скачать книгу бесплатно
Люсия начала читать неизвестный мне заговор, и я ощутила, как рука Верды дёрнулась и сжала мою руку. Вдруг у неё открылись глаза, и каким-то не своим голосом она сказала:
– Не подходи к Лютину и Саймону, погибнешь.
Она тяжело вздохнула и закрыла глаза, потом задрожала всем телом, выгнулась дугой, сжав при этом мою руку с немыслимой силой, и затихла. Я еле смогла перевести дыхание от боли, которую испытала, и попробовала отцепить её высохшие костлявые пальцы, но ничего не получилось.
– Пока не трогай, – прошептала Люсия. – Подожди немного.
Сразу после её слов кожа ведьмы покрылась тёмной сосудистой сеткой, а потом начала волнами светиться, собирая весь свет в области солнечного сплетения. Последовал резкий толчок в грудь, который снёс меня с кровати к стене, – и мой мир померк.
Глава 4
Приходила я в себя очень тяжело. Сначала долго блуждала по каким-то тёмным тоннелям, никак не могла найти выход, выбилась из сил и под конец уже ползла на животе по камням, обдирая в кровь руки и тело. Почему-то я была голой, но холода не чувствовала, наоборот, как будто горела вся, прохлада камней была мне только в радость. Я, даже зная, что нахожусь без сознания, периодически отключалась в том странном подземелье. Да и вообще, создавалось ощущение, что мне надо было поторопиться, как будто что-то должно произойти и я могу не успеть.
Что именно произойдёт и куда должна успеть, я не знала, но, когда очередной раз вынырнула из небытия, поняла, что вот он, мой шанс, или-или. Жар внутри тела к тому времени стал просто невыносимым, я даже подумала, что сейчас взорвусь и осыплюсь пеплом, как та старушка у ворот. А потом нашла в себе силы встать на ноги, дойти до стены на негнущихся ногах и приложить руки к стене подземелья.
– А-а-а-а-а! – вырвалось непроизвольно у меня из горла вместе с потоком огня из рук.
Он раздробил и расплавил скальную породу и вызвал её обрушение. Вместе с этим выбросом наступило такое облегчение, что я не выдержала, опустилась на колени и расплакалась. Ревела навзрыд, как уже давно не позволяла себе. Пять лет я работала и училась у ведьмы как проклятая, стараясь не думать о том, что произошло со мной, надеясь, что ещё немного – и Верда мне поможет увидеть сына. Но не получилось… Всё пропало… Как теперь жить, что делать…
Как назойливая муха, у меня что-то свистело над ухом, но я не обращала на это внимания, а всё плакала и плакала, жалея сначала ведьму, ставшую для меня опорой в этом мире, потом себя, такую несчастную и невезучую…
– Сы-ы-ы-сы-ыв… – продолжало зудеть в ушах.
И вдруг у меня перед глазами возник образ Верды. Она была такой, какой я её увидела в первый день нашего знакомства. Также внимательно смотрела мне в глаза и вдруг резко сказала:
– Вставай и иди! Ты приняла мою силу, теперь она укажет тебе дорогу и защитит.
И исчезла. Я моргнула и открыла глаза. Надо мной склонились Люсия и Стефан, причём это именно он кричал мне в ухо: «Света, Света». Бабушка же радостно всплеснула руками, видя, что я пришла в себя, и бросилась целовать мне руки. Я пыталась их отнять, но сил не было даже пальцами шевелить.
– Вы чего? – только и смогла произнести я.
– Ой, милая, я так напугалась! Так напугалась! – причитала старушка. – Ты ведь вся горела синим пламенем…
– Почему синим? Я вроде красное видела, – решила я пошутить, а потом разглядела на обоих одежду в подпалинах и копоть на лице.
Я присмотрелась и поняла, что лежу на той самой кровати, где умирала Верда. Голая и накрытая какими-то обгоревшими тряпками.
– Где моя одежда? – спросила я и немного приподнялась на локтях.
Стефан стыдливо отвернулся, а я съехавшей тряпкой прикрыла грудь.
– Так ведь всё сгорело. Три дня силу принимала, три дня горела. Я уж думала, что не выберешься. Ан нет! Осилила! Не зря тебя Верда выбрала, знала, что сможешь! – радовалась Люсия, стянула тряпку и накрыла меня другой простынёй, пока Стефан не смотрел.
Я устало откинулась на подушку, которая тоже сильно пострадала, и уставилась в потолок. «И что теперь мне делать с этой силушкой?» – думала я, хотя, что делать, конечно, знала, просто всё свалилось на меня так неожиданно, что я оказалась не готова это принять.
