Всё, о чём придётся пожалеть

sofi ji

Всё, о чём придётся пожалеть

Пролог

У меня всегда была особая связь с этим местом - с пляжем, где океан уходит в самый горизонт. Не важно, в купальнике или в повседневной одежде, я без раздумий садилась на влажный песок, обхватив колени руками, и, опираясь о них подбородком, смотрела вдаль на бескрайний океан.

Неважно, с чем я приходила сюда – грустная или счастливая, разбитая или влюбленная. Именно здесь я почувствовала себя по-настоящему счастливой, но и здесь же мне разбили сердце. Это место принимало меня такой, какая я есть, и только сейчас я начинаю понимать, как много это значило для меня.

Мы жили в Монтерей до моих одиннадцати лет. Будучи ещё совсем крохой, папа взял меня с собой на пляж. Он рассказывал, что я сидела у него на руках, маленькая, не умеющая ходить. Я капризничала, пока папа аккуратно не повернул меня лицом к морю. По его словам, я в ту же секунду затихла и смотрела на воду широко раскрытыми глазами, как будто бы увидела что-то родное. То, что меня успокаивало. Папа говорил, что с того дня я тянулась к океану, как цветок к солнцу.

В детстве мои дни почти всегда начинались на пляже - с прогулок на лодке или просто у воды. Папа аккуратно наносил на мои щёчки солнцезащитный крем, и вместе со мной бежал на встречу волнам. После моих бесконечных прыжков с папиных плеч, мы выбегали из воды, падали спинами на мягкий песок и делали песочных ангелочков.

Прогулки на лодке были редкими, но я обожала каждую из них. Мы с папой крались по дому, чтобы не разбудить маму с Мелиссой, и выходили на утренний воздух. Мы садились в лодку, и уплывали далеко от пляжа. Мы почти всегда молчали. Если папа объяснял, как завязать узлы или как правильно грести, то делал это шёпотом, как будто бы не хотел нарушать ту тихую атмосферу вокруг нас.

Мама с Мелиссой нечасто присоединялись к нам. Сестра любила поспать подольше, хотя я давно заметила, что иногда она просто притворялась – лежала, укутанная в своё белое огромное одеяло и просто притворялась спящей.

- Мелии, почему ты не ходишь с нами на пляж, если уже проснулась? - спросила я однажды, когда Мелисса пыталась заплести мои длинные волосы в новую причёску, которую нашла в журнале.

- Следишь за мной? - она отпустила недоплетённую косу и посмотрела на меня через напольное зеркало, у которого мы сидели.

Я испугалась, что она разозлилась.

- Нет, правда! - я повернулась к сестре лицом и, продолжая мотать головой, продолжила оправдываться, - У тебя в комнате часто приоткрыта дверь, и когда я прохожу, иногда заглядываю …

Мелисса села в позу лотоса и резко ухмыльнулась.

- Испугалась, что я разозлилась?

- Да. – честно ответила я, чуть расслабив плечи.

Мелисса задумчиво посмотрела на меня. Её взгляд был странным, и я почувствовала, как мои плечи снова напрягаются. Но через секунду она притянула меня к себе и, снова посмотрев на меня через зеркало, сказала:

- Я не злюсь на тебя, сис. Я просто сова.

- Кто? Сова? – мои глаза расширились от такой новости. – ты умеешь превращаться в сову?

Мелисса вздёрнула брови, а потом засмеялась. Вспоминая сейчас этот момент, я понимаю, что это была искренняя улыбка. Её глаза сияли, лицо было расслабленно. Я видела искорку в глазах сестры. Такие улыбки были редкими, но я даже не задумывалась об этом в это время.

- Ну Мелиии, - протянула я смущённо.

- Я имею ввиду, - Мелисса вытерла с уголков глаз слезики и пыталась успокоиться. – что я люблю спать. Даже если проснулась рано, мне нравится полежать, собраться с мыслями. Таких людей называют совами.

Я смотрела на сестру, удивлённо раскрыв рот и глупо хлопая глазами.

- А если я люблю утро, то я не сова? Но я хочу быть совой!

- Таких, как ты, называют жаворонками. Нет ничего плохого быть жаворонком.

- Но я хочу быть как ты.

