скачать книгу бесплатно
– Ты сегодня как будто в облаках витаешь, – сказала она, подняв бровь. – Сегодня День святого Валентина, верно? И у тебя второе свидание с девушкой, с которой ты встречался на прошлой неделе? Можешь не беспокоиться: даже если работа останется, ты уйдешь вовремя, так что не опоздаешь.
Минхо покраснел. Отвлекся он не по этой причине (по крайней мере не только), однако начальница попала в самую точку.
– Мы договорились выпить по бокалу вина в Сеуле. Она забронировала столик в баре в районе Каннамгу, где подают мохито и токпокки[5 - Токпокки – популярное корейское блюдо и культовый стритфуд, который подается на каждом углу Сеула. Главный ингредиент – рисовые клецки (ток) в форме продолговатых колбасок или брусочков. Их готовят заранее, после чего тушат в остром соусе с овощами или мясом.].
Женщина засмеялась.
– Странное сочетание.
– Очень модное заведение, судя по всему. На днях она была в этом баре со своими подружками, так они заметили там репортеров из SBS[6 - Seoul Broadcasting System – южнокорейская телевещательная и радиовещательная сеть.].
– Я отпущу тебя на полчаса раньше, чтобы ты мог спокойно добраться. Но взамен завтра ты мне обо всем расскажешь. Наверняка в вашем случае это окажется более романтичным и волнующим, чем ужин готовыми блюдами из микроволновки в компании пары детей-подростков и мужа, который, конечно же, наверняка забыл, что сегодня День святого Валентина.
Минхо улыбнулся, стараясь избавиться от мандража, только что охватившего его при мысли о запланированных на вечер событиях.
– По рукам.
КАРОЛИНА
Хотя Каролина точно знала, что в действительности Квинс – огромный район, ей он всегда казался чрезвычайно маленьким. По крайней мере та его часть, в которой она выросла и которую знала как свои пять пальцев. Когда она была еще совсем ребенком, мир ее был ограничен несколькими кварталами знакомых ей улиц с понурыми фасадами, а также широким проспектом Рузвельта, окаймленным чуть более солидными зданиями. От проспекта Рузвельта начиналось движение поездов метро, которые грохотали по надземным путям, стоявшим на мощных металлических опорах. Это метро, говорили ей, быстро и за весьма скромную плату довезет тебя до Таймс-сквер – того удивительного района Нью-Йорка, где общаются только по-английски и где на улицах не протолкнуться из-за бесчисленных толп туристов.
Пока в один прекрасный день это самое метро не привезло сюда с Таймс-сквера парня, замкнутого и потерянного, которому Квинс дал кров. По крайней мере на одно лето.
В те времена, когда встретились пятнадцатилетние Дориан Торсби и Каролина Кабрера, город Нью-Йорк начинался и заканчивался возле дома-приюта Лилианы Ривас. Во всяком случае, так было для Каролины. Ее не интересовало то, что находится дальше парикмахерской дона Орландо, по пути к которой тебе встретится передвижная книжная лавка прибывшего из Йемена Юсефа, чья старшая дочка учится в одной с Каролиной школе, и дома мексиканки Мариен, возле стоянки такси, к которой ходят гадать на счастье латиноамериканские женщины.
Каролина никогда полностью не порывала нитей, связывающих ее с Квинсом. Каждый месяц ходила к Лили на воскресный обед, чтобы обменяться новостями, пообщаться с той женщиной, которая в течение долгих лет была ее законным опекуном. Но когда Каролина, с целой горой чемоданов, коробок с вещами и Малышом Йодой, в своих новых «лубутенах» и с модной стрижкой за двести долларов, вновь оказалась перед этим деревянным домом, выкрашенным в белый цвет, и оградой из красного кирпича, ее охватило ощущение, что она вернулась домой после долгого и трудного путешествия. Путешествия, начало которого она как-то не заметила.
Лили встретила ее неизменно теплым объятием, на этот раз чуть более длительным, чем обычно.
– Пойдем, моя девочка, – сказала она на испанском. – Твоя старая комната тебя ждет.
