Софи Барнс.

Грешные желания Сары



скачать книгу бесплатно

Софи Барнс
Грешные желания Сары

Переведено по изданию:

Barnes S. Lady Sarah’s Sinful Desires: A Novel / Sophie Barnes. – New York: Avon Books, 2015. – 384 р.



© Sophie Barnes, 2015

© Chris Cocozza, обложка, 2016

© Hemiro Ltd, издание на русском языке, 2016

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», перевод и художественное оформление, 2016

* * *

Посвящается Эрике Цанг. Без тебя у меня ничего не получилось бы. А также моей семье. Я вас всех очень люблю!



Благодарности

Писательство – это постоянный процесс обучения, странствия воображения, и по этой причине порой бывают заминки, когда я подолгу обдумываю тот или иной момент, а иногда и вовсе захожу в тупик. К счастью, я работаю с коллективом неординарных людей, которые всегда помогают мне обрести твердую почву под ногами, указывают правильное направление или дают необходимый толчок. Все они вместе и каждый по отдельности заслуживают моей глубочайшей признательности и благодарности, поскольку, когда всё уже сказано и сделано, книга становится результатом работы не одного человека, а многих.

Хочу поблагодарить моего замечательного редактора Эрику Цанг и ее помощника Челси Эммельхайнц за невероятную готовность прийти на помощь и за легкость в общении. Работа с вами была настоящим удовольствием!

Также хочу поблагодарить и остальных членов коллектива Avon Books, включающего (но не исчерпывающегося этими людьми) литературного редактора Джуди Майерс, специалистов по печати Пэм Спенглер-Джэффи, Джесси Эдвардс, Кэролайн Перни и Эмили Хомонофф, старшего директора по маркетингу Шона Николлза. От них я получала поддержку и советы всякий раз, когда нуждалась в этом. Моя искренняя благодарность вам за то, что вы такие замечательные!

Еще один человек, которого я должна поблагодарить за его талант, – художник Джеймс Гриффин, создавший потрясающую обложку к этой книге[1]1
  Имеется в виду обложка к англоязычному варианту романа. (Здесь и далее примеч. пер., если не указано иное.)


[Закрыть]
. В обложке он смог воплотить не только дух произведения, но и то, как я себе представляла внешность героев. Вы великолепно выполнили свою работу!

Читателей моей рукописи Коди Гэри, Мэри Чен, Сириэн Хэлфорд, Марлу Голлэдей и Кэтти Най, чья проницательность сослужила мне прекрасную службу, я благодарю от всего сердца!

Также хочу поблагодарить Нэнси Мэйер за оказанное содействие. Каждый вопрос, касающийся эпохи Регентства, на который найти ответ самостоятельно мне не удавалось, я адресовала Нэнси.

Ее помощь неоценима.

Мои родные и друзья тоже заслуживают моей благодарности, особенно за то, что напоминали мне о необходимости иногда делать перерыв, отходить от компьютера и просто отдыхать. Без вас я бы пропала.

И тебе, дорогой читатель, я бесконечно благодарна за потраченное на прочтение этой истории время. Твою поддержку, как и всегда, я высоко ценю!

Несмотря на страх перед грядущим, я не вижу для себя иного выбора, кроме действия, и к этому меня вынуждают требования нравственности и чести, а единственным утешением для меня является лишь то, что в этой битве я буду не один. Насколько велики мои возможности повлиять на исход дела, пока не ясно, но я должен хотя бы попытаться.

Вы, кто в будущем станет читать эти строки, будьте уверены, что и я, и мои соратники сделали все от нас зависящее, и если мне суждено завтра умереть, то я пойду на это с чистой совестью.

Из дневника третьего графа Данкастера, 1792 год.

Глава 1

В карете по пути в поместье Торнклифф, 1820 год

– Как по-вашему, мы скоро приедем? – нетерпеливо спросила Рэйчел. – Перед отъездом от последней почтовой станции мама уверяла меня, что дорога займет не больше пары часов, но, если быть точной, с тех пор прошло уже два часа семь минут.

