Лесные приключения (сборник)

Эдуард Шим

Лесные приключения (сборник)

© Шим Э. Ю., насл., 2018

© Состав., оформление. ООО Издательство «Родничок», 2018

© ООО «Издательство АСТ», 2018

* * *

Заячье семейство

На берёзовой опушке лесные мамы хвалились друг перед другом своими детками.

– Ах, какой у меня сын! – сказала мама Олениха. – Наглядеться на него нельзя. Копытца точёные, ножки пряменькие, шейка высоконькая… Лёгонький, как ветерочек!

– М-м-м, сын, конечно, неплох, – сказала мама Барсучиха. – Но куда ему до моих деточек! Уж такие они нарядненькие, такие разумненькие! Родились в марте, в апреле уже глазки открыли, а нынче – поверите ли? – даже из норы выбегают…

– А сколько их у вас? – спросила Олениха.

– Уж, конечно, не один и не два. Целых три!

– Можно вас поздравить, – сказала мама Ежиха. – Но всё-таки моих деток с вашими не сравнить. У меня их – пять душ! И вы знаете, у них уже шёрстка появилась… и даже иголочки твёрденькими становятся… Ну, не чудо ли?

– Хрю! – сказала мама Кабаниха. – Пять – это хор-рошо. Ну, а что вы скажете, если их – десять?

– А у кого их десять?! – поразилась мама Ежиха.

– Хрю-хрю… У меня! Ровно десяточек, и все как один… хрю!.. мохнатенькие… хрю!.. полосатенькие… хрю!.. подвизгивают этак тоненько, как птички… Где ещё такое семейство найдёшь?

Не успели мамы согласиться, как вдруг с поля раздался голос:

– У меня семейство получше!

И на опушке появилась мама Хомячиха.

– Ну-ка, – сказала она, – попробуйте догадаться, сколько у меня деток!

– Тоже десять! – хрюкнула мама Кабаниха.

– Двенадцать? – спросила мама Барсучиха.

– Пятнадцать? – шепнула мама Ежиха и сама испугалась, назвав такое большое число.

– Как бы не так! – сказала мама Хомячиха. – Подымайте выше! У меня деток – восемнадцать душ, во сколько! И чего там болтать про шёрстку, про глазки, – это всё пустяки. Мои детки уже работать начали. Даром что малы, а уже каждый себе норку копает, жильё готовит. Представляете?

– Да, ваше семейство – самое замечательное! – признали все мамы. – Вы подумайте: восемнадцать деток-работничков!

Долго бы ещё удивлялись мамы, если бы на опушке не появилась Зайчиха.

Хвалиться она не стала, шла тишком-молчком.

Никто не узнал бы, сколько у неё деток, если б мама Олениха не спросила:

– Ну, а сколько душ в вашем семействе?

– Не знаю, – сказала Зайчиха. – Кто ж их считал… Может, – сто, может, – тыща, а может, – и ещё больше.

– Как так?! – подскочили мамы. – Не может быть!..

– У нас именно так и бывает, – сказала Зайчиха. – Мы со своими детками не привыкли нянчиться. Рождаются зайчата, мы их разок покормим, а потом где-нибудь под кустом оставим – и до свиданьица!

– Зачем же? Как безжалостно! – закричали мамы.

– А затем, что так – лучше. Затаятся зайчата под кустом, притихнут – и ни волк, ни лиса их не найдут. А будь мы рядом, так навлекли бы на них беду.

– Но ведь они же маленькие!

– Маленькие, да удаленькие… И прятаться умеют, и видят зорко, и слышат чутко. Да и шубки у них тёпленькие.

– А кто же их кормит-то?

– Да любая Зайчиха, которая встретится. У нас ведь нету чужих деток, все – родные. Нынче я одного покормлю, завтра – другого. Вот и выходит, что все зайчата в лесу – из моего семейства. А сколько их, никто не ведает. Может, – сто, может, – тыща, а может, – и того больше. Посчитайте, попробуйте!

И тут уж все мамы поняли, что всё-таки самое удивительное семейство в лесу – заячье.

Полосы и пятнышки

Встретились на поляне двое малышей: Косулёнок – лесной козлёночек и Кабанчик – лесной поросёнок.

Нос к носу встали и разглядывают друг дружку.

– Ой, какой смешной! – говорит Косулёнок. – Весь полосатый-полосатый, будто тебя нарочно раскрасили!

– Ой, а ты до чего смешной! – говорит Кабанчик. – Весь в пятнышках, в пятнышках, будто тебя нарочно забрызгали!