Я пристроилась на груди сестры, прикрыв глаза, пока Мелисса снова впала в транс и машинально гладила меня по голове, забыв про причёску из журнала.

Сестра резко прильнула своей щекой к моей и сказала:

- А я кое-что придумала.

Я, уже полусонная, приподняла голову.

- Что же?

Мелисса улыбнулась. Как я и говорила, её искренние улыбки были редкими, и эта – не одна из них. Но мне было этого не понять тогда.

Я не сомневалась в Мелиссе.

- Дай мне обещание. – сестра протянула мизинец.

Я уже протянула свой пальчик, когда она продолжила:

- Чтобы я не сделала, я хочу, чтобы ты всегда была рядом, сис.

- Обещаю! - Я уверенно скрепила свой мизинец с её и с счастливой беззубой улыбкой на неё посмотрела.

Мне было пять, но уже тогда обещание, скреплённое на мизинцах, было для меня священным. Дать его своей сестре, которую я любила всем своим сердцем, казалось мне самым естественным поступком в мире.

В тот день мы поехали в новое для меня место - Монтерей-Бей, огромный океанариум в нашем городке. С первых минут мне показалось, как будто бы я попала в Атлантиду. Различные морские существа были настолько близко, что восторг полностью наполнял меня. Мне хотелось попасть хотя бы в один бассейн и поплавать с животными.

Это и правда выглядит волшебно, Русалочка, – говорил Джей, когда я рассказывала ему об этом месте.

- Я представляла, что это стекло исчезает, растворяется, и я взаправду становлюсь русалкой, как ты и говоришь, - мечтательно говорила я.

Джей-Джей только смеялся, даря мне свою мягкую улыбку, и притягивал к себе, чтобы заключить в его тёплые объятия.

Наверное, именно из-за этого парня Монтерей мне нравился, но не так сильно, как Кармел – город, в который я была безумно влюблена.

Мама очень часто отвозила нас в Кармел, к своим родителям – бабуле и дедуле Эйвери. Они всегда с радостью принимали своих внучек, хоть и Мелиссе никогда не нравились поездки в этот городок.

Каждое лето меня отвозили в Кармел и оставляли до конца августа. Мелисса никогда на такое не соглашалась, как бы мама её не уговаривала, поэтому летом я её видела намного реже, чем в учебное время.

Но в августе две тысячи тринадцатого года всё изменилось.

В один из дней, мы всей семьёй, кроме папы и дедушки, пошли рано утром на пляж Кармел Сансет Бич, который находился рядом с домом. Песок этого пляжа был такой чистый, - цвета топлёного молока, – а вода такой лазурной и прозрачной, что, смотря на это место, захватывало дух.

К нам присоединилась и мама Джея, миссис Джонсон. Папа Джея должен был присоединиться к мои дедушке и папе, но я видела, как он один уехал вчера вечером куда-то в неизвестном мне направлении. Я думаю, из-за этого миссис Джонсон согласилась сходить с семьёй лучшей подруги - моей мамы – на пляж. Мы с Джеем были как сиамские близнецы, поэтому говорить о том, чтобы он к нам присоединился было бы странно.

Я надела слитный белый купальник с маленькими солнышками, а на голове завязала жёлтую бандану, оставив свои золотистые волосы распушенными. Поверх купальника я не стала ничего надевать, поэтому, как только женщины выбрали место, где мы будем загорать, я кинула свои вещи и хитро посмотрела на Джея.

- Фло…

- Кто первый добежит до воды, тот победил!, - сказала я и резко рванула к океану.

Ветер бил по лицу, песок замедлял бег, но я продолжала бежать, проникнувшись лёгким азартом.

Мне оставался всего шаг, чтобы радостно крикнуть я победила!, но в последнюю секунду мальчишечьи руки подхватили меня и закружили прямо над водой, да так резко, что я завизжала.

- Я победил!, - крикнул Джей, перекинул меня через плечо и вошёл в воду по щиколотку, чтобы подтвердить свою победу.

- Так нечестно! – я била его по спине, пытаясь говорить с обидой, но остановить звонкий смех я не могла.

- Всё предельно честно, Русалочка.

- Опусти меня, Джей – Джей! Опусти!

- Без проблем.

В следующую секунду я погрузилась в воду.

