Сергей Демьянов.

Жизнь на пути всех зол. Взгляд на историю Румынии и Молдавии



скачать книгу бесплатно

В 1622г. Бетлен создал в своей столице Дьюлафехерваре кальвинистский колледж. Многие трансильванцы направлялись учиться в Англию и Голландию. В свою очередь во владениях Бетлена находили приют немецкие протестантские богословы и ученые, бежавшие от ужасов Тридцатилетней войны. Впрочем, католикам тоже никто не мешал жить и работать в княжестве. Не подвергались преследованиям и новые христианские секты. Княжество производило самое благоприятное впечатление, будучи островком мира, свободы и благополучия между разоряемой войной Германией и порабощенными турками Балканами.

Хотя о равноправии православия речи по-прежнему не заходило, Бетлен вынашивал другой революционный для трансильванского общества проект – постепенно уравнять румын в правах с другими нациями-сословиями путем их обращения в кальвинизм. Родившаяся в городах Запада идеология вряд ли могла быстро пустить корни среди народа, имевшего совсем иной исторический опыт. Так что план не получил значительного развития и после смерти Бетлена был заброшен по вполне объяснимой причине заинтересованности верхушки трансильванского общества в сохранении религиозных барьеров между ней и подчиненным большинством населения.

Все успехи были возможны только при том условии, что Бетлен никогда не забывал о нависавшей над его родиной тени восточной империи. Трансильванцы могли сколько угодно стремиться быть похожими на своих западных единоверцев и даже достигать в этом заметных успехов, но султаны и визири из Константинополя держали их на поводке, который в любой момент мог быть укорочен или вовсе заменен клеткой.

Бетлен умер в 1629г. Новым князем парламент избрал Дьердя Ракоши, осторожного политика, стремившегося сохранить благоприятное положение страны. В 1630 – 40-е годы Трансильвания достигла вершины своего экономического развития в период независимости. К тому же обстановка в Европе к началу 1640-х годов изменилась не в пользу Габсбургов. Положение Германской империи на этот раз было хуже, чем в начале Тридцатилетней войны. Если тогда их противником была одна мятежная провинция, теперь армии сильнейших держав того времени – Франции и Швеции – подходят все ближе к австрийским оплотам Габсбургов, оставляя у себя в тылу разоренные и разобщенные немецкие земли. В 1644 – 1645гг. трансильванцы вновь присоединяются к антигабсбургской коалиции, подписывают соглашения о союзе со Швецией (1643г.) и Францией (1645г.) и совместно с валахами (впервые в истории страны румынские войска заходят так далеко в центр Европы) проводят успешную кампанию в северной Венгрии и Моравии.

Мечта о венгерской короне для трансильванских князей вновь казалось близкой к воплощению в жизнь, и тогда в Константинополе сочли, что процесс усиления Трансильвании зашел слишком далеко. Дракон, казавшийся дремлющим в течение нескольких десятилетий, зашевелился. Из турецкой столицы пришел приказ прекратить наступление, и смело творившие европейскую политику трансильванцы подчинились воле своего азиатского владыки. Это решение продлило золотой век Трансильвании еще на полтора десятилетия.

Тем не менее, в качестве победителя Ракоши Ракоши в 1648 г.

вместе с ведущими правителями Европы подписал Вестфальский договор, положивший конец Тридцатилетней войне. С точки зрения продолжения борьбы против турок ее итоги были абсолютно не обнадеживающими. Если раньше Германия все-таки была единым государством, теперь существование Римской империи немецкого народа сделалось формальностью. Немецкая территория была разделена между несколькими самостоятельными государствами, большинству из которых до турок не было никакого дела. Ресурсы, которыми теперь могли располагать Габсбурги, уменьшились. Тем удивительнее было то, что реванш Европы последовал относительно скоро.

Для Трансильвании время завершения Тридцатилетней войны было моментом ее наибольшего подъема, но четко обозначились и пределы возможностей княжества. Турция после нескольких десятилетий молчания, напомнила, кто является хозяином. С другой стороны, западный горизонт для протестантской Трансильвании был закрыт католическими Польшей и владениями Габсбургов. Конечно, были сильные и богатые протестантские союзники на противоположном конце Европы, но их от Трансильвании отделяла геополитическая пропасть. У наций, выросших и разбогатевших в удобных убежищах островов и побережий, не было достаточно желания (да и вряд ли хватило бы сил) помочь союзникам и единоверцам, неожиданное появление которых в темном и таинственном углу Европы стало приятным сюрпризом в первые годы Тридцатилетней войны. Их пути, сойдясь на короткий срок, вновь расходились на долгие века.

