banner banner banner
Брошенная колония – 3. Ветер гонит пепел
Брошенная колония – 3. Ветер гонит пепел
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Брошенная колония – 3. Ветер гонит пепел

скачать книгу бесплатно

– Ох, дуреха, – произнесла Басаргина и отправила ее в сон новым чародейством.

Глава 3

ОПЯТЬ НЕ ПО ПЛАНУ

– На сколько прыжков тебя хватит? – игнорируя взгляды дозорного, который топтался на вышке в поселке, или, правильнее сказать, крупного подворья, поинтересовался Демидов.

Девушка заклинанием очистила руки от крови.

– Два, если максимальных, – прислушавшись к себе, ответила Кира. – Резерва это, конечно, не истощит, но я просто рухну, не смогу сосредоточиться, чтобы новый открыть.

Игнат мысленно прикинул карту Югского княжества: сейчас они ближе к востоку, один прыжок километров на триста – и окажутся уже у соседей. Полесское княжество он знал гораздо лучше, часто работать приходилось. Жили там, в основном, земледелием и лесом, и вот в этом лесу хватало маленьких ферм и деревенек, часто именно они выступали в роли заказчиков егеря, и знакомых в Полесском у него хватало.

– Два прыжка, – прикинул он, – больше и не надо. Один давай на восток, сразу к соседям, к полесцам, а там я тебе укажу – куда, сможем поесть, отдохнуть. Думаю, в этой лесной глуши нас точно никто не найдет.

– А девушка?

– Пока что с нами, – немного подумав, озвучил Игнат. – Бросим ее здесь – не завтра, так послезавтра одержимые с союзниками и сюда явятся.

Кира стрельнула в него слегка озабоченным и немного ревнивым взглядом. Что она хотела увидеть, Видок так и не понял, но, не обнаружив признаков искомого, магичка успокоилась.

Вдвоем они усадили девушку на заднее сидение.

– Давай людей предупредим, – предложила она, – тут до Югорска рукой подать, пусть селяне либо готовятся драться, либо сваливают.

– Дело говоришь, – согласился егерь, осматривая пораненную ногу: Фарат и вправду стал сильнее, сейчас пропоротая шипом нелюди икра уже не кровоточила, ее края медленно стягивались, еще час – и следа не останется. – Опять левая, – выругался Игнат. – Да что ж ей так не везет-то!

– Ты ранен? – забеспокоилась Русалка.

– Оставь, милая, Фарат отлично справляется, пусть поработает, твоих сил мы на это тратить не будем. Давай прыгай на сиденье, и поехали к деревенским, а оттуда уже портал откроешь.

Но сразу поехать не вышло, поскольку место Киры было залито кровью раненой волшебницы. Басаргина одним движением руки очистила его и только после этого уселась.

Поселковые встретили странных приезжих стволами, на рожах крепких мужиков застыло мрачное настороженное выражение, смотрели они на гостей зло. Разговаривать отказывались, пока не явился то ли староста, то ли просто главный. Ему-то и рассказали новости из Югорска. Выражение лица хозяина этой дыры из трех домов и пяти амбаров надо было видеть. Словно молоко скисло. Скорее всего, остальные только наемные рабочие, и слушали они очень внимательно. Оно и понятно: если такое в Югорске творится, то сюда пары тварей хватит. Похоже, многие решили валить куда подальше. Слов магички и мрачного егеря с разорванной ногой под сомнение никто не ставил.

– И что нам делать? – поинтересовалась дородная тетка под центнер весом, все это время слушавшая из-за спин мужчин.

Игнат пожал плечами.

– А мне откуда знать, что вам делать? Это ваша жизнь. Я не пастух, вы не отара. Боги дали вам разум, вот и используйте его. Если сможете, предупредите соседей. А дальше поступайте по собственному разумению.

Безымянная магичка на заднем сиденье застонала, но в себя так и не пришла. Это разрушило тишину, все заговорили разом. Хозяин требовал от присутствующих защитить его, сулил деньги, мужики планировали свалить куда подальше, так как покойникам деньги не нужны, тетка растерянно крутила головой – похоже, только она обратила внимание на пришлых, которые вернулись к мобилю, стоящему в воротах поселения. Егерь уселся за руль, а волшебница принялась творить чары. Все обернулись только тогда, когда вспыхнул овал портала, и мобиль странной формы почти бесшумно въехал в него, а следом, махнув хуторянам на прощание рукой, исчезла и магичка с глазами цвета яркого изумруда и волосами словно из золотистого меда.

