banner banner banner
Готов на пять
Готов на пять
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Готов на пять

скачать книгу бесплатно

Подхватив с собой папку с личными делами да лист-подсказку, спрятал флешку в карман брюк и поспешил к секретарю, которая обрадовалась тому, что я сделал все быстро и, самое главное, правильно.

– Так, – сказала она, – Антонина Ильинична в департамент убежала, но вас ждет в кабинете Светлана Викторовна, – видимо, поняв, что я не знаю никаких Светлан, секретарь пояснила, – завуч по учебной работе.

Дав мне точный курс, где искать женщину, поспешил на второй этаж. Нужный кабинет, к моей радости, был открыт. Оказался он совсем небольшим, вдоль стен стояли книжные полки, забитые учебниками и папками с документами, с другой стороны имелся высокий узкий шкаф, столик со стульями, ну и за рабочим столом у окна, обложившись бумагами, сидела та самая Светлана Викторовна.

– Ох, Максим Сергеевич, – проговорила женщина с яркими рыжими волосами, аккуратно уложенными на голове, – как же здорово, что вы к нам пришли!

Я пока подобной радости не разделял, но кивнул. Думаю, по моему замученному лицу было все понятно итак, поэтому меня сразу же пригласили за стол и стали медленно вводить в курс всех дел.

Оказывается, кроме журнала, который я должен буду вести каждый день, имелся его аналог в электронном виде. Вот от него я и получил все пароли, чтобы в ближайшие дни начать заполнять. Так же мне на флешку прилетели документы с учебным планом и тематическим планированием, с вводными контрольными работами и прочей ерундой, которую с первого раза я просто не запомнил. Да что говорить, даже записывать стал – что от меня нужно, к какому дню, в каком количестве.

Учителя – не люди! Заверяю вас – это роботы, которые не спят ночами!

Я вышел от Светланы Викторовны с осознанием того, что спать мне некогда. Чтобы успеть все, что нужно сделать, придется забить не только на сон, но и на простой отдых, на еду, на вторую работу, которая сегодня тоже, кстати, будет, а я уже как выжитый лимон, которому совсем ничего не хочется.

Неспешно спустился на первый этаж и попал в поле зрения второго завуча, того самого, с которым мы не нашли общий язык.

– Пройдите ко мне в кабинете, – повелительным тоном госпожи сообщила она мне.

Ладно, мы не гордые – пройдем, но молчать, как остальные, не будем.

– Вам нужно сдать мне план воспитательной работы, еще у нас…

К тем первым заданиям добавилось еще столько же, благо, часть из них была в перспективе, а значит, пока что на многое можно было подзабить. Пугал меня план этой работы, но еще больше образец, который отсутствовал. Что писать и как, я совершенно не знал, но не отчаялся.

Быстро достав из кармана телефон, нашел своих одногруппниц, которые уже не первый год работали в школе, ну и попросил меня выручить. А что, они всегда помогали, сейчас же не бросят несчастного меня на произвол судьбы?

Первой ответила Оксана – отличница и красавица, которая всегда была впереди планеты всей.

«Бог ты мой, Белоусов! Неужели это то, о чем я подумала?»

«Именно это».

Ответил, потому что понимал: сейчас начнется самое интересное – надо мной будут издеваться и хохотать. План, который мне так был нужен, все же оказался в моих руках. Менять в нем почти ничего не стал, лишь заменил одну школу, на другую, одного учителя на другого, ну и список класса свой вставил. На этом посчитал, что достаточно. Ну а что? Ничего нового из того, что предлагала в своей работе Оксана, я бы не придумал.

Девушка, кстати, все это время, пока сидел за компом в классе и пытался быстро сделать свою работу, чтобы от меня как можно скорее отстали, мне писала.

«Бедные дети! Белоусов, ты испортишь нам будущее поколение!»

«Держи свои словечки при себе, а то у тебя малышня быстро научится плохому!»

«Старшеклассницы уже строят глазки?»

«Ты там от радости не умер, чего молчишь?»

Пришлось быстро брать телефон и написать: «Ха-ха! Не дождешься! У меня будет лучший класс!»

«Ну-ну, удачи!» – и несколько десяткой смеющихся смайликов в конце.

Это был вызов, который я, как ни странно, собирался принять…

Отчет по воспитательной работе сразу сдавать не стал, а то меня бы сразу раскусили, поэтому опять все сохранил на флешку, второй образец оставил на рабочем столе своего древнего компьютера и, попрощавшись с пришедшим с прогулки классом, помчался домой.

Через час у меня тренировка, плюс нужно еще раз посмотреть расписание и договориться с другом насчет четверга! Похоже, придется покупать какой-то блокнот или скачивать на телефон планер, просто столько дел, которые нужно выполнить за вечер – в голове удержать очень сложно.

Жил я буквально в нескольких шагах от школы в старом доме, в котором снимал квартиру вот уже некоторое время. Нет, я мог после армии вернуться в отчий дом, но как-то не престижно здоровому и крепкому мужику сидеть на плечах родителей, поэтому довольно быстро нашел себе хату с одной комнатой и нишей, где стояла большая кровать, да и стал там жить.

Готовить я умел сам, убираться – не проблема, а что еще нужно одинокому человеку? Добравшись до квартиры, быстро перекусил пловом, который готовил на днях, собрал спортивную сумку и помчался в магазин за блокнотом, все же нужно было как можно скорее записать все, что мне предстоит в ближайшие дни сделать.

В зал я успел как раз вовремя – переоделся, закрыл шкафчик и вышел к своему клиенту – приятному мужику, который совсем недавно стал ко мне ходить на занятия. Он был душой компании, умел легко заводить разговоры, но на что обратил внимание – заводился с пол оборота. Вот только что улыбался и хохотал в голос, как вдруг бычится и права качает. Работать с ним было проблематично, но выбора особо не было: либо он, либо никого.

Сегодняшняя тренировка прошла вполне сносно, пару раз мужик залипал на молоденьких девицах, которые крутили педали велотренажера и пялились в окно, пару раз пришлось его тормозить, когда пытался на кого-то произвести впечатление и взял явно не свою нагрузку. В общем – смена как смена.

Быстро завершив все дела и отзанимавшись, нашел Михаила, который успел освободиться.

– Друг, выручай, – начал я, рассказывая, во что успел ввязаться.

Миха хохотал так, что уселся на мяч для фитнеса и, не удержав равновесие, рухнул с него.

– Ну ты, брат, учудил! – проговорил он, поднимаясь с пола на ноги, – без проблем, как говорится, но ты там еще раз подумай, надо тебе это или нет?

И вот уже вечером, сидя над конспектами, листая методические рекомендации, изучая тематическое планирование и рабочую программу, я задавался этим извечным вопросом, актуальном не один десяток раз. Учитель – это не для каждого. Вы только представьте, каково это – оказаться с детьми в замкнутом пространстве на несколько часов подряд?

Это не один ребенок, не свой – а двадцать пять (в лучшем случае) чужих детей, у которых разные характеры, разные потребности, разное отношение к одним и тем же вещам. Сегодня мне их было нужно покормить, а вот завтра собрать на физкультуру!

Я пришел в класс не в начале учебного года, дети уже почти месяц каким-то образом умудрялись принимать всех, кто к ним приходил. Их классный руководитель, который до меня набирал класс, сбежал на второй день. Увы, кто-то успевает понять, что не выдержит ритма и ответственности до первых уроков, к кому-то это осознание приходит несколько позже. Что будет у меня, пока не знаю. Желание взять руки в ноги, конечно, присутствовало, ну а если получится, если у меня и правда будет лучший класс? Нет, это не профессия мечты, но нужно же попробовать все в этой жизни!

С таким мыслями я и уснул, хотя голова была забита информацией под завязку, и всю ночь мне снилась шумная детвора. На свое счастье, утром не проспал, встав после первого звонка будильника.

Сверившись с расписанием, понял, что сегодня вновь у меня окно, во время которого можно будет сделать дела, ну и дойти до методиста, узнать о том, как проверять рабочие тетради, проверять ли вообще и как оценивать.