– Я в пятнышках для того, чтобы лучше в прятки играть! – сказал Косулёнок.

– И я полосатый, чтобы лучше в прятки играть! – сказал Кабанчик.

– С пятнышками лучше прятаться!

– Нет, с полосками лучше!

– Нет, с пятнышками!

– Нет, с полосками!

И заспорили, и заспорили! Ни один уступить не хочет.

А в это время затрещали сучья, захрустел валежник. Вышла на поляну Медведица с медвежатами. Увидел её Кабанчик – и стреканул в густую траву.

Вся трава полосками, полосками, – исчез в ней Кабанчик, словно сквозь землю провалился.

Увидел Медведицу Косулёнок – и стрельнул в кусты. Между листьями солнце пробивается, везде жёлтые пятнышки, пятнышки, – исчез в кустах Косулёнок, словно его и не было. Не заметила их Медведица, прошла стороной. Значит, оба хорошо научились в прятки играть. Зря спорили.

Медведь-рыболов

На лесной реке, на крутой излучинке Медведь рыбу ловит. Сидит на большом камне, лапу вверх задрал – ждёт.

Набегают на камень мелкие волны, ныряют в волнах мелкие плотвички. Белёсенькие, вёрткие, с красными глазками.

Вот одна совсем близко подплыла.

Ударил Медведь лапой, – распороли медвежьи когти воду – только брызги по сторонам!

А Плотвичка-то – виль-виль! – и ушла. Не попалась!

Обидно Медведю, а тут ещё насмешники отыскались, дразнятся. Голубой Зимородок на ветке сидит, посмеивается:

– Такой большой, а такую маленькую рыбёшку словить не сумел! Гляди, как рыбачить надо!

Сложил Зимородок крылья, камешком в воду – бульк! – и вот опять уже на ветке сидит, в клюве рыбёшку держит.

– Может, угостить тебя, косолапого?

Рявкнул Медведь от злости, потоптался на камне, опять лапу задрал. Опять ждёт.

Накатывают на камень ленивые волны, плывут мимо камня ленивые голавлики. Лобастенькие, пузатенькие, с чёрными спинками.

Вот один совсем близко подплыл.

Ударил Медведь лапой, – полоснули воду медвежьи когти, – белый бурун закипел!

А Голавлик нырнул поглубже – виль! – и ушёл. Не попался!

Сопит Медведь от обиды, а насмешники не унимаются. Усатая Выдра хихикает на берегу:

– Такой силач, а не мог с рыбёшкой справиться… Гляди, как умеючи ловят!

Скользнула Выдра в воду, погналась за голавликами. Быстро плывёт, изгибается в струях, как змейка. Настигла рыбу, кинулась, цопнула, – и вот уже вылезает на берег с Голавликом в зубах.

– Хочешь, косолапый, тебе рыбий хвостик оставлю?

Рявкнул Медведь, отвернулся в другую сторону. Опять лапу задрал и опять ждёт.

Надвигается на камень большая волна, плывёт мимо камня громадная Щука. Спина – как бревно, зубы – как шилья, на голове мох зеленеет… Страшилище!

Зимородок не хочет за Щукой нырять.

Выдра и не собирается Щуку настигать.

Эта рыбина, чего доброго, сама рыбаков слопает!

Но Медведь лапу свою не опустил. Напротив – ещё шибче замахнулся.

Подплыла Щука поближе. Мелькнула медвежья лапа – хвать! – и глазом никто моргнуть не успел, как очутилось страшилище на горячем камне.

А Медведь рычит, похохатывает:

– Кто тут насмешничал, кто меня дразнил? Поучитесь-ка сами рыбку ловить… Вот добыча так добыча – сам наемся, всех вас накормлю, да ещё сорокам с воронами останется!

Приключения зайца

I

Все мои напасти, братцы, начались в конце весны.

Уже черёмуховый снег на землю осыпался, птицы уже свили гнёзда и начинали примолкать; у врагов у наших – волков да лисиц – народились щенки, а мы, зайчата-настовички, давно подросли, осмелели и сделались совсем похожими на взрослых красивых зайцев.

Было утро, и я собирался где-нибудь залечь подремать. Я только что побывал на деревенском поле, позубрил там клеверку – такого мокрого, холодного от росы, приятного – и теперь ковылял не торопясь вдоль опушки. Эх, думаю, зайду сейчас в лес, доберусь до тёплой песчаной гривки и залягу под кустом, – таково-то хорошо! Подрёмывай весь день…