Музыка стиха

Сергей Гаврилов

Музыка стиха

Музыка стиха

Сергей Гаврилов

Copyright © Сергей Гаврилов 2025

Книга стихов «Музыка стиха» производит цельное и гармоничное впечатление. Автор органично соединяет размышления о самом поэтическом творчестве, искренние признания в любви и философские размышления о жизни. В стихах чувствуется мелодичность и лёгкость, что оправдывает название сборника: строки действительно звучат как музыка. Темы разнообразны, но объединены искренностью и эмоциональной насыщенностью. Книга оставляет послевкусие тепла и вдохновения, напоминая, что поэзия может быть одновременно личной и близкой каждому читателю.

Музыка стиха

Как звучна музыка стиха,

Что разливается ритмично,

Она неспешна и тиха,

Она легка и гармонична.

Она идёт к нам с высоты,

Её даруют людям боги

Для пониманья красоты,

Для одоления дороги.

И в этой музыке слова,

Как удивительные ноты,

Как проявление озорства

Или невидимой работы.

Слова, беспечные порой,

Лишь смысла тень и проявленье.

Они становятся игрой

Божественного вдохновенья.

Бег

Пришлось ли бегать вам по кругу стадиона,

Когда трибуны сводят вас с ума?

Мне помнится, что было так во время оно,

За 20 килограмм бумаги дали мне Дюма.

Я счастлив был, но было не до чтения,

Мне надо было поддержать наш коллектив.

В соревнованиях проявить своё умение,

И в беге показать серьёзный креатив.

Спартакиада производств на стадионе,

Кто может и не может — должен быть.

Бег моден был в том заводском сезоне,

Победу в беге должен был добыть.

Стартуем мы, всего лишь круг — немного,

Для тех, кто бегает по кругу каждый день.

Для работяги в теле — тяжкая дорога,

С годами копится немыслимая лень.

Бегу, стараюсь, лень в себе одолеваю,

И слышу крики разные со всех трибун.

“Давай, давай, лети, ты успеваешь,

Ты прирождённый производственный бегун!”

Одышку сбросил на втором дыхании,

Я мчусь, мне кажется, как быстроногий конь.

В себе я открываю атлетизма дарование,

Уйду теперь я от любых погонь.

Держусь за Лёхой из литейного, он быстрый,

На лыжах бегает, не курит и не пьёт.

К тому же он дружок мой первый и старинный,

Ещё он вечерами в хоре заводском поёт.

Дыхалки почти нет и ноги стали, словно вата,

С трудом я вижу Лёху впереди.

За образ жизни мой беспечный это всё расплата,

Скажу я сам себе: “Ну, погоди!”

Начну я заниматься физкультурой, это точно,

И может быть, я встану на коньки.

Когда-то в детстве на коньках стоял я прочно,

Да, славные тогда были деньки.

Отвлёкся я, уже и финиш будет очень скоро,

Неважно, кто за кем пришёл и кто какой.

Конечно, ещё долго будут после бега споры…

А для меня важна победа над собой!

Буква «Л»

Бывает, что буква, являясь во сне,

Уходит потом неизвестно куда.

Когда и зачем появилась она.

Весною из снега пришла, как вода.

А после накрыла меня, как волна.

Любовью она поселилась во мне.

В гостях у Бабы Яги

Однажды занесло меня в края чудес и сказок,

Я заблудился в сказочном лесу.

Нашёл тропинку с помощью подсказок,

Мне сказки помогли, как обоняние псу.

“Там на неведомых дорожках

Следы невиданных зверей.

Избушка там на курьих ножках

Стоит без окон, без дверей.”

И привела меня тропинка на поляну,

Где дом стоял совсем без курьих ног.

На этот дом я удивлённо глянул,

С избушкой сходство я найти не смог.

Вот окна, на них ставеньки резные,

И дверь, как полагается, с крыльцом.

И крыша ладная, и стены расписные,

И палисадник небольшой притом.

Хотел уж постучать, звонок заметил,

Я позвонил, как долгожданный гость.

И ожидая на крыльце, я камеру приметил,

Вот это был всего визита гвоздь.

Я ждал недолго, дверь открылась,

Приятный голос пригласил войти.

Ну вот оно, сбылось иль сбылось,

Как повезло мне в сказку забрести.

Прихожая большая, в старом стиле,

С картинами из сказок и легенд,

Из тех, что все давно уже забыли,

Что были, как ненужный рудимент.

Светло, откуда свет идёт не видно,

У дома не было столбов и проводов.

Я понял, что я в сказке, очевидно,

И это всё тут есть без дураков.