Лили была женщиной невысокой и щуплой, хотя в тот момент, когда Каролина находилась в ее объятиях, казалась могущественной, способной защитить от всего мира. У Лили была смуглая огрубевшая кожа и волосы с проседью, заплетенные, как всегда, в косички с яркими ленточками и собранные в пучок на затылке. Каролина разработала целую теорию относительно ленточек в ее прическе: их цвета Лили подбирает под текущее настроение, но уловить внятный алгоритм этой закономерности Каролине так и не удалось.
Родилась Лили в Мериде, городе, расположенном на мексиканском полуострове Юкатан, а в Штаты приехала с родителями в одиннадцать лет. Жила она в большом трехэтажном доме с пятью комнатами, и, войдя в этот дом, невозможно было не заметить, что его владелица – потомок народа майя. Не удалось бы обойти вниманием и страсть хозяйки к фигуркам из обсидиана, заполнившим собой практически все уголки этого дома, а также многочисленные керамические вазы из Тикуля[7 - Тикуль – гончарный центр Юкатана, где издавна производились кувшины для хранения воды.]. Почти весь первый этаж занимала кухня-столовая, к которой примыкал маленький кабинет, где на стареньком компьютере работала Лили. Во время своего последнего визита Дориан предложил купить ей новый, с плоским монитором, прибавив, что никто уже не использует такие древние мониторы-ящики, реликты XX века, но она решительно отказалась. «Если уж мой компьютер протянул до сего дня, служа мне верой и правдой, то избавиться от него – последнее, чего этот старичок достоин. Не так ли, мой мальчик? – сказала она ему тогда. – Вам, молодым, неплохо бы примерять к себе старые сказки. А то вы горазды менять вещи, как и людей, стоит им только утратить блеск новизны». Больше Дориан к этому вопросу не возвращался, а Каролине пришлось собрать в кулак всю свою волю, чтобы не прыснуть при виде огорчения на лице друга.
Ей, конечно же, было странно вновь оказаться здесь, в этом доме, где в каждом углу роилось множество воспоминаний. Каролина знала, что с тех пор, как она уехала отсюда в университет, в комнате, которая когда-то была ее спальней, жили разные люди. И все же комната осталась точно такой же, какой была, когда Каролина спала здесь в последний раз: та же постель под расшитым яркими цветами покрывалом, тот же письменный стол, за которым она провела столько часов, готовясь к экзаменам, те же белые занавески на окне и тот же вид на задний двор. Об этом она в радостном изумлении и объявила Лили, укладывая один из своих чемоданов в изножье кровати.
– Не хватает только твоих постеров на стенах, – отозвалась Лили, улыбаясь с порога. – А что сталось с любимой группой твоего детства? Там было три парня.
Каролина засмеялась.
– Ну, они стали взрослыми, как и я. У них все неплохо. Один из них женился на актрисе Болливуда, а другой – на королеве Инверналии.
Лили как ни в чем не бывало кивнула. Каролине показалось, что та не совсем поняла, о чем речь, однако Лилиана Ривас всегда показывала высший класс в искусстве имитировать всестороннюю осведомленность. Дожив почти до восьмидесяти, она терпеть не могла признаваться в том, что есть в этом мире хоть что-то, в чем она не разбирается. Хотя, если хорошо подумать, мелькнуло в голове у Каролины, может, она что-то и слышала о Сансе Старк[8 - Одна из главных героинь в серии книг и телесериале в жанре фэнтези «Игра престолов», Инверналия – ее родная деревня.]. Может же быть и такое, что Лили тоже слушает подкаст ее бывшего.
– Располагайся спокойно, не торопись, – сказала Лили. – Ужин к твоему возвращению я состряпала – отпразднуем. Накрою стол и пришлю кого-нибудь из ребят.
Каролина благодарно кивнула.
– Я должна еще позвонить Дориану, сообщить, что я здесь. Я ему обещала. – Она подошла к Лили, все еще стоявшей в дверях, и громко чмокнула ее в лоб. – Этот поцелуй – от него, просил передать.
Лили улыбнулась.
– Передай ему, что я надеюсь его тут скоро увидеть. И пусть себя бережет. А, вот еще что: ежели он продолжает упорствовать и отказывается от мяса по новой моде, так пусть хотя бы яйца и фасоль ест. С каждым приездом он все тускнее и тускнее, а это может быть только следствием недостатка протеинов. Да, и последнее: ему следует быть любезным с девушками! – прибавила она, удаляясь по коридору. – А также пусть пьет отвар ромашки – воздух в самолетах самым пагубным образом влияет на иммунитет.
