Семира.

Браки богов. Астропсихология любви



скачать книгу бесплатно

4. Царь богов и его супруга (Юпитер-Юнона)

Это образ семьи как ячейки общества. В гороскопе совместимости сочетание планеты Юпитер и астероида Юноны символизирует образ идеального брака. Это самый типичный брак, и нередко это пара известна в своем кругу и значима для окружения. Муж занимает хорошую нишу в структуре общества и выражает актуальные на данный момент идеи, а жена поддерживает принятую регламентацию отношений. Этот союз выполняет социальную задачу, и такой образ поневоле являют государственные деятели (президент и его супруга, мэр и его жена и т. д.). Женщина здесь – вторая половинка мужчины: она живет желаниями мужа, как его зеркальное отражение (так индийского громовержца Индру формально дополняет его супруга Индрани, даже ее имя образовано от имени мужа). Эти супруги ведут себя так, как должно с точки зрения общественной морали (так Юнона завоевывает сердце царя богов, жалея промокшую птицу, в которую тот превратился, чтобы испытать близость с ней).

Негатив может возникнуть из-за формализма или жесткой регламентированности отношений. В этом союзе женщина вынужденно подстраивается под патриархальный уклад, так как нынешняя социальная иерархия носит чисто мужской характер. Общественное мировоззрение во многом отрицает слабость и всеприятие женского начала, его тонкость и изначальную природную магию. В результате мужская социальная тенденция сражаться за свои права выливается в грубость женщин и женскую эмансипацию, напоминая образ требовательной и ревнивой Геры, расправляющейся с любовницами Зевса (характерен скандал с любовницей президента Клинтона). Или идеал такого брака может видиться в образе домостроя – узаконенного тиранства мужчины, от которого ему самому не легче. Как говорят китайцы, «государством управлять легко, семьей – трудно». Юпитер – муж того масштаба, которому не до семейных мелочей, он их просто не видит с высоты своего положения.

Домострой, как и эмансипация, – это уподобление женщин мужчинам, перегиб в сторону мужского начала и подавление женского. Это ведет к ситуации взаимного насилия. Как избежать этого в мужском мире? В античности у женщин неслучайно существовали обряды, куда не допускались мужчины. И очевидно, супруги в таком союзе должны разграничить сферы влияния. В традиционном варианте (такую семью мы видим, например, в Средней Азии) мужчина занимается расширенными внешними отношениями, а жена – внутрисемейными, частными вопросами. Ее роль описывает пословица: «Мир в семье женой держится». Когда каждый отвечает за свою часть жизни, семейная гармония мягко переходит в социальную, отчего и создается образ идеального брака, поскольку обе сферы вполне реализованы.

Жене здесь не стоит полностью посвящать себя делам мужа (образ из чеховской «Душечки»): это хорошо тогда, когда она способна отнестись к ним творчески и предложить что-то свое (как в отношении Небо-Земля). Муж должен с самого начала не гасить женственность супруги – когда скромная Юнона превратится в стервозную Геру, будет уже поздно.

Ему следует быть внимательным к женской магии чувств и оставлять для нее нишу, не подгоняя под мужской здравый смысл те тонкие ощущения, в которых он не силен (не мешать хозяйственному творчеству жены или ее беседам с подругами, уважать ее взгляд на воспитание детей и т. д.). Тогда бытовое волшебство женщины – в нормальном варианте невидимо присутствующее во всем, что бы она ни делала – принесет в союз ту мягкую гармонию, которая позволит считать этот брак идеальным не только окружающим, но и самим супругам.

5. Владыка недр – умирающая и воскресающая богиня растительности (Плутон-Прозерпина)

В этом союзе супруг играет роль трансформатора существующей действительности, выступая против установленного порядка. Супруга жертвует собой ради мужа и его задачи (так Персефона нисходит к Аиду в подземный мир, Парвати сжигает себя ради Шивы). Яркий образ – жены декабристов, а в советское время – супруга, следующая за мужем на целину, по распределению и т. д. Но также это жена преступника или человека, отвергающего нормальную жизнь и отвергаемого обществом, который, однако, может выступать катализатором полезных перемен. В целом такая направленность союза нередко вызывает неудовольствие родственников, которые препятствуют ему – недаром Плутон похищает свою супругу вопреки воле ее матери.

