скачать книгу бесплатно
«Я держусь молодцом», – уж было подумала я, как вдруг увидела, что прямо на мой драгоценный воз летит что-то длинное, белое и сверкающее. Недолго думая, я левой ногой отодвинула тележку в сторону и развернулась в сторону надвигающейся угрозы, расставив руки, чтобы защитить этот дорогущий заказ. И тут же почувствовала удар в грудь, от которого потеряла равновесие и грохнулась на пол. Сверху, словно сугробом, меня накрыло сверкающей фигурой. И вокруг стало темно….
– Б..! ….! – отчетливо раздался у меня над ухом женский голос.
А вот это уже вообще ни в какие рамки! Мало того что на меня свалилась какая-то дамочка, так еще и оскорбляет!
«Сугроб» тем временем отчаянно шевелился, видимо, силясь встать на ноги, но довольно безуспешно. Я резким движением отбросила ее в сторону и поднялась сама, стараясь делать это максимально элегантно. Получалось, наверное, не очень, так как оказалось, что юбка моя предательски задралась, и необходимо было еще и опустить ее.
Тем временем свергнувшейся на меня девице тоже удалось встать. Приведя в порядок свои туалеты мы зло уставились друг на друга, и вдруг она в один прыжок подскочила ко мне и рывком сняла с моего уха… белую прядь волос на клипсе. Она грозно что-то выкрикнула, топнула огромным каблуком и, покачиваясь, влилась в танцующую тусовку.
Я оглянулась и к своему стыду обнаружила, что это маленькое происшествие не осталось незамеченным.
Кто-то из мужчин зааплодировал. Угу. Бесплатный цирк!
Молодой человек, на коленях у которого восседали сразу две дамы, демонстрировал мне из-за их спин поднятый вверх большой палец. Я скользнула взглядом. Коренастый, в кожаных штанах и майке с короткими рукавами, которые совсем не прикрывали его огромные накачанные руки. Он смотрел на меня как-то уж слишком пристально.
Под этим взглядом было неуютно. К счастью, одна из девиц наклонилась к его уху и что-то зашептала, закрыв обзор.
Тем лучше! Я решительно схватила тележку, вздернула свой совсем уже впавший в уныние нос, и тут увидела прямо перед ним Влада. На его счастье он даже и не думал смеяться. Иначе я не знаю, чем бы могла закончиться эта вечеринка. Но он смотрел на удивление по-доброму и даже немного сочувствующе.
– Сложный заказ? – сочувствующе спросил он, наклонившись к моему уху.
– Справлюсь! – Только его жалости мне и не хватало. – Надеюсь, скоро все дойдут до нужной кондиции и уснут.
– Процесс уже в процессе, – улыбнувшись, сказал босс и махнул рукой в сторону диванчика в дальнем углу.
Поперек него, головой вниз и задрав ноги на спинку, лежал хозяин вечера. Будущий счастливый муж и послушный зять.
Рубашка его была полностью расстегнута, и на груди алой помадой написано «Нам будет тебя нихватать».
Вероятный автор этого незамысловатого посвящения был тут же. Стройная брюнетка в обтягивающем комбинезоне телесного цвета лежала на диване аккурат поперек виновника торжества. Вокруг них полукругом стояли бутылки, так что царившее вокруг них состояние покоя было вполне объяснимо.
– Ты иди, я дальше сам, – сказал Владислав Юрьевич.
Сам значит сам. Я точно не горела желанием остаться.
Но только я собралась выполнить это распоряжение, как почувствовала, как мне на плечо опускается чья-то рука.
Быстро обернувшись, я обнаружила, что совсем рядом со мной оказался один из гостей – тот самый коренастый. Он уже избавился от девиц, и теперь смотрел на меня в упор. Так смотрел бы удав на кролика: точно зная, что еда никуда не денется.
– Слушай, это было круто, – похвалил он мне на ухо, – Ты так махала ножками. Я только не рассмотрел, какого цвета трусики. Покажешь? – он ухмылялся мне в лицо.
