Победите меня, пожалуйста!

Стерис

Победите меня, пожалуйста!

Пролог

Трепещите! Перед вами самая злая, коварная и страшная история, которая ввергнет вас в полнейшее отчаяние. Она была собрана воедино из моих мемуаров, где я изливал душу своей аудитории.

Выглядело это так: группа верных фанатов активно помогала мне не сойти с ума и иногда делала выборы, изменившие мои решения и жизнь.

Уже после всех событий я показал эти мемуары будущим героям этой истории: Надежде и Тео.

Они ещё долго хихикали:

— Публиковать это нельзя, — подметила Надя, задумчиво водя волчьим хвостом.

— Выставишь себя в худшем свете, — добавил Тео, поправляя галстук на смокинге.

Я смущённо морщился, колдовал чай в воздухе и ещё целый вечер вынашивал эту идею.

Моя версия мемуаров номер два выглядела как огромный сборник рассказов обо всех случаях жизни: об академии, о богах, о законах и психологии. Конечно, я также не забыл отвлечься на судьбу моего Лука, Нади, Ромы и упомянуть всех причастных.

Тео не дочитал её даже до половины, в отличие от Надежды, которая ещё долго задавала мне наводящие вопросы по тексту. Они посоветовали мне оставить автобиографии и посвятить себя цветам и чаю. А вернее, все, кому бы я ни показывал мои мемуары, советовали заняться цветами и чаем.

Но я не сдавался и, заручившись поддержкой моего верного Лукарда, решил попробовать в третий раз. Хотя, если быть честным, в тридцать третий раз. Прошлые варианты Лука не устроили, и он, как самый строгий учитель, их сжёг.

Итак, давайте попробуем ещё раз…

Меня зовут Лемайтяй Висдом, можно просто Лем. Сегодня я расскажу вам историю о времени, когда я перестал думать о звёздах, арбузах и ромашках. Тогда я потерял свою девушку, своего брата и, что самое ужасное, напал на богиню света. Из-под её огня меня спас мой дворецкий Лук, и мы вместе начали строить наши зловещие планы!

Вернее, сначала мы вместе дрожали в холодной пещере с чашечками чая, а потом уже стали думать о том, что же теперь будет с миром, а что важнее — с нами?

Глава 1. Принцесса на высоком дереве.

Когда я был маленьким розовым птенцом, я много раздумывал о том, есть ли что-то за нашим лесом. За поющими от ветра горами. За всегда светлым небом. Наш мир такой маленький и одинокий, или же он большой и в нём ещё очень много таких же розовых и чёрных птичек, как мы с братом?

Однажды я решил спросить об этом родителей, духов — очень хитрых зверей. И они напугали меня до икоты:

— За лесом бродят великаны. За горой гремят вулканы! А на небе!..

Я не дослушал, убежал. После этого я начал всего бояться и ничего у них не спрашивал, а играл с моим братом, чёрной птичкой Вилли, в догонялки. Я рос трудолюбивым садоводом, а мой брат — самым талантливым художником.

Итак, мы были глупыми и счастливыми. Весело и не спеша наступил наш десятый день рождения. И тогда-то мы и решили прогуляться до конца леса…

Когда брат предложил мне эту идею, я, честно, вскочил, словно меня укололи шипы!

— Вилли! Это же так страшно! Великаны меня съедят! А ты же знаешь, это моя мечта: не быть съеденным!

Я пищал, повторял одно и то же. А он надо мной смеялся:

— Ну ты и розовый трусишка! Такого точно-точно однажды съедят!

Я покраснел, а мои волосы, наверное, ещё минуту кучерявились от страха. В общем, в тот момент я понял, что не хочу быть трусишкой. И я решил пойти с ним.

Итак, мы шли, я не отпускал руку Вилли. Как вдруг он, творческая душа, начал мне придумывать свои новые истории:

— Знаешь, Лемик, ты очень мне напоминаешь одну принцессу, с планеты… — он задумчиво осмотрелся вокруг, нашел взглядом стрекозу, что залетела в кору, и утвердил, — с планеты высоких деревьев.