Здесь женское начало служит для мужского источником энергии (как Шакти для Шивы). Богиня растительности нисходит в подземное царство, чтобы добыть из-под земли новые ресурсы и вынести их на поверхность. Ее роль – задействовать их в жизни, наладить новый жизненный процесс в тесной связи с прежним, ничего не разрушив, и из грязи прошлого вырастить цветок будущего. Посвящая себя этой задаче, она может на время «умереть» и для супруга, скрывшись от явного ради тайного. Литературная трагедия этого архетипа – «Ромео и Джульетта», где герой погибает, считая возлюбленную мертвой в то время как она жива. Она обманывает ради него весь внешний мир, но он не должен обмануться, ведь их истинная связь чисто внутренняя, по сравнению с которой все внешнее – лишь иллюзия и никакой роли не играет. Эта пара в любой ситуации должна верить сердцу, а не глазам, не поддаваясь на провокации и ловушки, которые в изобилии готовит ей мир – тот мир, с которым она не согласна.

Посвящая себя трансформации, эта пара ведет способ существования, неприемлемый для других, что может вести и к ее временной изоляции. Но в идеале то, против чего борются супруги, оказывается побеждено силой их любви – страстной и нежной. И изменение, за которое они ратуют, становится возможным. Конечно, здесь идеалы супруга, вынуждающего спутницу жизни идти на столкновение с окружающими условиями, враждебными его устремлениям, должны быть достойны ее жертвенности. Иначе эти отношения в быту как нельзя лучше отражает поговорка: «Муж как чемодан: тяжело нести и жалко бросить». В этом союзе для женщины характерно желание спасти любимого. Для мужчины та же тенденция в наше время нередко выливается в стремление духовно (интеллектуально, эмоционально) воспитать возлюбленную.

Наиболее недопустимо в этом браке прямое психологическое давление друг на друга. Оно всегда граничит со страстной любовью, но при таких отношениях, предполагающих самое тесное взаимодействие, становится невыносимым. Навязчивость и гнет могут разрушить этот брак, против которого и без того ополчается окружающий мир. Сила страстей и плотность контакта этой пары таковы, что ей никто не поможет, кроме самих супругов. Им следует полагаться только на себя – и уважать друг друга.

6. Божественный кузнец и богиня красоты (Вулкан/Хирон-Венера)

Это прежде всего античные Гефест и Афродита – Вулкан и Венера: а в гороскопе этой мифологической паре соответствуют сочетания планет Хирон-Венера и Солнце-Венера. В этом союзе мужчина выступает культурным созидателем (образ интеллигента), женщина украшает его жизнь природной свежестью чувств. Она очаровывает его непредсказуемой силой и мощью естества, которого лишен хромой Кузнец. Ее привлекает его культурность и социальная рафинированность (например, опереточная пара – князь-меценат, влюбленный в актрису). Стремление мужчины – творить красоту и быть в ней. Женщина служит ему источником жизненного вдохновения. Она может быть его музой и являть недостижимый, неземной идеал. Таково отношение средневекового рыцаря к прекрасной даме или более современное понимание любви как главной ценности жизни.

Здесь мужское противопоставлено женскому как культурное – природному. Эта оппозиция ставит ребром вопрос столкновения естественных чувств и брака (как искусственной социальной модели, в истории возникшей прежде любви и еще ее не предполагающей). Такой паре требуется взаимная стимуляция любви и широта культурной сферы, дающая приток чувств (супруг рисует, жена тянет его на концерт). Поскольку это эмоционально восприимчивые люди, их легко уводят в сторону соблазны: его – более тонкие вибрации, ее – свежие чувства. Это очень неустойчивый брак – неслучайно в мифологии Афродита изменяет Гефесту; жена индийского законодателя Митры и невеста финского кузнеца Ильмаринена покидают культурного творца ради более близкого к природе соперника. Так чувство стремится выйти за рамки принятых в обществе моделей, и этот тип отношений характеризует итальянская пословица: «Нет брака, где бы не был замешан черт».

Однако в мифологии Кузнец и сам имеет связь с нижним миром. Ему дана власть повелевать стихией, – и он использует природную струю чувств (ускользание женского начала своей Анимы – по Юнгу) ради создания более высоких образцов поведения и шедевров красоты, пусть даже творимые им образы поначалу будут утопиями. Магия кузнечного – и архетипически близкого гончарного – ремесла заключается в том, что из частей можно сковать целое, а разбитое заново склеить. Можно создать любимого таким, каким хочешь его видеть, как Ильмаринен сковал себе деву из золота, а Пигмалион высек из мрамора Галатею. Правда, потом требуется еще его оживить, но некоторое время можно жить и сказкой.