Каролина расхохоталась. Оставшись одна, она достала из кармана телефон, легла на постель, забросив ноги на крышку чемодана, и набрала номер Дориана. Он ответил после второго гудка.
– Привет тебе от Лили, – сообщила она, все еще улыбаясь.
Она уж и не помнила, когда в последний раз была в таком добром расположении духа. Давно, задолго до разрыва с Рэнди. Даже не видя лица Дориана, Каролина поняла, что тот тоже улыбается, это чувствовалось по голосу.
– Она уже успела сказать, что мне прописаны фасоль и отвар ромашки? – спросил он.
Каролина вновь засмеялась, еще звонче.
– Боюсь, что да.
На другом конце линии Дориан тяжко вздохнул, но вздох этот был полон нежности.
– Черт, как же я по всему этому скучаю.
КАЯ
Днем из аэропорта Шарля де Голля «Скайвинд» отправлял в Инчхон только один рейс, и Кая не могла позволить себе его упустить. Нет, она вовсе не собиралась подниматься на борт лайнера, хотя перспектива оказаться в Южной Корее менее чем через двенадцать часов представлялась ей одинаково манящей и ужасающей. Пока она задумала всего лишь перехватить одного из членов кабинного экипажа и вручить ему то, что держала сейчас в руках. Это был пакет, тщательно упакованный ею в оберточную бумагу вчера вечером, с наклеенной этикеткой:
Хан Минхо
основателю и действительному члену книжного клуба авиакомпании «Скайвинд», ассистенту менеджера службы наземного обслуживания пассажиров,
аэропорт Инчхон
Данный способ передать Минхо экземпляр «Трепещущего на синих крышах света» показался ей самым простым и наиболее удобным: так не придется тратить кучу денег на службу доставки. Единственное, что ей нужно, – помощь одного из младших членов кабинного экипажа этого рейса.
Она так подгадала свой обеденный перерыв, чтобы оказаться в зоне отправления до того, как экипаж поднимется на борт. Решив, что удобный момент настал, Кая достала сверток с книгой из своего шкафчика и быстро пошла назад в кафетерий. Проходя мимо знакомого прилавка, взяла pain au chocolat, булочку с шоколадом, опустила в бумажный пакет. Если уж приходится просить незнакомца об одолжении, то неплохо предложить ему что-то взамен.
Дойдя до нужного терминала, Кая увидела, что пассажиры сидят в зале ожидания, ждут посадки. Только самые нетерпеливые из них выстроились в очередь возле стойки перед выходом. Сотрудница наземной службы «Скайвинд», облаченная в фирменные цвета компании, белый и бежевый, стучала по клавишам компьютера, не обращая на Каю никакого внимания. Чуть в стороне кучковалась группа бортпроводников в ожидании открытия выхода: эти попадут на борт первыми. Члены экипажа болтали между собой, и Кая занервничала, увидев их всех вместе. И еще крепче прижала к груди сверток. Если она и вправду намерена отправить Минхо книгу, то придется набраться смелости и подойти к ним.
Кая побаивалась бортпроводников. Те казались ей ничуть не похожими на остальных служащих компании. Они всегда в небе, вечно перемещаются из одной точки планеты в другую. Просыпаются во Франции, а к концу дня оказываются уже в Южной Корее, преодолев кучу часовых поясов, однако по ним этого не скажешь. Они не привязаны к нормам времени и пространства. А Кая, в отличие от них, никогда в жизни не поднималась на борт самолета и только раз покидала пределы Франции, отправившись с родителями на экскурсию в Андорру.
И вот, когда она почти уже собралась с духом, внимание ее привлек другой человек. Еще один бортпроводник, не принимавший участия в общем разговоре. Он стоял в паре метров от стойки, прислонившись к стене, и взгляд его рассеянно скользил по пассажирам, не останавливаясь ни на ком. Вооружившись беспроводными наушниками, он как будто отключился, ушел в свой собственный мир.
И не то чтобы этот одиноко стоявший бортпроводник пугал ее меньше, чем остальные. Честно говоря, облик этого парня мог бы внушить робость кому угодно: высокий симпатичный блондин, – но по крайней мере он был один. Что избавляло ее от риска попасть под перекрестные взгляды нескольких пар глаз, когда она станет просить его об услуге.