Мир, который здесь называли Одерис, мне родным за эти пять лет так и не стал. Он оказался очень похожим на наш, и я себе представляла, что просто живу в другом городе, не зацикливаясь на отличиях. Люди-то такие же. Слава богу здесь не было орков, гоблинов, вампиров и других рас. Хотя было бы интересно и на них посмотреть.
Я вроде и жила здесь, а вроде и нет. Делала, что говорят, но планов на жизнь никаких не строила, жила как трава: солнышко светит, дождик поливает – и ладно. И только сейчас поняла, что теперь осталась здесь совсем одна, как я построю свою жизнь, так её и проживу. А жизнь, судя по всему, у меня будет долгой. Очень долгой. Верда постаралась и подкопила такой резерв, что он в меня еле-еле влез, а это значило, что мне теперь придётся его постоянно тратить и в больших количествах, чтоб не лопнуть ненароком, вернее, не сгореть.
– Люсия, принеси мне, пожалуйста, чистую одежду, а ты, Стефан – таз с водой и мыло.
Они убежали с радостью выполнять мои поручения, а в дверь заглянули Анита и Ефим.
– Не уходите, подойдите, пожалуйста, – попросила я и постаралась лечь повыше на подушке.
Они, стесняясь и глядя виновато на меня исподлобья, подошли к кровати.
– Мы это… – начал было говорить Ефим, но отвёл глаза.
– Не надо никаких объяснений. Я вас никуда не гоню, живите и работайте, как и раньше. Я всё равно здесь надолго не задержусь. Жалование вам буду платить меньше. Если не нравится, то найму кого-то друго…
– Нет-нет, что вы! Я, наоборот, хотел сказать, что мы и без жалования…
– Он хочет сказать, – перебила его жена, – что мы могли бы работать за жильё и еду. Мы ведь одиноки, нам некуда идти и много не надо.
Они оба опять опустили глаза в пол.
– Прости ты нас, дураков, что так с тобой обходились, – тихо проговорила Анита.
– Не держи зла, хозяйка, – добавил Ефим.
– Ладно, что было, то было. Идите, работайте и не волнуйтесь. Место ваше, ничего менять я не буду.
Они очень шустро выскочили из комнаты, пока я не передумала, и чуть не столкнулись со Стефаном, который нёс подмышкой большой таз и в руках два ведра с водой. Он налил воду и оставил вёдра у стены, ожидая дальнейших указаний. Я попросила его выйти, а сама с трудом поднялась с кровати, отлепила от тела куски горелой ткани и с наслаждением опустилась в тёплую воду. И хоть о ванне здесь можно было только мечтать, потому что они стояли только в очень богатых домах, тазик с водой сейчас тоже был очень хорош. А главное – душистое мыло, которое Верда всегда варила сама, пахло весенними цветами и дарило мне не только свежесть, но надежду на будущее. Я не слышала, как зашла Люсия, просто в какой-то момент она забрала у меня мочалку и начала мыть спину, а потом принесла кувшин и помогла вымыть волосы.
Мне кажется, что я уснула быстрее, чем добралась до своей постели, так меня разморило после всего пережитого и купания. А потом мне опять приснился сон…
«– Мама, почему у меня днём мама Селиния, а ночью – ты, Светлана? – спросил Саймон после того, как мы с ним обнялись и пошли за ручку по тропинке к озеру.
– Я пока не знаю, как тебе объяснить, ты ещё мал, наверное, не поймёшь. Просто так получилось.
– Но ведь мама Селиния говорит, что я уже большой и осенью начну заниматься точными науками.
– Да-да, я никак не привыкну, что тебе уже шесть лет. Но ты ведь уже читаешь и пишешь. Не рано ли тебе математику изучать?
– Я не знаю, что такое математика. Буду изучать в этом году только арифметику, геометрию и физику…
– Что?! Шестилетнему ребёнку – физику? Они там у тебя во дворце совсем рехнулись?
Я даже споткнулась от возмущения.
– Мама, Мира сказала…
– Учитель магии?
– Да. Так вот, она сказала, что основы магии без физики изучать бесполезно.
Он остановился, смешно поставил руки в боки и сказал:
– Вот как я, по-твоему, смогу создать воздушный кулак, если не знаю, что такое воздух и как им управлять, а? Или поджечь ведьму, если не знаю, откуда берётся огонь?
Я поперхнулась слюной.
– Зачем тебе поджигать ведьму?
