скачать книгу бесплатно
Сначала намолол солод, потом мы вместе поставили бродить две фляги сусла, снова пришлось собирать самогонный аппарат и перегонять готовую брагу. Правда, с последним Галка уже справилась сама, и после обеда продолжил заниматься лодкой. Я начал устанавливать шпангоуты на киль. Главной трудностью было их выравнивание, шпангоуты должны быть перпендикулярны килю, а их расположение относительно него должно было быть симметричным по обоим бортам.
Для этого пришлось пользоваться уровнем, отвесом и складным метром, шаблонами. При установке места стыковки шпангоутов промазал смолой, крепил их к килю нагелями, по бокам устанавливал дополнительно кницы. Установленные шпангоуты дополнительно закрепил упорами в землю, для чего использовал специально приготовленные для этого жерди. В общем, за один раз все шпангоуты не поставил, работы осталось ещё как минимум на день.
Перегон второй порции браги дал ещё двенадцать литров, в общей сложности получилось где-то двадцать пять литров. Разбавив все это количество водой, получившиеся сорок литров спиртосодержащей жидкости поставил на второй перегон, после чего пошёл продолжать ставить шпангоуты. В общем, к концу дня с ними закончил, как и со вторым перегоном. Появился двойной повод – первая готовая алкогольная продукция, надо было провести дегустацию, и у лодки появилось какое-то видимое воплощение. Ради такого случая мы залезли в НЗ за маслом и пожарили рыбу.
Самогонка получилась просто хорошей, мягкая, без запаха сивухи, пьётся очень легко, никак не дашь крепости сорок градусов, хотя перегон шёл только до тех пор, пока продукт горит. Да и сейчас для проверки капнул на нож несколько капель, поднёс огонь и убедился, что получил огненную воду. Даже в наше время в магазине продавалось питьё гораздо худшего качества. Приняв свою законную соточку, мы с большим аппетитом принялись за жареную рыбу. Немного утолив первый голод, перешли к обязательной программе любого застолья – разговорам.
– Витюша, а у тебя ведь лодка почти готова?
– Да ты что, солнышко, там ещё работы немерено! Самое трудное только начинается. Борта обшивать да доски сшивать – это будет совсем не просто. Пока даже представить трудно, как это буду делать. Вернее, представляю, что надо, и что буду делать, а вот что получится, представляю пока плохо.
– Я в тебя верю. Вон, из ничего наделал самогонки, и такой хорошей, что раньше не получалось.
– Всё потому, что самогонка из зерна, такая всегда выходит лучше, чем сахарная. Сколько у нас её готовой?
– Да где-то литров пятнадцать отборного продукта, вся горит.
– Это обязательное условие, мы же продавать будем огненную воду. Гоним, пока горит, не жмотимся, не выдаиваем последние капли спирта. Так что завтра первые твои бутылки будут заполнены. Сколько их у тебя, кстати?
– Обожжённых как раз на эту партию хватит. Да на обжиг ещё столько же стоит.
– Хорошо, значит завтра опять зарядим смоляночку, да обжиг посуды запустим. Тара нужна, у нас ещё бутылок для коктейля не хватает. Да и зерно кончилось, надо искать и собирать малину.
– А чего её искать, вон там по берегу заросли.
– Как только освободится хоть одна бочка или фляга, поставим новую партию браги. Я рассчитываю, что за самогон мы сможем купить припасов на зиму, надеюсь, и людей в помощь себе выкупим. Хорошо бы славян. Но это мечты, в первую очередь делаем лодку и самогон, это от нас с тобой не требует никаких дополнительных ресурсов, только наши силы и время. Так что ещё по пять капель, и спать.
С утра всё пошло по утверждённому плану. Сначала загрузил кореньями смолянку, потом бутылками печку, развёл огонь, и процесс пошёл. Сам наблюдал за огнём, как мог, поддерживал температурный режим и заготавливал нагеля, чтобы потом не тратить на это время. К концу дня вся посуда была успешно обожжена, сидка смолы закончена, и у меня появилось не меньше двух дней для спокойного занятия лодкой.
