Повести Аурума Салтуса

Сергей Авдеев

Повести Аурума Салтуса

Повести Аурума Салтуса

Повесть первая: Шукрат и Закат

Глава 1

Дневник Заката 364 г.н.э. (год новой эры)

Я пишу это, потому что отчаянно боюсь забыть времена, когда я был счастлив. Со временем подробности былой жизни предательски стираются и остаются где то далеко за задворках памяти… а боль и тоска остаются, напоминают, что я потерял. Точнее - это отняли у меня. Бессовестно… Но я скорее умру, чем забуду и буду жить дальше.

Я родился в небольшой деревне западнее от Леса под названием Бронзовый Берег. До совершеннолетия меня воспитывали в строгости, но справедливо. Научили ответственности и любви к ближним, бороться за свое счастье несмотря ни на что, если я верю, что путь верен. Мне показали этот пусть мать с отцом.

Я души не чаял в родном крае, хотя он и не отличался от многих других деревень - для меня это было самое особенное место в Златоземье, а то и во всем мире! Там было все, чего я мог желать: семья, что любила меня - мать с отцом работали на лесопилке и на заработок никогда не жаловались, и меня баловать порой могли. Друзья, которые были мне не просто опорой - они были частью меня, каждого прожитого дня, бессонной ночи, первой любви и продолжением собственной души.

Каждое утро было особенным. Я просыпался от жары в своей комнате на мокрой подушке. Можно подумать - приятного мало - и я часто сетовал на жару, на летнюю погоду, но спустя годы я вспоминаю это с улыбкой. Сейчас я называю это - свободой. Конечно, дело не исключительно в мокрой подушке… а в особом душевном состоянии под названием “дом”. Птицы пели по особенному, как родные. Прохладный ветер шептал о том, как прошла ночь - была ли она холодной или дождливой? Я просыпался с полной грудью свежего воздуха и чтобы в не происходило - все тревоги, неприятности… казались мелкими и несущественными. Потому что любые преграды можно преодолеть дом с тобою в сердце, верно?

Однажды ранним утром я открыл глаза и уже представил себе предстоящий день. Настал ежегодный праздник солнцестояния, весь город собирается на площади, надевает маски, сжигают чучело и проводят ночь как в последний раз. Мне было двадцать лет, и я уже полностью освоился в семейном деле, поэтому первым делом я должен был выполнить утренние обязанности, а потом отдыхать.

Отец работал на лесопилке почти всю жизнь и умел обращаться с деревом лучше любого плотника в округе. После смены он обычно пах смолой и свежими опилками, а ладони у него всегда были в мелких порезах.

Я закончил с делами и тогда увидел его, шедшего с рынка и помахал ему рукой. Он широко улыбнулся мне и обнял как только смог дотянуться. Отец был хорошо сложен и выглядел моложе своих лет, но каждый раз что-то внутри сжималось сердце в тиски от вида его седины. Но я скрывал эти чувства, всегда был сдержан с отцом. Не знаю почему мне сложно говорить о чувствах, может мне не хочется выглядеть слабым или страшно оказаться дураком в глазах близких.

-

Пап, задушишь! - вырвался я и заулыбался.

Я тоже соскучился, его долго не было по делам в соседнем селе. Всего пара дней, а я уже скучаю по нашим посиделкам вечерами, пока мать готовиться ко сну - мы могли читать книги, изучать ночное небо или даже выйти на ночную охоту. Тоскливо без него.

-

Молодец, спасибо что прибрался тут, сын, - сказал он с какой-то лисьей ухмылкой и глаза так хитро сощурил.

-

Ты чегой-то?

-

Да вот гляжу лентяйничал ты раз подарок наш с матерью не нашел.

Не знал возмущаться мне или радоваться, но отце сразу развеял мою смущенность. Похлопал меня по плечу да посмеялся, а потом позвал за собой в мастерскую.

Он достал из тайника среди необработанных брусков сверток длиною чуть меньше двух метров. Отец с гордой улыбкой протянул мне подарок, я предполагал что там, но поверить пока не мог и старался не спугнуть удачу.