- Я … тебя … сейчас … утоплю в этом океане, Джеймс! – вынырнув из воды и пытаясь отдышаться, злостно крикнула я парню, который уже сидел у берега, зарывшись ногами в песок.

- Ууу, какие мы страшные, по полному имени ко мне, - ехидничал он, жмурясь от солнца. – ты сначала выйди из воды. Хотя, мне кажется …

Джей скорчил какую-то странную гримасу, но я не успела ответить, потому что меня окатила волна.

Повезло, что здесь нет камней.

Я с трудом вылезла из воды и шлёпнулась животом на песок рядом с Джеем, а через минуту перевернулась на спину, и теперь моя рука касалась его вытянутой ноги.

- Понравилось? – ухмыляясь, спросил он.

- Помни, я буду мстить.

- Ты не причинишь мне боль, Русалочка. Кто угодно, но не ты.

Вероятно, он был прав. Я любила Джея. Всей той любовью, на которую была способна тогда. И мысль о том, чтобы причинить ему реальный вред, пугала меня.

Я отвернулась, чтобы он не заметил моих красных щёк.

- Эй, я всё видел, – Джей легонько дёрнул меня за локон волос. – Чего ты стесняешься?

- Я не стесняюсь!

- А вот и неправда.

Боже.

- Почему ты всегда говоришь такие вещи?

- Какие?

Я повернулась к нему лицом.

- Неловкие.

- Но это же правда.

Джеймс протянул свою руку к моей щеке, чтобы убрать прилипший к ней песок.

- Вот ещё правда – я не позволю никому причинить боль тебе.

Я засмущалась ещё больше и начала хихикать, потому что не знала, как ответить.

- Пошли купаться. Только теперь без твоих сюрпризов!

Через полчаса мы сидели на песке, пытаясь построить замок. Джей старался, а вот я всё время отвлекалась, смотря на горизонт. Небо потихоньку покрывали яркие краски – близился вечер. Даже сейчас я могу вспомнить этот запах, который я вдыхала в тот момент. Соль, водоросли, мокрый песок. Он всегда был со мной – в Кармале, в Джексонвилле, здесь. Даже теперь, когда я далеко, мне достаточно закрыть глаза, и я снова там.

Как же здесь красиво! Моё самое любимое место, подумала тогда я, закрыв глаза и наслаждаясь морским ветерком.

- Эй, а как же то место, которые теперь наше? – спросил у меня Джей, не отвлекаясь от постройки замка.

- Что? – рассеяно спросила я, в который раз смущаясь, только теперь из-за мыслей, которые говорю в слух. – А ты хочешь, чтобы оно было моим любимым?

- Конечно.

Я почувствовала, как щёки в очередной раз залил румянец, и устремила взгляд на нашу компанию. Они вели бурное обсуждение. Мама что-то объясняла, а бабушка с миссис Джонсон перекидывались странными взглядами. Мелисса листала журнал, но в какой-то момент присоединилась к обсуждению.

Когда взгляды мамы Джея и моей бабушки устремились в нашу сторону, я резко отвернулась.

Интересно, о чём это они говорят?, подумала я.

Мне захотелось поделиться с Джеймсом своим наблюдением, но в ту же секунду, как я посмотрела на него, всё это стало таким неважным.

Он смотрел прямо на меня.

Его большие темные глаза гипнотизировали и отвлекали меня от напряжения, исходящее от наших родных. И от него самого. Джей медленно приближался ко мне, пряча что-то за спиной.

Через секунду я с визгом бежала вдоль берега от парня, зловеще хохочущего с длинным червём в руках.

Я была счастлива в этом месте, с этим человеком. Я жила в мире, где Монтерей – Бей был для меня личной Атлантидой. Там толстые стёкла растворялись, и я, становясь русалкой, кружила в воде вместе с морскими животными. Я знала, что этот пляж, где я с Джеем бегаем друг от друга, плюнув на песочный замок, всегда будет моим. И всё будет так, как сейчас – беззаботно, радостно и просто.

Но в конечном итоге, мне было одиннадцать лет и всё, что, как я думала, правда, на самом деле оказалось моими детскими иллюзиями. Я жила в сказочном мире, который сама же и придумала.

Я не знала тогда, что этот пляж станет местом, где я потеряю не только Джея, но и себя.