– Чтобы защитить себя и родителей от её чар, конечно, – ответил он и поскакал вприпрыжку к воде, а я, глядя на то, как он быстро раздевается, спросила:
– А если тебе скажут, что я ведьма? Ты меня тоже сожжешь?
Он замер, осмотрел меня с головы до ног и покачал головой.
– Не, какая ты ведьма? Они совсем другие.
– Старые и страшные?
– Ну почему же, – начал он рассуждать, как взрослый, аккуратно складывая свою одежду в стопочку. – Они бывают и молодые. Только у них должна быть метка на шее, длинные седые или рыжие волосы и зелёные, черные или серые глаза. А у тебя ничего такого нет. Значит, ты не ведьма, – сделал вывод он и с визгом побежал купаться.
Я стояла, опешив, и не сразу решилась возразить.
– Эй, но ведь у меня глаза зелёные!
– Нет, я тоже сначала так думал, а сейчас хорошо посмотрел, а они синие! – ответил он в перерыве между ныряниями.
– Как синие?! Не может быть!
– Синие-синие! – кричал он, барахтаясь в воде.
– А с чего ты взял, что все ведьмы плохие?
– Не все! Только чёрные!
– Кто тебе всё это рассказал?
– Лютин, придворный маг!
Меня как холодной водой обдало. Лютин! Именно о нём меня предупреждала Верда. Не подходить близко к Лютину и Саймону. С сыном мы общались по ночам уже несколько лет. Видно, пришла пора посмотреть на этого придворного мага. Очень интересно стало, что за фрукт.
Всё вокруг поплыло перед глазами.
Саймон остался плескаться на берегу озера, а я проснулась и не захотела бороться за свой сон, пытаться его вернуть. В голове начал вырисовываться план, который надо было незамедлительно претворять в жизнь, пока не поздно…»
***
Потекли недели, похожие друг на друга, как день сурка. До шести часов вечера мы с Люсией принимали людей. Уже на следующий день после того, как пришла в себя, я повесила на воротах деревянную табличку с часами работы нашей конторы по оказанию услуг оздоровительного и магического направления. Да-да! Я не Верда, которая готова была всем помогать и днём, и ночью по первому зову. У меня теперь были свои планы на жизнь, и я не собиралась пятьсот лет сидеть в этом доме и выводить бородавки или сглаз (или что там у них ещё каждый раз приключается). Я решила немного подзаработать себе на жизнь и обеспечить постоянный доход. А потом валить отсюда, пока не обросла привязанностями и обязанностями.
Сначала все недоумевали, как так можно, лечиться не когда заболит, а когда ведьма-доктор соизволит начать приём, но уже через неделю привыкли. По крайней мере, с зубной болью не ломились ко мне среди ночи. Хотя Люсия всё равно втихаря бегала по домам и от запоя спасать, и припадки останавливать. Но это было её личное дело.
Мне, конечно, было жаль всех больных, убогих и невезучих, но я была молода и хотела жить, а не прозябать, работая с утра до ночи. Мне ещё ребёнка своего надо было как-то вернуть или хотя бы наладить с ним контакт. И никакой Лютин мне в этом не помешает. Пусть только попробует!
Вот с таким боевым настроем я работала не покладая рук и ног. В том смысле, что лечила я всех быстро, с огоньком и креативом, практикуя новые технологии, которые постоянно возникали у меня в голове, соединяя знания моего мира и здешнего. Иногда они повергали в шок моих клиентов, но, когда у них все налаживалось и переставало болеть, они благодарили и даже приплачивали сверх тарифа.
Кстати, о тарифе. Я составила прейскурант цен. Сколько я до этого не уговаривала Верду сделать единые цены, а потом от них уже «играть» со скидками, акциями и бонусами, она была решительно против, утверждая, что каждый платит столько, сколько может. Но я была не согласна с таким положением дел, тем более что это не просто помощь ближнему в трудной ситуации, а полноценное предоставление услуг населению. И у меня всё неплохо заработало. Даже Люсия, которая была очень далека от всей этой финансовой политики, быстро всё поняла и с деловым видом рассказывала клиентам, что это цена только за первичный приём, а за повторный – скидка пятьдесят процентов. Если же в течение месяца ещё раз к нам обратитесь, то получите бесплатно мазь от прыщей и снадобье от колик.
Стефан, кстати, тоже развернул свои окрепшие плечи и вовсю помогал нам не только травы измельчать и порошки в ступке растирать, что он за годы практики научился делать в совершенстве, но и готовить эликсиры, варить зелья и много другое, чем раньше Люсия не позволяла ему заниматься. В общем, стал полноценным провизором и медбратом в одном лице. Теперь все работы были перераспределены, и он помогал нам во время сложных перевязок и даже сам делал небольшие операции.