Противоречия между собственными достижениями и замкнутостью окружающего геополитического пространства сделали внешнюю политику княжества более нервной и авантюрной. Такая перемена произошла с восшествием на престол в 1648г. Дьердя Ракоши II. Правитель энергично занялся поиском новых союзников, сплочение которых вокруг Трансильвании могло изменить баланс сил в регионе в пользу последней. Наиболее легкой и очевидной целью были румынские княжества.

Если Ракоши I не трогал проводившего антитрансильванскую политику молдавского князя Василе Лупу, Ракоши II совместно с валашскими союзниками вторгся в Молдавию и в 1653г. и сверг неугодного правителя. Тогда же более зависимый и управляемый человек был поставлен у власти в Валахии. Союз Трансильвании с Валахией и Молдавией начал перерастать в конфедерацию, которая при более благоприятных обстоятельствах могла бы превратиться в государство, объединяющее в своих границах всех румын. Другое дело, что центром объединения была область, управляемая венграми. Так что этот эпизод румынской истории в современной Румынии, как правило, особо не выделяется, хотя трансильванская гегемония была явлением более длительным и основательным, нежели эффектный, но эфемерный захват власти в Трансильвании и Молдавии Михаем Храбрым.

Османская империя, занятая в тот момент трудной войной с Венецией на Средиземном море, ничем не ответила на опасное укрепление единства своих вассалов. Другое дело, что два румынских княжества были слишком слабы, чтобы коалиция с ними могла изменить соотношение сил в регионе в пользу Трансильвании. Но вскоре открылись более заманчивые перспективы. В 1656г. наступило междуцарствие в Польше, и Ракоши предложил свою кандидатуру на польской престол.

Но если католик Батори был воспринят положительно, то кальвиниста Ракоши поляки выбирать своим правителем не желали. Появление в начале 1657г. на польской территории сопровождаемого трансильванской армией Ракоши было воспринято поляками как агрессия, и князю пришлось вести войну с народом, который он хотел бы видеть среди своих союзников.

В 1656г. великим визирем Турции был назначен Мехмед Кепрюлю – энергичный государственный деятель, мечтавший о возрождении пошатнувшегося турецкого могущества. Летом 1657г. ему удалось разбить долгое время господствовавший на подступах к Константинополю венецианский флот. Теперь врата ада были готовы разверзнуться перед Трансильванией.

Султан приказал Ракоши отказаться от похода в Польшу, но тот проигнорировал его волю. В разгар польской кампании из Константинополя пришел указ о смешении князя с престола. Трансильванский парламент вначале послушался Османскую империю и сместил князя. Ракоши устремился из Польши назад в свои бывшие владения, покинув армию, которая на обратном пути была разбита татарами. Тем не менее, самому Ракоши удалось в 1658г. с помощью дворянства Габсбургской Венгрии вернуть трансильванский престол. Османская империя стала готовить силы для вторжения в непослушное княжество.

В 1658г. 120-тысячная турецкая армия пересекла границу Трансильвании. Зная о неодолимой силе империи, княжество несколько раз уступало различным турецким требованиям, но оно ценило свою свободу и за последние десятилетия привыкло быть сильным и значительным. Поэтому в момент угрозы своему существованию Трансильвания дала бой. Трансильванцы хорошо умели сражаться, страна изобиловала укреплениями и природными убежищами. Следуя союзному договору, два раза – в 1658г. и 1659г. – вступала в войну Валахия. Но продержаться сколько-нибудь долго валахам не удалось. К концу 1659г. Трансильвания осталась без союзников.

22 мая 1660г. турки одержали решающую победу над трансильванцами при Сасфенеше (Жилэу). От ран, полученных в этом бою, умер и последний из великих князей Трансильвании Дьердь Ракоши II. Процветающие сельскохозяйственные районы и богатые города стали добычей завоевателей, в течение нескольких лет истреблявших население страны и разрушавших ее экономику. Сопротивление продолжалось до начала 1662г., когда турки окончательно разбили трансильванцев, сражавшихся под предводительством нового князя Яноша Кемени.