Первые попытки просто приложить доски на их будущее место, как и ожидалось, закончились ничем. Обшивку начал с днища, но досок подходящей длины было мало, и их не хватало, а кроме того, подгонять их было очень трудно. Может, при наличии определённого опыта это сделать возможно, может быть, и достаточно просто, но для меня это оказалась трудноразрешимая задача. Прикинув аргумент к факту, решил попробовать пройти обшивку в три отдельных доски, состыкованных между собой в длину, вместо одной целой. Одну пущу по центру, и по одной придётся пустить на нос и корму.
Стыковать их буду на шпангоутах в ус, шпангоуты толстые, подозревал, что придётся делать именно так, поэтому и выбрал для них такую толщину. Благодаря ей смогу закрепить каждую доску на шпангоутах, а за счёт шитья вицей обшивка получит дополнительную прочность. Для пробы выбрал несколько коротких досок, закрепил их струбцинами и стал смотреть, как лучше всего подгонять обшивку.
После того как подогнал доску по центру и закрепил её зажимами, начал ставить на место первую доску с носа. Выяснилось, что как и предполагал, для того, чтобы закрыть обшивкой нос, придётся использовать не одну, а несколько досок, причём каждую подгонять по месту и сильно гнуть.
Провозился весь день, наметил и частично подогнал по месту все доски, составляющие первую доску обшивки с одного борта. Времени потратил много, но уже появилось понимание, как все должно быть. Ведь говорят же мастера, как первую доску положишь, так и остальные лягут. Дальше должно было быть проще.
С утра закрепил эти отдельные доски, которые, состыкованные между собой, составляли все вместе первую, прилегающую непосредственно к килю. Места стыковки немного подровнял топориком, на стыки везде положил смолу и мох. Чтобы пройти нос, пришлось уложить дополнительно две короткие доски. На них и потренировался в шитье вицей. Дело это достаточно простое, но долгое и утомительное, хорошо, что электродрель есть под рукой, иначе была бы просто труба.
Принцип шитья достаточно простой: при укладке кромка одной доски на два-три сантиметра перекрывает другую доску, ложась поверх неё. Внешне это выглядит как черепица или шифер, лежащие друг на друге.
Вот в этом месте, в перекрытии, и сшиваются доски. Для этого с шагом шесть-восемь сантиметров сверлятся отверстия, только не вертикально, а под углом к обшивке таким образом, чтобы на внутренней поверхности расстояние между отверстиями было больше, чем между ними снаружи. Между отверстиями ножом прорезается канавка, в которой будет находиться вица (еловый корень). Её пропускают через отверстия, сама она попадает в жёлоб, а в отверстия забивают нагель, плотно его закупоривая. Потом то же самое повторяют с внутренней и опять с внешней стороны обшивки, продвигаясь таким образом вдоль всей доски.
Если вица на каком-то месте кончалась, её закрепляли нагелем и начинали шитьё с нового места. Потом всё это заливается смолой. В итоге доски оказываются прочно соединены между собой, и все вместе крепились к шпангоутам, по прочности такое соединение не уступает получаемому при помощи саморезов или любым другим способом. Шитые подобным образом лодки служили по двадцать-тридцать лет.
В итоге за день мне удалось установить и полностью закрепить нагелями по одной доске с каждого борта. С короткими досками оказалось работать гораздо легче, да и гнуть тоже. Меня не пугала такая низкая производительность, время пока позволяло особо не торопиться, но я надеялся со следующими досками управиться гораздо быстрее.
Глава 18. Продолжение строительства лодки
Как оказалось, я надеялся не зря. Дальше дело пошло немного быстрей, мне удавалось установить за день по одной доске с каждого борта, да ещё их сшить. После того как доска подгонялась по месту, перед её укладкой все места, где доски прилегали друг к другу, а также все места стыков досок, промазывал смолой. Кроме того, в тех местах, где доски накладывались друг на друга, поверх смолы выкладывал сухой мох.
Несмотря на то что процесс обшивки наладился, пришлось в очередной раз от него оторваться. Хозяйственные дела не давали возможности полностью посвятить своё время судостроению. Конечно, можно было их отложить на потом, но тогда я лишился бы самогонки и запасов горючего, а также бутылок для изготовления коктейля. Поставил подпорки на уже установленные доски и пошёл заниматься менее интересными, но нужными делами.
Подошла брага, можно было начинать перегон следующей партии, да кроме того – пора было ставить новую партию сусла. Накопилась для обжига посуда, а раз придётся возиться с огнём, то можно поставить и смолянку, скипидар генератор поедал с большой охотой, а работать ему приходилось много, сверлил отверстия для шитья, пилил доски, точил инструмент на наждаке. Так что я отправил Галку собирать малину, а сам занялся всем остальным. В первую очередь дополнил недостающее до полного заполнения смолянки сырье и поставил на перегон первую флягу.