Я завертела головой. Ну и где моя помощь и поддержка? Но ее что-то не было видно.
Коренастый на мгновение убрал руку с моего плеча, но заметив, что я собираюсь развернуться и уйти, тут же водрузил ее обратно.
– Куда собралась? Оставайся… Мы только начали…
– Прошу прощения, но мне пора, – как можно строже сказала я.
Но тот вроде и не слышал меня. Нагло ухмыляясь, он достал из кармана ворох купюр, одновременно удерживая меня своей второй лапищей:
– Давай так. Ты задираешь юбку – и всё это твоё. Соглашайся, ну! Я же все равно уже все там видел.
Я снова нервно оглянулась. Но Влада не увидела.
– О, стесняешь при всех! – по-своему понял он мое замешательство. – Пойдем… а хотя бы и в ванную!
– Никуда я с вами не пойду. Это уж точно не входит в мои обязанности.
– А кто говорит об обязанностях… – он снова уставился на меня нехорошим взглядом. – Я говорю о деньгах. Этого мало? – он пошуршал бумажками. – Хорошо. Я дам тебе двадцать тысяч евро. Если ты прямо сейчас задерешь юбку. Хотя нет. За какую-то юбку – это много. Покажи сиськи! И двадцать тысяч – твои.
Как назло именно в этот момент безголосый экранный принц перестал завывать и воцарилась относительная тишина. Все взгляды обратились к нам.
Только этого не хватало.
– Благодарю за предложение. Нам тут и так неплохо платят, – ровным голосом ответила я, хотя внутренне уже готова была сорваться.
Я дернула плечом, но крепыш держал его мертвой хваткой.
Плохо. Очень плохо. Теперь, когда все смотрят, он точно не захочет сдаваться. Я не ошиблась.
– Я не привык к отказам, – зашипел он мне на ухо. – Значит так, сейчас ты сбросишь свою чертову блузку и возьмешь свои чертовы деньги!
Я попыталась вырваться из его цепкого захвата, но он вроде бы и не замечал моих попыток.
– Серега! Сбавь обороты! – помощь пришла неожиданно. Влад! Не может быть! Неужели не стал дожидаться, пока меня будут насиловать? Ай да молодец!
Хватка на минуту ослабла, и я быстренько скинула руку.
– Лера тут работает. Вот и пусть работает. Хочешь посмотреть на груди – пригласим стриптизерш.
Не прерывая разговора, он быстро обернулся ко мне и, поймав мой взгляд, коротко кивнул в сторону двери.
Объяснять два раза в подобной ситуации мне было не нужно. В три прыжка я оказалась у двери, распахнула ее и вырвалась на свободу.
Уроды! И чудесный Владислав Юрьевич такой же! – я старалась как можно быстрее унести ноги подальше от злополучного «люкса».
Глава 7
Даже самые неприятные события имеют замечательное свойство: рано или поздно они заканчиваются. Вот и вечеринка в «люксе» подошла к своему логическому завершению. Гости расползлись по своим номерам. Пришлые барышни отправились восвояси. Жених добирался до своего номера на могучих плечах товарищей.
К счастью, прошло без инцидентов. Серж, любитель задорого рассмотреть женские прелести, больше ко мне не подходил, хоть я дважды являлась со своей тележкой. Смотрел недобро, но и только.
Вот и славно. Скоро можно будет наконец уйти домой.
Осталось только скрыть все «следы преступления», чтобы никто ничего не заподозрил. В том числе и горничная, которая сегодня будет прибирать этот номер.
Угадайте, кому выпала великая честь прятать все эти остатки великолепия? Конечно мне! Надеюсь, обещанная Владом премия будет достаточной, чтобы я смогла побыстрее забыть все это.
И вот я снова вошла в злополучный пятьсот шестой.
В номере царила атмосфера хаоса: вся мебель сдвинута, между диванчиками, столиками и креслами валяются бутылки и тарелки, а в довершении всей картины с люстры свисает ярко-красный бюстгальтер невероятного размера.