Кая осторожно приблизилась к нему. Так, чтобы можно было прочесть имя на бейджике, прикрепленном к форменному жилету: Дориан Торсби. Под именем – изображение трех маленьких флагов, обозначавших языки, на которых пассажиры могли к нему обращаться: английский, испанский и японский. Это несколько обескуражило Каю. Он не говорит ни по-французски, ни по-корейски? Очень странно, особенно если учесть, что парень – бортпроводник этого рейса.
– Кхм, прошу прощения… – решилась Кая, сделав еще один шаг вперед и всеми силами стараясь уверенно звучать по-английски. – Извини, есть минутка?
Дориан вынул из уха один наушник и с любопытством взглянул на нее.
– Да, конечно. Слушаю.
Приятный голос, явный британский акцент.
– В общем, я тоже сотрудница авиакомпании, – начала Кая, чувствуя себя невероятно глупо. Дориан, если он, конечно, не самый ненаблюдательный человек в мире, наверняка уже давно понял это по ее форме. – Хотела тебя спросить… Ты этим рейсом летишь? – И она показала рукой на пока что закрытый выход.
Дориан кивнул, смущенно улыбнувшись:
– Это не мой обычный маршрут – ни в части пункта отправления, ни в части пункта прибытия, но я должен вернуть долг одному коллеге.
– Окей, здорово… Слушай, а не мог бы ты взять с собой вот это? – Кая протянула ему сверток для Минхо. – Мне нужно переправить этот пакет одному сотруднику аэропорта Инчхон. Вот здесь на этикетке его данные.
Дориан взглянул на сверток и выгнул бровь.
– Ничего запрещенного, смею надеяться? В противном случае нам придется договориться о комиссии за оказанную услугу.
Чуть опешив, Кая засмеялась.
– Не беспокойся. Это связано с книжным клубом, – пояснила она. Однако, заметив удивление в глазах Дориана, прибавила: – Ну ты же знаешь – это книжный клуб нашей авиакомпании. – Дориан продолжал смотреть на нее с не меньшим замешательством. – Все сотрудники компании получили в январе имейл с сообщением об открытии клуба. У тебя, наверное, письмо ушло в спам. Но ты можешь попросить отправителя, чтобы он тебя проинформировал, если вдруг интересно.
– Буду иметь в виду, – отозвался Дориан, которому, откровенно говоря, была совершенно неинтересна эта тема. Он просто протянул руку, взял пакет и прочел надпись на этикетке. – Стало быть, ассистент менеджера Службы наземного обслуживания пассажиров. – По какой-то причине прочитанное его позабавило – серые глаза весело сверкнули. – Ладно, идет. Не вопрос. Я передам.
– Думаешь, что сможешь найти его офис? – спросила Кая. – Аэропорт в Инчхоне огромный, не хочу причинять тебе лишнего беспокойства.
– Не переживай, с этим отделом я хорошо знаком. Моя лучшая подруга работает на аналогичной должности в нью-йоркском аэропорту Кеннеди. В общем-то, все аэропорты устроены одинаково.
Кая не могла себе представить, чтобы аэропорты Кеннеди и Инчхона были настолько друг на друга похожи. Более того, она знала, что в аэропорту Инчхона находились казино и поле для гольфа, а про аэропорт Джона Франклина Кеннеди ничего подобного не слышала, однако Дориан излучал заразительную самоуверенность.
– Огромное спасибо! – проговорила Кая. И протянула ему бумажный пакетик с pain au chocolat. – Свежая. Нам их каждое утро из кондитерской привозят, одной из лучших в Париже. Считай, что это – часть комиссии за оказанные услуги.
Дориан, в полном изумлении, взял бумажный пакет.
– Иметь с тобой дело – одно удовольствие!
