Сборник.

Православные праздники в рассказах любимых писателей



скачать книгу бесплатно

Георгиевский кавалер и… крыса
Рассказ штабного офицера
 
Божья маленькая рать
Хоть мальчик ты, но сердцем сознавая
Родство с великой воинской семьей,
Гордися ей принадлежать душой:
Ты не один – орлиная вы стая.
Настанет день, и, крылья расправляя,
Счастливые пожертвовать собой,
Вы ринетесь отважно в смертный бой…
Завидна смерть за честь родного края.
 
К. К. Романов. «Крылья».
Отрывок из сонета

– Был у нас при штабе корпуса совсем еще юный разведчик. Явился он добровольцем и после усиленных хлопот был зачислен. Неутомимость необычайная: не слезал с лошади, принимал участие в самых рискованных разведках. Всюду первый, всюду пример подает.

Василий Г., как звали юношу, был всеобщим любимцем за свои храбрость, находчивость и расторопность. Веселый жизнерадостный юноша вносил всюду с собой оживление и смех, невзирая на все трудности походной боевой жизни. Был уже георгиевским кавалером, получив медаль и крест.

Остановился как-то наш штаб в помещичьем доме. Команда разведчиков поместилась за отсутствием другого помещения в хлебном амбаре. Пришли, расположились. После ночной разведки, в которой принял участие и Василий Г., стоившей нескольких человек, когда команда ушла из неприятельских рук только благодаря беззаветной храбрости и находчивости, разведчики легли спать.

Василий Г. лег с краю на соломе. Вдруг вскакивает со страшным визгом и криком:

– Ой, мама, мама, крыса!

Солдаты подняли его на смех:

– Вот так герой! Георгиевский кавалер, а крысы испугался!

Тот – в плач. Дальше – больше. Стали уговаривать его. Ничего не помогает.

Приходит врач. Отнесли в лазарет и тут неожиданное открытие: Василий Г. оказался восемнадцатилетней девушкой. В штабе переполох. Все лезут в лазарет посмотреть на Г.

Позвали к корпусному. Чистосердечно рассказала о своем побеге из дому по документам жениха.

– Я ничего не боюсь, ваше высокопревосходительство, только мышей и крыс! – наивно заявила она.

«Василия Г.» в тот же день отправили на один из ближайших пунктов Красного Креста, где этот юный доброволец с жаром взялся за новое дело.

Глава 13
Икона Божией Матери «Знамение»

Перед иконой Богоматери
 
Царица неба и земли,
Скорбящих утешенье,
Молитве грешников внемли,
В Тебе надежда и спасенье.
 
 
Погрязли мы во зле страстей,
Блуждаем в тьме порока…
Но… наша Родина… О, к ней
Склони всевидящее око.
 
 
Святая Русь, твой светлый дом
Почти что погибает.
К Тебе, Заступница, зовем —
Иной никто из нас не знает.
 
 
О, не оставь своих детей,
Скорбящих Упованье,
Не отврати Своих очей
От нашей скорби и страданья.
 
Сергей Бехтеев
Объяснение праздника

Празднование иконы Пресвятой Богородицы «Знамение» установлено в Новгороде в 1170 году.

Великий князь Андрей Юрьевич Боголюбский пошел войной против новгородцев. Собрав огромное войско, подступил к Новгороду. Новгородцы со своим архипастырем Иоанном (в иночестве Илиею) обратились с молитвой к Господу и Пресвятой Богородице. Ночью, во время молитвы, архиепископ услышал голос от иконы: «Иди в церковь Господа Иисуса Христа, на Ильинской улице; возьми оттуда икону Пресвятой Богородицы и неси на городские стены. Тогда увидишь спасение городу».

Он отправил за иконой протодиакона, а сам начал совершать молебное пение, но никак не удавалось сдвинуть икону с места. Тогда отправился за ней сам Иоанн, и когда пели молебен, то икона сдвинулась. Архиепископ принял на руки икону и вознес на городскую стену. Тут, во время нападения врагов, икона вдруг отвратила свой лик от нападающих и обратила его, в знамение своей милости, к городу, и в это время заметны были на лике слезы из очей Богородицы. Тогда тьма облекла полки неприятелей, и они обратились в бегство. Новгородцам оставалось только преследовать врагов. Это было 27 ноября[6]6
  Ст. ст. – Примеч. ред.


[Закрыть]
.