Задача такого союза – созидание культурных отношений и воплощение таких моделей красоты, где изысканность не отрицала бы естества. И это – самый частый сюжет фильмов советского кинематографа про любовь (можно вспомнить полные флирта комедии «Ирония судьбы» или «Служебный роман»). Этой паре в любой ситуации следует опираться на красоту отношений, которая архетипически представляет собой отражение гармонии Космоса. Гармония между людьми формирует настрой на нужные ритмы жизни, приближая исполнение желаемого. Потому китайцы говорят: «В дружную семью счастье приходит само». Этому союзу сопутствует удача и покровительство. Общество опекает его, и он имеет несомненную выгоду от взаимодействия с социумом.

7. Солнце и Луна

Эта древняя пара богов выражает идею дополнения мужского и женского начал – инь и ян, образующих полноту бытия. В древнейшем варианте этой пары Месяц обозначает мужской принцип изменчивости, Солнце – женский принцип постоянства. Позднее это стало символизировать гармонию внешнего, явного (солнечного мужского) и внутреннего, скрытого (лунного женского) миров.

Архетипически светила символизируют самостоятельные, самоценные объекты, и их союз выражает идею единства прежде независимых начал. Эту идею создания некоей новой, более высокой, целостности, состоящей из двух самостоятельных компонентов, выражал в Средневековье образ алхимической свадьбы. Ее символизирует церковный брак. Смысл этого брака – в обретении гармонии и полноты совместного существования, аналогичной мировой гармонии и полноте. Это единение и внешней, и внутренней жизни в лоне цивилизации или под прикрытием божественного покрова. Цель этого союза – то третье, что формируется в результате единства двоих: дом, собственная семейная атмосфера, ребенок, но в целом – воистину свой мир, привлекательный для окружающих и самих супругов в силу своей самодостаточности.

Героический солнечный архетип здесь нацеливает добиваться более высокого уровня существования: в материальном и в духовном плане, для себя и для детей. Эта пара выглядит достойно: дом – полная чаша. Союз такого типа обычно скрепляет как сила чувств, так и немалое количество денег. Его тенденция – жить на широкую ногу. Здесь даже уместен образ шаха и его гарема (или Аполлона, окруженного музами). В нашем быту это наиболее «нормальный» брак и идеал брака «новых русских». Все лучшее отдается детям, которые являются гордостью и лицом семьи. Поставить их на ноги (дать образование, послать за границу) – важнейшая семейная задача. Эта пестующая атмосфера – хорошая почва для становления личности. Тут дети материально не пострадают даже при разводе, который, к несчастью, для такой пары вполне типичен.

Негатив, который возникает в этом союзе, связан с чрезмерной самодостаточностью семьи. Это архетип, противоположный паре Уран-Сатурн: обычно он не склонен ставить себе слишком экстремальных и возвышенных задач, что его ограничивает. Если замыкание на своих ценностях заходит далеко, семейная гармония перестает соответствовать мировой, и тогда супругов подстерегают перемены (или одного из них, поскольку они действуют в этом браке сами по себе). Это хорошо иллюстрируют мифы о затмениях Солнца и Луны: так демон Раху, голова и хвост которого символизируют ось затмений, периодически глотает светила, попавшиеся ему на пути. Нехватка лунного принципа изменчивости в этом союзе непременно дает о себе знать, разрушая застывшую целостность неприятными жизненными событиями.

Тут уместно вспомнить и славянский миф об измене Месяца Солнцу с Утренней звездой, за что громовержец разрубает Месяц на две половинки. Здесь речь не идет о любовном флирте, характерном для предыдущей пары – но это вполне может быть внезапная страсть, переворачивающая мир с ног на голову и удаляющаяся, как только исполнила свою миссию: разбить ложную защитную скорлупу, чтобы перевести отношения на должный уровень соответствия миру и истинным идеалам супругов (фильм «Любовь и голуби»).