Пока брага грелась и не пошли первые порции напитка, а это занимало полдня, занимался заготовкой сырья для получения следующей порции смолы, хотя, как уже говорил, сейчас меня больше интересовал скипидар, но и от смолы я отказываться не собирался. Вот только с посудой для этого намечалась напряжёнка, надо будет делать ещё пару бочек. Тут как раз подошла Галка с первым ведром малины, пришлось заняться приготовлением из неё диких дрожжей и готовить сусло для брожения.
В общем, как рассчитывал, так и получилось. Перегон фляги браги занял день, но вторую Галка будет гнать сама, она уже всему научилась, две фляги стоят на брожении, с утра в них добавил забродившие дикие дрожжи, думаю, неделю все будет бродить. Сегодня день посвящу опять лодке, а завтра придётся обжигать посуду и гнать смолу.
Те доски, которые установил и закрепил, держались нормально, ничего не отходило, щелей не появилось. Значит, всё сделано правильно. Немного успокоившись и порадовавшись за себя, принялся ставить следующую доску. По моим прикидкам, необходимо было закрепить не менее десяти досок с каждого борта. Если на каждую тратить день, то успеваю всю обшивку закончить к середине июля. В таком случае это будет просто замечательный результат. Подобными соображениями и поделился вечером за ужином с Галкой.
– Очень хорошо, – ответила она. – А то глина мне скоро сниться будет.
– Насчёт глины, золотце. Ещё две бочки надо.
– Да куда тебе столько смолы, в три слоя лодку будешь мазать?
– В три, не в три, но промажу, не пожалею. Это будет наш главный ресурс в первое время. Сейчас скипидар нужен, бензина-то нет, а моторы кушать хотят. Смола пока так, побочный продукт.
– Вить, я не знаю, и так уже не успеваю. Вон самогонка на подходе, завтра ещё фляга на перегон встанет, потом день на вторичный перегон, и будет готовый продукт, его надо во что-то разливать. А готовой посуды нет, её ещё надо обжигать. А потом через неделю ещё подойдёт всё, что сейчас бродить поставили.
– И ещё поставим. Вон одна бочка освободилась, надо её поставить бродить. А что касается, не успеваю, вспомни, чему тебя учил наш партком – интенсификация труда и изыскание внутренних резервов – вот прямая дорога в светлое будущее. А мы с тобой сейчас в тёмном прошлом, и дорогу нам освещает мудрость нашей партии, правда, давно сгинувшей в пучине времён. Так что, как говорится – вперёд и с песней!
Галка-гончар
Интенсификация, внутренние резервы, треснуть бы тебя об эти резервы, тогда знать будешь. А ты, Гизка, не подслушивай, тебе нельзя хозяина ругать. Ему тебя можно, а мне можно его, и только тогда, когда он не слышит. Эх ты, чудо моё ушасто-хвостатое, скоро закончатся наши с тобой принудительные работы. Хотя почему принудительные? Главное – расслабиться и получить удовольствие. Мне уже начинает всё это нравиться. Рыбу ловим, стреляем, граната уже около бревна падает. Конечно, сериал смотреть интересней, но нет здесь сериалов, а развлекаться надо.
Главное то, что практически всё находится в стадии завершения. Осталось немного доделать лодку, немного бутылки, немного самогонку. Я уже как-то и привыкла к такой жизни, и мне здесь нравится. Когда уплывём отсюда, всё придётся начинать сначала. Даже немного страшно становится. Но мы с тобой, Гизка, на границе не боимся. Держи хвост пистолетом и мух не лови, надо успеть всё доделать. Как говорится, раньше сядешь, раньше выйдешь.
Виктор-судостроитель
Так мы и продолжали трудиться. Галка то собирала малину, то лепила посуду, я следил за аппаратом и обшивал лодку. После того как перегнали вторую флягу, поставили на обжиг всю накопившуюся посуду. Может, это в моём изложении звучит достаточно просто и быстро, но это далеко не так. Та же самая посуда выдерживалась до сушки не менее трёх дней, а если была большая по размеру, то и дольше.
