Книги автора Сергей Гирченко
Сергей Гирченко
Драматическая притча «Батурин» исследует природу предательства, перенося действие из осени 1708 года в наши дни: гетман Иван Мазепа, ради ли…
Драматическая притча «Батурин» исследует природу предательства, перенося действие из осени 1708 года в наши дни: гетман Иван Мазепа, ради ли…
Сергей Гирченко
В центре повествования — судьба доктрины глубокой операции Михаила Тухачевского. Идея массированного удара танков и авиации на всю тактическ…
В центре повествования — судьба доктрины глубокой операции Михаила Тухачевского. Идея массированного удара танков и авиации на всю тактическ…
Сергей Гирченко
История Сергея Королёва — как полёт ракеты: от крымских склонов до звёзд, через предательства и лёд Колымы.
Арест. Допросы. Приговор к расст…
История Сергея Королёва — как полёт ракеты: от крымских склонов до звёзд, через предательства и лёд Колымы.
Арест. Допросы. Приговор к расст…
Сергей Гирченко
Драматическая притча «Батурин» исследует природу предательства, перенося действие из осени 1708 года в наши дни: гетман Иван Мазепа, ради ли…
Драматическая притча «Батурин» исследует природу предательства, перенося действие из осени 1708 года в наши дни: гетман Иван Мазепа, ради ли…
Сергей Гирченко
В центре повествования — судьба доктрины глубокой операции Михаила Тухачевского. Идея массированного удара танков и авиации на всю тактическ…
В центре повествования — судьба доктрины глубокой операции Михаила Тухачевского. Идея массированного удара танков и авиации на всю тактическ…
Сергей Гирченко
История Сергея Королёва — как полёт ракеты: от крымских склонов до звёзд, через предательства и лёд Колымы.
Арест. Допросы. Приговор к расст…
История Сергея Королёва — как полёт ракеты: от крымских склонов до звёзд, через предательства и лёд Колымы.
Арест. Допросы. Приговор к расст…
Сергей Гирченко
27–29 декабря 1925 года, Ленинград. В пятом номере гостиницы «Англетер» сошлись поэзия и сыск, верность и донос, жажда жизни и неминуемая ги…
27–29 декабря 1925 года, Ленинград. В пятом номере гостиницы «Англетер» сошлись поэзия и сыск, верность и донос, жажда жизни и неминуемая ги…