МИНХО
На календаре – четверг, 21 февраля, день рождения Минхо. В этот день все люди как будто вращались вокруг него, подобно планетам вокруг Солнца. И как бы ни были хороши и добры их намерения, временами такое концентрированное внимание становилось чрезмерным. Мать приготовила ему на завтрак традиционный суп из водорослей, а отец, ювелир по специальности, купил в подарок сыну часы в магазине, где он работал. В то же утро сестра прислала Минхо посылку, а в ней – черный свитер, приятный на ощупь и, судя по всему, очень дорогой. К нему прилагалась карточка с предложением надеть обновку на следующее свидание с Сомин. Да и сама Сомин прислала сообщение с поздравлением и приглашением отметить это событие вдвоем в ближайшие выходные, хотя ей все же хватило такта не назначать ему встречу в тот же день. За что Минхо в глубине души был ей благодарен. На втором их свидании в День святого Валентина Сомин воплощала собой очарование, оба они начали избавляться от первоначальной робости, а когда прощались у входа в метро на Центральном вокзале, обменялись долгим поцелуем. И все же Минхо предпочитал отпраздновать свой день рождения в кругу друзей в более расслабленной обстановке: он договорился встретиться с Инной и Джисопом после работы и поужинать в их любимом ресторане в Инчхоне. Эти двое решили переночевать у родителей, чтобы Минхо не пришлось ехать в Сеул ради встречи со старыми друзьями. Приятная для него перемена, напоминавшая прежние времена. Лучший подарок из всех возможных.
Вот почему в день его рождения, когда словно весь мир вращался вокруг него, Минхо не очень удивился тому обстоятельству, что около одиннадцати утра кто-то опустил на его рабочий стол небольшой, обернутый в подарочную бумагу пакет. Что его удивило гораздо больше, когда он оторвал взгляд от монитора, – так это представший перед ним человек.
Бортпроводник той же авиакомпании, иностранец приблизительно его возраста, которого Минхо, насколько он мог припомнить, никогда в жизни не видел, взирал на него сверху вниз, скрестив на груди руки и изогнув в полуулыбке губы.
– Хан Минхо, если не ошибаюсь, – сказал он по-английски вместо приветствия. – Основатель и действительный член книжного клуба авиакомпании «Скайвинд» – все верно?
Начальница Минхо с неподдельным интересом обернулась к посетителю. Минхо пару раз мигнул и, прежде чем ответить, вновь посмотрел на пакет, а затем на стоявшего перед ним молодого человека.
– Э-э-э, да. Полагаю, что это я.
Молодой человек важно кивнул.
– Прекрасно! Значит, это точно тебе, просили передать из аэропорта Шарля де Голля. – И он кивнул в сторону пакета. – Полагаю, что на этом моя миссия окончена. Будь здоров и береги себя, Минхо. – После чего повернулся к начальнице, одарив ее очаровательной улыбкой и полупоклоном. – Прошу извинить за беспокойство.
– Никакого беспокойства, – пробормотала ошеломленная женщина, в то время как молодой человек пружинистыми шагами уже решительно двигался к выходу из офиса Наземной службы, как будто у него имелась еще целая гора пакетов, которые ему предстояло разнести по всему аэропорту. Когда тот скрылся за дверью, начальница повернулась к Минхо. – Откуда взялся этот парень?
– Понятия не имею. Я даже не успел сказать ему спасибо.
– Тебе шлют подарки ко дню рождения прямо из Франции? У тебя что, там знакомые?
– Знакомая только одна, но даже она не в курсе, что у меня сегодня день рождения, – проговорил он, разворачивая сверток. – Думаю, случайное совпадение.
– Непохоже на случайность – она попала точно в десятку, – высказала начальница свое мнение и вытянула шею, чтобы ничего не упустить. – Книга. Как раз то, что ты любишь.
Минхо не ответил. Все его внимание было поглощено романом «Трепещущий на синих крышах свет» авторства Ингрид Боден. Роман не новый: первое издание конца семидесятых годов, как и сообщала в последнем письме Кая. Книжка в твердом шитом переплете с обложкой цвета свежей мяты. Тисненные серебряной фольгой буквы заголовка и имени автора. Если когда-либо книга имела суперобложку с завлекательной картинкой, то та давно исчезла. Минхо раскрыл ее посередине и осторожно поднес к лицу, вдыхая едва уловимый пыльный запах страниц.
После чего снова ее закрыл и окинул гордым взглядом. Эта книга – первый роман, который будет прочитан в книжном клубе авиакомпании «Скайвинд». И хотя Кая не могла знать дату его рождения, потому что это не являлось частью открытых персональных данных сотрудников компании, публикуемых на личных страницах интранета, однако и сам Минхо не смог бы выбрать более подходящий момент для такого подарка.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: