banner banner banner
Звездный кадет
Звездный кадет
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Звездный кадет

скачать книгу бесплатно


– Хех! Думаешь, так просто всё? – отец почесал затылок, – У нас в конторе весь парк примитивный. В более развитых мирах есть незнакомая мне техника.

– Никогда не поздно обучиться. Когда деньги есть, – возразил Дин.

– Ты уверен, что у нас хватит на всё это? – отец с сомнением поднял бровь.

– Уверен, – кивнул Дин, – совершенно.

– А как же мама? Она ведь здесь…

– Пап… – Дин тяжело вздохнул, – я наводил справки в колумбарии. Я знаю, что ниша проплачена только до конца следующего года. Скажи лучше, ты когда и как собирался мне сказать, что её прах придётся развеять?

Отец закрыл глаза, откинулся на спинку стула, и тяжело вздохнул.

– Мы заберём её с собой, – твердо сказал Дин, – и проплатим захоронение на сто лет вперёд.

– Ох, парень… – отец покачал головой, – может, лучше я тихонько тебя здесь ждать буду, а? А ты будешь в отпуска прилетать, да на каникулы?

– Пап, что тебя тут держит? – спросил Дин, – только правду. Ладно?

– Дин, ты не всё знаешь обо мне… я ведь тоже молод был, и у меня тоже были какие-никакие, но амбиции, – отец вздохнул, – в общем, пока я живу здесь – я невидимка. Меня никто не видит, не слышит… не помнит.

– Пап… что ты натворил?

– Да ничего я не творил! – отец вздохнул, – собирался только. В общем, я был в списках Лируйских мятежников.

Дин потрясённо замолчал.

Лируйский мятеж – одна из немногих заслуживающих внимания с его точки зрения страниц истории их родного мира. Настоящие повстанцы, получившие оружие от врагов Империи, устроили заварушку, подавленную четырнадцатым Звездным Легионом. В школьной программе мятеж упоминался мельком, как миг позора, ставший возможным из-за расхлябанности и коррумпированности наместника, прошляпившего создание сепаратистской структуры по лекалам чужих. Но Дин, получавший материалы для подготовительного обучения по программе Академии, знал, что мятеж был очень серьезной угрозой. И повстанцы едва не одержали победу. Их мир вполне мог стать третьим человеческим поселением в межрасовом Союзе Облака…

– Вот так дела… – Дин почесал в затылке – точно так же, как это сделал отец несколько минут назад, – но послушай! Меня же зачислили в кандидаты в абитуриенты! Тебя, наверно, в списках нет!

– Тут есть одна тонкость, – сказал отец, – полные права нашего мира были восстановлены в Империи только десять лет назад. До этого у нас не было военкоматов. А сочувствующие мятежу, не совершившие тяжких преступлений, вроде меня, изначально проходили по гражданскому ведомству. Вот никто и не стал заморачиваться. Поэтому ты поступить в военную Академию можешь. А вот если я задумаю переезд – вся эта история всплывёт.

– Но слушай, – просиял Дин, – тогда сейчас просто идеальный момент для того, чтобы тебе отсюда улететь.

– С чего бы? – отец вопросительно поднял бровь.

– Траур же, – Дин пожал плечами, – кроме амнистии будет обнуление списков неблагонадёжных. Для тебя… для нас с тобой шанс начать новую жизнь! Последний раз такое было четыреста стандартных лет назад!

Глава 3. Размен

Конечно же, траурный кортеж в их системе так и не появился. Наместник, немного понервничав и перетряхнув давно налаженную систему взяток и откатов, даже сохранил своё место, получив официальные временные полномочия от Сената.

Так что траур продлился всего лишь неделю. И вот – возобновились занятия в гимназии. Открылись банки. Жизнь возвращалась в привычное русло.

– Дин, я сам прекрасно справлюсь, – отец, свежевыбритый, в приличном выходном комбинезоне (он надевал его только на корпоративные мероприятия), недовольно хмурился, стоя на пороге дома, – это странно, что я потащу с собой в банк школьника.

– Не школьника, а лишние глаза и уши, – настаивал Дин, – элементарная психология. Любой злоумышленник будет осторожничать. Особенно сейчас. Да, траур закончился, но полиция всё еще на ушах.

– Не на ушах она, а на рогах, – возразил отец, – со вчерашнего дня празднует окончание усилений. На них я бы точно сейчас не рассчитывал.

– Ну хорошо. Но вдвоём все равно надежнее.

Отец вздохнул, смирившись, глянул на своё отражение в мутном дверном стекле, и вышел на улицу.

Ближайшее отделение Коммерческого банка Сектора Тау-Ильмы, с живыми операторами, уполномоченными работать с пангалактическими нотами, находилось в центре города. Пешком топать минут сорок. Конечно, можно было воспользоваться скутером Дина, они бы вдвоём вполне поместились, но отец наотрез отказался. Мол, не солидно. Не пожелал он ехать и общественным транспортом. «Там все чекеры и операторы меня знают, – пояснил он, – увидят по камере – и объясняй потом, куда я так вырядился». С последним доводом Дин даже был вынужден согласиться. Лишнее внимание им совершенно ни к чему.

Дин глазел по витринам магазинов, чего обычно никогда не делал. А зачем, если всё равно не было возможности это всё купить? Да и нужды, если уж быть совсем честным, тоже не было. Для того, чтобы жить дальше, строить планы и думать – вполне достаточно простой еды, одежды и, конечно, учебников. Этим его отец худо-бедно, но обеспечивал.

А теперь он на себе почувствовал, как сильно могут поменять человека деньги. Он с любопытством глядел по сторонам, а не пялился себе под ноги, как обычно. Вот витрина со спортивной одеждой. Крутые модели, которые носят самые продвинутые ребята в школе. Вот коммуникаторы с нейроинтерфейсом, обеспечивающие поддержку основных протоколов дополненной реальности. Крутая штука для игр. Говорят, некоторые умудряются зарабатывать, играя. Дин в это не очень – даже самые прокачанные игроки из их гимназии только тянули из родителей деньги на это развлечение. Благо, было что тянуть.

Ему вдруг остро захотелось это всё попробовать: и адаптивную одежду, здорово помогающую в спорте, и игры.

Отец тоже вёл себя не как обычно. То и дело мечтательно поглядывал на небо. Часто улыбался, чем вызывал ответные улыбки у встречных прохожих.

Оказывается, у него очень красивая улыбка. Странно, что Дин успел забыть об этом. Отец ведь любил улыбаться и шутить – когда была жива мама…

Дин знал, что современная ему наука, может, и научилась делать вещи, которые в более ранние века посчитали бы чистой магией, вроде межзвездных перелётов или бесконечных омоложений. Но он так же знал, что ещё далеко не всё известно, и не всё открыто. Существует не менее десяти гипотез, объясняющих парадокс сохранения информации в неструктурированной тёмной материи. До сих пор неизвестна природа когерентности квантовых структур мозга, возникающая между любящими существами. Пару раз, исследуя мемуары крупных военачальников, он с удивлением обнаружил намёки на то, что некоторые высшие чины добровольно отказывались от биологического бессмертия, как будто что-то осознав…

В общем, Дин искренне верил, что мама не ушла до конца. Что она по-прежнему где-то рядом, в неощутимом пространстве, наблюдает за ним и отцом. Это знание давало силы идти дальше, и добиваться невозможного там, где любой другой опустил бы руки.

Глядя на улыбающегося отца, Дин немного грустил, вспоминая старое. Но и радовался, представляя, что может чувствовать в эту минуту мама.

Он никогда не был в банке раньше. Но ожидал от офиса чего-то кичливо-роскошного, статусного.

Реальность оказалась куда прозаичнее: простые серые стены, зеркальные окна, украшенные логотипом банка. Внутри – утилитарная мебель, самая простая отделка, напоминающая муниципальную больницу.

Народу было не много – в основном, государственные и частные пенсионеры, у которых подошла очередь на перепрошивку внешнего чипа или импланта.

Отец коснулся чипом-удостоверением автомата электронной очереди у входа, получил номер, и они направились вглубь помещения, на свободный диванчик из искусственной кожи.

Но до места дойти не успели. Раздался мелодичный звонок, и голос электронного ассистента назвал их номер, предложив проследовать к одному из окошек.

Точнее, это оказалось не окошко. Под нужным номером находилась полноценная дверь, которая распахнулась, когда они приблизились.