Сама разгромленная Трансильвания не смогла бы противодействовать созданию на ее территории новой турецкой провинции, но если в 16 веке турки помешали Габсбургам захватить страну, то теперь ситуация повторилась в обратном порядке. Если вначале империя спокойно и видимо с немалым злорадством наблюдала за бедствиями принесшего ей много неприятностей княжества, то когда турки захватили Трансильванию, вступилась за ее независимость, желая сохранить буферную зону. Уставшая от борьбы с отчаянно сопротивлявшимся княжеством, Турция не была готова к большой войне и согласилась оставить статус Трансильвании неизменным. Разгром непослушного карпатского вассала стал последним крупным достижением Османской империи на Западе. Последовавшие вскоре события показали, что развитие Европы уже необратимо меняло баланс сил, так что туркам вскоре пришлось забыть о завоеваниях в католических и протестантских странах. Просто маленькому карпатскому государству, слишком далеко зашедшему в своем религиозном и политическом новаторстве и оставшемуся в одиночестве, сильно не повезло.

Трансильвания получила передышку от евразийского геополитического кошмара, вызванную равновесием сил между Турцией и немецко-венгерскими владениями Габсбургов. И отлично использовала представившиеся ей возможности. Но все оказалось напрасно. Хоть и отсталая, но имевшая в своем распоряжении неизмеримо большие ресурсы, восточная деспотия прервала восхождение одного из своих вассалов к вершинам европейской цивилизации. Драма порабощения расширивших пределы своей свободы, вырвавшихся вперед в развитии, но слишком маленьких и слабых народов соседними деспотиями еще не раз повторится на восточном рубеже Европы.

Валахия и Молдавия пользуются данной турками передышкой

Как уже отмечалось, перед Валахией и Молдавией в 17 веке тоже открылось окно возможности относительно свободно распоряжаться своей судьбой. А, кроме того, румыны получили несколько ценных подарков из Америки. В течение 17 столетия в Валахии и Молдавии появились сразу несколько пришедших из Нового Света сельскохозяйственных культур. Кукуруза, помидоры и табак отлично прижились в румынском климате, повысили продуктивность сельского хозяйства, в значительной степени стали основой питания населения и экспортного потенциала страны. Уже давно считается очевидным, что мамалыга, веками составлявшая основу рациона румынских крестьян, делается из кукурузной муки, и мало кто знает, что до 17 века она делалась из проса. А представить румын некурящим народом в наше время даже еще труднее, чем вообразить Румынию без мамалыги.

Получив в течение 16 века огромное влияние в двух странах, класс крупных землевладельцев в течение 17 столетия пользовался им в основном успешно. Решение Михая Храброго о введении крепостного права подтверждается в нескольких валашских законодательных актах первой половины 17 века. В 1628г. князь Мирон Барновский вводит крепостное право в Молдавии.

Размер крестьянских повинностей если и снизился, то весьма незначительно. Примечательно, однако, что ни в 16, ни в 17, ни в 18 веке, даже во времена самых зверских поборов крестьянских протестов в Валахии либо Молдавии не заметно. Все более частым явлением становится бегство крестьян, в наиболее тяжелые периоды угрожающее государствам фискально-демографическими кризисами, все большую массовость и изощренность приобретает уклонение от оброков и налогов, но открытых протестов нет. Даже несмотря на то, что условия, в общем, благоприятствовали. Румынским крестьянам противостояло не большое и хорошо организованное государство, а рыхлые, хронически нестабильные административные и политические структуры. Но, несмотря на всю уязвимость румынских верхов, никто из низших сословий не бросает им вызов. Приобретенная за многие века иноземных нашествий привычка подчиняться и терпеть, по возможности обманывать, а если прижмут бежать и прятаться, теперь работает на пользу местных правящих классов.

Полное восстановление турецкого господства после потрясений Пятнадцатилетней войны произошло в 1611 г. Предпринятое трансильванским князем Габором Батори нападение на Валахию, принесшее необычайно большие потери, поскольку народ в условиях суровой зимы не смог бежать в горы, открыло путь к турецкому реваншу. Батори был смещен турками после его разгрома валахами. Но и его победитель Раду Шербан, вернувшись из Трансильвании, обнаружил, что в Валахии уже правит другой князь – Раду Михня (1611 – 1616гг.). А поскольку он был посажен турками, то спорить никто не посмел. В Молдавии польских ставленников Иеремию и Симеона Мовилэ сменил Штефан Томша (1611 – 1616гг.), прославившийся жестокими репрессиями.