Именно этим, наверное, можно объяснить такое малое количество полученной посуды. Но у нас не было других ресурсов и приходилось пользоваться тем, что есть, вдобавок не обладая необходимым уровнем мастерства и умения и зная обо всём только понаслышке. Так что мы радовались любому результату, который хоть как-то оправдывал наши ожидания.
Однако и наши силы были не беспредельны, и уже начинала чувствоваться хроническая усталость, накапливающаяся от непрерывных усилий и работы от зари до зари. Поэтому после окончания обшивки лодки мы заранее объявили праздничный день и готовились посвятить его просто отдыху. Через пять дней наступил и этот праздничный момент, обшивка была почти закончена. Оставалось поставить привальные брусья, всё проконопатить и просмолить. Хотя праздник и удался, но его таковым можно было назвать с большой натяжкой.
Фактически он свёлся к тому, что получился праздничный ужин, на котором главными деликатесами были сухари, каждому аж по одной штуке, и мясо глухаря, тоже по одному куску. Это было последнее, что у нас оставалось. Ну и для разнообразия рыба копчёная и жареная. И как такое мероприятие могло пройти без дегустации продукции собственного производства?
Да никак, и законные «попаданские» отправились внутрь, вызвав такую знакомую тёплую волну, пробежавшую по всему организму. Однако, как оказалось, праздничным было только гораздо более позднее пробуждение и неторопливый завтрак.
А потом, как лошадь, привыкшая ходить по кругу, каждый занялся тем же, чем всегда. Я начал готовить место и всё необходимое для смоления лодки, а также доделывать несделанное раньше. На форштевень приделал дополнительную накладку, вытесал и прикрепил привальные брусья, сделал и прикрепил фальшкиль, после чего начал конопатить обшивку и занимался этим до самого вечера.
Глава 19. Завершение строительства лодки
После того как проконопатил всю лодку, дошла очередь и до смолы. Снаружи лодка оказалась покрыта ей полностью, внутри смолить всё подряд не стал, промазал только места, где накладывались доски и вица, а также всё вокруг шпангоутов. После этого закрепил сиденья для гребцов и поставил уключины. Сделал вёсла, всего рассчитывал на шесть штук, две пары ближе к носу, одну сместил в сторону кормы.
На транец прикрепил кронштейн, на котором будет устанавливаться поворотный водомёт. Как я уже говорил, он у меня был припасён для испытаний, по расчетам должен был обеспечить мощность около десяти лошадиных сил. Источником питания был бензогенератор, способный выдавать до десяти киловатт.
Весь механизм предполагалось расположить внутри лодки, момент на водомёт должен был передаваться гибким валом через редуктор. Сам движитель располагался за кормой на специальном кронштейне и мог на нём поворачиваться в нужном направлении, как все подвесные моторы. Вся эта система была собрана ещё в нашем времени, мне оставалось только её установить и испытать.
По оценкам, мощности в десять лошадиных сил должно было хватить для спокойного движения со скоростью до семи километров в час. Этого было вполне достаточно для свободного перемещения по всей Волге. Кроме того, водомёт позволял спокойно проходить по мелям, лишь бы осадка лодки позволила. А она должна была позволить, я поэтому и делал её такой широкой.
Последним, хотелось бы надеяться, должно было стать устройство в носу и в корме закрытых помещений, в которых имелась возможность переночевать и укрыть, при необходимости, от непогоды груз, да и самому спрятаться. В общем, заняло это всё у меня три дня. По их окончании причин откладывать спуск лодки больше не было, и несмотря на внутреннюю дрожь, начал готовиться к этому событию.
Проложил специальные брёвна, сделав что-то наподобие жёлоба, по которому лодка должна была сойти в воду, и смазал всё смолой. Приподняв лодку домкратом, подложил под неё круглые обрезки брёвен вместо колёс. Не такой уж у лодки был большой вес, и расположена она была невысоко, поэтому решил сдернуть её со стапеля лебёдкой. Вкопал на берегу два бревна, пропустил через них блоки и трос от лебёдки машины. Не загонять же машину в воду, хотя подумывал и о таком варианте, если не получится сдёрнуть так, как задумал.
У меня не было возможности поступить так же, как при разгрузке катера с трейлера – загнать его в воду, поэтому пришлось пользоваться подручными средствами. К счастью, всё прошло вполне успешно, лодку удалось стащить в воду и не повредить обшивку. Правда, глубина оказалась небольшая, и лодка сидела на мели, но это уже было поправимо. Главное, она была на воде и не протекала. Нигде ничего не сочилось и не текло.
