скачать книгу бесплатно
Сказание о гноме
Станислав Владимирович Трофимов
«Гудошная сказка», «Покаянная поэма» и «Сказание о гноме» в своём течении подобны богослужебному кругу, в котором пасхальная радость циклично сменяется скорбными напевами Великого поста, чтобы вновь разразиться Пасхой. Осознавая себя сказителем, автор применяет разные формы повествования – от крестьянско-бытового сказа к декламации аскетичного молитвенного текста – как бы подсказывая героям «Сказки» и «Сказания» путь к покаянию.
Станислав Трофимов
Сказание о гноме
© Трофимов С. В., текст, 2024
© Ковалев Б. В., предисловие, 2024
© «Геликон Плюс», макет, 2024
Голос традиции
Не существует поэтической палаты мер и весов – каждому своя мера и свои Весы.
Хорхе Луис Борхес полагал, что именно по этой причине поэт порой стремится примкнуть к какому-нибудь направлению, школе, обзавестись эстетической программой, а это ошибочно: «Произведение само диктует автору нужную форму: стих или прозу, манеру барочную или простую. Теория может оказаться замечательным подспорьем (вспомним Уитмена), а может породить чудовищ или попросту музейные экспонаты».
Томас Стернз Элиот считал, что истинную индивидуальность поэт обретает, только когда осознает себя частью традиции.
Станислав Трофимов не относится ни к одной школе, ни к одному направлению, но всецело принадлежит русской традиции.
В его поэтических текстах органично сочетается духовное и музыкальное. Станислав Трофимов имеет богатый опыт церковного служения; ныне же он солист Мариинского и Большого театров, один из ведущих басов современной русской оперы. Это сочетание оказывается чрезвычайно интересным и плодотворным в поэтической перспективе: образность и тематика одной сферы сплетается с музыкальностью, ритмичностью другой.
Станислав Трофимов известен как исполнитель, который чрезвычайно тщательно и вдумчиво подходит к работе над партиями. Этот творческий метод он применяет и к поэтическим текстам.
Однако будет ошибочно предположить, что его стихи однообразны по тематике. Представленные в этой книги тексты вызывающе контрастны.
«Гудошная сказка» – фольклор несуществующего народа, эпос придуманного мира. «Сказание о гноме», смешное и грустное, уютное и масштабное, написано в своеобразной сказительской манере: точные рифмы соседствуют с ассонансными, но неизменна и строга интонация, управляющая стихом и открывающая читателю фантастический мир сказки. «Месть гнома», одна из наиболее эмоциональных частей «Сказания», написана с использованием лейтмотивной техники – пример осмысленного применения в поэтическом тексте оперных методов. С одной стороны, здесь можно узнать черты вымышленных миров Толкиена и Льюиса, с другой – явственны приметы русских сказок. Именно фольклор и деревенский быт наряду с позаимствованными из оперы техническими решениями становятся почвой для фантастического универсума «Гудошной сказки», что мотивирует как формально-технические, так и интонационно-тематические особенности этого текста.
Совсем иная – «Покаянная поэма». Это образец аскетичной духовной поэзии. Написанная в пору Великого поста, своим ритмом и скорбной интонацией она погружает читателя в особое состояние. Это поэзия не светская и не светлая – ее стоит читать и прочитывать именно как «покаянный», фактически молитвенный текст – в тот же период, когда он и был создан. Поэма написана по Великому покаянному канону преподобного Андрея Критского и находится в русле этого труда: каждой песне предпослан эпиграф, текст изобилует цитатами, вступая в живой поэтический диалог с претекстом.
Поэзия Станислава Трофимова всегда обращена к Богу и к человеку – скорбному, ничтожному, кающемуся, и все равно прекрасному. Человек ничтожен и грешен, он мал и незначителен – в этом его трагедия. Но даже сознавая свою ничтожность, человек стремится к любви, состраданию и жизни – и в этом его красота. Запечатлеть в стихах этот парадокс – редкая удача, однако, как представляется, перед нами именно такой случай.
У Станислава Трофимова множество слушателей – не сомневаюсь, что теперь он обретет и своих читателей.