Голем замер метрах в двадцати от воды: огромное озеро простиралось на несколько десятков километров. Мыслеобраз, который Игнат скинул Кире, оказался точен, и магичка, одной только ей ведомой силой, без труда нашла место, в которое нужно попасть. Сейчас между ними и поселком, откуда она открыла портал, было триста двадцать километров. Девушка на заднем сиденье вновь застонала, и Кира, вышедшая из перехода десятью секундами позже, подошла к мобилю и возложила ей руки на лоб. Минута, и лицо пострадавшей разгладилось, боль с него ушла, и она опять впала в беспамятство, а зеленый свет, исходивший от ладони волшебницы, тихо угас. Выглядела Кира устало, словно не спала несколько суток подряд, руки мелко подрагивали, да еще ежилась, словно ее лихорадило.

Игнат подошел к ней и, обняв за бедра, прижал к себе. Кира откинула голову назад, глаза закрыты. Так они стояли несколько минут.

– Еще один портал, – шепнул Демидов, – и нас ждет отдых, кровать и стол.

– Давай мыслеобраз, – треснувшим, усталым голосом ответила магичка. – Это далеко?

– С другой стороны озера, в лесу, километров сто пятьдесят на север. Лови. – Игнат как можно точнее представил место, в которое им нужно попасть: высокий крепкий частокол, десяток домов за ним, пастбище за околицей, и все это в окружении зеленых гигантских пятидесятиметровых деревьев, у которых ветки только сверху, – их на Интерре называли сосновыми зонтами. – Увидела?

Кира устало кивнула и, встав справа от мобиля, начала искать указанное Видоком место. На этот раз процесс поиска занял у нее гораздо больше времени – минут пять, не меньше. Игнат уже сидел за рулем, готовый стартовать в портал, как только тот откроется. Раза с третьего ей все же удалось, и голубой овал распахнулся почти перед самой мордой мобиля. Демидов дал газу, и Голем медленно въехал в портал.

– Идеальная наводка, – глядя на разваленный частокол и обугленные остовы домов, подвел итог Игнат.

Дожди уже вбили в землю пепел, трава затянула пожарище – похоже, деревня погибла весной или в конце зимы.

«Фарат, ищи, есть кто вокруг?»

Кира буквально выпала из портала, и тот схлопнулся за ее спиной.

– Оо-о-о, – протянула она, разглядывая то, что осталось от лесной деревушки. – Как я такое не почуяла? Устала?

– Ничего. Отдохнем скоро. Посиди в Големе, а я осмотрю все вокруг.

Демидов взял винтовку и медленно пошел к поваленному частоколу.

«Пусто, – отозвался джинн через пару минут. – Но кто-то недавно пообедал: в подвале крайнего дома черепа разбитые и кости разгрызенные, одно тело свежее».

«Люди?» – настороженно прислушиваясь к мертвой тишине, спросил Игнат.

«И люди есть, но в основном зверье – олени, медвежий череп, внушительные такие клыки».

Игнат медленно перебрался через завал из бревен: повсюду следы огня, несколько пулевых отметин. Тут шел бой, это факт, только непонятно – люди атаковали или люди только защищались. Ни трупов, ни оружия – ничего, значит, либо все прибрали нападавшие, либо княжеские дружинники, навестившие поселок.

Игнат терпеливо бродил по пепелищу. Два дома были относительно целыми, только разграбленными. Жители тоже нашлись: позади деревни тридцать восемь могил. Демидов пытался вспомнить, сколько тут жило народу, выходило, что как раз около того. Дом, в котором свило себе гнездо что-то мерзкое, егерь оставил напоследок. Внимательно осмотрев надземную часть, он выяснил, что раньше он принадлежал семье довольно большой – человек из семи, судя по количеству спальных мест. Повсюду были старые бурые пятна на стенах, полу, потолке… Залитая кровью колыбель. Что же произошло в этом маленьком поселке? Наконец Игнат пнул дверь, ведущую в подвал, – та, скрипя, распахнулась. Пять ступеней, свет от подобранного наверху огарка свечи. Люди тут жили бедные, тогда, чтобы заплатить ему одиннадцать чеканов за истребление водяного и семи русалок, скидывались всем миром. Отсюда и полное отсутствие бытовой магии, тут даже волшебницы шестой ступени никогда не было. При тусклом дрожащем свете не представлялось возможным оценить весь масштаб трапезной, разгрызенные обглоданные кости хрустели под ногами, удушливо воняло гнилым мясом. В углу недоеденная кабанья туша – молодая особь, не больше года, наверное: бивни уж больно маленькие. Натянув на лицо зачарованный шейный платок, Демидов присел на корточки, внимательно изучая то, что осталось от людей и зверья. Когти у твари внушительные, ровно пять, челюсти очень мощные, чтобы разгрызать кости, пара длинных клыков. Егерь подошел к опорному столбу и снял с него клочки шерсти: рост – метр семьдесят, может, чуть больше, тварь чесала спину.

«Ну, что думаешь, Фарат? – наконец, задал Видок вопрос притихшему джинну. – Нелюдь?»

Хотя он и сам знал ответ, да только не хотел его слышать. Очень не хотелось, поскольку иначе ему придется остаться убить тварь или погибнуть.

«Нежить, – отозвался «пассажир». – И ты не хуже меня знаешь, кто».

«Знаю», – согласился Игнат и пошел на выход.

У Голема он остановился, глядя на своих спутниц. Кира спала, девчонка все еще в отрубе. Нужно было решать – бежать или попробовать остановить того, против кого может помочь только егерь или магия. Причем магия гораздо вернее. Как бы ни не хотелось будить волшебницу, однако день клонился к вечеру, солнце еще высоко, но в лесных чертогах темнеет рано. Раньше полуночи тварь на охоту не выйдет, логова ее не найти.

– Черт, как же неудачно все складывается! Подъем, – аккуратно потряс Игнат Русалку за плечо: совсем она умоталась, если умудрилась вырубиться рядом с разоренной вымершей деревней.

Кира вскинулась, тараща на него глаза и пытаясь понять, что происходит.

– Видок, все в порядке? – наконец спросила она.

Демидов покачал головой.

– Либо сваливаем отсюда прямо сейчас порталом как можно дальше, либо нужно решать проблему, иначе проблема решит нас.

– Что тут случилось? Где жители?

– Мертвы, все разорено, а в подвале завелась нежить, скорее всего, умерший житель – не похоронили, а смерть его была лютой. Если знаешь наш бестиарий, то мы кличем его кукловодом.

Кира вздрогнула.

– Ты не мог ошибиться?

Игнат молчал: он не ошибся.

– Он хотя бы один?

– Пока да, но скоро кукловоду не будет хватать дичи вокруг, и он пойдет ночами дальше. Днем хоронится в буераках, во тьме, пока не дойдет до других обитаемых мест, там он сотворит спутницу, и вот тогда все станет совсем плохо.

– Остаемся, – решила Кира. – Без моей магии с тварью будет очень тяжело справиться. Ты уверен, что логово не там, где кости?

– Абсолютно: кукловод – один из самых умных видов нежити, с которыми я сталкивался.

– Я тоже, – призналась Кира. – Лет пять назад в одной деревеньке завелся, неизвестно откуда вышел, наверное, так же подругу пришел создавать, только два первых раза вышли неудачными. Получились умертвия, они и выдали создателя. Граф, на чьей земле это произошло, личный друг и собутыльник короля, выпросил у того несколько магичек и егеря, на общественных началах, так сказать.

– Слышал я об этом случае. Так это ты была уцелевшей?

– Да, и егеря, не помню как звали, и напарницу мою Адриану, талантливую очень, кукловод убил. Крестьяне-то разбежались, как по деревне пошел мор, даже пару кордонов графских кнехтов смели – те их остановить пытались. Сам знаешь, половина подданных Гарнского королевства подневольные.

– Знаю. Давай дальше, хотя я читал твой отчет.

– А чего дальше-то? Мы тогда не были к этому готовы, а кукловод оказался очень сильным, разом взял Адриану и егеря под свой контроль, я даже и не поняла сначала. Она его испепелила одним заклятьем, раз, и только металлические части с одежды остались. Потом на меня напала, у нее резерв был очень приличный, специализация – стихийная магия с упором в огненную. В общем, от деревни мало что осталось, там такие заклятия летали, она только рангом мне уступала, а так была гораздо опытней. Но я все равно ее убила. Тут кукловод и решил меня прикончить, быстрый, с довольно сильной защитой против магии. И голос этот, забирающийся в самую душу, проникновенный такой. Так я и стояла, руки опустив, ждала, когда он приблизится, а когда ему оставалось только лапой махнуть, я разом вышла из-под контроля и ударила, даже не поднимая руки, серебряным пламенем. Заклинание редкое, для боевой магички бесполезное. Я же все же не охотница. Но пригодилось. Повезло, что у меня вторая специализация – борьба с ведьмами.

– Понятно. Что делаем? Я так понимаю, у тебя с ментальным контролем все хорошо? Меня от этого спасет руна защиты от темной энергии.

– Того егеря она не спасла. Хотя я не знаю, может, он только Адриану взял под контроль, ведь она его первого спалила. Если бы ударила по мне, возможно, первая атака и удалась бы, эффект неожиданности был на ее стороне.

Игнат задумчиво потер пальцами, он сталкивался с кукловодом один раз почти тридцать лет назад. Егерь совершенно случайно оказался на ферме, где ночью и повстречался с тварью. Тогда Фарат успел предупредить, и он использовал руну, а вот остальных жителей нежить подчинила себе, она кидала их в атаку заспанных, в одних рубахах. Защищая свою жизнь, Демидов той ночью убил четверых. Тварь отступила на рассвете, он раскопал ее логово и уничтожил тело. В какой-то степени кукловод считался вампиром или упырем. Как из трупа умершего в мучениях получался кукловод, ни егеря, ни магички так и не разобрались, нежить вообще штука редкая, и чаще всего в создании замешана магия, но только не в этом случае.