Кристофер взглянул на младшую сестру.

– Вряд ли мама бывала раньше в Торнклиффе, – сказал он, имея в виду большой особняк графини Данкастер, превращенный ею в гостиницу. Ему и его семейству предстояло провести там все лето. – Так что длительность поездки она могла оценивать лишь приблизительно.

Такой ответ не удовлетворил Рэйчел:

– Жаль, что, в отличие от меня, не все понимают важность точности.

– Повариха понимает, – снисходительно сказала Лора.

Кристофер обратил внимание на другую сестру, а всего их у него было пять.

– Полагаю, она осознаёт, насколько важна точность. Ведь нет ничего хуже, чем лишняя мука? в пироге.

– Тебе обязательно было подзуживать ее? – спросила Фиона. Будучи самой младшей в семействе Хартли, она не обладала сдержанностью, присущей остальным.

Кристофер помрачнел, а просиявшая Рэйчел с радостью ухватилась за слова Лоры:

– Известно, что жизнь стала бы несносной без математических расчетов. Здания рухнули бы на землю, тесто не подходило бы, а наша одежда стала бы неудобной… Да что там, можно до бесконечности говорить о том, как на всех нас сказалось бы отсутствие научного подхода.

– А нужно ли? – спросила Фиона с затаенным испугом в голосе.

– Почему бы нам не поговорить о великолепии того места, куда мы направляемся? – предложил Кристофер.

Он был очень привязан к Рэйчел, но не имел ни малейшего желания подвергнуться испытанию пространной лекцией по евклидовой геометрии или, боже упаси, о жизнедеятельности улиток, изучением которых сестренка с недавних пор увлекалась.

– Говорят, Торнклифф роскошен. Третий граф Данкастер явно не жалел средств на его благоустройство, – сказала Лора, прежде чем Рэйчел успела высказаться на сей счет. – Леди Харриэт, моя подруга, была там со своей семьей прошлым летом, и она утверждает, что в поместье мы не испытаем недостатка в развлечениях все три месяца пребывания там.

– Нисколько не сомневаюсь в этом, – тут же отозвалась Фиона, глаза которой горели, – ведь я собираюсь с пользой провести там время. Я намерена отыскать ларец с драгоценностями, о котором нам рассказывала бабушка, когда мы были маленькими.

– О чем это ты? – уставился на нее Кристофер.

– Неужели не помнишь? Она же много раз говорила, что в эпоху Революции ее родня из Франции отослала семейные драгоценности в Англию, чтобы они не попали в чужие руки. Кроме этих ценностей у бабушки ничего не осталось от родственников, а их всех подвергли казни на гильотине, но по неизвестным причинам ларец с сокровищами так и не прибыл. Я уверена, что драгоценности спрятаны где-то в Торнклиффе. Учитывая тесную дружбу дедушки с лордом Данкастером, я…

– Теперь, когда ты об этом сказала, я припоминаю, что она говорила что-то в этом роде, но я никогда не воспринимала ее слова всерьез, – промолвила Лора. – Ты же помнишь, как глубоко бабушка переживала потерю родственников. Ее рассказы о драгоценностях я всегда воспринимала как последнюю надежду бабули на то, что кто-то из них уцелел и в конце концов объявится.

– Но она особо упоминала письмо, полученное из Франции от ее сестры, герцогини Марвилль, в котором та сообщала, что ларец отослан в Англию и она сделала все необходимое, чтобы его доставили бабушке, а уж ей следует его ожидать.

– У тебя поразительная память, – заметила Рэйчел. – Но, думаю, нам нужно примириться с мыслью, что драгоценности остались во Франции, как это ни прискорбно.

– Однако в своем дневнике, – не сдавалась Фиона, – бабушка писала о посещении дедушкой Торнклиффа незадолго до его смерти. Там говорится, что она молилась о том, чтобы ее муж поскорее вернулся с ларцом.

– И все же она его не получила, – возразил Кристофер.

– Нет, не получила, – вздохнула Фиона. – Дедушка отправился во Францию вместе с третьим лордом Данкастером, но по пути их корабль затонул и они погибли. – Она снова печально вздохнула, однако твердая решительность по-прежнему горела в ее взгляде. – Не исключено, что ларец с драгоценностями все еще в Торнклиффе, а если так – я непременно его отыщу. Можете в этом не сомневаться.

У Кристофера даже не возникало сомнений на сей счет. Уж чего-чего, а упрямства его сестре было не занимать. Поэтому для него стало неожиданностью, что она вдруг перевела разговор на другую тему, сказав:

– Я все еще не могу поверить, что маме с папой удалось уговорить Ричарда поехать с нами.

Кристофер сжал пальцы в кулак.

– У него особо и выбора не было. Оукленд-Парк все лето будет наводнен рабочими, и, боюсь, им придется поторапливаться, чтобы успеть отделать весь дом в греческом стиле, как задумала мама.

– Все же, согласись, это удивительно, – сказала Лора.

Кристофер решил промолчать. Когда он размышлял о службе своего брата на благо короны, всякий раз испытывал неловкость. Будучи старшим братом Ричарда, он всегда ощущал определенную ответственность за него, потребность его защитить. А война с Наполеоном оставила в душе Кристофера одно лишь чувство несостоятельности. Он засунул руку в карман и достал часы, чтобы узнать время. Шла вторая минута третьего. Кристофер секунду помедлил, после чего трижды провел большим пальцем по стеклу часов.

– Ты же знаешь, это бессмысленно, – сказала Рэйчел. – Успех является результатом усердного труда и здравого смысла, а не глупых ритуалов.

Хотя в ее замечании не было ничего неожиданного, у Кристофера оно вызвало раздражение.

– Я верю в удачу, Рэйчел, и если для ее достижения нужно исполнить кое-какие странные действия, то так тому и быть.

Слегка раскачиваясь, карета катилась вперед. С намерением насладиться этим приятным ритмом Кристофер отвернулся, радуясь тому, что сестра воздержалась от дальнейших комментариев. Все дело в том, что склонность к суевериям смущала и его самого, поскольку противоречила логике и здравому смыслу. И все же виконта не покидало предчувствие, будто что-то ужасное неизбежно произойдет, если не принять определенных мер для его предотвращения. Мужчина вздохнул. Ощущение стало еще более сильным после того, как карета проехала мимо дерева, на ветвях которого сидели две вороны.

…Это было в 1815-м. В том году он испытал разочарование из-за неудачной любви, к тому же французы захватили в плен его брата.

Неожиданный вопрос заставил Кристофера стряхнуть задумчивость.

– Как считаете, Хлоя когда-нибудь снова выйдет замуж? – спросила Лора, имея в виду их овдовевшую сестру.

– Судя по всему, вряд ли, – проворчала Рэйчел.

Кристоферу вдруг пришло на ум, что Рэйчел была бы миловиднее, если бы не стягивала так туго волосы на затылке. Сестрам, мягкие локоны которых красиво обрамляли лица, следовало бы подсказать ей это, но Кристофер знал – подобный разговор ни к чему, кроме спора, не приведет. Рэйчел была чрезвычайно упряма в некоторых вещах, и это совсем не способствовало ее замужеству.

– Хорошо, что ее муж погиб на дуэли, а то я сама прикончила бы его, – заявила Фиона.

Кристофер нахмурился, не зная, гордиться кровожадностью своей сестры или опасаться ее. Черт побери, он и сам хотел бы иметь возможность вызвать покойного лорда Ньюбери на поединок, после того как его многочисленные интрижки выплыли наружу. Но, в конце концов, о наказании мужа сестры позаботился несчастный супруг последней пассии Ньюбери.

– Будем надеяться, что если она и выйдет снова замуж, то за достойного человека, – сказал он.

– Возможно, в Торнклиффе она встретит подходящего джентльмена! – воспылала надеждой Лора. Она подалась вперед, пристально глядя на брата. – Может, там даже найдется молодая леди и для…

– Я бы на твоем месте не стал договаривать до конца, – предостерег ее Кристофер.

– Совсем не обязательно быть таким обидчивым, – чопорно ответила Лора, выпрямив спину и подняв подбородок. – Я забочусь только о твоем благе.

Кристофер простонал. То же самое он слышал и от матери с отцом. Причем постоянно. Именно поэтому он не пожелал ехать с ними в Торнклифф в одной карете. Шесть часов выслушивать, как они по очереди будут предлагать ему возможных невест, было бы выше его сил. Понятно, что ему, старшему сыну и наследнику титула Оукленд, в конце концов придется жениться. Ему просто хотелось бы немного повременить, может, провести еще один сезон[2]2
  Лондонский сезон – период с мая по август, в течение которого высший свет Англии предается различным развлечениям в Лондоне.


[Закрыть]
, наслаждаясь радостями холостяцкого состояния в объятиях той оперной певички, на которую он положил глаз. И, уж конечно, он не имел желания повторять ошибку, совершенную им пять лет назад.

– Позволь дать тебе совет, дорогая сестрица: оставь эти романтические мечтания для героев своих безумно оригинальных романов, а меня от них избавь.

– Но…

– Никаких «но», – твердо возразил он. – Я не позволю тебе быть моей сводницей.

Скрестив руки на груди, Лора сердито уставилась на Кристофера. Он знал, что она сейчас изо всех сил сдерживается, чтобы не высказаться, и ее усилия восхищали его. Без преувеличения. Однако никто не смог бы сказать, надолго ли ее хватит, и, чтобы полностью отвлечь внимание сестры от собственной персоны, он заявил:

– Учитывая все обстоятельства, полагаю, будет благоразумнее, если я сам подберу женихов для каждой из вас.

– Что?! – Этот взрыв возмущения исходил от Рэйчел, что, впрочем, не было чем-то неожиданным.

То, что вся ее жизнь вращается вокруг математики и естествознания, Кристоферу было известно, и мысль о том, чтобы обзавестись семьей и своим домом, видимо, совсем не представляла для нее интереса.

– Вы ведь моложе не становитесь, – сказал он, бесцеремонно начиная разговор, который их мать заводила так часто, что он давно уже превратился в привычную нотацию.

– Мне только восемнадцать! – негодующе возразила Фиона. – До старой девы еще далеко.

– Это верно, – согласился Кристофер, похлопывая девушку по руке и полагая, что ее это успокоит. – Допустим, твое положение не столь критично, как у Рэйчел либо Эмили, которым, напомню, двадцать три и двадцать два соответственно.

– Хорошо уже хотя бы то, что, говоря о возрасте, каждый в этой семье вполне способен быть точным. – Сверкнув глазами, Рэйчел плотно сжала губы.

– А тебе ведь следует подумать о том, кому ты оставишь свои научные открытия в наследство, так сказать. Воспитывая собственного ребенка, ты сможешь привить ему или ей свой интерес к… – Кристофер запнулся, подыскивая нужное слово, но на ум пришло только: – …слизням.

– Раз уж ты проникся таким живым интересом к моим исследованиям, – сказала Рэйчел, немного остывая, – то должна тебе сообщить: я намереваюсь издать свой труд сразу же, как он будет завершен. Это, дорогой братец, и будет моим наследием. Мужья и дети в таком деле только помеха.

– Думаю, Кристофер не имел в виду, что у тебя будет более одного, – пробормотала Лора.

Кристофер едва сдержался, чтобы не растянуть губы в улыбке. Показывать, будто этот разговор развеселил его, не было ему на руку здесь – взаперти с тремя женщинами в одной карете.

– Что «более одного»? – спросила Рэйчел, с явным раздражением оборачиваясь к сестре.

– Ты только что говорила о мужьях, – пояснила Лора. – Во множественном числе.

– Я… – начала было Рэйчел. Она, должно быть, поняла, что отрицать ошибку, допущенную при свидетелях, бессмысленно, поэтому, скрестив руки на груди, добавила: – Ах, ну ты поняла, что я имела в виду.

– А тебе не приходило в голову, – сказал Кристофер, – что там может оказаться одинокий ученый, который будет рад такой невесте, как ты? Общие интересы и тому подобное.

– Такого там не будет, – ответила Рэйчел, и на ее напряженном лице явно читался испуг. – Если только я не соглашусь либо на того, кто втрое меня старше, либо на того, у кого нет средств на пропитание. Вероятность этого я прикинула еще в прошлом году.

– С тех пор ситуация могла измениться, – предположил Кристофер.

Рэйчел ничего не ответила на это, лишь сердито взглянула на брата.

– Ладно, тогда я, видимо, сосредоточусь на устройстве будущего Эмили, – сказал Кристофер. Он и сам не знал, зачем продолжал этот разговор, если только не с тем, чтобы подразнить сестер.

– Ей твое вмешательство понравится не больше, чем тебе наше, – сказала Фиона с нехарактерной для ее возраста серьезностью. – И не забывай, что, в отличие от нас, ты наследник папы. Найти жену и произвести на свет потомков – твоя обязанность.

Чуть склонив голову, Кристофер уставился на самую младшую из сестер.

– И что же, скажи на милость, ты об этом знаешь? – спросил он.

– Достаточно, чтобы уверить тебя: сам ты с этим не справишься, – заявила Фиона.

Лора прыснула, а Рэйчел густо покраснела.

– Тебе понадобится помощь дамы.

Надеясь утаить неловкость, которая каждый раз охватывала его, когда разговор касался этого специфического вопроса, Кристофер со всей возможной надменностью произнес лишь одно слово, которое, как ему казалось, было единственно приемлемым в такой ситуации:

– Несомненно.

Не имея желания дальше развивать эту тему, он устремил взгляд в окошко, стараясь не думать о той женщине, на которой женился бы пять лет назад, если бы она не оказалась обыкновенной мошенницей.

– Это невероятно! – вскоре услышал он слова Лоры.

Кристофер обернулся к сестрам, которые охали и ахали так, будто вошли в «La Belle Anglaise», изысканный магазин одежды в Мейфэр[3]3
  Мейфэр – фешенебельный район Лондона, изобилующий дорогими магазинами и гостиницами.


[Закрыть]
. Все они, разумеется, облепили окно, поэтому у Кристофера не было ни малейшей возможности увидеть, чем же сестрицы столь восхищены, пока Рэйчел не отстранилась, видимо удовлетворив свое любопытство.

Кристофер склонился вперед, изумляясь не меньше сестер. Вдали, окруженный невысокими склонами, стоял особняк… или, правильнее сказать, дворец, величественнее которого ему еще не доводилось видеть. Черт возьми, своими рядами мраморных колонн, вытянувшихся подобно часовым перед каждым из крыльев здания, своей центральной частью, достойной древнегреческого храма, он способен был посрамить даже Карлтон-Хаус – резиденцию принца-регента[4]4
  Принц-регент – будущий король Георг IV, правил Англией в 1811–1820 гг.


[Закрыть]
.

– По сравнению с ним Оукленд-Парк выглядит просто-таки лачугой, – заметила Фиона.

Кристофер прищурился. К своему удивлению он осознал, что не может не согласиться. Торнклифф и вправду являл собой поразительное зрелище, а внушительные размеры вызывали соблазн хорошенько исследовать его.

– Я читал, что первоначально здание было возведено на остатках древнеримского поселения в ХII веке.

– Правда? – взволнованно спросила Фиона.

Кристофер кивнул, обводя взглядом впечатляющее масштабами строение.

– К тому же под ним, полагают, раскинулась обширная сеть подземных ходов.

Его интерес к Торнклиффу не был случайным. Увлекшись замками еще в юности, он не упускал случая узнать побольше о каждом крупном поместье, а когда родители объявили, что семья Хартли проведет все лето не дома, он ждал этой поездки с большим нетерпением. Преимущество пребывания в Торнклиффе состояло также и в том, что здесь, судя по всему, у него будет возможность избежать общества матери и потенциальных невест, которые, без сомнения, выразят желание заполучить его. Улыбаясь, Кристофер откинулся на пышные подушки сиденья. В конце концов на горизонте замаячило избавление.

В другой карете, направляющейся в поместье Торнклифф

Сидя между своими младшими сестрами, Элис и Джульеттой, Сара старалась стоически не замечать выражение осуждения, застывшее на лице ее мачехи. Отец девушки досаждал ей меньше, так как всю дорогу читал газету и мало обращал внимание на остальных членов семьи.

– Вы что-то хотите сказать, мама? – спросила наконец Сара, которая не могла больше сдерживаться.

Леди Эндовер вперила в нее взгляд, но, как и ожидала Сара, ограничилась кратким «Не сейчас».

Говорить о прегрешениях Сары при молодых и впечатлительных сестрах было запрещено. Впрочем, у нее не осталось сомнений в том, что она получит сполна позже, когда девушек не окажется рядом и мачеха даст волю своему языку. В конце концов, Саре, ставшей позором доброго имени Аргайл, ничего другого ожидать от леди Эндовер не приходилось.

– Вы только взгляните на это! – вдруг ахнула Элис, давая Саре долгожданный повод отвлечься от тяжких мыслей.

Сара, склонившись вперед, пока Джульетта пыталась отодвинуть ее и тоже выглянуть в окошко, успела лишь заметить самое большое здание, какое ей только приходилось видеть, прежде чем мачеха произнесла:

– Сядь ровно, Сара. Твоей сестре из-за тебя ничего не видно.

Девушка подчинилась, вполне, впрочем, осознавая, что Элис и Джульетта в этом случае были всего лишь орудием в руках мачехи, чья самодовольная ухмылка как будто говорила: «Я знаю, что ты не хочешь стать причиной скандала в их присутствии».

Сдержав язвительное замечание, Сара застыла на месте, а ее сестры тем временем наполнили атмосферу в салоне кареты радостным волнением. Она просунула руку в ридикюль и погладила меховой комочек, тепло которого действовало на нее успокаивающе. Интересно, что сказала бы мачеха, узнав о том, что падчерица взяла с собой своего ручного хомячка? Вероятно, леди Эндовер нашла бы способ наказать Сару, так что ей следовало получше прятать питомца.

– Приехали наконец! – воскликнула Элис, когда карета, прогремев колесами по мощеному двору, качнулась, прежде чем неподвижно замереть.

– Вы только взгляните на эти двери! Они, наверное, раза в два шире, чем у нас дома.

– А какая на них великолепная резьба, – добавила Джульетта, силясь выглянуть в окошко кареты из-за спины сестры. – Поскорее бы попасть внутрь!

Разглядывая очертания фасада, Сара не могла не согласиться с сестрами. Старые камни свидетельствовали о том, что это величественное строение много чего повидало на своем долгом веку. Эти камни дышали историей.

– Успокойтесь, девочки, – промолвила леди Эндовер. – Хотя вы и на каникулах, это не освобождает вас от обязанности вести себя прилично. – Обратив строгий взгляд на Сару, она предостерегла дочерей: – Чтобы здесь не было никакой беготни, это ясно?

– Да, мама, – в один голос разочарованно сказали Элис и Джульетта.

Открыв дверцу кареты, лакей учтиво предложил руку леди Эндовер, вышедшей вслед за дочерями. Сара собралась последовать за ними, но отец остановил ее, взяв за руку.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7