— Чем же? — я сильно покраснел.

— А она сидела на большом дереве всю свою короткую стрекозью жизнь и ни разу не летала. А потом ее слопал жук.

Я икнул, поджал мои розовые крылышки. Не ответить ведь ему, что я боюсь? Тогда я остановился, посмотрел на то самое дерево, которое старательно облетала маленькая стрекозка… И стал карабкаться прямо на него.

Обнял, повис и остался так стоять. Я как сейчас помню, как случайно облизнул горькую кору и отплевывался во все стороны.

Вилли, конечно, держался за живот и смеялся. А потом вспорхнул и мигом оказался наверху.

— У меня ничего не получается, — сказал я, медленно скатываясь на мягкую траву.

Очень скоро я плюхнулся на траву. Не без грусти я прикоснулся к маленькому цветочку. А правда, если стрекоза жила около неба, для чего ей летать вниз? Летают ведь, обычно, вверх. Я посмотрел на счастливого брата и подумал, что я даже глупее стрекозы. Я не могу забраться на своё деревце, чтобы испугаться спускаться.

Я закрыл глаза, но не чтобы лечь спать.

— Я такой слабый…

— А хочешь, я сделаю тебя сильным?

Мне в мои большие ушки врезался острый и могущественный голос, что эхом двоился через весь лес. Я сильнее вцепился в деревце, боясь даже открыть глаза. Это точно был великан.

— Пожалуйста, не ешьте меня, мистер великан! Я очень горький и невкусный!

Я вжимался в деревце, ища в нём своё спасение. Я даже боялся посмотреть, как там мой брат, за что в душе очень ругал себя.

Моей спины коснулась большая рука, в которой умещался весь маленький я. И я понял: это правда великан.

— Я научу тебя всему, даже тому, о чем не знает никто в мире стихий.

Его металлический голос заставлял меня дрожать.

— Наверное, не надо.

Тогда я услышал страшный вздох, и дерево испарилось из моих ручек! Тогда-то я в ужасе и открыл глаза. И вот я уже в руках огромного великана, смотрю на юг, на запад и на остальные двести тысяч сторон! Вот так птичек и съедают!

Меня охватила такая сильная паника, что ножки стали холодными, я стал кричать: «Вилли! Вилли!», но ветер сдувал мои крики, меня уже никто не слышал.

Я барахтался, кричал, пищал, пока мне не стало так плохо, что всё вокруг померкло. Я только ощущал дрожь моего тела. Я всё чувствовал, всё слышал, но не мог разжать пальцы и пошевелить руками. А я очень старался ими снова пошевелить. И это меня очень напугало! Но когда я смирился, что никогда больше не пошевелюсь, я нашёл себе новый страх. Раз я всё чувствую, значит, мне будет больно, когда меня будут есть?

Глава 2. Малыш с пружинистой шейкой.

Очень скоро я лучше узнал этого великана. В нашем мире, Поэлиме, живёт много самых разных духов. А этот великан и его сестра давным-давно пришли неведомо откуда и создали самых первых.

Сестра командовала, что и какого должно быть цвета, а он заботливо мешал краски и колдовал.

Вскоре она снова приказывала:

— Я ужасно не люблю ночь, сделай так, чтобы всегда горел свет.

Тогда великан спохватился, десять дней и десять ночей искал в неведомых краях великана, что продал бы ему такое светило, которое никогда бы не пряталось ночью вниз.

Но ей и этого было мало. Великанше вдруг захотелось, чтобы весь мир был усеян растениями из тысячи миров поблизости.

Тогда то Великан подумал ещё десять ночей. Продал свой большой дом, всех слуг и даже гардероб. И на все вырученные монеты купил сотни тысяч семян.

Долго она требовала, обижалась и называла его разными словами. Шла сотня лет, а Великан даже не злился. Смотрел в ее салатовые глаза, как светится ее кожа стихии света и улыбался. Главное, что он больше не видит ее слез, что она жива и что он может разделить ее компанию.

