Соло на саксе в сопровождении скрипки

Сергей Монастырский

Соло на саксе в сопровождении скрипки

«Все интриги, войны и не завершённые дела заканчиваются на кладбищах», – говорил мой друг Аркадий.

Вот и сам он, в подтверждение этой истины успокоился, улегся среди поросших травой забвения и берёзками могил. И, бродя извилистыми дорогами своей судьбы, так и не выполнил задуманное и главное в своей жизни: стать большим музыкантом и жениться на Лике Галкиной.

Вообще-то он был не Аркадием, а Ариком и фамилия его была не Зайцев, под которой его все знали, а Нудельман. Но так дальновидно решили его родители. Впрочем, фамилия Зайцев при взгляде на его еврейскую физиономию смешила всех.

И прожил он не тем, кем был и не так, как хотел.

Лика всю жизнь хотела изменить свою фамилию на Нудельман, выйдя за него замуж, что, как ей сказали, больше шло к её имени. И не только поэтому. Но не получилось.

Впервые они встретились с Ликой в заброшенном складе на окраине Москвы. Давно не работавшем, где не востребованные пока никем студенты Гнесинского училища собирались по вечерам отводить душу, играя для себя не классические перлы, которыми их мучали мэтры, а джаз. Отрывались по полной! А тот жанр в то время в Советском Союзе, мягко говоря, не приветствовался. Поэтому заброшенный склад был единственной сценой для них.

А поскольку Аркадий играл на саксофоне, то он был самым популярным в ансамбле. Даже выдавал иной раз сольные партии. Это было главным в его музыкальных стремлениях.

Оркестр – дело коллективное. В толпе тебя трудно заметить. А он хотел быть солистом. Основания, кстати, у него были. Он одинаково классно играл на любых духовых инструментах. На это отделение его и приняли. Препод иногда даже ронял слезу под звуки Аркадьевой флейты или кларнета, и дважды его направляли на всесоюзные и даже международные конкурсы и фестивали, но документы ни разу не проходили. В первый раз бдительный КГБ раскопал где-то, что никакой он не Зайцев, а Нудельман. А Нудельман в стране не котировался. Во второй – закрыли из-за этого склада. Бдительные граждане услышали «не нашу» музыку, доносившуюся из склада, и в один прекрасный день, там появилась милиция. Чуть не пришили «организованную группу», занимающуюся подрывной деятельностью. Слава богу, обошлось. На конкурс опять не поехал. Мечту стать солистом пришлось временно оставить.