Фатальность таких происшествий компенсирует психологическое (духовное) понимание происходящего. Здесь остро встает проблема осознания внутренних тенденций, чтобы внешнее благополучие не шло им в ущерб. Незаметное богатство внутреннего лунного мира столь же значимо, как и видимый блеск жизни Солнца. Нельзя идти на поводу у материи, не замечая второго плана реальности: канвы стремлений своей души. Она удовлетворяет духовные потребности порой странными путями и опрокинет золотую карету, если ее владелец упорно не дает погулять душе босиком в темном лесу тех сфер, куда ее необъяснимо влечет. Ибо интуитивные стремления души всегда чисты – а жизнь лишь откликается на ее призывы, подстраивая ситуацию так, чтобы она имела шанс стремиться, к чему хочет, порой разрушая дотла физическое благополучие, чтобы высвободить дух.

8. Громовержец и Звезда-заря – царь и царица мира (Венера-Юпитер)

Это образ сопоставления двух самых ярких явлений природы: грозы и зари. В древних мифах эти стихийные силы сталкиваются друг с другом: так индийский громовик Индра разбивает колесницу Зари-Ушас. В более новых мифах – заключают брак, как армянский бог грозы Вахагн и звездочка Астхик. Этот архетип описывает взаимодействие сильнейшего мужского и сильнейшего женского образов мифологии, предстающих правителями мира, – царем и царицей богов. Они воплощают силы любви и власти, которые через борьбу вступают в активное содружество (в отличие от статичной гармонии Солнца и Луны). Так Макошь сражается с Перуном, прежде чем стать его женой.

Это может быть союз двух людей, уже оцененных миром, где муж имеет авторитет, а женщина сильна в сфере чувств (пример из СМИ – брак крупного предпринимателя и эстрадной звезды). Они оба имеют багаж опыта, обретенного до брака, отчего и возникает их столкновение (с которого отношения могут начаться, как в фильме «Девчата» или в песне об одесской рыбачке Соне, заявляющей Косте-моряку: «Все вас знают, а я так вижу в первый раз»). Поскольку оба – личности, это яркий союз, с хорошей долей экспансии. Они не хотят останавливаться на достигнутом – иначе бы не искали партнеров, превосходящих их по силе.

В отличие от идеального брака царя богов и его традиционной супруги, главный акцент здесь делается на доказательстве силы женского природного начала любви. Архетипический образ Звезды-зари – это Кармен или героиня пушкинских «Цыган». Несмотря на откровенную борьбу мужского и женского начал, а может благодаря ей, обычно это счастливый и прочный союз, основанный на природной силе чувства. Но он обязательно предполагает развитие любви, чтобы приевшееся благоденствие не привело к ее утрате согласно португальской пословице: «Любовь, как Луна: если не прибывает, то убывает» – как это и вышло у упомянутых литературных героинь. И это вызвало страшный гнев мужских персонажей, сразу уподобившихся ужасному богу грозы, громом и молнией доказывавшего свою власть. Громовержец рассматривает объект своего чувства как часть мира, которым он призван овладеть и распоряжаться, – это существенный аспект данного отношения, отсюда и ревность.

Столь частый в литературе образ убийства любимой женщины (уместно вспомнить также Отелло и Дездемону) типичен с точки зрения психологии бессознательного. Он не сводится к ревности и мужской агрессии. Грозный муж в роли громовержца диктует спутнице свою волю быть звездой его любви, которая архетипически обязана быть вечной – и за это отвечает жена. Стереотип таков, что действия женщины должны быть эмоционально убедительны в глазах мужчины. Сила чувства должна не уступать силе власти или идейным принципам морали (за которые тоже отвечает архетип Юпитера, и конфликт с общественной моралью, приводящий к гибели любви и вместе с ней ее носительницы, мы находим в «Анне Карениной»). Любовь не должна быть слаба. Иначе мужская энергия сильнейшего из богов, недаром дарующая ему исключительную власть над миром, в своем ярчайшем проявлении испепелит ее, как молнии Зевса убили Семелу, попросившую бога грозы предстать в его истинном облике. Правда, она успела родить Диониса – бога экстаза и мистерий вечного возрождения жизни и любви.

Такой брак воплощает счастье, но не данное свыше, а заслуженное и созидаемое своими руками, которое люди больше всего ценят и могут продемонстрировать другим, подавая пример. К таким отношениям может выйти и пара Юпитер-Юнона, если женщина займет активную позицию в любви (а не в делах) и ярко проявит достоинства, которых нет у ее мужа – и которые приобретут объективную ценность не только в кругу ее семьи. Этот брак ярко описывают сказки, где героиня завоевывает право стать супругой царя (или принца – будущего царя) своим умом и другими качествами – нередко непосредственно не связанными с любовью и, тем не менее, будящими в партнере ответное чувство тогда, когда он видит ее превосходство. Он сознательно стремится овладеть тем ее достоянием, которого у него нет. Про такой брак говорят: «Жена – мужу корона».