Про них особый разговор. Жизнь есть жизнь, мы сталкивались и с этим, никуда не денешься. Приходилось вытаскивать огромные занозы, вскрывать фурункулы и зашивать порезы. Верда всё это старалась не делать, заменяла заживляющими мазями и магическими приёмами. Но я-то, воспитанная с детства на интернет-каналах с лечением вросших ногтей, выдавливанием прыщей и накладыванием швов в домашних условиях, считала, что некоторые случаи требуют радикального лечения, а не этого «дам зелье – через полгода заживёт».
Так и крутились: чёткий график, квалифицированный персонал, хорошие препараты. Как в лучших клиниках столицы (в том смысле, что наш небольшой кабинет скоро стал настоящей клиникой, в которой появился даже стационар на пять коек и родильное отделение на две койки). А что?! Бизнес надо развивать, тем более конкурентов здесь было полно: кругом, куда не ткни, то ведьма, то маг. А у меня в планах было всё отладить, чтоб работало как часы, а потом незаметно уйти, оставить клинику на управляющего-заведующего, которому смогу доверить своё детище, и наведываться только раз в месяц для контроля и решения оперативных дел.
В связи с этим мне срочно нужен был этот самый грамотный управляющий: чтобы был смышлёным, разбирался в финансах и главное – не воровал. Младший медперсонал я набрала из местных ведьм со слабеньким потенциалом, которые, наслышанные о нашей клинике, сами обивали пороги моей комнаты, умоляя взять на работу.
Про испытательный срок здесь ничего не слышали, но я объяснила свои требования и условия. Только несколько новеньких послали меня подальше и ушли, остальные остались. Так у нас появились ещё три девушки и два парня.
Дом у Верды был большой, но спланирован совсем не для приёма больных. Поэтому ещё до того, как расширить пакет ведьмовских услуг, мне пришлось сделать небольшую перепланировку. Так появились дополнительные два входа: один в приёмное отделение и кабинеты, второй – в стационар. Главный вход остался для администрации и жильцов и был полностью изолирован от клиники. Я её назвала в честь Верды и повесила большую вывеску над крыльцом и на воротах «Здоровье от Верды». А что, хотя идея была моя, но ведь это всё было устроено на её деньги и по её рецептам готовились все лекарства и амулеты.
Я ещё запланировала поставить небольшой ларёк у ворот, чтобы можно было там продавать то, что мы сами готовили для лечения больных и использовали для ведьмовских ритуалов и заговоров. А что? Спрос и хорошая реклама порождают предложение. Раз народу надо, почему бы не организовать продажу? Мне достаточно было повесить по нашему пригородному посёлку и на дорогу в столицу несколько табличек-указателей с информацией об услугах клиники, как количество желающих у нас полечиться сильно прибавилось.
В дачном домике тоже кипела жизнь: Люсия нашла двух бабушек, которые собирали в положенное время травы, коренья и другие ингредиенты для нашей аптеки и клиники. Работа кипела и, как только мы начали получать прибыль, я всему персоналу огласила, что перевожу всех на договоры и почасовую оплату труда.
Анита даже сомлела немного от моих слов на оперативке перед началом приёма, думала, что её выгоняют, но я объяснила, что всё это значит, и что теперь они будут защищены от произвола управляющего-заведующего, которого я собиралась поставить во главе клиники. Работники долго шушукались межу собой, но потом пришли к мнению, что это намного лучше, чем обычное жалование, которое я платила. Оплата за переработки понравилась всем без исключения, особенно Аните, потому что она теперь следила за чистотой не только в доме, но и в клинике. Стерилизацию я тоже ей доверила, зная, как она любит порядок. А после того, как я прочитала пункт про больничные и двухнедельный оплачиваемый отпуск, меня кинулся целовать и обнимать весь персонал.
Дикий народ! Они никогда даже не слышали про социалку и профсоюзы. Про последние надо было молчать, а то ещё начали бы требовать уменьшения продолжительности рабочего дня. А он у нас был десятичасовой в клинике, и круглосуточный – в стационаре, но никто не возражал, работали с душой и энтузиазмом. Похоже, я их заразила своими идеями и рассказами, что нам предстоит ещё сделать.