Основным внутренним противником бояр были отнимавшие выгодные государственные посты, захватывавшие господствующие позиции в торговле и перекупавшие собственность греки. На них обрушивалась вся накопившаяся ярость, которую было опасно обращать против турок, и поскольку в 17 веке пришельцы еще не пользовались последовательной поддержкой турецкого правительства, местное дворянство во многих случаях выигрывало борьбу.

В ходе противостояния местной аристократии пришельцам получает развитие существовавший со времени создания румынских государств институт княжеского совета, который в рассматриваемом столетии перерастает в собрание сословий. Если первый представлял собой совещательный орган при князе, состоявший из высших бояр и духовных лиц, то по мере расширения его состава за счет среднего и мелкого дворянства и обретения более самостоятельной роли этот орган становится похожим на парламент.

Однако до уровня венгерского и трансильванского государственных собраний или польского сейма собрания валашского и молдавского правящих классов далеко не дотягивают. Подводит неустойчивость, расплывчатость румынской политической культуры – собрания сословий собирались нерегулярно (для выборов князей и по обстановке для урегулирования каких-либо чрезвычайных ситуаций), не имели определенных полномочий и внутренней структуры. Поэтому, если в обстановке ослабления власти собрания оказывались действенным инструментом принятия решений, то сдержать стремление князей к установлению деспотического правления они не могли. Точнее, не пытались.

Результатом компании румынского дворянства против пришлых элементов стал приход к власти двух правителей, сумевших продержаться у власти необычно долго для румынских княжеств того времени. Их царствование пришлось практически на одинаковые отрезки времени – Матей Басараб правил в Валахии в 1632 – 1654гг., а Василе Лупу был князем Молдавии в 1634 – 1653гг.

Правление первого из них получилось гармоничным и по румынским меркам спокойным. За несколько месяцев до прихода к власти Матея Басараба, в 1631г., под давлением возглавленного им оппозиционного движения бояр, собрание сословий приняло законы об ограничении переселения христиан из Османской империи в Валахию, а также Хартию боярских свобод, которая освобождала аристократов от налогов и укрепляла их права собственности на землю. После таких решений правление Матея стало золотым веком для валашской аристократии. Князь уважал интересы крупных землевладельцев, те в свою очередь не покушались на то, чтобы ограничить его власть в пользу своих сословных органов. В стране процветало христианское благочестие, было основано много новых храмов и монастырей. Непосредственной внешнеполитической опорой Матея Басараба стал оформленный в 1618г. союз с Трансильванией. Он надолго обеспечил спокойствие на северной границе, стабильное развитие торговли и дополнительную опору в отношениях с турецкими хозяевами.

Но за внутреннюю и внешнюю стабильность пришлось платить. Матей Басараб помогал землевладельцам увеличивать поборы с крестьян и ужесточать крепостное право, сам соревновался с ними в деле угнетения, так как ему нужно было выполнять все обязательства перед турками и содержать армию. Так что после уменьшения османской дани верхушка румынского общества использовала отлаженную систему эксплуатации ради своего блага, крестьянство же вряд ли ощутило заметные перемены к лучшему.

Более того, к концу правления Матея налоговый гнет сделался непосильным для валашской экономики. Уменьшить выплату дани туркам было боязно, лишить аристократию налоговых льгот князь счел нецелесообразным. Было решено экономить на армии. В результате конец правления Матея Бесараба оказался омрачен волнениями обедневших солдат, которые в марте 1654г. на три дня захватили в заложники самого князя. Через месяц после этого Матей умер, а новый правитель Константин Шербан в феврале 1655г. столкнулся с еще более мощным солдатским мятежом, когда столица Тырговиште подверглась разграблению, а многие бояре были убиты. Разгромить мятежные части, основной силой которых были сербские наемники, удалось лишь с помощью трансильванцев в июне 1655г., после чего было казнено 300 человек, а значительную часть валашской армии распустили.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13