Нашей с Галкой радости не было предела. Мы тут же пустились отплясывать какой-то дикий танец, скорее напоминающий прыжки в сопровождении диких криков. Приняла в этом участие и собака, радостно прыгая и гавкая. Немного успокоившись, принялся стаскивать лодку с мели, а Галка отправилась готовить праздничный ужин.
Для освобождения лодки я поступил просто – найдя подходящую мощную корягу, сделал из неё якорь, для чего примотал к ней с десяток обожжённых кирпичей. К одному концу прикрепил ручную лебёдку, а другой конец завёз на надувнушке подальше на глубину. Лодку на всякий случай привязал верёвкой к столбам на берегу и затащил на неё пару вёсел.
Сдёрнув на воду, перегнал лодку немного ниже, к месту, где проводил испытания бутылок с коктейлем. Там оказалось достаточно глубоко, и удалось подвести лодку прямо к берегу, там вкопал бревно вместо причальной тумбы, к которому и закрепил судно. Дополнительно подвязал к дереву, лежавшему в воде. На этом торжественную часть посчитал законченной и поспешил на неофициальное продолжение банкета.
Галка постаралась устроить настоящий праздник. Были макароны с тушёнкой, рыба жареная и копчёная, настоящий чай из нашего времени и фляжка с тамошним самогоном.
– Раз у нас есть флот, то можно и макаронами по-флотски побаловаться. А фляжку надо опустошать, зальём туда напиток нового урожая, – сказала Галка.
– Ты молодец, Галчонок. Сегодня у нас действительно праздник, мы можем подвести некий промежуточный результат нашего попаданства. Сейчас только середина июля, а мы уже почти готовы к выходу в этот мир. Конечно, ещё где-то с неделю придётся повозиться с лодкой, поставить мотор, испытать, убедиться, что всё в порядке, а потом можно будет трогаться. Так что работы ещё хватает. Но это уже, так сказать, финишная отделка. Кстати, а что у нас получается с нашими запасами? Но сначала за наш успех. За нас с тобой и… всё остальное с ними.
Разговор возобновился только после того, как опустели тарелки, и мы принялись за чай.
– Ты знаешь, Вить, готово где-то тридцать литровых бутылок, и бродит четыре фляги. Это ещё тридцать литров. Думаешь мало?
– Маловато будет. Я ведь хочу выкупить человек пять, купить на всех зерна, масла, соли. Надо для работников инструмент приобрести, может, сырьё какое-то понадобится, железо, верёвки. Сама-то что по этому поводу думаешь?
– Честно говоря – не знаю. Я ещё плохо представляю себе реалии этого мира. Предпочитаю полностью положиться на твоё решение, ты всегда оказываешься прав, во всяком случае, не в проигрыше.
– Ну, раз так, тогда давай готовиться к походу. Нам ещё не меньше недели на это потребуется, так что успеем и текущую брагу перегнать, и новой дождаться. Сколько у нас там сейчас свободных фляг?
– Две.
– Вот завтра в них и ставь брагу. И считай, сколько под них надо будет бутылок и добавь как минимум десяток под коктейль. Я думаю, неделя точно у меня уйдёт на доводку лодки. Слушай, Галка, а почему она у нас безымянная? У всех в нашем обществе есть имя, даже у машины, а у неё нет.
– А она только родилась, ещё не успели окрестить. А что, пойдём крестить?
– Конечно пойдём. Только бутылку об неё бить не будем, лучше из кружки обрызгаем, как святой водой в храме.
– Только чур, я буду крестить.
– Хорошо, хорошо. А какое имя собираешься ей дать? Помни, как яхту назовёшь, так она и поплывёт.
– Не забуду, не боись.
Мы скоренько пошли к своей, пока ещё безымянной лодке, захватив с собой бутылку, решив, что крестить в новом мире надо с использованием новых средств. Собака, естественно, побежала за нами. Показали ей лодку, дали команду «барьер», и она спокойно в неё запрыгнула и стала всё там обнюхивать. Быстро перебравшись в лодку, Галка побрызгала её самогонкой и прокричала:
– Нарекаю тебя Викторией, сокращённо Вирией. Быть тебе всегда победительницей и дарить всем счастье и радость.