В школу пришел в неплохом настроении, но сегодня уже класс открыл сам, перед этим поздоровавшись с детьми и их родителями. Блин, был бы у меня класс выше этажом, никто бы ко мне не заглядывал, дитятко свое не проверял и не смотрел так пристально, словно у меня в голове зреет коварный план, который был рассекречен. Но хоть, благо, с расспросами не лезли, лишь просили кого-то отпустить после уроков, кого-то проконтролировать при сборе на урок физкультуры. Заверив всех, что буду пристально следить за детьми и помогать, кому будет нужна помощь, со спокойной совестью приготовился к уроку и уже более спокойно его начал. Сегодня уже четко понимал, где вчера ступил, и поменял ход своих мыслей.

Первым уроком было чтение, и я сегодня сам ходил по классу, переворачивая странички букварей на ту, на которой мы занимаемся. Помогал тем деткам, у которых были проблемы, успокаивал тех, кто куда-то торопился – одним словом, уроком остался доволен.

За перемену мы успели не только приготовиться к русскому языку, но и сходить на завтрак и, бинго, вернуться до звонка! Точнее, со звонком мы в класс зашли, но это уже прогресс, которым хотелось похвалиться. Эх, надо бы маме позвонить, вчера я ей даже толком не успел ничего рассказать, лишь сообщил, что я в полной… Ну, вы поняли в чем, при детях же такими словами не выражаются, ну и сказал матери, что как только разгребу завалы, хоть частично, то обязательно с ней поговорю!

В таком темпе прошли еще два урока, конечно, некоторые вещи мы не успевали, на чем-то приходилось заострить свое внимание подольше, но ничего – сейчас мы привыкнем друг к другу, тогда и будет все получаться. Пока у детей все же есть в глазах небольшой страх, я хоть дядя добрый, но мощный, ну и голос у меня грубый, тут уж ничего не поделаешь, поэтому нам всем нужно время.

На урок физкультуры, который стоял сегодня последним по счету, дети переодевались прямо в классе, и тут началось самое интересное: большая часть малышей не умела завязывать шнурки и банты на штанах. Перед моим столом выстроилась очередь: девочки просили затянуть им спадающие штанишки, мальчики, стоя в одном кроссовке, тянули мне второй. Я умаялся за эти пятнадцать минут так, словно отпахал целую смену на заводе. Когда прозвенел звонок, у меня осталось три человека, которые ооочень уж медленно собирались. Мало того, что они не с первого раза нашли свои вещи, так еще и наизнанку надели футболки, перепутали местами обувь и были крайне расстроенными.

Итак, у меня новое задание: научить детей одеваться! Ну и на собрании с родителями нужно будет поговорить об этом нюансе, пусть хоть кроссы на липучках купят, потому что это не дело, я весь взмок как мышь!

Проводив детей под строгим взглядом учителя по физической культуре в зал, я вернулся в кабинет и только успел сесть на стул и потянулся к сумке за запрятанной шоколадкой, как ко мне пришла методист. Черт, как я мог про нее забыть? Хотя это даже не удивительно! Странно то, что я до сих пор помню, как меня зовут и сколько мне лет, поверьте, после дня с детьми данная информация может стереться из вашей головы довольно быстро!

Глава 3

Загруженный не только пакетами с учебниками, но и мыслями, я вышел из школы, когда смог отдать детей воспитательнице. Видимо, я выглядел уж очень отвратительно, раз женщина даже похлопала меня по плечу, помогла собрать исписанные бумаги, которые сейчас буквально оттягивали мне плечо. Сумка, которая еще утром была не такой уж и тяжелой, неподъемным грузом висела сбоку и периодически била меня по спине. Но на это недоразумение я совсем не обращал внимания. Сейчас находился в таком состоянии, что буквально не знал, за что мне хвататься, когда делать, как это делать, да и, если честно, делать ли вообще?

Зайдя по пути в магазин, бесцельно прошелся несколько раз по залу, пока все же не вспомнил, что у меня дома нет ни молока, ни яиц, ни даже хлеба. Думаю, на этом и остановлюсь, пока на большее я не способен совсем.

Но стоило выйти из магазина, как в кармане зазвонил телефон. Да, я каким-то чудом после уроков и лекции от методиста смог его даже включить. Не глядя на экран, принял вызов и тихо спросил.

– Да? – если бы я знал, что это мама, сделал бы голос бодрее.

– Максим? Что случилось? Ты где пропал? Обещал перезвонить и молчишь!

Еще раз тяжело вздохнув, я все же признал:

– Иду с работы, я теперь, мам, учитель. И у меня первый класс.

Ответа не было долго, я даже добрался до дома и смог подняться на свой этаж.

– Чем я могу помочь? – вот, эта удивительная женщина всегда начинает диалог именно с этой фразы. Она не учит, не подсказывает, не говорит, как и что нужно делать, она сразу спрашивает, может ли помочь и чем?

– Можешь, – ну я не дурак, чтобы от помощи-то отказываться, – только дай мне немного прийти в себя, разобраться, с чего начать, выписав самые важные дела, потом менее важные и не очень важные в блокнот. И потом скажу, что ты можешь для меня сделать.

– Договорились! – мама первой отключила вызов, а я, поставив пакеты и сумку на пол, просто сел рядом с ними и, откинув голову назад, закрыл глаза.

Вы не поверите, но я в таком жутко неудобном положении умудрился даже задремать, и если бы не неудобная поза, проспал бы час, а так минут двадцать только, однако и этого перерыва мне хватило с лихвой.

Быстро поднявшись и немного размяв плечи, отнес продукты в кухню, тетради в комнату на рабочий стол и первый делом решил, что мне необходим обед, хоть какой-нибудь. Быстро включив чайник и заглянув в холодильник, вспомнил про то, что все же зашел в магазин, а значит, кушать мне омлет или яичницу! Ура, с голоду не умру.

Минут так через двадцать я уже сидел за столом и сортировал бумаги и тетради. Оказывается, тетради нужно проверять: исправлять ошибки и неправильно написанные элементы букв, а по нашей системе еще и оценивать ребенка по красоте и правильности! Ладно, оценочная система вводится во втором полугодии второго класса, а все остальное время мы вот так должны издеваться над собой и учениками, чертя шкалы для этого на полях? Да, именно так мне и сказала методист! Так как мы ничего не оценивали, и до меня с детьми никто ничем подобным не занимался, придется проверять все прописи, все тетради с самого, мать его, начала!

Достав ежедневник, быстро переписал в него все, что сказал мне Светлана Викторовна. Конечно, она и много полезного рассказала, и подсказки мне давала, но этого было мало, если соотнести с тем, что еще предстоит сделать. Как только все задания на ближайшие дни и недели были выписаны, побежал в коридор искать оставленный там телефон.

– Мама! – начал я говорить, как только понял, что она взяла трубку, – мне нужен плакат на тему безопасного поведения на дорогах и на следующую неделю на урок технологии трафареты осенних листьев на двадцать пять человек!

– Будет сделано! – сообщила она, – еще что-то?

– Пока нет, – знаете, это удивительное чувство, когда тебе помогают, когда тебя понимают, – если что-то будет нужно, позвоню?

– Разумеется! – улыбка сама собой расползлась по моему лицу.

Итак, впереди меня ждал насыщенный и до жути нудный вечер. Тренировок у меня сегодня не было, можно, да и нужно, конечно, самому позаниматься, еще и к сессии готовиться, но вы сами понимаете, что эти все важные дела уйдут на второй, а то и на третий план. Сегодня мне есть чем себя занять. На столе в два ряда лежали тетради, бумаги, папки, учебники и журнал, который тоже был если и кем-то заполнен, то частично.

– Ну что, Максим Сергеевич, – начал говорить сам с собой, – готовься! Это будет насыщенный конец дня!

Как только сел за стол, почему-то подумал о том, что все учителя, кроме меня, остаются в школе часов до трех, что-то там делают, проверяют, пишут. Может, и мне надо? Ну, нет! Если останусь, мне дадут еще тысячу и одно задание! Чур меня, чур! Я лучше дома, в относительной тишине, с музыкой фоном!