В итоге он и создал нас: духов, что могут превращаться в зверей. А у каждого духа есть какой-то свой особенный дар. Например создавать огонь, звездочки или даже чай!

Наконец Великанша успокоилась. Села вместе с братом смотреть, что получится из всех этих чудных существ.

И вот смотрит: А у духов с даром огня и звездочки вдруг пророс цветок. И ладно цветок! Оттуда родился дух буйных вод! Хлопает ресничками, спрашивает у брата:

— Ого! А почему звездочка и огонь рождают буйную воду?

— Всё это логично. Потому что дух с даром звездочки очень хотел поймать рыб для своей семьи. А для этого он долго укрощал воду.

— И как же это логично?

— То дело, которым дух дольше всего занимается в своей жизни и определяет, какой малыш у него родится.

Великанше эта идея очень даже понравилась. Казалось, больше, чем идея появления духов из цветочков.

Шли сотни лет. Пока не случилось страшное: один дух вдруг занялся изобретениями. Он создал для своих детей куклу и лопатку.

Взрослым духам так понравились улыбки его сорванцов, что все стали обращаться к нему за игрушками! Мастерил, корпел и много трудился этот дух. Пока однажды у него с любимой не пророс еще один цветок.

И в своё время из цветка появился кукольный малыш: у него была шея как пружина, глаз как пуговица, а кожа как металл.

Родителей будто окатило кипятком.

Дух-изобретатель упал в обморок, а его любимая даже уронила малыша. Когда они пришли в себя, понесли это чудище в храм, молиться Великанам, звать их на помощь и плакать.

Пришла Великанша на зов и как только всё поняла, начала ругать своего брата! Да так сильно, как до этого еще никогда не ругалась. И только она хотела сразить малыша, который только увидел свет этим же самым светом… Великан вдруг закрыл младенца от удара.

Малыш пружинился, ему было холодно и он плакал, почти что как я!

Сердце великана сокрушилось, он упал перед сестрой на колено и тихо сказал:

— Сестра, это моя ошибка и я сам разберусь с ней. А ты правь, как тебе будет угодно, я не потревожу тебя.

Призадумалась она и быстро согласилась, будто проблема в тот же миг испарилась. Великан поднял ребенка и с любовью взглянул в его глаза-пуговички. Малыш, что до этого трясся и пугался, впервые от своего рождения ощутил ту самую, нужную каждому из нас: бескорыстную любовь.

В тот день великан спустился под землю и стал воспитывать его как родного сына.

Зачем я вам рассказываю эту историю?

Дело в том, что этот самый малыш давным давно вырос, заскучал да и выпросил у Великана себе много-много друзей духов, таких же как он. Так и появились духи изобретений, которые на веки были заточены под землей. Этот малыш в старости растворился, зато стали появляться новые и новые малыши-изобретатели.

И вот в нашем времени, оказывается, есть духи, как я: которые живут наверху. А есть духи, которые спрятаны тайным Великаном под землей. И этот Великан меня и похитил!

При чем тут я?

По неведомым причинам именно меня, маленького трусливого птенчика, он решил занять очень ответственным делом: Помочь освободить всех из-под земли.

Как я могу ему помочь? Я тоже задал ему точно этот же вопрос!

У меня чистое сердце? Я слишком маленький? Или я розовая птичка и это — нечто очень особенное?

А он мне:

— Да, да, да, потому что ты маленькая розовая птичка, с чистым сердцем.

А вы в детстве тоже мечтали, оказаться особенным? Суперптичкой или супергусеничкой… Если нет, то знайте: если такому малышу сказать, что он станет супергусеничкой, он бескорыстно в это начинает верить. Особенно, если ему это говорит какой-то могущественный великан.

Конечно, в это поверил и я… Но это не моя вина. Всё потому что когда я был маленьким, взрослые не научили меня, правилам общения с незнакомцами. А если быть точнее, что с ними не должно быть никакого общения.

Хотя, как бы мне это помогло, когда меня просто взяли и похитили?