– Ну, ты и молодец, Галчонок, такое отличное имя подобрала, да ещё и с двойным смыслом! За это надо выпить.
– А прямо здесь и выпьем. Из горла, из той же ёмкости, что крестили.
И мы выпили за успех нашего безнадёжного дела.
До глубокой ночи мы сидели и обсуждали дальнейшие планы, которые начали приобретать некоторую реальность.
Глава 20. Завершение дел и отплытие в неизвестность
С утра первым делом проверил «Вирию». Всё было в порядке, нигде ничего не текло, не сочилось, воды в лодке не было. Затем пригласил Галку, и мы попробовали, как на ней вдвоём можно грести. С трудом, но получилось. Для Галки вёсла были тяжеловаты, а вот мужики, да ещё несколько человек, при определённом навыке вполне могут плыть куда угодно. Подогнали лодку к более мелкому месту, соскочил в воду и подтянул её к берегу.
Галка пошла ставить брагу, а я стал смотреть снаружи, что же у меня получилось. Не хвалясь скажу, что мне понравилось. Лодка хоть и была тяжела для одного, но впечатления перетяжелённой не производила. Правда, не производила она и вида летящей над волнами. Да и строился не клипер, а лодка для дальних походов. А для этого она подходила, во всяком случае, по первым впечатлениям, очень и очень.
Сидела неглубоко, по моим замерам осадка у пустой была сорок сантиметров. Так что должна проходить почти через любые мели. Насколько помню условия судоходства на Волге в старые времена, про которые приходилось читать, там, кажется, была образмерена минимальная осадка три фута, при которой лодки могли свободно плавать по Волге. А три фута – это почти метр.
Корпус был достаточно прочным, должен выдержать сильные удары, хоть о топляки, хоть о противника, вполне можно было брать маленькие лодчонки на таран. Нос был выше, чем середина, так что встречную волну лодка должна держать уверенно, форма обводов должна способствовать уходу волны в сторону, не забрызгивая всё внутри. Высота борта составляла без загрузки семьдесят сантиметров. На мой взгляд, для Волги вполне достаточно.
На воде держалась вполне уверенно, раскачать на месте не получалось, остойчивость была хорошая. В общем, не зря я сойму выбрал за прототип, наши предки знали и умели строить лодки. Шитьё, нагели держались на своих местах, следов выпадения, ослабления не было. Проведя осмотр и убедившись, что всё в порядке, вытащил лодку кормой на берег. Надо ставить мотор. Уровень осадки я отметил заранее, и на этой отметке буду крепить мотор таким образом, чтобы насос водомёта в любых условиях был в воде.
Кронштейн для водомёта уже закрепил раньше непосредственно к ахтерштевню крупными шурупами, что нашёл среди инструмента, и ещё поставил четыре болта по краям, которые пропустил через обшивку. Для мотора место выбрал наверху, закрыв его чем-то вроде ящика, который может служить сиденьем, и с которого можно управлять лодкой. Управление должно было быть, как с помощью подвесного мотора.
Для облегчения его температурного режима у этого ящика можно откинуть боковины. Сам бензогенератор расположил внутри, выделив дополнительно место в защищённом на корме пространстве и сделав для него усиленную защиту от попадания воды.
Шины для питания мотора вывел прямо в ящик, на виду ничего глаза не мозолило. Возился я с этим целый день, но до конца не довёл. Галка в это время доделывала все оставшиеся дела. Две пустые фляги поставила бродить и лепила недостающие бутылки. Ещё оставалось сделать порядка двадцати штук, как раз на четыре дня работы, потом сушка и обжиг. К этому моменту и брага созреет. Перегоним и отправимся в путь.
К обеду я все-таки мотор поставил, всё подсоединил, вывел рычаг включения нагрузки наверх, бензогенератор сначала раскручивался на холостом ходу, и только после выхода генератора на режим надо было включать мотор. Для этого использовалось что-то похожее на автомобильное сцепление, но более простое по исполнению. Включил на берегу, всё работает, опять стащил лодку на воду, крикнул Галку, и мы отправились на испытания. От берега пришлось отталкиваться веслом, не предусмотрен на моём водомёте задний ход, может быть, потом и переделаю.
