нас в Царствии Небесном. Мы же со своей мудростью о нем не усердно печемся, а толкаемся бедственно здесь, в этой жизни, погрязая в сквернах плоти и крови»1. Об этом же самом противоречии между духовным смиренномудрием и мирской мудростью Иисус Христос в благодарственной Своей молитве к Богу Отцу говорит: Славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл младенцам; ей, Отче! ибо таково было Твое благоволение (Мф. 11,25–26).

Действительно, под худым рубищем часто скрывается высокая мудрость. И кто бы мог предполагать и поверить, что в столь простом, незнатном человеке заключается такое высокое познание о Божественном существе. Кто мог бы поверить, что в безкнижной простоте можно найти такую высокую мысль, как представление о двух руках несокрушимой силы: о всецелом приношении себя Богу и всецелой своей любви к Нему, выраженной в исполнении Его заповедей. Этими руками действительно попускает Бог связывать Себя человеку, от других же прикосновений к Себе Он устраняется.


II. Какая человеческая воля преимущественно достойна соединения с волей Божьей

По вступлении на престол персидского царя Артаксеркса сделано было им распоряжение собрать со всех сторон царства лучших и знатнейших девиц в знаменитый город Сузу для нахождения их при дворе в царской свите. На приготовление их к достойному царской особы представлению назначен был им годичный срок для устройства себе нарядных уборов и других украшений телесных и для усвоения себе добрых душевных свойств и поведения, подобающих лицам, удостаиваемым такой высокой чести.

Если требуется столько времени для приобретения различных украшений телесных и усвоения себе качеств душевных, чтобы сделаться достойными пребывания при дворе царя земного, то с каким постоянством должны мы обращать ежеминутно внимание свое на собственную нашу волю – дикую, эгоистическую, лишенную истинного душевного благородства и красоты добродетельной, дабы преобразовать ее, мало-помалу отсекая от нее черты дикого безобразия, бессловесных животных инстинктов, самодовольства и эгоизма.

Таким образом, приготовим ее быть достойной величайшей чести служить вечному Царю Небесному, живя непорочно по вере и любви евангельской, припадая пред Ним, нашим Спасителем, в искренней молитве с сознанием своего недостоинства и с твердым намерением исправить себя и вести жизнь беспорочную, очищая ее, по совести, принятием Святых Таинств Тела и Крови Христовой после твердого обещания не идти впредь по тернистому пути греха.

Желая обстоятельнее и подробнее объяснить упомянутое выше приготовление нашей воли для достойного единения ее с волей Божественной, укажем открытый нам словом Божьим путь и те условия, которым обязана подчиниться человеческая воля для обновления в душе своей первого образа и подобия Божьего, избегая при этом дерзости постигнуть ограниченным нашим умом глубочайшие тайны беспредельного ума и премудрости Божьей. Законность и правда указанных условий – заповедей, или повелений Божьих, – открывается не только из их Божественного начала, но объясняется также и общей, врожденной людям, земной справедливостью.

Так господин или хозяин, принимая к себе в дом нового служителя или служанку, сначала договаривается с ними, предлагая им свои условия: «Я хочу, чтобы ты, живя в моем доме, не выдумывал бы нелепых басен, не произносил бы слов оскорбительных для Бога и для всего того, что признается Церковью святым и священным, не любил бы противоречить истине, не пьянствовал бы и не бездельничал, а, напротив, старался бы быть верным, усердным, послушным и заботливым в исполнении порученных тебе дел или занятий». Каждый хозяин имеет право предлагать своей прислуге такие условия и требовать исполнения их под страхом удаления нерадивых из своего дома. Неужели же Всемогущий, Праведный и Премудрый Бог, вступая в завет соединения с волей людей, не волен предлагать им Своих условий для такого соединения?

Рассмотрим в следующих главах важнейшие из свойств человеческой воли, желательные и угодные Богу, сообразные с Его святейшей волей.

Хранить свою волю чистой от пороков

Первое требование к нам, или условие со стороны нашего Господа и Владыки, чтобы воля наша была не виновна ни в чем греховном.

Небесный, превосходящий всякую земную чистоту Жених душ наших требует и от нас великой душевной чистоты, не имеющей пятна, скверны, или порока, или чего-либо подобного (ср.: Еф. 5, 27). Воля, желающая обвиться вокруг Него, как виноградная лоза вокруг вяза, пусть с себя сбросит греховную нечистоту; пусть не только не служит сребролюбию, возненавидит блудные дела и всякую плотскую нечистоту, не распаляется гневом, но даже если и ощутит только побуждение в себе к чему-либо подобному, пусть мужественно усмирит и умертвит его в себе, выбросив из мысли и воспоминание о нем. Самое же мышление пусть упражняет и занимает предметами серьезными, способствующими благосостоянию жизни здешней и загробной.

Но наша речь не об этом. Есть иного вида падение, подкрадывающееся к нам незаметно и мгновенно охватывающее душу, – это зависть, беспокойство, досада, производимая в душе нашей благополучием, счастьем или преимуществами, которыми пользуются другие, а не мы. Да будет же воля наша вовсе не причастна этому пороку, свободна от него, не виновна в нем и не порабощена ему. Свободной да хранит она себя от этого порока. Человек, стремящийся к подражанию Христу, видя других счастливыми, не должен завидовать им в этом; своим же несчастьям не озлобляться, в бедах не возмущаться и не роптать, потому что всякий, приближающийся к Богу, видя других в счастье и богатстве, не завидует им, но, обращаясь к Богу, говорит: «Господи! Тебе угодно было возвести такого-то на высокую степень почестей и богатства, меня же иметь в унижении и бедности. Я не противлюсь этому, о Боже мой, и не исследую тому причины, ибо знаю верно, что достаточной причиной этому является Твоя единая совершеннейшая воля. Если бы Ты, Господи, не попустил сделаться мне убогим, униженным, то никто из людей, при всем их желании, не довел бы меня до нынешнего моего положения. То же самое допущение Твое я признаю, о Господи, и в иных, делаемых мне неприятностях другими. Один оговаривает меня, другой злословит, третий поносит мою честь, иной причиняет мне разные беспокойства, тогда как я никого из них не оскорбил и не делал никому неприятностей. Но во всех случаях нахожу я достаточный и удовлетворительный ответ: Ты, Господи, попустил это, Ты повелел. Пусть будут они Семеями, а я – Давидом (см.: 2 Цар. 16, 5-13), если Тебе так угодно, о Боже мой!»

Святой Антиохийский епископ и мученик Игнатий сказал о себе: «Я – пшеница Христова, буду смолот зубами зверей, чтоб сделаться чистым хлебом». Так и нас Бог приготовляет сделаться при трапезе Господней чистым хлебом Его. Зачем сердимся мы на людей? Они мельничные камни, стирающие нас, как пшеницу, всыпанную в жерновный ящик. Для того чтобы нам очистить сердце свое, необходимо посеять и укоренить на доброй земле сердца доброе семя слова Божьего, твердо содержать его во всякое время в уме и памяти и, молитвенно вознося мысли свои к Богу, говорить в себе: «Благословен Бог во веки веков! Господи, что повелишь мне делать? Да будет во всем воля Твоя!» Это – первое обучение и приготовление для сохранения своей воли в чистоте от пороков вообще, а более всего – от вражды и зависти.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34