За дверью был небольшой коридорчик, отделанный дорогим полимером под дерево, а за ним – еще одна дверь.

Оказавшись в помещении, Дин решил, что оно куда больше соответствует его прежним представлениям о банке. Тут были настоящие растения в горшках с почвой. Массивная мебель – или из подлинного дерева, или очень хорошая имитация. На стенах – обои под старину, светильники под докосмическую эру. И даже картины с какими-то фэнтезийными сюжетами: драконы, замки, пышногрудые девы и рыцари в латах.

За массивным столом, столешница которого была обтянута зелёным сукном, сидел сотрудник банка в форменном комбинезоне. Увидев вошедших, он поднялся, растянул тонкие губы в приторно-фальшивой улыбке и указал на кресла у стола.

– Господин Кунц? – спросил служащий, – присаживайтесь.

– Благодарю, – ответил отец, откашлявшись, и направился к креслу.

– Вы предварительно оставили заявку на экспертизу и обмен пангалактической ноты. Верно?

– Оставил, – кивнул отец.

– Позвольте поинтересоваться источником происхождения средств? – все так же улыбаясь, спросил служащий.

– Я всё подробно указал в заявке, – ответил отец.

– Простите, но таков порядок. Процедура предельно регламентирована, наш разговор фиксируется.

– Наследство отца, было на домашнем хранении. Он заработал средства, занимаясь бизнесом, национализированным после аншлюса, – неохотно пояснил отец.

– Я получил документы из архива, – сказал клерк, – ваш отец действительно получил компенсацию в размере, достаточном для приобретения пангалактической ноты. Подтвердите, что пангалактическая нота не является вознаграждением за контрабандную, террористическую, антигосударственную и любую другую деятельность, признанную законами Империи как преступности.

– Подтверждаю, – кивнул отец.

– Отлично. С формальностями покончено. Вы можете предъявить ноту.

Отец достал найденную Дином пластинку из скромного пластикового футляра, где обычно хранят ключи от криптовалют. Протянул её клерку. Тот аккуратно взял её кончиками пальцев; на руках у него были тонкие матерчатые перчатки.

– Отлично, – кивнул клерк, после чего, повинуясь его жестам, часть поверхности стола отъехала в сторону, открывая доступ к камере анализатора.

Опустив ноту на полку анализатора, клерк активировал устройство. Камера закрылась прозрачной крышкой. Послышалось низкое гудение, которое через секунду оборвалось.

Служащий банка достал ноту из анализатора, и протянул её обратно отцу. Отец уложил ценность обратно в контейнер.

– Великолепно, – кивнул он, – официальное заключение будет готово завтра в это же время. Могу записать вас заранее, чтобы не тратить время на регистрацию при входе.

– Да… да, пожалуйста, – ответил отец.

– Возмещение вы желаете получить на ваш счёт? Или понадобятся наличные? Напоминаю, что, согласно нашим правилам, пангалактические ноты мы меняем только на империалы. Для получения наличных в другой валюте потребуется двойная конвертация.

– Перевод на счёт меня вполне устроит, – кивнул отец.

– Буду рад вас видеть завтра, – кивнул в ответ клерк.

Когда они выходили Дин краем глаза увидел, как служащий достал из кармана свой коммуникатор. Вроде бы ничего такого – но нему не понравилось выражение лица, с которым клерк это сделал.

– Видишь? Вот и всё! – сказал отец, когда они вышли из отделения банка, – уверен, у них тут таких клиентов полно бывает. Наша планетка, и наш городок не так бедны, как можно подумать, глядя со стороны.

– Пап, я совсем в этом не уверен, – тихо сказал Дин, – и пойдем скорее. Помнишь план? Несколько раз проходим галерею, и подземные переходы на границе парка. Там камер нет, я проверял.

– Мне кажется, это всё лишнее! – отец беззаботно махнул рукой.

– Па-а-п, мы же обсуждали!

– Ладно. Но только потому, что это ты нашёл сокровище! Хотя я совсем не уверен, что в том отеле будет безопаснее.

– Тише! – Дин огляделся, но ничего подозрительного не заметил, – пап, не надо говорить громко.

– Дин, ты ведёшь себя неестественно. На таких обращают внимание в первую очередь!

– В том отеле данные о постояльцах выгружают только раз в сутки, в три часа дня. Это совершенно точно – у меня подруга там подрабатывает.

– У тебя есть подруга? – заинтересовался отец.

– Пап, это сейчас не важно! Важно поскорее убраться от отделения, и следы запутать.

– Ну так пошли, что ли! – отец легонько толкнул его в бок.

Но до специально забронированной Дином гостиницы через тщательно им продуманный путь отхода они дойти не успели.

Дин этот урок на всю жизнь запомнил.

Даже когда ты знаешь об опасности. Даже когда тебе кажется, что ты всё предусмотрел – никогда нельзя недооценивать скорость, с которой могут развиваться события.

Вот отец стоит, улыбаясь, глядя ему в глаза. А вот его кисть вместе с небольшой сумкой, с которой он заходил в банк, отделяется от тела. Но это даже не было самым страшным. Оружие, которым воспользовались нападающие, прошло гораздо дальше – задело корпус, и оставило глубокую зияющую рану, тут же заполнившуюся кровью.

Кажется, отец даже не понял, что произошло. Успел лишь слегка удивиться. Потом глаза его затуманились, остекленели, и он начал плашмя падать на тротуар. Дин едва успел подставить плечо, чтобы падение не было таким сильным.

Крови было очень много.

Дин чувствовал, что его сознание как будто отделилось от тела, и отстранённо наблюдало за происходящим со стороны. Но при этом странным образом тело знало, что делать. Он вспомнил уроки по оказанию первой помощи, обязательные для любых участников соревнований, начиная с городского уровня. А Дин в средних классах частенько принимал в них участие.

Первым делом оторвал от парадного отцовского комбинезона несколько полосок материи. Хорошо хоть ткань была обычная, не сверхпрочная. Потом наложил давящий жгут на культю. Потом рискнул обратить внимание на жуткую рану в боку.

В первую секунду, когда он осторожно расстегнул комбинезон, его сердце упало куда-то в живот и там в ужасе заледенело. Такие раны не лечатся обычными средствами. Необходимый минимум медпомощи муниципальной скорой или даже жалкая отцовская рабочая страховка нужные в этом случае процедуры точно бы не покрыли… он на автомате соорудил тампон, сорвав собственную майку, и надавил на него. Это был единственный способ хоть как-то замедлить кровотечение.

«Но зачем нам бесплатная скорая?» – вдруг осознал Дин.

Он активировал отцовский коммуникатор с помощью отпечатка его большого пальца. Набрал номер экстренной службы. И попросил соединить с отделением экстренной помощи Госпиталя ветеранов – самого крутого платного медицинского заведения на планете.

– Добрый день. Экстренное отделение, – вместо автомата на звонки в госпитале отвечала живая девушка-оператор, – идентификатор вашей страховой компании и номер полиса, пожалуйста.

– Вызов не застрахован, – Дин старался, чтобы голос не дрожал, но получалось плохо, – оплата за наличные.

– Понимаю, но рекомендую обратиться в муниципальную службу. Мы не оказываем услуги без предварительного подтверждения платежеспособности.

– Проверьте, у вас есть экстренные каналы. Коммерческий банк Тау Ильмы. Мы только что давали на экспертизу пангалактическую ноту. Нота при мне, могу предъявить по прибытии скорой, – протараторил Дин, молясь про себя всем богам, что процедуры госпиталя прописывались достаточно жадными людьми, чтобы оператор действительно проверил информацию

– Ожидайте, – ровным голосом сказала девушка. В трубе заиграла мелодия.

– Информация подтверждена. По прибытии бригады предъявите ноту. Без этого оказание услуг может быть заблокировано.

Дин выдохнул.

– Подтверждаю, – сказал он.

Какое счастье, что он догадался захватить несколько нот из клада! Просто на всякий случай. Да, грабители раздобыли одну, но, по крайней мере, он сможет спасти отца!

Продолжая давить на импровизированный тампон, Дин огляделся. Вокруг них собралась небольшая толпа: зеваки снимали происходящее на голо, какие-то пенсионерки шептались между собой, озабоченно покачивая головами. Когда где-то вдалеке завыла сирена, толпа как-то сама собой рассосалась.

«Скорая или полиция? – гадал Дин, – хорошо бы скорая… Госпиталь ведь не так далеко… они ведь платные, должны работать быстро…»