Ну что ж, я не в том положении, чтобы пренебрегать работой, пусть даже и такой. Хорошо, что догадалась прихватить побольше мусорных пакетов. Очень быстро мне удалось упаковать в них всю стеклотару, а также найденные на полу шпильки, пайетки, бусины и прочую блестящую шелуху, которой покрыто все это блистательное высшее общество.
О! А тут, кажется, есть и кое-что интереснее. На одном из кресел россыпью валялись несколько купюр в сто евро. Я нерешительно взяла деньги в руки, думая, как с ними поступить. И в памяти тут же всплыла картина, как коренастый парень сует мне их в руки, предлагая взамен задрать юбку.
А потом они превратились в двадцать тысяч евро… Надо же, как точно угадал сумму, которая мне сейчас так необходима. А ведь согласись я тогда на его предложение, и сейчас бы все было иначе… Может, стоило? Подумаешь, пять минут позора, и…
Я вспомнила его взгляд, пьяный, наглый, самоуверенный. Представила, как под этим взглядом расстегиваю блузку. Как победно и самодовольно этот гад ухмыляется. Фу, мерзость! Ни за что! Как-нибудь без него. Что-нибудь придумаю. Я положила купюры в карман: будем считать, что это чаевые! И взялась за новый мусорный мешок.
Спустя какое-то время пятьсот шестой номер выглядел так, как и должен был: респектабельное помещение для отдыха дорогих гостей. Осталось только заглянуть в спальни, не осталась ли там чего-нибудь компрометирующего.
Ну конечно, веселящаяся молодежь не могла оставить без внимания эти уютные комнатки. Практически в каждой оставались следы их золотой жизнедеятельности. Уже почти без сил я толкнула дверь в последнюю из спален. И чуть не вскрикнула: посреди огромной кровати на спине лежал мужчина. При полном параде: в костюме и даже в вычищенных до лакового блеска ботинках. Он мирно посапывал, совершенно не реагируя на мое появление.
На цыпочках я подошла поближе и взглянула ему в лицо. Аха! Да это наш спящий красавец Владислав Юрьевич! Не пьет он, как же! Что-то я раньше не видела трезвенников, залезающих в кровать в обуви и брюках. Видимо, его единственного не доставили по назначению. А что – хозяин. Где хочет, там и лежит.
Я быстренько оглянулась по сторонам в поисках мусора. Бутылок и прочего мусора здесь не было. Женского нижнего белья тоже не наблюдалось ни на полу, ни на кровати, ни даже под подушками. Нет, не то чтобы меня этот вопрос особо интересовал, просто должна же я была убедиться, что все в порядке.
Единственное, что нарушало безупречность этой комнаты – маленький листок бумажки. Кажется на ней даже что-то написано! Может быть, это какое-то послание мне? Типа «Валерия, разбудите меня в 8.00».
Я быстренько пробежала глазами по строчкам, исписанным резким четким почерком и обомлела. Это был договор. Самый глупый и злобный договор, который я только видела в своей жизни.
«Я, Владислав Юрьевич Рязанцев, – говорилось в нем, – обязуюсь соблазнить гордячку и недотрогу Валерию и встречаться с ней на протяжении минимум трех месяцев (91 день). Доказательства наших отношений готов предоставить в кратчайшие сроки всем заинтересованным сторонам.
По истечении трех месяцев отношений С.К. Привальский обязуется выплатить мне рваный доллар.
При нарушении условий договора я обязуюсь передать в собственность С.К. Привальского свой отель».
И подпись: В.Ю. Рязанцев.
Что за чушь? Я перечитала еще раз. И еще. Пока до меня не дошел смысл. Получается, они поспорили на меня?
И этот чертов владелец был так уверен, что я соблазнюсь, что поставил целый отель против рваного доллара?
Что ж, надеюсь, у него этих отелей – куры не клюют. Потому что одного он практически лишился.
От негодования у меня потемнело в глазах и стало трудно дышать. Но уже через минуту самообладание вернулось, и я сразу подскочила к Владу:
– Владислав Юрьевич! Просыпайтесь! – я бешено трясла его за плечо, собираясь немедленно сказать все, что я о нем думаю. О нем, об его отеле и обо всех его дружках, считающих, что им достаточно достать свои платиновые карточки, чтобы все вокруг с глупыми улыбками бежали исполнять их прихоти.