– О чем задумался? – пробился сквозь его мысли голос Киры.

– Прости, вспомнилось. Ладно, давай делом займемся, тут на окраине есть дом, где более-менее чисто, там остановимся, надо нашу попутчицу обезопасить, сама она защититься не сможет.

Басаргина согласно кивнула.

– Жаль, у меня совершенно отсутствует талант артефактора, а то изготовить примитивный защитный ментальный амулет дело десяти минут.

– Я могу, – неожиданно раздался слабый голосок с заднего сидения. – Я подрабатывала, изготавливая амулеты, только не знаю зачем, и вообще что это за место?

Игнат с Кирой смерили девчонку озадаченными взглядами, та дернула ногой и застонала.

– Как больно… – прошептала она, и на ее глазах выступили слезы.

– Ничего, скоро заживет, мне некогда с тобой возиться, – отозвалась Русалка.

Игнат мысленно усмехнулся: по какой-то причине молодка очень не нравилась Кире. Так магичка обычно реагировала только на попытки флирта Градовой. Неужели по какой-то извращенной женской логике она записала девчонку в соперницы?

Басаргина наложила руки на рану на бедре, зеленый мягкий свет – и вот лицо девушки светлеет, ни следа страдания.

– Меня зовут Мария, – представилась волшебница. – Шестая ступень. Частная домашняя школа. Но я больше химичка и артефактор, чем чистая магичка. Так зачем вам нужен амулет от ментальных атак?

– Кира Басаргина, – представил он напарницу, – третья ступень, боевая магичка, а я егерь Игнат Демидов. А амулет нам нужен вот зачем…

Сказать, что их невольная попутчица пришла в ужас от того, что эта парочка сумасшедших решила сделать, это значит ничего не сказать. Ее глаза буквально вылезли из орбит, а правая щека начала непроизвольно подергиваться.

– Моих сил хватит только на один артефакт, – плаксиво заявила она.

– Вот и сделай один, – довольно резко сказала Кира, – он для тебя. Я невосприимчива к ментальному воздействию, Игнат защитится руной. И кончай трястись, я посажу тебя под купол, будешь сидеть, не чирикать. Тебе сколько лет?

– Двадцать, – дрогнувшим голосом произнесла Мария. – А может, вы мне портал откроете в Югорск? Там, наверное, со всем уже справились.

Басаргина не сдержалась и матерно выругалась, длинной и очень витиеватой фразой пояснив присутствующим, что она думает по поводу одной овцы, которая совершенно не понимает, что происходит вокруг. Закончила она свою длинную тираду фразой:

– Нет больше этого гребаного Югорска, чудом оттуда свалили. Скажи спасибо. И теперь давай говори, что тебе нужно для артефакта.

Все время монолога девчонка просидела с открытым ртом. Похоже, несколько раз она порывалась что-то вякнуть, но не решилась. Как-то печально вздохнув, она махнула рукой, мысленно попрощалась со своей жизнью.

– Лучше всего для ментального артефакта подойдет серебряный предмет.

Игнат достал горсть чеканов.

– Сгодится?

– Еще нужна вода, желательно набранная в ручье, чистая.

«Фарат, ищи».

«Родник в ста метрах на юг, прямо у тебя за спиной», – доложился джинн через две минуты.

– Все, или еще что нужно? – спросила Кира.

– Кровь того, кого нужно защищать, то есть моя. Ну и сам обряд.

Игнат достал фляжку и, вылив оттуда остатки воды, направился к роднику. Стоило ему войти под своды леса, как он тут же услышал его журчание. Лес вокруг поселения был мертв: ни птиц, ни зверей, даже мелких, такое ощущение, что и насекомые предпочли держаться отсюда подальше. Все же зверье гораздо разумней человека и отлично понимает, когда нужно валить подальше. Набрав воды, егерь вернулся к мобилю и, махнув Кире рукой, уселся за руль.

– Поехали, надо устраиваться и готовиться.

Еще раз прислушавшись к тишине мертвого дома, Игнат перенес Марию на кровать, протянул флягу с водой и горсть серебра.

– Что еще от нас требуется?

– Ты ничем не поможешь, а вот сила твоей спутницы, которая почему-то меня очень невзлюбила, очень пригодится. Эту мелочь нужно трансформировать в маленькую серебряную пластину, из которой потом сделать маленький шарик размером с фалангу большого пальца или глаз, но не больше.

Кира, которая в этот момент вошла в дом и слышала только про то, что от нее потребуется, кивнула.