Борис Ковалев,
член Союза писателей Санкт-Петербурга
Сказание о гноме
Чрезмерная жажда власти привела к падению ангелов…
Фрэнсис Бэкон
Вино по кубкам звонким льётся,
И песня в даль веков несётся
Устами путников-певцов
Для обличения глупцов,
Для прославленья храбрецов
И в научение юнцов,
Для созидания добра
Трудом скользящего пера…
Наш мир убог,
Ущербен, жалок,
Ко благу строг –
В нём блага мало.
А вот гнилья в среде народа,
И сановитого и сброда,
Хватает, как угля в печи,
Где муки ада горячи.
И потому, вещая правду
В порочной мира кутерьме,
Рискуешь ты за эту правду
Купаться по уши в дерьме.
Отселе слог не нужен мудрым —
Они привыкли к чистоте.
Взирают сонно оком мутным
И, состязаясь в правоте,
Всё рассуждают о грядущем,
О том, когда, что, где и как,
Вкушая туне добрый злак,
Имея вид, что вол жующий…
Трясясь за сытость и карманы,
Страшась изменчивой судьбы,
Смиренны мудрые к обману
И злым наветам клеветы.
Милы придворные поэты:
Услужливы к страстям господ,
И даже самый мерзкий скот
Запечатлеют чудом света.
Плати монету, друг хозяин,
И будешь для потомков всех
Ты самый добрый, славный барин
Без злых привычек и утех.
Затем, друзья, бесстрашным слогом
Судьбой награждены лишь те,
Кто многое познал в беде,
Вещая правду пред народом.
Кто Правды глас? Кто ей помощник?
Кто не боится возвещать
И за глагол свой отвечать?..
Конечно – пьяница гудошник!
Гном
I
Когда-то жил на свете гном.
Обычный гном, как все в той масти,
Но было злое в гноме том:
Желал он безраздельной власти.
О том поведаю вам сказ.
Нестройность не судите, люди,
А коль кому не в бровь, а в глаз,
То это ваше дело будет.
Рождён среди лесов, болот,
Средь нищеты, знававшей голод.
И трудно жил его народ,
Претерпевая зной и холод.
Усердно те трудились гномы,
Да в те лихие времена
Без хлеба не одни их домы
Судьбы терпели бремена.
В тоски тяжелые мгновенья
Ходили гномы на мольбу
И, умоляя Высоту,
К труду искали вдохновенья.
Там гнома некий жрец приметил
И, увидав его удел,
Таланты у него отметил
И взять в помощники хотел.
Так гном, познав азы ученья
О славной Высоте Светил,
Жрецом стать приложил стремленья,
На что отдал немало сил.
II
Оставил гном свое селенье
И был к наукам принуждён
В местах, где водится ученье
И люд умом не обделён.
Среди учебного сословья
Его никто не полюбил,
И часто на него злословья
Учебный братец возводил.
Ругали гнома и бранили,
На нём водили клевету,
Бывало, даже камнем били
Или таскали за браду.
Бедняга гном терпел изрядно,
Но всё же веру в Славный Свет
Не потерял, и то отрадно,
Что жаждал жреческий обет.
Учился, право, он как надо,
Старателен к наукам был,
И доброй славы как награды
Хотел он. Гном тщеславен был.
III
Однажды, проезжая рядом,
Нарочно иль случилось так,
Заехал со своим отрядом
К ученикам Великий Маг.
Значительным событье было,
И, в чинны ризы облачась,
Оставив книжный труд постылый,
Все в двор вбежали, торопясь.
Как только Маг Великий въехал
Весь белый на белом коне,
Вся дворня, все жрецы со спехом
Челами падали к земле.
Один лишь гном, в углу забитый,
В своём потрёпанном тряпье
Смотрел, как Белый Маг со свитой
Явился, будто свет во тьме.
Пред гномом был он точно Небо,
Покинувшее блеск Светил
Для важного какого дела,
С которым в землю приходил.
Гном видел стройные отряды
Из магов, эльфов и людей,
Что на груди несли награды
В достоинстве драгих камней.
Он видел всё величье Света,
Стоя пред Магом не склонясь,
Увидел царственность Завета,
Великую земную власть.
Да нужно ль уделять вниманье
О чём подумал бедный гном,
Увидев блеск очарованья
В краю том нищем и глухом?
IV
Тогда-то он решил навечно
Жизнь провести слугой Светил,
Покрыться славой бесконечной —