Вторник бы закончился более или менее хорошо, не позвони мне вечером мама ученицы. Честно скажу, хоть и нельзя так, но ребенок в этой семье очень избалованный. Сегодня девочка принесла на завтрак роллы. Вы только представьте, эти изделия пролежали весь урок в портфеле, который благополучно простоял у батареи! Отопление нам еще не дали, но класс небольшой, детей много, у нас душно, даже жарко, ну и рыба-то в роллах неизвестно какой свежести и где до этого успела побывать. По-моему, очевидно, что я, как внимательный учитель, просто не позволил ребенку есть эту гадость – еще мне последствий в виде отравления не хватало, поэтому отдал девочке завтрак, который остался свободным, а роллы – ну выкинул я их. Нет, перед этим оценивающе посмотрел, понюхал, но даже мне, взрослому мужику, было страшно брать их в рот, что говорить о ребенке? Но мама девочки считала иначе.

На меня набросились с обвинением, что лишил ребенка завтрака, после того, как сказал, что ученица была накормлена, она стала придираться к другим вещам, все больше повышая на меня голос.

– Так, стоп! – не выдержал, – если вы еще раз принесете подобную еду, то будете объяснять директору школы, почему кормите семилетнего малыша подобной ерундой – это во-первых. Во-вторых, если она отравится, я вызову вас в школу и организую педсовет. Мне не нужен в классе ребенок, которого может стошнить на стол или на соседа!

Баба угомонилась и даже извинилась, но я-то запомнил! С этой семейкой нужно быть аккуратным, такие сгоряча могут много чего наделать неприятного для меня. И наделали… Это я узнал утром, когда зашел в класс, а следом за мной пришла директор.

– Шепелава вчера позвонила в департамент и нажаловалась на тебя, как на некомпетентного по многим вопросам учителя! – вот тебе и доброго утра, вот тебе и здравствуйте.

– Вот как! – с трудом произнес именно это, хотя хотелось сказать совершенно другое. И надо же, именно в этот момент Шепелева привела дочку в школу и сейчас с гордым видом стояла у раздевалки и смотрела на меня.

– Антонина Ильинична, – начал я, поворачиваясь в сторону матери Маши, – Полина Романовна дает на завтрак своей дочери роллы не первой свежести. Давайте их отправим на проверку? Мне блюющий в классе ребенок не нужен!

Говорил я громко, так, чтобы и другие родители видели, слышали, и… добился того, чего хотел. Шепелеву директор вызвала к себе, другие мамы укоризненно на нее смотрели, даже кто-то и что-то сказал, ну а я морально готовился к проверке. После таких громких заявлений в адрес любого учителя она всегда появляется если не на следующий день, то через день точно.

Вот так бывает: у кого-то понедельник день тяжелый, а у меня среда. Хотя, постойте! На этой неделе все дни были тяжелыми! Среда совсем подпортилась, правда. Первый уроком было рисование, которое я, на радость детям и завучу, не вел. Не представляю, чтобы мы могли все вместе нарисовать, если у меня деревья до сих пор походи на перевернутые морковки. За то время, пока класс был пустой, я на всякий случай перепроверил свои конспекты, разложил тетради на столы, периодически подглядывая в шпаргалку, и даже немного расслабился, но рано радовался.

Если второй урок у нас прошел в тихой атмосфере, где дети даже пыхтели, но делали то, что просил, но на урок русского языка в класс завалилось несколько взрослых тёток, которые враз напугали мне малышню.

Антонина Ильинична и сама была не рада тому, что к нам так неожиданно пришли, но поделать ничего не могла, поэтому повела всех желающих посмотреть на меня в конец класса. Даже не сработал тот факт, что я молодой и совсем неопытный учитель, что ко мне на урок с проверкой идти бесполезно. Тут, скорее, просто работа для галочки, для черточки или для чего-то еще, вот и показуху устроили. Что б их всех!

Весь урок, который прошел на твердую тройку, дети отвлекались, смотря на тех, кто сидит за их спинами. Нет, я их понимал, о подобных вещах предупреждают заранее, я тоже обмолвился, что может так получится, что к нам придут гости, но не так же быстро!