Аккуратно не вышло, я порвал упаковку как голодный пес и едва сдержал слезы радости, при этом стараясь сохранить достойное выражение лица. У меня в руках был посох ручной работы, легкий и очень крепкий - должно быть ясень или кизил. По всей длине покрыт мягкой, профессиональной резьбой, а навершие закручивалось в двойную спираль - очень тонкая работа. Я потерял дар речи.

-

Ну что? Опробуешь или так и будешь стоять? - сказал отец.

Я взял посох в правую руку и нащупал углубление, прямо под мою ладонь. Мы вышли на улицу и я поставил посох на мягкую почву и ощутил как сила родной земли единым потоком, словно река, проходит по древку, от него - мне в ладонь и без всяких проблем по щелчку пальцев левой руки зажглось маленькое зеленое пламя. Прямо у меня на пальце, как на свече.

Магов в наше время рождается много, но не все решаются осваивать это искусство, сложнее не найти. С детства я был упертый, тренировался с палками и самодельными посохами - вся магия Златоземья идет от земли, поэтому магам нужен посох для контакта с ней. Но как и в любом деле - результат зависит не только от навыка мага, но и от правильного инструмента. Я мог только надеяться на подарок от такого мастера, как мой отец. Я ощутил эффект сразу же. Сотни раз я создавал огонь, но всегда это давалось с трудом и я четко ощущал, что из-за качества посоха возникали сложности. А сейчас после стольких тренировок - все получилось, словно само собой, как дыхание.

-

У меня… нет слов, пап… - только и выдавил я.

-

Даже слов благодарности?

-

Спасибо, пап.

Он подтянул меня к себе и обнял, а я стоял и гадал, чем заслужил такую семью. Это должно быть будет самый счастливый день в моей жизни, раз утро уже выдалось таким.

-

Ну, это еще не все, иди покажи матери - потом можешь гулять.

Я не представлял что может быть ЕЩЕ после такого подарка, но долго меня уговаривать не пришлось, я побежал сломя голову. Дом у нас был небольшой, но двухэтажный - мать обычно была в гостинной, где я ее и нашел. Зашел гордо переставляя посох и покружился, показывая обновку. Она рассмеялась и театрально похлопала в ладоши.

-

Ну прямо настоящий волшебник, дорогой! Ты доволен?

-

Спрашиваешь! Да это лучший подарок в моей жизни… а ведь даже не день рождения! И как ты выдержала и не проболталась?

-

Твоя первая реакция намного ценнее моей болтовни.

-

Это точно!

Она достала из кармана небольшое сверток пергамента и протянула мне в развернутов виде. Я трижды прочитал его содержание - все буквы знакомы, но я не мог поверить в их смысл. Настолько невероятно, что я уточнил - что это?

-

Письмо из Келладора - улыбнулась она.

Келладор - крупнейший город в Златоземье, оплот образования и прогресса, помимо ученых там живут и учатся опытнейшие маги. Я много раз говорил с родителями, что хотел бы учиться там и жить, но эти темы всегда переводились. А пару раз мне и прямыми словами говорили. что я не готов и это слишком далеко, практически на другом конце Златоземья. Я стоял и думал, что это розыгрыш.

-

Я… поеду в Келладор?

-

Да.

Сердце грозило выпрыгнуть из груди, скажи я еще хоть слово. Но я рискнул.

-

Когда?

-

Когда решишь нужным - учеников там ищут круглый год, ты и сам знаешь.

Стало трудно дышать от этой новости. Это же может изменить всю мою жизнь, моей семьи, но одно печалило - значит я покину родной дом на долго. Забавно, что я понял это только когда достиг своей цели. Мать взяла меня за руку, потому что все поняла по моему лицу.

-

Мы гордимся тобой и потому отпускаем. Ты можешь стать великим человеком, сын, и мы не можем держать тебя, все равно рано или поздно сам бы ушел искать свой путь. А мы… всегда будем здесь тебя ждать

Мне потребовалось несколько минут, чтобы удержать слезы от всех оттенков эмоций разом, и этот момент я запомнил на всю жизнь. Я убрал письмо в карман плаща.