Вот комната большая, мебель типа

Модерн, но с лёгкой примесью чудес,

Большой диван и столик, книжек кипа,

И стены будто бы сосновый лес.

Хозяйка средних лет меня встречая,

Представилась: “Зовут меня Яга!”

И мой вопрос немой опережая,

Сказала: “Нет, совсем я не карга.”

И я себя представил, как поэта,

Который любит сказки с детских лет.

Яга сказала: “Мне известно это,

Ведь я живу почти уж тыщу лет.”

Все комплименты у меня пропали,

Казалось, я забыл все нужные слова.

Лишь пробурчал: “Вы заинтриговали.”

Яга кивнула мне в ответ едва.

К столу лишь пригласила молча жестом,

А на столе уже дымился чай.

К нему обычные изделия из теста.

“Прошу!” — лишь обронила невзначай.

Мы — за столом. Душистый чай с печеньем,

Располагающий к беседе ни о чём,

И вазочки со сказочным вареньем;

Хозяйка обронила: “Что ж, начнём.”

“Я знаю всё о вас, мне можете поверить,

Ведь у меня свои источники в миру,

Поэтому я так легко открыла двери,

Всегда открыта я и к ладу, и к добру.

Я расскажу вам о себе совсем немного,

Пускай вас не смущает мой рассказ,

Моя длинна, и очень уж извилиста дорога,

Но что услышите, то будет без прикрас.

Да я была и очень злой, и некрасивой,

Не зря меня прозвали старая карга.

Была я одинока, оттого и несчастлива,

Так надо было и такой была судьба.

Мной в стары времена детей пугали,

Считали даже, что я жарю их и ем.

Потом, меня бояться вовсе перестали,

И без меня хватало у людей проблем.

Ведь в старых сказках были коллективы:

Яга, Горыныч, Леший и Кикимора, Кощей.

У нас большие были в сказках тех активы,

Могли мы жить спокойно, без затей.

Да иногда мы куролесили неслабо.

Но это только для того, чтоб знали нас.

И я тогда была конечно же бой-баба.

Уже и времена не те, и я не та сейчас.

Никто сейчас те сказки наши не читает,

Страшилок и без нас хватает на земле.

Теперь нейронка людям сказки сочиняет,

О непонятном никому добре и зле.

А мы живём себе тихонько в нашем мире,

Нас приглашают иногда играть в кино.

Живём кто где, кто в доме, кто в квартире,

Кощей нас приглашает часто в казино.

По праздникам, раз в год у Василисы

Иван-царевич делает большой банкет,

Мы, развлекаясь, пишем новые репризы,

Потом всё это помещаем в интернет.

У нас у всех подписчиков в сети навалом,

Никто не знает, что мы сказочный народ.

Мы пишем правду, хоть и врём немало

Ведь в интернете ныне каждый третий врёт.

Спасибо, что пришёл, мил человек, к старушке,

Что выслушал мой сбивчивый рассказ.

Пей чай, бери печенье, пряники, ватрушки,

С тобой мы в интернете встретимся не раз.

Так мы сидели долго; вечер затемнил окошко,

Потом Яга меня (не в ступе) привезла домой.

От впечатлений дня я ошалел немножко.

Из встречи понял: всем нам рано на покой.

В моих стихах

В моих стихах лишь лёгкий летний бриз,

В моих стихах лишь радостный сюрприз.

Они порхают бабочкой ночной,

И замерзают во снегах зимой.

Они блестят росинкой на траве,

Они звучат на ярком торжестве.

Слова в стихах бывают тяжелы,

Ведь рамки форм порой для них малы.

И просятся, как птицы, в небеса,

И подают оттуда счастья голоса.

Нет мудрости для всех в моих стихах,

Нет лампы, что вас выведет впотьмах.

В них есть любовь и часть моей души,

В них то, что прозвучит в ночной тиши.

Ветер долгожданный

Ну вот и ветер долгожданный,

Принёс он свежесть, смял туман.

Открыл он пруд немного странный,

Страннее рядом был бархан.

Бархан возвысившись над прудом,

Смотрелся в зеркало воды.

Прекрасно было это чудо,

И не хватало лишь звезды,

Чтоб отразившись на мгновенье,

Спустилась к нам сюда с небес,

Подарком было б вдохновенье,

Я б удивился и воскрес.

И воспылал бы страстью новой,

К звезде, что так сверкнула тут,

Украсив этот край суровый,

Бархан и странный этот пруд.

И снова полились бы строки,

Стихам бы снова был простор.

И был бы чуден разговор,

Мои б прервались монологи.

Вечнозелёное дерево