После этого икона получила название «Знамение (чудо) Пресвятой Богородицы», и установлено было празднование. В 1566 году по молитве перед иконой прекратился ужасный пожар в Новгороде, а в 1611 году шведы, грабившие этот город, хотели с той же целью войти в церковь Знамения, но лишь ступили на порог храма, как невидимой силой были отброшены назад.

Икона представляет собой поясное изображение Богоматери с распростертыми к небу руками. Младенец Иисус правой рукой благословляет мир, а в левой держит свиток – знак Своего спасительного закона.

Икона Знамения, находившаяся в Царском Селе, в придворной церкви, замечательна прекрасной древней живописью и прославлена многими чудесами. Икона была принесена в дар царю Алексею Михайловичу константинопольским патриархом Афанасием и с того времени сделалась особенно чтимой в царском роду. Петр Великий благословил ею дочь Елизавету как наследницу престола после Екатерины I. Императрица Екатерина II любила молиться перед ней. В 1820 году по молитве перед иконой императора Александра I, а в 1863 году – Александра II был остановлен пожар во дворце.

Протоиерей Иоанн Бухарев

Георгий Северцев-Полилов
Чистые слезы Владычицы

В суздальском стане шли приготовления к приступу. Князья, уверенные в победе, заранее делили между собою по жребию улицы, жен и детей новгородских, ссорились, уговариваясь между собою, кому сколько достанется пленных.

В особенности старался захватить побольше Олег Святославич Северский.

– Не минует моих рук богатая новгородская казна. Да и товаров у них немало, сколь их они из-за моря на ладьях привозят!

– Вестимо так! Одной парчи-то сколько!..

– А ефимков золотых?! Почитай, бочки набиты!..

– Всего у них вдосталь… Тем и горды… Поразберем немного, спесь-то с них пособьем!..

– Не будут менять князей!.. Один неладен, другого надо! – сказал Владимир Дорогобужский, тоже пытавшийся сделаться князем новгородским.

Один Андрей не вступал в их споры, его планы были гораздо шире, он не думал о богатстве Новгорода, он надеялся собрать под свою властную руку все княжества Северной Руси и этим союзом крепко сплотить Русь: то, что гораздо позже сделал Иоанн III, было заветною мечтою Андрея Боголюбского. Прозорливым умом он видел, что единственное спасение Руси и ее могущество – в единении.

Молча сидел у себя в ставке, закутавшись в теплую шубу поверх кафтана, князь суздальский; сон бежал от его глаз; до рассвета еще было далеко; снежная буря завывала. Сын Андрея, Мстислав, и боярин Жидиславич мирно спали. В голове Андрея длинной вереницей проносились картины его тревожной, полной опасностей жизни, вспоминал он свои походы с отцом, сидение в Вышгороде, тайный уход оттуда, прибытие в Боголюбово, постройку храма, объявление себя суздальским князем, Владимир…

Какое-то странное предчувствие томило князя. Всегда уверенный в победе, на этот раз, хотя дружина его вместе с союзными князьями значительно превосходила новгородских защитников, он чувствовал какой-то невольный трепет. Тайный голос говорил ему: «Остановись! Не иди на приступ!» Андрей старался побороть в себе это чувство, но не мог.

Запела труба.

Как встревоженный улей закопошился пробужденный стан. Начались приготовления к приступу. Было совершенно темно. На морозном небе только что стали тускнеть звезды: рассвет надвигался. Перед суздальцами безмолвно лежала темная громада города. Глухо звенело вооружение ратников, да иногда тускло поблескивал щит конного боярина.

К самым стенам дружина не могла подступить, опасаясь засады со стороны врага, и выслала впереди себя соглядатаев. Скоро вернулись последние.

– Новгородцы спят… Они не ожидают ночью приступа. Захватить город будет легко…

Боярин Жидиславич внимательно выслушал разведчиков, но все-таки не решился идти на приступ, не переговорив предварительно с другими князьями.

Вскоре съехались они вместе и стали обсуждать, как вести бой.

– Ты, князь Олег, вместе с братом Игорем обойдете тын с левой стороны! – сказал Мстислав Андреевич. – Князья Ростиславичи, разлейтесь волной о правый бок его… Князья Глеб и Всеволод Юрьевичи зайдут еще вперед, к берегу Волхова, а я с дядей Владимиром и с другими князьями ударю прямо!

Все были согласны, план приступа был решен.

– Чтоб знали вы, когда зачинать, дружинник мой пошлет каленую стрелу в город!

Князья молча разъехались. Приступ должен был скоро начаться.

Андрей, томимый предчувствием, вернулся в ставку; он готов был отказаться от намерения брать город. Колебание его усиливалось; он знал, что еще можно все остановить, предотвратить кровавую сечь, но самолюбие не позволяло ему решиться на последнее.

Ночь медленно уходила. Стан опустел.

– Нет, все же остановлю я приступ! – решительно воскликнул Андрей.

Но было поздно. Послышались крики. Закипела сеча. Бой начался.


Всю ночь со вторника на среду молился новгородский архиепископ Иоанн в соборе перед образом Спаса. Тихо было во храме, чуть теплилась неугасимая лампада, освещая своим трепетным светом престарелого архиепископа, стоявшего на коленях и со слезами шептавшего слова молитвы.

Утомился старец. Темная ночь глядела в окна собора; холодно было архиепископу. И вот, когда, обессиленный долгим бдением, распростерся перед иконой, услышал он глас от нее:

– Иди на Ильинскую улицу, в церковь Спаса! Возьми икону Пресвятой Богородицы и вознеси на «забрало» стены! Она спасет Новгород!

Объятый страхом и трепетом, поднялся старый архиепископ и, шатаясь, побрел к входной двери. Спящий снаружи придверник на стук его отворил засовы.

– Беги скорее к братии, разбуди всех! – приказал он служке. – И приведи сюда!

Быстро бросился послушник исполнять приказание старца. Вскоре у соборного храма собралась братия.

– Великое поведаю вам чудо! – проговорил Иоанн и рассказал свое видение.

– Идем, владыко, вознесем на стены Пречистую Владычицу! – сказали в ответ ему иноки.

Слух о видении архиепископа быстро разнесся по городу.

Около церкви Спаса на Ильинской улице стояла густая толпа, когда иноки с песнопением вынесли святую икону из храма. Народ с умилением встречал Владычицу.

Архиепископ вместе с братией вознесли ее на «забрало» стены.

В неприятельском стане было тихо.

Вдруг окружающую тьму со свистом прорезала каленая стрела, она впилась в щеку Богоматери.

В ужасе смотрели новгородцы на кощунственный удар.

Икона медленно сама перевернулась. Из глаз Владычицы заструились слезы и упали на фелонь архиепископа. Пораженный народ безмолвствовал. Страшное чудо совершилось.

– Други, – тихо проговорил архиепископ, – Владычица скорбит за вас! Вы видели ее чистые слезы…

Старец вдруг весь преобразился. Помолодевшим, звучным голосом он громко закричал стоявшим внизу новгородцам:

– Люд новгородский, постоим за Пречистую!.. – Воодушевление охватило толпу.

– Умрем за Владычицу! Постоим за Великий Новгород! – крикнули новгородцы и бросились за стены на врага.

На суздальцев нашло какое-то одурение. Они стали поражать стрелами друг друга и без всякой причины обратились в бегство. Все смешалось: люди и кони в беспорядке бежали в разные стороны.

Новгородцы кинулись в погоню.

Поражение суздальцев было полное. Князья все спаслись, но дружинников пало немало, много их было также захвачено в полон. По словам предания, их было такое большое количество, что новгородцы продавали потом своих пленных за бесценок, по две ногаты за каждого, то есть по восьми копеек нынешних.

Упоенные победой, новгородцы, удовольствовавшись большим числом пленных, отказались от дальнейшего преследования врагов и возвратились в город.

Чудотворная икона Божией Матери торжественно была водворена на прежнее место в церкви Спаса. Народ дал ей название в память этого чуда «Знамение Божией Матери».

Печально было возвращение союзной рати. Коней оставалось очень мало, большинство из дружинников шли пешком. В довершение всего припасы окончательно истощились, наступил голод. Чтобы избежать голодной смерти, разбитая рать, несмотря на Великий пост, решилась зарезать коней и питаться их мясом.

Обманувшиеся в своих ожиданиях князья печально возвращались в свои уделы.

Из книги «Под удельною властью»

Глава 14
Святой апостол Андрей Первозванный

Христос
 
Он идет путем жемчужным
По садам береговым,
Люди заняты ненужным,
Люди заняты земным.
 
 
«Здравствуй, пастырь!
Рыбарь, здравствуй!
Вас зову я навсегда,
Чтоб блюсти иную паству
И иные невода.
 
 
«Лучше ль рыбы или овцы
Человеческой души?
Вы, небесные торговцы,
Не считайте барыши!
 
 
Ведь не домик в Галилее
Вам награда за труды —
Светлый рай, что розовее
Самой розовой звезды.
 
Николай Гумилев
Объяснение праздника

Было так. Вскоре после крещения Господа от Иоанна в Иордане Иоанн стоял на берегу с двумя учениками своими, Иоанном и Андреем, и, увидев идущего Иисуса, сказал: «Вот Агнец Божий». Услышавши от него сии слова, оба ученика пошли за Иисусом. Иисус же, обратившись и увидев их идущих, говорит им: «Что вам надобно?» Они сказали Ему: «Равви – что значит учитель, – где живешь?» Говорит им: «Пойдите и увидите». Они пошли и увидели, где Он живет, и пробыли у Него день тот. Было около десятого часа, по нашему счислению около четырех часов вечера. Один из двух слышавших от Иоанна об Иисусе и последовавших за Ним был Андрей, брат Симона Петра. Он первый находит брата своего Симона, т. е. Петра, и говорит ему: «Мы нашли Мессию, что значит Христос» – и привел его к Иисусу.

В другой раз Иисус, проходя близь моря Галилейского, увидел Симона и Андрея, брата его, закидывающих сети в море, ибо они были рыболовы. И сказал им Иисус: «Идите за Мною, и Я сделаю, что вы будете ловцами человеков» – и они, тотчас оставивши свои сети, последовали за Ним. Вот сказание Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова и Евангелиста Марка о призвании Апостола Андрея (Ии. 1, 35–41; Мк. 1, 16–18).

Пробыв со Христом один день и услышав от Него словеса Божественной премудрости и домостроительства нашего спасения, Апостол Андрей оставил все, что имел в мире: дом, родных, рыбный промысл и все небольшое состояние, – сделался ничтожеимущим, стяжав самое драгое, незаменимое и вечно-жизненное сокровище – веру во Христа, – и безвозвратно и усердно последовалза Ним до конца жизни своей.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский.

«Истинное, вечное богатство человека»

Александр Красницкий
Пророчество

Это было вскоре после крестных страданий и смерти Иисуса Христа.

Он умер на кресте плотию, заповедав всему миру кроткую братскую любовь, плату добром за зло, но благая весть о Его святом учении пока хранилась и распространялась в одном только еврейском народе и едва-едва, в виде неясных туманных слухов, достигла до более или менее отдаленных от Палестины народов древнего мира.

Но Божественный Учитель наш еще до своей крестной смерти заповедал ближайшим своим ученикам разнести эту благую весть повсюду, где только есть люди.

Могли ли они забыть завет Того, за Которым последовали, оставив все земное, все земные радости, печали, горе, счастье? Все это, все было принесено в великую жертву служения человечеству, над которым тяготел в то время беспросветный мрак язычества.

И вот святые апостолы разошлись по всему тогдашнему миру, всюду проповедуя слово Божие и всюду разнося радостную весть кроткой братской любви, всепрощения и тихого мира в сердцах человеческих.

Одни из апостолов избрали для проповеди страны более близкие к Палестине, где протекала жизнь их Божественного Учителя, где Он страданиями своими искупил грех прародителей. Они пошли в Грецию, в Рим, в Африку. Там уже сам языческий мир своим особым складом мышления приготовил благодатную почву для восприятия нового учения. Предстояла, правда, борьба, тяжелая борьба с язычеством, но апостолы и их ученики были уверены, что в этой борьбе они победят, рассеяв своим убежденным словом тяготевший целые века над человечеством мрак.

И они пошли туда, смелые, готовые на все, даже на самые страшные мучения, ради исполнения своего святого долга.

Другие же из них для себя избрали совсем иной путь.

Он пошли в неведомые страны, в земли, на которые даже гордый Рим не находил нужным обращать свое внимание. Среди них был и святой апостол Андрей, который был одним из первых учеников Иоанна Крестителя, а потому и назван Протоклетосом, то есть Первозванным.

Он вместе с братом своим пошел принести благую весть о спасении совершенно «варварским» народам, обитавшим на южных, восточных и северо-восточных берегах Черного моря. Самой плохой славой пользовались эти народы в древнем мире. Чем-то нечеловеческим отзывалось в представлении даже образованнейших народов того времени – римлян и греков – понятие «скиф».

Целые легенды сложены были о них. Говорили, что скифы не обыкновенные люди, а ужасные существа, имевшие наполовину туловище человека, наполовину – лошади.

Они, скифы, были рассеяны на огромном пространстве земли.

Жили они отдельными племенами, не зная никаких других занятий, кроме охоты. Между ними не было никакой связи, хотя они все говорили на одном языке и молились одним богам. Каждый, даже самый маленький род управлялся по-своему. Твердых начал власти у них не было и в помине. Вечно они вели между собой ожесточенные войны, и никогда между ними не было дружбы и согласия.

К этим-то ужасным скифам и понес благую весть первозванный святой апостол.

Постепенно он обошел все побережье Черного моря и наконец прибыл со своими спутниками в таинственную пустынную Скифию.

Напрасно искал апостол людей, которым бы он мог проповедовать благую весть. Их было слишком мало на этих беспредельных пространствах, сплошь покрытых или девственными лесами, или заросшими гигантской травой степями. Однако апостол не был смущен этим. Он смело шел вперед по неведомому дикому пути, пока не достиг устья великой реки – Днепра. Совершенно верное предположение, что по берегам этой реки должны были жить люди, заставило апостола скорее идти к ее верховьям.

Чудная природа страны также влекла его в эту неведомую даль, где он должен был впервые возвестить ее диким обитателям слова любви и мира. Эта природа не была так пышна, как на его родине – в Галилее. Солнце здесь не палило землю лучами своими, напротив, оно только ласково обогревало ее, как бы возвращая к жизни после все-мертвящего сна долгой северной зимы. Трава степей, зеленая листва дубрав не были слишком ярки, но в них преобладал нежный оттенок. Сам климат был нежен, воздух не дышал зноем. Ветерок в своих легких порывах то и дело приносил отрадную прохладу.

Да и сами обитатели этой неведомой никому дотоле страны были совсем другие.

Рослые, статные, дышащие физической мощью, с русыми длинными волосами, с открытым доверчивым взглядом голубых, как само небо над ними, глаз, как резко отличались они от соотечественников апостола Андрея – грубых, алчных, фанатичных до мозга костей израильтян; от хитрых, вероломных, всегда готовых на любое предательство греков; от гордых, презирающих все на свете, уверенных в своей мировой силе римлян, уже близких тогда к упадку.

Это был новый, свежий народ, в котором на много-много тысячелетий хранился запас великих душевных сил.

Этого народа-младенца пока еще не коснулось разложение.

Он жил, как дитя, но в этом дитяти свежи и без гнили таились семена правды и любви. Этот народ нелегко отдавался первому своему впечатлению. Он не был способен на эффектное мученичество, но был готов тихо, незаметно умереть за то, что считалось правым. Он жил по заветам своей страны, был верен этим заветам, но врожденный здравый смысл в то же самое время позволял ему ясно видеть и то хорошее, что могло быть вне преданий его дедов и прадедов.

Этим народом были славяне, наши предки.

К ним-то и явился с вдохновенной проповедью апостол Божий.

Он со своими спутниками шел вверх по великой реке славянской – Днепру. Он шел, и с каждым его шагом вперед по этой неведомой стране высшая сила, сила небесная, озаряла вдохновенную душу апостола.

Одаренный высшим разумом, он своим взором, проникавшим через завесу будущего, ясно видел, что этой стране предстоит великое дело – стать истинной хранительницей заветов Христа, что придет время, когда свет истины засияет в ней и многие тысячелетия будет гореть ярким пламенем в сердцах ее обитателей.

С такими мыслями дошел апостол до того места, где берег Днепра отвесной стеной возвышался над гладью реки. Это была целая гора, покрытая в то время лесом у своей подошвы.

Апостол не замедлил взойти на самый верх этой горы.

Чудная картина открылась перед ним.

Синей лентой извивался, идя из неведомой дали, величавый Днепр, а вокруг него, насколько мог видеть глаз, тонули в беспредельном пространстве необозримые зеленые степи.

Сердце апостола забилось. Он чувствовал, что сошла в его душу неземная сила, и, не желая бороться с овладевшим им волнением, он, благословив все, что было перед его глазами, пророчески воскликнул:

– Благословение Господа Нашего над землей этой. Отныне и во веки воссияет здесь благодать Господня!

Прошли века.

Вскоре после провозглашения великой воли небес апостол Андрей Первозванный, призвавший благодать Господню на земли славянские, мученически кончил жизнь свою. Во время проповеди на Патрасе он был схвачен по приказанию римского проконсула Эгея и распят головой вниз на восьмиконечном кресте.

Так закончилось вдохновленное свыше дело святого проповедника благого учения Христа на земле.

Но с земной его кончиной его великое дело не умерло, не заглохло, а все росло и укреплялось. За Христом следовали уже целые народы. Ради Него христиане тысячами гибли на арене римского Колизея. Христианство все более проникало и развивалось в Риме и Греции. Оно вступило в отчаянную борьбу с язычеством, и близко было то время, когда оно должно было великим светом любви победить этого своего врага.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8