– Что такое? Уже утро? – босс поднялся в кровати и уставился на меня, видимо, не понимая спросонья, где он и как вообще здесь оказался. – Валерия, вы? Что случилось? – наконец-то узнал он меня. Ну я сейчас тебе устрою!
– Случилось? Да так, сущие пустяки! Вы только что лишились своего отеля! – выпалила я и бросила ему в лицо злосчастный клочок бумаги. Потом выбежала из комнаты и хлопнула дверью так, что развешанные по стенам картины чуть дружно не спланировали на пол.
Но тут же снова открыла дверь:
– Чуть не забыла! Не забудьте выписать мне обещанную премию, прежде чем передадите бизнес новому собственнику!
Еще один хлопок дверью, и вот я уже снова бегу по коридору пятого этажа, злясь на все это высшее общество. Ну уж нет, ешьте свои фуа-гра, пейте «Вдову Клико», хвастайтесь шмотками по цене самолета, но не смейте прицениваться к людям! Ко мне уж точно!
Глава 8
Наконец-то самая сумасшедшая рабочая смена в моей жизни закончилась.
К счастью, дальше было без происшествий: меня никто не пытался соблазнить, купить или проспорить. Даже непривычно для этого места. Неужели парад маньяков на сегодня закончен?
В голове кружилась целая стая мыслей. Они настырно поклевывали меня, заставляя перестраиваться с одной на другую. Но нет, сейчас я не в том состоянии, чтобы полноценно заниматься мыслительной работой. Все, что мне нужно, это собраться, доехать до дома и лечь спать! А обо всех своих проблемах я подумаю завтра.
Но стоило мне направиться к выходу, как в сумочке затренькал мобильник: какой-то незнакомый номер. Ой, чувствую, не к добру это.
– Алло?
– Валерия, пожалуйста, зайдите в пятьсот шестой…
– Владислав Юрьевич, я уже иду к выходу, моя смена окончена. Но я передам ваше распоряжение моей сменщице.
Тон моего ответа был ледяным, где-то на уровне температуры вечной мерзлоты. Однако моего собеседника это не остановило:
– Пожалуйста, я вас очень прошу. Для меня это вопрос жизни и смерти.
Голос Влада звучал так жалобно, что мне на секунду представилось, как он стоит посреди номера, с полотенцем вокруг бедер и смотрит на меня глазами кота в сапогах из мультика про Шрека. Образ получился такой яркий, что отказать ему в этом маленьком одолжении я уже не могла.
– Умоляю!
Вот оно как! наш богатенький Буратино, хозяин этого маленького царства умеет умолять. Ну что же, придется выслушать, вдруг ему это пойдет на пользу, и он освоит еще несколько полезных навыков. Например, уважать своих сотрудников.
– Хорошо. Сейчас буду.
Ну вот и снова здравствуй, номер «люкс». Кажется, здесь я бываю чаще, чем у себя на кухне. Какие приключения ты приготовил мне на этот раз?
А на этот раз здесь было непривычно тихо.
Владислав Юрьевич, понурившись сидел на диванчике. В руках почти пустая бутылка с минералкой, волосы растрепаны, костюм помят. Аха, страдает, значит. Ну что же, он это заслужил.
– Валерия, я знаю, что поступил, как последняя свинья, – он поднял на меня глаза, полные раскаянья и мольбы.
В другой ситуации я бы, наверное, даже пожалела его. Ну а в сложившихся обстоятельствах сочла нужным лишь напомнить:
– Время идет, я не собираюсь здесь задерживаться надолго.
Влад встал, нервно поправил пиджак, провел рукой по волосам и начал оправдываться:
– Я вообще не пью, так что вы понимаете, то, что ночью, это было… было… не свойственно мне.
Ох и зануда! В первый раз в жизни, что ли, прощения просит?
– И что же случилось?