-

Спасибо, мам, вы лучшие. - сказал я и шмыгнул носом, - Люблю тебя.

-

И я тебя. А теперь сотри эту грустную мину с лица - тебе еще веселиться весь день, сегодня праздник.

Я уже и забыл про праздник. Это утро уже ничто не перебьет по количеству эмоций. Так я думал тогда.

Не забыл я и о сестре - Лили, накануне она умоляла взять ее с собой на праздник, она конечно еще мелкая, всегда приходилось ее опекать. Но тогда ничего не могло испортить мне настроение.

-

А где Лили? Она хотела со мной на площадь.

-

Спит еще, иди спокойно. Как встанет - приведем ее к тебе.

Меня вполне устраивал такой план, я направился в город, все время поглядывая на посох. Никак не мог налюбоваться. Дорога повела меня в любимую таверну, где мы с друзьями отдыхали почти каждый вечер, а этот вечер обещал быть незабываемым. К сожалению, так и оказалось.

**************

Я точно помню когда решил записать эту историю на бумагу. Когда с каждым моим вдохом мне начала угрожать опасность. Да и сейчас пока далек от спасения, но не буду забегать вперед.

Лес был странным местом, будто чуждым самому миру. Деревья толстые и очень высокие, стояли плотно. А сам его размер поражал воображение, люди осматривающие его с гор говорили - Лес занимает больше половины всего Златоземья, и был не просто большой, он казался неисчерпаемым. Чтобы обойти его по окраине может потребоваться до полугода, если верхом, то несколько месяцев. А сколько бы требовалось идти, чтобы пройти насквозь - никто не знает. Все кто его проходил рассказывали совершенно разные истории - кто-то шел неделю, кто- то пару дней. А Некоторые говорили о годах! Тех, кто сгинул в лесу - намного больше, и я не сомневаюсь в опасности здешней нечисти, но убежден, что самая распространенная причина смерти - человеческая глупость. В общем коротко - Лес очень опасное место, оплот призраков и демонов, в который лучше не соваться по доброй воле, а в самом его центре стояла башня - “Спичка”. Башня взаправду была похожа на спичку рядом с этим Лесом - сияющая верхушка доставала до облаков.

Башня Спичка выглядывала из-за горизонта как предзнаменование. Ее архитектура была завораживающе зловещей, темной и древней. Говорят, кто-то из богов, которых уже не осталось в Златоземье, заточен в ней и охраняется самим Лесом.

Меня привела сюда беда. Я потерял сестру, - Лили - Ей всего лет пять от роду… а вместе с ней и драгоценный браслет, который смог бы обеспечить нас на всю жизнь. Обстоятельства заставили меня спрятать ее в зарослях малины, пока я сбрасывал погоню, иначе нас обоих бы уже поймали. Но кто ж знал, что девка в Лес полезет, мелким то бесполезно объяснять какая опасность в нем таится. До того как я зашел в Лес погода была хорошая и ничего не предвещало бед, но тогда я уже точно чувствовал что Лес за мной наблюдал.

Делать нечего, нужно сестру выручать, да и без браслета мне нечего было делать, тоже пропаду. Оказавшись внутри я сразу почувствовал изменения, но не смог бы их описать точно. Воздух другой, плотный и более влажный. Уже через пол часа стало жарко. Я искал Лили там, где она пропала из виду, но безрезультатно. Нигде не было даже следов сестры. Я встревожился, руки до белых костяшек сжимали старый походный посох из тиса с изогнутым навершием. Не Хватало еще самому тут заплутать.

Обойдя всю округу я уже чуть не сорвал горло, пока орал ее имя. Абсолютно никого. Меня не отпускало чувство, что за мной наблюдают. Но тогда я заклеймил это простодушной паранойей и постарался выкинуть из головы.

Все это время я бродил на границе, чуть позже рискнул пойти глубже. Лили не могла уйти очень далеко, даже взрослому было сложно долго двигаться в Лесу, не говоря уже о пятилетнем ребенке. Неожиданно я вышел маленькой опушке и наконец понял, что меня так смущало в лесу с самого начала - свет. Сквозь кроны просачивались яркие лучи солнца, как в полдень, а когда я заходил в Лес - почти наступила ночь. Неужели я всю ночь искал Лили и не заметил? Я знал, что это чушь и объяснение этому сугубо мистическое.

Сразу же я наложил чары, защищающие от духов. Говорят, Лес ими кишит. Подростком я обнаружил у себя магические способности и с тех пор развивал их своими силами. Самоучка, но зато простейшие заклинания - отточенные до совершенства - спасали мне жизнь много раз.

Было тихо, и к тому моменту я уже подустал. Мне и самому двадцати шести нет, а уже кашляю как старик. Как только я сел, облокотившись на дерево, сразу увидел ЕГО и кровь будто заледенела.

Меж деревьев стояла высокая человеческая фигура с тонким железным посохом. В полумраке лицо казалось каменным и неподвижным, с застывшей непроницаемым выражением. Фигура двинулась ко мне, медленно выходя на свет. Мое лицо сморщилось от головной боли.

-

Не бойся меня, маг, - сказал спокойный голос, наполненный мудростью, - Я лишь привратник Леса - вышел поприветствовать гостя, которые тут… редкость.

Передо мной точно был дух, защитные чары завибрировали в посохе и я напряг все мускулы для защиты. Он был одет в целую кучу религиозных тряпок, ряс и мантий, давно изживших свой век. Посох из металла блестел на солнце, его навершие представляло из себя несколько колец расположенных в порядке уменьшения к центру. Маска была каменной, изображавшей человеческое лицо, которое украшали три крупные трещины - две поменьше, рассекали глаза, третья посередине почти все лицо от лба до губ. Под маской едва ли было заметно мертвое лицо. Через трещины на меня смотрели спокойные глаза, покрытые бельмом.

-

Привратник?

-

Ты можешь звать меня - Жрец. А как мне тебя называть?

-

Закат - соврал я, концентрируясь на чарах.

Прозвище придумал на ходу, подумав, что зашел в Лес на закате. Меня обдал могильный холод, но страха я не испытал. Мне уже доводилось видеть покойников, хотя за пределами Леса они отличаются от прочих. Мертвецы вроде этого всегда говорят умные, загадочные фразы, а толку с гулькин нос.

-

Хм-м, не очень похоже на имя.

-

“Жрец” - тоже не похоже, - Заскулил я, закатывая глаза, - Чего тебе надо?

Жрец стоял неподвижно. По блеску его глаз под маской, я понял, что он улыбнулся.

-

А ты?

Жевалки у меня на лице заиграли от раздражения. Но Жрец не выглядел враждебным, хотя я понимаю что сама природа духов и Леса сама по себе обманчива и неоднозначна.

-

Я ищу сестру, маленькая, пару часов назад в лес зашла.

Жрец не отреагировал, стоял передо мной и ждал продолжения. А мне не хотелось много рассказывать, признаюсь, из вредности.

-

Да, была такая, заходила маленькая девочка к нам, - Медленно проговорил Жрец.

-

Темноволосая? На ней был красный такой браслет? Драгоценный.

-

Я увидел в ней многое, - Уклончиво ответил Жрец, - А ты пришел за ней? Или за драгоценностью?

Я понял, что он пытается мне сказать, и это только больше раздражало. Я вздохнул, надеясь, что Жрец немного помолчит.

-

Так где моя сестра? Не должна девчонка одна в такие места ходить… опасно это… Ты хоть и мертвяк, но понимаешь же?

-

Понимаю, - кивнул Жрец, - А почему же она оказалась тут одна? Неужто ты ее оставил?

Я пропустил этот укор мимо ушей. Никто не знал, что нас прижмут, я то тут при чем? Но что ответить Жрецу я, почему то , не знал. Просто стоял и думал что сказать, как дурак. Жрец продолжил.

-

Я ни у кого не стою на пути в Лес, но всех предупреждаю, что пройти через него мало кто может. Ты можешь повернуть назад, выйти из Леса и смириться со своей потерей. Но если решишься идти - встретишься с Лесом лицом к лицу и эта встреча предопределит, вернешься ли ты в мир живых.

Одна из старых сказок рассказывала, что в Лесу обитали Короли - они были детьми самого Коса - старого бога императора. Ржавая Королева, сестра Коса убила их раньше, чем они успели стать правителями. Потому они и стали Королями только после смерти.

Если я попал в эту легенду, то дела мои плохи. Но… не мог я бросить все и сразу. Спасение Лили и браслета было для меня важнее всего.

-

Не могу я уйти, Жрец, - сказал я стараясь на него не смотреть, - Не попала бы она в беду, если б… Не жизнь наша тяжелая, а я в ответе за нее. Ты поможешь мне?

Жрец помолчал, прожигая меня взглядом. Клянусь, его молчание было осязаемым в те минуты. Я услышал как он вздохнул и меня словно отпустило, стало легче дышать и двигаться.

-

Хорошо. Тогда иди. - Он указал посохом в чащу, - Скоро выйдешь на тропу, иди по ней. Если Лес позволит - ты найдешь свою сестру.

-

Я… не знал, что тут есть тропы.

-

Если Лес позволит.

-

Понятно.

Ну и пошел я поскорее прочь от этого жуткого Жреца, стараясь не оборачиваться. Но снова соврал я ему, ни черта мне не было понятно. Жрец не сказал сколько топать до этой тропы, но она так и не появлялась. Пот заливал глаза, ноги дрожали от усталости, но в непроходимых, темных дебрях даже не было удобно места для отдыха. Я все чаще стыдился собственных мыслей. Инстинкты кричали мне развернуться и уйти, подсказывали, что Лили уже наверняка мертва и даже если нет - я не успею ее спасти. Нужно спасать собственную жизнь. Но я не мог уйти ни с чем.

Стараясь идти хотя бы в указанном направлении, я потратил два часа на борьбу с природой и начало, наконец, темнеть. Лес погружался в непроглядный мрак, что даже звезды не могли дать глазам шанс привыкнуть к темноте. Кроны слишком густые, а деревья огромные. Лес казался враждебным, несмотря на то, что я не встретил ни одного дикого животного или существа, и насекомые не надоедали. Мрачная, мертвая тишина оглушала меня. Идти становилось невозможно, я не видел даже собственных рук. И тогда принял решение поспать меж огромных корней, почти стоя. Затекал каждый мускул и кости трясло от холодного ночного ветра, но я так устал, что умудрился заснуть.

Во сне мое тело словно сковало железом. Я отчетливо видел окружающие меня лес, уже не в такой темени. Понимал, что спит мое тело, но разум бодрствовал и это страшно. Я изо всех сил пытался пошевелить хотя бы пальцем, но только ощутил встречный усиливающийся спазм. Хотел закричать, позвать на помощь, но и голосу я уже не был хозяин. Гул ветра разнесся меж ветвей как насмешка моим стараниям, тени в ночи зашевелились, чуя мою беспомощность.

Я не могу повернуть головы, но услышал медленные шаги. Тяжелая поступь надвигалась на меня спереди, я возобновил борьбу с собственным телом новыми усилиями. И это тоже почти не дало результатов, только руки задрожали от напряжения.

Потом я услышал дыхание, тяжелое как ветер в медной трубе. Оно донеслось раньше чем появился силуэт. Двухметровое нечто вышло из-за деревьев и встало почти вплотную ко мне. Его голова опустилась вниз, к моим глазам. На меня смотрели две пустые глазницы черепа в кольчужном капюшоне. На ней была куча сухих, гнилых ветвей и палок, сложенных в подобие короны. Часть нижней челюсти была обломана, а остальное тело покрывали ржавые доспехи, слишком тяжелые даже для живого.