Во всяком случае, в том виде, как есть, он заработал, и Вирия неторопливо двинулась в пробную поездку. Что мы испытывали в этот момент, просто трудно описать, это была квинтэссенция восторга. Лодка двигалась уверенно и неторопливо, все манёвры выполняла спокойно, разворачивалась почти на месте, лавировала и при этом оставалась на ровном киле, так, только немного наклонялась. Движение по течению было, конечно, быстрее, чем против него, но и вверх по течению шла вполне успешно.
А течение на Суре более сильное, чем на Волге. Так что у нас всё получилось, и появилось даже минутное желание не останавливаться и плыть дальше, но истошный лай собаки на берегу быстро вернул всё на свои места. Действуем по ранее утверждённому плану. Тем более, что работы ещё осталось много. Причалили на своё место у дерева, закрепили лодку и продолжили подготовку к путешествию.
Галка, первые впечатления от лодки
Нет, это что-то непередаваемое! Первый раз я была просто шокирована, когда увидела лодку на воде. Я присутствовала на всех этапах её создания, своими глазами видела всё, но до конца не верила, что это возможно. Как это всё непривычно для нашего времени, когда своими руками из ничего можно сделать такую вещь. Нет, не так. ВЕЩЬ! Потом сама по ней походила, сама имя придумала, и всё стало восприниматься не как сон, а что-то реальное и осязаемое.
Сомнения появились, когда попробовала грести. Так и хотелось закричать, отпустите меня, я лучше глину буду месить и самогонку делать. А сегодня состоялся пробный выход под мотором. Это просто что-то неописуемое. «Вирия» не плывёт, а шествует. Спокойно, уверенно разворачивается и поворачивает. Лучше, чем на любой машине. Я уже с нетерпением жду начала нашего отплытия.
Виктор-судостроитель
Первым делом надо сделать несколько трапов, чтобы можно было с берега спокойно заходить на лодку с грузом. Потом надо зашить досками днище с внутренней стороны, хотя бы до половины борта, негоже по обшивке ходить. В корме надо оборудовать жилое помещение, устроить если не пуховые кровати, то хотя бы что-то, похожее на нары. То же самое надо сделать и в носовом отсеке – несколько спальных мест, а также предусмотреть место для расположения груза и его крепления.
Где-то надо было выделить и оборудовать местечко для кухни, чтобы можно было готовить, не высаживаясь на берег. Необходимо установить что-то типа кран-балки, с её помощью проще будет грузить любой товар. Якорь надо улучшить, а то этот каким-то хлипким кажется. И хорошо бы пристроить люстру с машины, тогда и в темноте можно не опасаться нападения. Эхолот, что стоял на ПВХашке, надо ставить на Вирию.
Кроме того, была задумка сделать несколько щитов, которые можно было поднять при необходимости и использовать как защиту от стрел. Хотя вместо щитов можно использовать трапы. Дел ещё предстояло много, а лето уже серединку прошло, солнце готовилось на зиму повернуть.
Вот по этому списку и шла работа. Для якоря нашёл более мощную корягу, навесил на неё больше кирпичей и приспособил к ней ручную лебёдку, старый якорь поставил на корму, так что можно было лодку ставить на два якоря. Внутреннюю обшивку сделал из оставшейся двадцатки, её же пустил на оборудование спальных мест. Для кран-балки поставил что-то типа небольшой мачты с выносной стрелой, которую можно было повернуть в любое место лодки, по сути дела, обыкновенный колодезный журавль, только более мощный.
Прожектор, то бишь люстру, с машины снял и для её размещения на носу, ближе к середине, там, где кончалась палуба, соорудил что-то типа высокого ящика, в котором и спрятал люстру. Ящик получился довольно высоким, и если откинуть переднюю стенку, то можно осветить всё впереди. Сам ящик установил на поворотное колесо, использовав для этого подшипник. Одну фару с люстры снял и сделал такой же прожектор сзади. Для кухни нашлось местечко на открытом воздухе, место вокруг такой печки, в качестве которой использовал нашу походную, обмазал глиной, как говорится, на предмет самовозгорания. Внутри под крышей, в кормовом отсеке оборудовал небольшую комнатку, в которой относительно комфортно можно было отдохнуть. Оружие, пилу, инструменты – всё убрал в кормовой отсек, бочки со скипидаром и смолой убрал в носовой и прочно закрепил. Бутылки с самогонкой, для которых пришлось мастерить ящики, убрались в корму.