Развиваясь, любовь завоевывает мир. И тот, кто любит, укрепляет любимого в его позициях. Их любовь становится самоценной, и естественность чувств легко побеждает консерватизм прежнего мироустройства. Характерно, что вразрез с прежними традициями шла страсть солдата Хосе и пушкинского дворянина к цыганке; нестандартный брак мавра Отелло с белокурой Дездемоной, недаром вызывавший зависть окружающих, и счастье Анны Карениной, не посчитавшееся с условностями света. Этот союз предлагает новые представления о любви – и новые мифы о счастье. Цель его борьбы – перемена общественного мировоззрения, к которой жизнь уже готова. Любовь этой пары вносит в жизнь и повседневный здравый смысл свежую струю чувства. Рождая отклик в мире, чувство дарит от избытка – и окружающая ситуация посылает этой любви изобилие и процветание.

В истории мифологии развитие любви вершит преображением независимой и страстной воинственной красавицы (германской Фрейи или египетской Изиды) в верную супругу и нежную мать. Понятно, что детей такой паре лучше заводить позже, когда ее архетипический конфликт будет решен наверняка. Хотя и забота о детях – та сфера, где женщина может доказывать превосходство любви над силой. Тогда она воспитает их борцами и передаст им свою страстность.

9. Божественные близнецы и культурные герои (Меркурий-Церера)

Это индийские Яма и Ями («близнецы»), японские Идзанаки и Идзанами («первый мужчина» и «первая женщина»), китайские культурные герои Фу-си и Нюй-ва. Божественные близнецы основывают мир на пустом месте, как Адам и Ева (тоже отголосок близнечного мифа), которые селятся там, где прежде не было жизни. Они сами, на свой страх и риск, налаживают быт, нарушая запреты прежнего бытия, чтобы расчистить место новому, более уместному в данный момент, своевременному и современному образу жизни. Это определяет новаторскую роль этого союза – он творит свой мир.

Его задача – постоянный поиск и гибкое функционирование в потоке жизни, осуществляющее связь разных сфер. Для пары такого типа важной будет языковая коммуникация и диалог, динамичность совместной жизни и общие дела. Мужчина здесь исполняет роль экспериментатора и постановщика нетривиальных задач, женщина служит его помощницей в повседневной практике и динамике общественных взаимодействий (хотя в современном мире уже может быть и наоборот). Так писцовому искусству шумерского Набу обучается богиня земледелия Нисаба, что помогает ей заведовать хозяйством.

Это типичная пара из американского боевика, где союз рождает совместный интерес и действие в отношениях (детектив и журналистка, ведущие параллельное расследование). Их защищает их цивилизованность и ум и выручает смекалка. Для этой пары характерна минимальная грань между семьей и работой, смешение делового и увеселительного времяпровождения. В быту – это, скажем, пара челноков или коммерческий директор и его заместительница в мелкой фирме. Характерный брак такого типа – студенческая пара, неукорененная, переезжающая с квартиры на квартиру и открытая для перемен.

Такой брак строится на интересе, которому требуется обновление, увлечения, хобби. Здесь Меркурий ищет информацию, а Церера способствует тому, чтобы интерес был не бестолковый, а носил практический смысл. Супруги часто меняются ролями, как близнецы, узнавая себя в другом. Они функционально заменяемы. Их увлечения и дела могут быть и разными, но погружения в глубину себя эта пара не терпит. Негатив этого союза – в отрыве от корней (разрыв с родителями или высокими традициями человеческих отношений, наработанными веками). Это дает легкость и поверхностность взаимодействия и может вести к слишком легкой смене партнеров. Эту пару нередко отличает отсутствие авторитетов и достаточно критичное отношение к миру. Столь деловым и беспокойным людям опасно надолго оставаться в кругу своей семьи. Если они будут направлять свою неугомонную ментальную энергию друг на друга, их дом превратится в мастерскую по преобразованию отношений. Как говорят белорусы: «Две пилы в хате: одной сам пилю, другая меня пилит». Язык и интеллект могут сыграть не на руку этой паре, и ей лучше избегать ссор.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16