Глава 5
Всё шло как нельзя лучше. Клиника работала, с её обеспечением я пока справлялась, но всё больше подумывала над тем, чтобы найти смышлёную ведьмочку или магиню и перекинуть на неё всю хозяйственную часть. Да и надо было подучить человека, пока я не ушла. Плохо, что здесь не было никаких возможностей дать объявление, а никого подходящего на примете не было. Не повешу же я его на столбе у рынка или площади. Хотя… Может, в магическую академию сходить? Там должны умные девчонки учиться, вдруг кто-нибудь ищет подработку, а я тут мучаюсь. «Так и сделаю», – решила я, воодушевлённая своей идеей.
В один прекрасный день я вышла за ворота с намереньем взять извозчика и проехать на другой конец столицы на разведку в ту самую академию. В этом мире свободные извозчики просто так не ездили по улицам. Если не договорилась ни с кем заранее, надо было идти на место их стоянки. Что я, собственно, и сделала.
Пришлось заплатить кругленькую сумму, потому что академгородок находился довольно далеко – мало того, что на другом конце столицы, так ещё и в стороне от города, чтобы недоученные маги случайно не разгромили постройки. Но я в этом увидела целый ряд плюсов, потому что это было моё первое путешествие по столице, а учитывая, что местный транспорт ездил медленно, никуда не торопясь, получилась полноценная почти двухчасовая (по моим прикидкам) экскурсия по городу. Я набросила пожилому дядечке ещё несколько монет, чтобы он мне рассказывал про достопримечательности, которые мы проезжали.
Темные улочки пригорода с маленькими бедноватыми и не очень домиками вскоре сменились более зажиточными районами. Дома стали двух, а то и трёхэтажными, люди на улицах выглядели приличнее, всё реже попадались оборванцы и беспризорники. Сами коляски и запряжённые в них лошади тоже были красивее и респектабельнее. Красные черепичные крыши, побеленные стены, мощённые камнем улицы с фонарями, как в старинных городах Европы, – всё было в новинку, ведь дальше рынка в своём пригородном посёлке и леса вокруг него я никогда не ходила.
Чем больше мы приближались к центру, тем активнее извозчик рассказывал про то, кому принадлежал очередной особняк, который мы проезжали. В этом районе улицы уже не были застроены мелкими лавочками и харчевнями. Здесь вдоль улиц были расположены красивые кованные заборы, за которыми раскинулись парки и сады. Среди них высились дома, похожие на небольшие дворцы и ажурные деревянные беседки. Богатый квартал непосредственно примыкал к королевскому дворцу. Между ними была только огромная площадь с несколькими фонтанами и ровной круглой каменной площадкой в центре. Я спросила у извозчика про её назначение, и он мне просто и доходчиво пояснил, что это для публичных казней, выступления артистов и объявления королевских указов. Вот такая проза жизни. На одно пятачке пели о любви и лишали жизни.
Королевский дворец мне не понравился. Он был каким-то слишком помпезным и несуразным, как будто его перестраивали много раз и каждое крыло имело своего архитектора. Я попыталась разглядеть на лужайке перед главным входом своего сына, маленького мальчика с прислугой и охраной, но, естественно, там прогуливались только взрослые кавалеры со своими дамами, разодетыми в яркие воздушные платья.
Мода в нашем захолустье была слишком простой: холщовые платья немного приталенного фасона, вышитые сарафаны и блузки, поэтому я даже не задумывалась о нарядах. На нашем базаре тоже продавалось что попроще и подешевле, поскольку спроса на дорогую одежу всё равно не было.
Я посмотрела на своё платье, единственным украшением которого был воротник с кружевом, которое я, между прочим, вязала крючком сама. «Да-а-а, в высшее общество меня не возьмут, сразу видно, что колхозница», – подумала я и посмотрела на свои коротко обрезанные ногти. Мой маникюр остался в далёком прошлом, последние годы я о нём даже не вспоминала, но теперь, если я собиралась искать сына, надо было с этим что-то делать и приводить себя и свой гардероб в порядок.
Сразу за дворцом и парком, немного обособлено, стоял небольшой двухэтажный дом с башенкой и длинным острым шпилем.
– Дом придворного мага, Лютина Сверга, – сообщил мне извозчик, махнув рукой в его сторону, и я бросилась внимательно его рассматривать, высунувшись из коляски. – Гиблое место, вы, барышня, туда лучше никогда не ходите.
– Это почему ещё?
– Нелюдимый он и странный. Ни с кем не дружит, в дом никого не водит. – Мужчина наклонился ко мне и прикрыл ладонью рот. – Даже женщин. Говорят, что у него живёт демон, а может, и не один.