Пока вел урок, женщины что-то строчили у себя в блокнотах, качали головами, а после звонка мне все и высказали.

– Урок выстроен не правильно! Вот ту нужно было так…. Здесь вы забыли это…. А что это за фраза: «погнали дальше?»

Я сидел напротив комиссии, которая с важным видом тыкала меня как котенка носом в то, где я облажался.

– И вообще… – решила подвести итог грузная тетка с неприятным крючковатым носом на лице.

– Я, пожалуй, уволюсь, – завершил за нее, – за два дня ко мне никто привыкнуть не успел, так что не страшно!

– Два дня? – переспросила главная в присланной проверки у директора, будто впервые слышит эту информацию. Вот актриса-то, – тогда все понято! Вы уж помогите такому амбициозному учителю, у него преподавание в крови! А как к детям относится, как помогает!

Неожиданно все перевернулось с ног на голову, и теперь я молодец! Вот так мне больше нравится! Нет, я прислушаюсь ко всему, что мне сказали, но давайте будем объективными: невозможно сделать на практике все, что идеализируют в учебнике! Будь ты хоть с семью пядей во лбу, заслуженным учителем, будь у тебя сотни грамот и дипломов… да, можно подготовить идеальный урок, можно подготовить пять таких уроков, но не стоит рассчитывать, что так будет всегда. Дети – они изменчивы, на проверках, на педагогических конкурсах, к которым они готовятся вместе с учителем – они выкладываются по полной, но они же де-ти! Им свойственно шалить, не слушаться, баловаться, делать то, что нельзя.

Когда прозвенел звонок, совещание, которое до этого было у меня в классе, было решено перенести в кабинет директора, хорошо хоть без главного виновника или героя, смотря в какой момент времени посмотреть. Антонина Ильинична перед тем, как выйти из класса, похлопала меня по предплечью.

– Вы, Максим Сергеевич, молодец! Никто бы им перечить не посмел!

– Но только не я! – рассмеялся, облегченно выдыхая.

Последний урок чтения, и малыши, которые явно чувствовали, что что-то происходит не то, вели себя намного лучше, отвечали хором, когда просил их, поднимали руки для индивидуального ответа. Мне даже хотел выглянуть в коридор и заорать: «Идите и посмотрите, какие мы молодцы!» – но, естественно, подобным образом себя не повел. Лишь в конце урока поблагодарил класс за слаженную работу. В общем-то, судя по задравшимся носикам, можно взять на заметку этот прием!

Дав домашнее задание, я написал в общий родительский чат о том, что завтра у нас будет родительское собрание, ну и пошел домой к этому собранию морально готовиться. О чем мы с ними будем говорить? Что о себе рассказывать или не рассказывать совсем? Нужно ли ставить цели, которые нужно преодолеть за год?

Первым же делом ознакомился с представленной информацией в интернете и отмел в сторону тематические родительские собрания, которые подразумевают лекцию по какой-то тематике. На мой взгляд – пустая трата времени и сил, моих личных. Лучше поговорить о чем-то стоящем. Вот, например, о питании, об уроке физ-ры, о тетрадях и работе в них. Об отсутствующих обложках, кстати, тоже сказать надо. Так понемногу и набрался целый список, который завтра и озвучу, а там видно будет, какие еще возникнут нюансы. Скорее всего, родители тоже придут не просто так, а с какими-то своими вопросами, вот и на них отвечать буду.

Ох, не забыть бы сделать протокол родительского собрания, который потом мне нужно будет сдавать завучу. Эх, я на этой неделе вообще попаду в тренажерный зал или нет?

Глава 4

К проведению уроков привыкаешь довольно быстро, к тому, что одни и те же ученики опаздывают – тоже. Но я до сих пор не могу привыкнуть к завучу по воспитательной работе, которая с самого утра поджидала меня у дверей кабинета с самой что ни на есть самодовольной рожей. Извините, так говорить нельзя, тем более, когда перед тобой женщина, но иначе этот оскал я назвать не мог.

Я даже не успел с ней поздороваться, как она выдавала: