скачать книгу бесплатно
За два месяца хрустальники выросли до взрослого состояния: их рост был чуть выше двух метров, пропорции тела сохранились человеческие, лица у всех были разные, разным было и их выражение. По улицам города плавали и женщины, и мужчины, детей же не было видно. Главный сказал, что он выборное лицо и отвечает за всё в этом городе. Общался он с учёными телепатически и обещал ответить на все интересующие вопросы. Кстати, он сказал, что когда они были единым полем, в момент творения, то все знания, попавших в желе людей, объединились и стали при их разъединении достоянием каждого. Они всё знают о людях суши, но сейчас они стали людьми океана, поэтому будут жить в согласии с ним и просят не беспокоить их, а они постараются не беспокоить нас.
Учёные доставили с собой хрустальников, родившихся в лаборатории и передали их главному, тот их поблагодарил, сказав, что это лучшее, что они смогли для них сделать.
Вопрос для мирового сообщества так и остался открытым, как строить свои отношения с хрустальными людьми и что будет со всем этим дальше. Поживем – увидим.
Лунная пыль
Глава 1
Пыль от каждого шага поднимается и несется призрачным ветром, образуя тонкую колыхающуюся завесу над поверхностью земли. Приходиться ступать осторожно, скользя, словно танцуешь вальс – лунный вальс. Но она, всё равно, поднимается от шагов всё выше и выше. Каждая её песчинка сверкает отраженным светом солнца, образуя зыбкий песчаный мираж. Мы продвигаемся, к намеченной цели, в тени гор, окаймляющий очередной кратер.
Это впадина интересна тем, что имеет абсолютно правильную эллипсоидальную форму и ровное основание, поэтому есть вероятность её искусственного происхождения. Может, получится обнаружить что-то из архаики. Кроме того, необходимо присмотреть место для нашей лаборатории. Лучше место – стена впадины: удобнее строить и больше защиты от падающих космических тел.
Конечно до впадины можно было доехать, под колпаком из сверхпрочного пластика удобнее, но шлейф пыли от техники будет долго висеть, образуя коридор из колыхающихся, искрящихся, словно театральных, занавесей. Иногда можно увидеть в них трехмерный мираж, напоминающий конструкцию бесконечного моста, с арочными проемами. Эти проемы закрыты плотными колыхающимися шторами. Когда они распахивались, взору очевидцев представали странные, незнакомые пейзажи.
Образ бесконечного моста с арочными проемами, который мерещится, среди поднятой пыли, притягивает внимание, гипнотизирует.
Первый раз, когда его обнаружили, то только посмеялись причудливости миража. Но увидев его однажды, некоторые стали пытались вызвать мираж повторно, это становилось их навязчивой идеей. Люди бывают порой бессильны перед своим любопытством. Те, кто хотели раскрыть его тайну и уходили в одиночку на поиски, терялись, когда их находили, то они были абсолютно неконтактными, ушедшими в себя. Их отправляли на Землю. Поэтому то и стараются, без особой необходимости, не использовать технику для передвижения на небольшие расстояния.
Ученые придумали установку, разбрызгивающую клейкие частицы, которые создают на поверхности тонкую пленку, связывающую пыль. Но даже и на пленке возникают неяркие контуры моста, арок и колыхающихся занавесей. Источник образа миража пока не удалось обнаружить. Одно хорошо, что миражи могут появиться там, где происходит смена лунного дня или ночи, когда температура падает до -120 или поднимается до +160 градусов Цельсия. Эта зона риска двигается меридионально по поверхности Луны вместе с Солнцем и проявляется миражом, когда поднимается пыль. Чем выше пыль, тем чётче мираж.
Мы добрались до края впадины. Это: я – Антон, моя сестра близнец Анюта и Егор. Нас интересует поиск любых предметов, которые могут быть связаны с разумной жизнью, занесенной сюда из просторов космоса.
Миражи тоже наша тема, но пока мы не готовы с ней работать вплотную, потому что непонятно, как противостоять их влиянию на психику человека.
Егор как раз наша надежда в этом вопросе. Он психолог-контактёр, который может найти общий язык даже с аллигатором, если пообщается с ним хотя бы пять минут. На Земле он показывал нам чудеса контакта с любым видом живой природы, даже цветы кивали ему головой. Шутка.
Шли первые сутки лунного дня, найдя более-менее пологий склон, начали осторожно спускаться: важно не попасть в ямы-ловушки пыли, вперемешку с мелкой каменной крошкой, глубина которых доходит до полутора десятков метров. Выбраться из них можно, но на это уйдет уйма времени.
Высота склона примерно метров сорок. Спустившись, мы пошли по периметру впадины и остановились у большого выступающего козырька. Саморазворачивающийся блок создал под ним для нас небольшой дом из нескольких комнат, в котором нам предстояло жить, пока не будет сделан капитальный.
Сняв скафандры, умывшись в аэрозольном душе и перекусив, повалились без сил спать. Пол, стены, мебель, кровати сделаны из вспененного матового полимера, только потолок прозрачный и через него видно нависающий гладкий, черный камень козырька, похожий на базальт.
Анюта разбудила меня через четыре часа, не выспавшегося, злого, говоря что-то про потолок. Огрызнувшись, послав её мысленно куда подальше, но она только рассмеялась и продолжила меня тормошить. Сон отлетел, я уставился вверх, но ничего особенного не увидел. Анюта достала лазерный фонарик и навела на потолок.
Увиденное, взбодрило лучше холодного душа. В лучах лазера, на камне козырька загорались изумрудные контуры того самого бесконечного арочного моста из миража, в арках которого колыхались занавеси, напоминающие театральные шторы. Изображение было большим, и мы ходили из комнаты в комнату, чтобы разглядеть его детали. Наконец, мозг включился, и додумались запустить беспилотный модуль, размером с муху, чтобы отсканировать потолок и собрать воедино весь образ, для загрузки в компьютер наших очков. Когда все было готово, и проекция появилась перед глазами, воочию увидели то, что намеками рисовал мираж в лунной пыли. Это сооружение напоминало огромный одноярусный Колизей, с одинаковыми проходами-арками по всей окружности. В центре находилась восьмиконечная звезда, напоминавшая земной азимут, от которого отходило столько лучей, сколько было арок – 369. За стеной сооружения слева направо располагались, примерно через 30 градусов, условные обозначения планет, абсолютно земные обозначение, знакомые многим. Их было 12. Но в солнечной системе 8 звезд плюс знак луны и солнца, итого 10. Два знака остались для нас загадкой, если только не принять в расчет легенды о Фаэтоне и Нибиру.
Усталость давала о себе знать, решили все вопросы отложить на потом, и разошлись по комнатам спать.
Глава 2
Сон был, и не был, ничего не видел вокруг, потому что было темно, но явственно ощущал, что лечу, но не вверх или вниз, а по разворачивающейся спирали. Как раз такая орбита движения Луны вокруг Земли.
Полёт был плавный, гипнотический: не хотелось ни о чём думать, и ничего высматривать, голову словно забило песком, вернее шуршащей, сухой, лунной пылью, проникающей во все закоулки сознания и погружающей все в небытие. Бум, бум, бум.
Звук огромного колокола наполнил тело вибрацией, звук воспринимался не ушами, а телом, он был внутри меня. Пыль заскрипела и высыпалась из головы, началось просветление, потихоньку стал просыпаться. И раньше слышал звук колокола на Луне, но каждый раз он возникал внезапно и встряхивал не только тело, до последней клеточки, но и мысли, и душу. Он словно душ из электромагнитных частиц, который вызывает резонанс внутри тебя с этим миром, колокольным набатом разбивая все представления об окружающем.
Кофе действует на меня как наркотик. Мягкий, насыщенный аромат жареных зерен, с легкой ореховой ноткой и еле заметными терпкими всплесками благородного табачного листа в сочетании с кислинкой, потянул меня, словно сомнамбулу, в направлении кухни, задевающего, по ходу движения, всё на своем пути и плохо вписывающегося в проемы дверей. Анюта и Егор сидели за столом и считали, сколько секунд уйдет на то, чтобы я проснулся и пришёл на зов кофе. Под дружный смех, побил свой предыдущий рекорд на три секунды.
Обсуждай не обсуждай изображение, которое мы обнаружили на потолке, но пока его не пощупаешь, делать выводы рано. Быстро перекусив и надев скафандры, вышли из дома и забрались на крышу.
Странно было видеть через многослойную прозрачную полимерную крышу, батутом прогибающуюся под нашими ногами, наш уютный временный дом, затерянный в безбрежном море пыли и тишины. После набата колокола, прозвучавшего во мне, как обычно через час, начиналась подвижка коры луны, сопровождаемая скрежетом «несмазанной телеги» и осыпью пыли и мелких камней со склонов впадины. Интересно, почему впадина до сих пор оказалась не засыпана. Вдруг по ней пошли вибрирующие волны. С крыши-батута хорошо было видно, как пыль и каменная крошка из центра, круговыми волнами пошла к стенкам впадины и стала подниматься по склону, закончив свое движение, где-то там, на самом краю. Вот что уберегало это место от погребения. Природное это явление или работа какого-то механизма- осталось вопросом «на потом», а мы вернулись к лицезрению козырька над головой.
Если рассматривать нависший над нами карниз при освещении обычным фонарем, то ничего не увидишь, только лазерный луч, направленный под определенным углом, открывает скрытый на камне рисунок.
Расставили лазерные светильники по периметру дома, и картина стала полнее и ярче. Размер изображения в длину был примерно метров 50. Да это определенно, Колизей.
Пропорции его соответствовали земному золотому сечению, форма и размер арок были идеальны, даже занавеси в арках подчинялись логическому закону: в первой арке, были полностью закрыты, но по ходу движения слева направо, они становились всё более открытыми.
Арка, которая располагалась напротив закрытой, была открыта полностью, а дальше они уже начинали закрываться, т.е. возвращались в исходное положение, доходя до последней – закрытой, она же являлась первой – круг замкнулся.
Кому и зачем надо было делать изображение на обратной стороне козырька. Пока с Анютой рассматривал его, Егор спустился вниз и стал ходить вдоль боковой стены впадины, подсвечивая лазером.
Он долго стоял у одного места, нас это заинтересовало, и мы присоединились. На боковой поверхности стены в лучах лазера была видна обыкновенная, как в старых домах, замочная скважина. Судя по её глубине, ключ должен быть внушительных размеров, не менее метра. Если бы он тут валялся, мы бы его сразу увидели. Луч, направленный в скважину отразился обратно, таким образом, зафиксировав внутреннюю преграду, вроде линзы. Желание скорее туда попасть уравновешивалось настороженностью: кто знает, что там, сначала надо всё кругом осмотреть. Поскольку, на главную базу, с камер наших очков, шёл онлайн видеоотчет, то уже через минуту услышал голос руководителя лунной базы. Алекс попросил не торопиться с замочной скважиной и осмотреться по сторонам, а они пока подготовят базовый комплекс высшего уровня, чтобы обеспечить нас максимальной защитой на объекте «Эхо». Быстро он умеет названия придумывать, хлебом не корми, дай что-нибудь зашифровать и назвать. «Эхо», так «Эхо».
Обследовав стену впадины, в пределах ста метров, пришли к выводу, что это тот самый Колизей, который изображен на рисунке козырька и, что он является основой миража. Сооружение было построено из черных базальтовых блоков, с идеально обработанной поверхностью. Арки были в высоту метров десять, в очень хорошей сохранности, к поверхности прилипли пыль и мелкие камни, что странно для базальта. Единственное, что не совпадало с рисунком – это отсутствие штор. В проемах арок с углублением в стену на полметра тоже были базальтовые блоки только меньшего размера. Наша задача была всё измерить и проанализировать. Археологический пылесос приступил к работе, беспилотники заняли свои позиции, лазерная установка в центре делала подсветку, чтобы не пропустить любые скрытые на стенах объекты, а мы пошли пообедать и передохнуть. Работа работай, а обед по расписанию. Пока ходил перед замочной скважиной, меня не отпускало чувство, что где-то подобное уже видел, поэтому поторопился освежить свои воспоминания, после обеда, за компьютером.
Но после еды, вместо здравых мыслей, в голове крутилась сказка о золотом ключике, поэтому, чтобы не обременять себя всякой ерундой, устроился поудобнее в кресле и уснул.
Глава 3
Лунный дождь сыплется, шурша, на мой скафандр, проникает через фильтр, напрочь забивает голову. Тупо смотрю на стену, состоящую из пыли и мелкой крошки, сыплющуюся неизвестно откуда сплошным потоком. Почему не бегу? Он завалит меня с головой, хотя в голове и так всё скрежещет и скрипит. Чувство такое, что в голове лишь один шуршащий дождь. Тупо, глухо.
Вдруг, за завесой песка сверкнула молния, послышались раскаты грома, опять сверкнула молния и раскаты грома, но уже ближе, еще и еще раз, и вдруг удар молнии и раскаты грома совпали и ударили прямо в меня. Песок улетучился, в голове стало абсолютно ясно, и я понял, что пытался напомнить мне золотой ключик. Он пытался мне напомнить о черепахе Тортилле, которая хранила его. Ключом к замочной скважине является символ азимута восьмиконечная звезда, расположенная в центре сооружения, изображенного на козырьке. Сейчас её не видно, вероятно она находится под поверхностью планеты, там же, где и устройство, вызывающее круговые разбегающиеся волны.
Магнитное поле на Луне маленькое, остаточное, чего нельзя сказать об этом сооружении, тут даже трудновато передвигаться в скафандре.
Уже трое суток длится «лунный день». Устаешь от слепящего света и жары, память подбрасывает ассоциации, с ощущениями в жаркий летний день на земле, и невольно начинаешь аналогично чувствовать, хотя с микроклиматом в скафандрах всё в порядке. Каким прекрасным кажется «закат» – переход от «лунного» дня к «лунной» ночи, когда жара спадает, но ещё нет холода, свет становиться приглушённым, тени длинными – это лучшие 12 часов на Луне.
Вышел из дома и направился к месту, где по моим предположениям должен находиться азимут. Уже издалека заметил топчущуюся на месте фигуру в скафандре. Конечно, Анюта сообразила так же, как и я, мы же с ней как никак близнецы, но в силу женского любопытства и стремительности, опередила меня и уже, по её словам, минут двадцать изучает место. Пока ничего не нашла.
Оказывается, ей, как и мне, снились эти странные сны, приходили мысли о золотом ключике и Тортилле, поэтому она и оказалась тут. Посмотрели друг на друга, на солнце, склоняющееся к горизонту, и одновременно начали активно загребать пыль и подбрасывать в воздух. Короче, подняли столько пыли, что прибежал Егор, который подумал, что мы сходим с ума или у нас началась лунная лихорадка. Объяснили, что для проверки своей догадки, пытаемся вызвать мираж. Пыль заискрилась в лучах солнца, и мы увидели перед собой постамент азимута – восьмиконечное сооружение из черного камня. Коснулся его рукой, одновременно с Анютой, он был настоящий, твердый, не мираж. Обошли его кругом пытаясь найти надписи, какие-нибудь намеки на пульт – ничего. Обыкновенный восьмиконечный черный базальтовый постамент, высотой около метра, в середине его торчал шестигранный стержень, длиной с полметра, от него падала на землю тень, которая в лучах уходящего солнца стала удлиняться, описывая какую-то замысловатую фигуру.
Вдруг меня осенило, побежал к стене, где находилась замочная скважина, а Анюта осталась у постамента, встав так, чтобы точно быть напротив скважины, когда тень до неё дойдет. Томительно длились минуты… Тень коснулась скважины, казалось, она проникла в неё. Напряженно ждали, что произойдет. Ничего. Свет солнца погас, наступила темнота. Постамент пропал вместе с миражом. Анюта потопала, для верности, ногами на том месте, где только что был постамент – ничего. Мираж на то и мираж, чтобы поманить сокровенным, и бросить в отчаянии. Вокруг стояла кромешная тьма, включив фонари, побрели усталые в дом. За обедом Егор пытался рассмешить нас анекдотами, но мы были опустошены и не способны к восприятию.
Послеобеденный отдых постепенно перешел в дискуссию о снах и сновидениях, их объективности и причинах возникновения. Егор составил какую-то мудреную таблицу, расставив детали наших снов по ячейкам, вывел какие-то алгоритмические кривые. В конце концов, сказал, что эти сны не суть наших переживаний или какого-то субъективного влияния окружающей среды. Они отражение влияния на нас постороннего не природного процесса. Короче, где-то стоит машина, и волны её излучения, как вай-фай, действуют на нашу психику и вызывают все те ассоциации, которые мы видим во сне. Даже подсказка с золотым ключиком – аналогия его механического понимания некого ключа, с помощью которого можно открыть замок.
Грустно, грустно, даже не интересно, я-то думал, что мне открываются тайны мироздания, благодаря моей необыкновенной интуиции. Анюта хмыкнула, встала и ушла к себе, а я с Егором сыграл партию в шахматы, которую выиграл. Все-таки я умный и способный, хоть в этом.
Глава 4
Развалившись на кровати, подумал, что надо, пожалуй, послушать что-нибудь из классической музыки, ну, например, Лунную сонату Шопена.
Закрыв глаза, сосредоточился на аккордах фортепиано, а перед глазами возник метеоритный дождь, обрушивающийся на поверхность Луны.
Он взрывает грунт тысячами небольших воронок, которые начинают вращаться под музыку. Пыль от воронок поднимается все выше и выше, образуя небольшие торнадо, раскачивающиеся из стороны в сторону. Это похоже на призрачный лес, искрящийся в лучах восходящего солнца. Затем пыль опадает, и мир погружается в сонное состояние тишины. Музыка закончилась, открыл глаза и посмотрел на прозрачный потолок, через который был виден базальтовый козырек, неужели это все инсталляции машины, а не моего воображения.
Зашёл к Егору. У меня возникла мысль, что можно снять энцефалограмму моего мозга, во время сна, и сравнить с базовой – земной, которая есть в памяти компьютера.
Егор был на дальней связи с Землей. С монитора на него смотрел пушистый котёнок, с которым он разговаривал. Он говорил с котёнком так нежно, заботливо, а в ответ слышался писк тревоги и потери, что хозяин далеко и не чешет его каждый вечер за ушком. Егор вздохнул, сказав, что плохо Пуху без него, и никакая видеосвязь не заменит человеческого контакта. За котенком на Земле приглядывает его помощница по научной работе, но это не хозяин, поэтому котёнок и жалуется.
Егор согласился провести сравнительный эксперимент со сном, и сказал, что сделаем ещё и программу-мониторинг, чтобы моя энцефалограмма записывалась автоматически каждый раз, когда я буду ложиться спать.
Троицей вышли из дома, побродить по округе: вдруг обнаружим что-то, ранее не замеченное.
Луч фонаря выхватывал какие-то фрагменты лунного ландшафта, всё остальное было погружено в темноту, кроме неба над головой, с яркими точками звезд.
Бесплодное блуждание закончилось быстро. За неимением лучшего, решили просмотреть видеозаписи нашей работы за последние сутки.
Мы уже неоднократно просматривали проделанную археологическим оборудованием работу: обмеры деталей, очищенных от пыли и мелких прилипших камней, стены сооружения, запись наших «танцев с бубном» вокруг появившегося из миража постамента азимута, тень ключа, ползущая к замочной скважине, и темнота, которая стёрла мираж и наши мечты на успех. Правда на записи не было видно того, что мне показалось: будто перед самым наступлением темноты, увидел последний луч, исходивший из центра азимута. Он был бирюзового цвета. Может это была рефракция последнего луча солнца у меня в глазах. Анюта и Егор, стоявшие рядом с постаментом, его не видели: они стояли к солнцу спиной, а я лицом. Решил проверить запись очков ещё раз по всему диапазону световых волн, очень хотелось, чтобы это не был оптический обман. Прокрутка в медленном режиме показала совпадение всплеска электромагнитного излучения с последним лучом солнца. Что же тогда я видел, не электромагнитный же импульс.
Всё думаю, может пропустили что-то важное у себя под ногами, не мог постамент просто так исчезнуть.
В комнатах Егора и Анюты – тихо, оделся и вышел в темноту лунной ночи. Черный бархат окружающего мира сливался с черным атласом неба, усыпанного звездами. Звезды.
Расположение звезд вдруг мне напомнило что-то знакомое. Что же мне напомнило расположение звезд?
Откинув от себя навязчивую мысль, освещая дорогу лазерным фонарем, двинулся к центру «арены Колизея», вернее объекта «Эхо». «Эхо» – вот, что мне напоминало расположение звезд. Если их соединить, то образуется рисунок похожий на тот, что был сделан на козырьке. Снял звездное небо на камеру очков, с разных ракурсов. Мне так не терпелось проверить свою догадку, что бегом рванул к дому и запнулся о какой-то выступ, пролетел несколько метров и прилунился. Слава богу, что всё обошлось, я вернулся за фонарем, который выпал в момент падения и лежал у «камня преткновения». Там была щель, настоящая щель, хотя там её не должно было быть. Роботы просканировали всю площадку, она была монолитная, они бы обнаружили даже микронную щель, а тут несколько миллиметров. Откуда она появилась? Лег на грунт и стал очищать щель от пыли маленьким ручным археологическим пылесосом. По мере расчистки, заметил слабый бирюзовый свет, который пробивался снизу. Он был такой же, как тот, с последним лучом солнца, вылетевший из постамента. Проникнуть микрокамерой внутрь щели не получилось, решил пройти вдоль неё, чтобы замерить длину.
Подсвечивая фонарем, двинулся в путь. Щель то петляла плавными зигзагами, то была абсолютно прямой. Два часа хождения привели меня к тому же месту с которого начал – щель замкнулась. Может там, где стоял постамент, есть что-то подобное. Решительно направился к центру арены.
Чем ближе продвигался к намеченной цели, тем сильнее начал ощущать, что прибываю в весе, и лунная невесомость куда-то пропадает. На месте постамента притяжение было таким сильным, что еле стоял на ногах, так хотелось прилечь или присесть. Понимая, что от такого перепада давления, могу потерять сознание или того хуже схлопотать кессонную болезнь, с усилием, еле переставляя ноги стал возвращаться к дому. Магнитное поле стало ослабевать и миновав щель, уже чувствовал себя вполне сносно.
Вспомнил, что когда мы крутились вокруг миража постамента, отметили наличие магнитного поле выше лунного, но то, какое было сейчас, не шло ни в какое сравнение. Чтобы с чем-то его сравнить надо будет проанализировать датчики скафандра, может ещё что обнаружится.
Глава 5
Голограмма неба подтвердила мои догадки: контуры, образованные звездами, действительно совпадали с рисунком на козырьке, не хватало только одной звезды. Вращал проекцию во все стороны, виртуально разворачивал и разгибал её, но звезды не находил. Сверившись с земным компьютером, выяснил, что там действительно была звезда, но она давно взорвалась, и до нас доходил её прошлый свет. Если, комбинация звезд для сооружения имеет значение, поэтому не срабатывает ключ азимута, а может ещё что.
Выяснил, что щель на арене представляет собой орбиту Луны вокруг Земли. Правда, не такую, какая сейчас: орбита была больше, а расстояние между витками меньше, чем сейчас, поэтому разница в диаметре разворачивающейся спирали. Вероятно, Луна была раньше более активной в своем движении вокруг нашей планеты.
Датчики скафандра выдали в районе щели такое же излучение, что и выплеснувшееся из постамента. Притяжение планеты росло с геометрической прогрессией и в центре арены составляло примерно два земных, поэтому мне стало так тяжело двигаться. Было зафиксировано изменение температуры: от щели до центра она выросла с -120 до +22 градусов Цельсия, снаружи скафандра был настоящий воздух с 20% процентным содержанием кислорода, т.е. идеальные земные условия, если бы не двойное притяжение и понимание, что ты находишься на Луне. Можно сказать, что объект «Эхо» работает, но как?
Стоп. Мы же были в контакте с миражем азимута, мы прикасались к нему, были одновременно в мираже и вне его. А что, если поставить эксперимент с настоящим миражом, может, тогда мы придвинемся к пониманию того, что здесь происходит. Я и Анюта – идеальные люди для эксперимента, мы можем быть по разные стороны миража и своим внутренним контактом близнецов поддерживать связь между собой. Анюта обязательно согласится. Уже собирался пойти к ней, когда в проеме двери увидел её хитрое улыбающееся лицо. Знаю это выражение, будет просить о чём-то невероятно для неё нужном. Как всегда.
Она присела на краешек стола, рассмеялась и сказала, что, обдумав всё, пришла к мысли, что без эксперимента нам не обойтись. Логика её была такова, что раз мы чувствовали мираж азимута, а не только видели его, значит, и другие миражи могут на этой арене быть реальными, надо только создать условия. Ну, например, через сутки, когда будет рассвет, повторить эксперимент с пылью у стены, где есть скважина. В случае успешного входа в реальность миража, мы можем поддерживать внутреннюю связь по обе стороны от него.
Не зря говорят, что близнецы – две половинки одного целого, обрадовался, что её теперь не надо уговаривать. Как бы нехотя, обсасывая в подробностях опасности, которые могут нас подстерегать, дал согласие. Вот чем хороша мужская логика: мужчина не торопится, не опережает женскую интуицию, дает возможность женскому любопытству и нетерпению прорваться наружу, а потом дать, как бы уговорить себя – пойти на уступки, а на самом деле получить требуемое. Абзац. Но все-таки, женская интуиция – классная штука. Анюта пришла к тем же выводам, не стукнув палец о палец, пока я активно занимался исследовательской работой.
Мониторинг энцефалограммы моего мозга во время сна шёл постоянно. Сны были пока однотипны. Дождь, пыль, колокол, скрежет. Никакого развития сюжета, наверное, прав Егор, что это влияние наведенного поля машины, которая вероятно расположена у нас под ногами.
Наконец наступил день Х, и мы вышли в начинающие таять сумерки. На объекте «Эхо» было тихо, в лучах лазера светилась скважина, там же, где и была.
Начали активно поднимать пыль вдоль стены, археологическими пылесосами. Пыль поднималась все выше и выше. Солнце дошло до нашей пылевой стены, она заиграла искрами, и мы увидели, как возникший мираж один в один наложился на реальную стену сооружения. Он становился всё четче, реальнее. Было всего тридцать минут на эксперимент, я шагнул в мираж. Но он вытолкнул меня обратно, попробовал войти снова, опять отбросило назад, попробовал боком, наконец, спиной. Почувствовал, что мираж впустил. Как через два вихревых столба, раскручивающиеся в разные стороны, меня втянуло в новое пространство. Перед лицом был занавес миража, через который только что прошёл. Стал постепенно поворачиваться, но ничего не увидел, кроме этой завесы миража вокруг. Решил сделать шаг вперед от места прохода, получилось, ещё шаг, ничего не изменилось: словно был в круглой комнате, где, куда не повернись, стоял один и тот же пыльный мираж. Походил по окружности, попытался прощупать его рукой, в поисках скрытых проходов, всё тщетно. Время заканчивалось, пора было возвращаться. Вспомнив, как сюда зашёл, сделал несколько шагов спиной вперед, но не почувствовал тех вихрей, которые впустили меня. Я потерялся: где проход обратно – непонятно. Решил мысленно настроиться на Анюту, представил, как она стоит в ожидании у миража, волнуется. Волнуется. Мне показалось или так и есть, в одном месте завеса миража как бы немного колыхнулась, мне почудилось, что кто-то зовет меня, и спиной вперед быстро шагнул туда. Меня выбросило теми же вихрями в реальный мир. Анюта с Егором, стояли чуть в стороне, подальше от меня в шагах десяти. Получается, то ли внутри миража всё перемещается, то ли вышел через другой вход. Мой рассказ их озадачил. Вроде вход есть, но он как фильтр, впустить то впустил, но, как пройти дальше. Прямо, Индиана Джонс. Пришли к выводу, что результат от эксперимента есть. Смог пройти через первый слой миража – значит, реальность существует не только вокруг нас, но и в мираже, и может не надо открывать никакого замка, когда есть возможность попасть туда таким образом.
Глава 6
Просматривая запись моего путешествия в мираж, заметил одну особенность: если менять фокусировку изображения, то становится видно, что за этим миражом, проглядывает стена из вращающихся вертикальных вихрей. Они вращаются попеременно то внутрь, то наружу, вот почему не мог выйти из миража, пока случайно не попал в их ритм. Кроме того, за этими вихрями, при более высоком разрешении, проглядывают арочные ходы, те самые, которые мы видим снаружи миража. Это походит на слоеный пирог.
Завтра прибудет команда «планировщиков», которые займутся нашей безопасностью на объекте «Эхо». Придется их потерпеть, минимум суток трое. Ну а после, появится возможность, перед «лунной ночью», повторить эксперимент с миражом.
Сегодня повезло – сон начался не как обычно. Ночь. Звездное небо. Стою посередине сооружения и смотрю на небо. Оно немного другое: вижу две светлых точки звезд там, где сейчас их нет.
Ко мне кто-то подходит. Не могу определить ни рост, ни форму, ну вообще ничего, но страха нет.
Стараюсь внимательно слушать, о чём он говорит. Он говорит, что они дают нам ещё один шанс начать всё сначала. Не все люди получат его, кого-то портал вернёт на Землю, в сегодняшний день. Пропуском будет мера души, отделяющая живой мир, способный к гармонии и развитию, от угасающего, растратившего себя, поэтому не способного возродиться. Лазерным лучом показывает на те, незнакомые для меня планеты, и говорит, что уже два раза люди разрушили свой дом, но были спасены. Это сооружение, построено, чтобы спасать нас. Земляне – прародители тех, кто многие миллионы лет назад достиг высокого уровня развития и отправился осваивать новые миры. На Земле остались лишь те, кто не хотел никуда лететь и любил свой мир больше всего. Когда связь с Землей прервалась, направлена была экспедиция. То, что они увидели, повергло в шок. Вырванный взрывом кусок Земли выбросило на орбиту, и он завис над планетой, став спутником. Вся Земля была покрыта водой, нигде не было даже островка суши. На спутнике было ещё сильно магнитное поле и сохранились остатки атмосферы, в почве вода, а в карстовых пещерах несколько сотен людей, которые чудом выжили. Поскольку спутник являлся частью Земли, на нем сохранилась геофизическая связь с планетой. Было решено создать на этой основе временной мост, который позволит отправить людей на Землю, на миллионы лет назад, в момент зарождения цивилизации. Но, чтобы не повторилась трагедия, в этом прошлом будет уже существовать Луна.
Сооружение было создано и опробовано, для мониторинга за планетой в центре сооружения был установлен постамент-азимут, который должен предупреждать о предстоящих катастрофах.
Когда мы с Анютой активизировали миражом постамент, создатели его получили сигнал о необходимости срочного присутствия здесь. Накоплено уже достаточно информации о том, что на Земле и с Землей не всё благополучно, кроме того Солнце тоже нестабильно и надо принимать, пока не поздно, решение о переселении людей. На прощание он сказал, чтобы мы назначили дату, когда будем готовы к переходу, а пока приходи посмотреть ваш новый дом. Наступила тишина. Почувствовал, что меня кто-то тормошит за плечи. Открыв глаза, услышал вздох облегчения со всех сторон.
Оказывается, пока спал, сработала система безопасности базы. Все начали искать причину, а она оказалась во мне. Мой сон был похож на смерть: дыхания нет, реакции нет, сердечного пульса нет, но температура тела была постоянной -36 градусов, поэтому они считали, что я жив, но вероятно нахожусь в состоянии близком к коме. Решили, что это последствия моего путешествия в мираж. Пересказав сон, попросил Егора проанализировать энцефалограмму.
Результаты подтвердили, что у меня не было раздвоения сознания, вернее энцефалограмма описала во мне два сознания: одно мое, а другое, несильное, похожее на эхо, но с полным отсутствием индивидуальности, т.е. либо машинное, либо очень старого человека, которому уже не знакомы эмоции.
Как относиться ко сну не знаю, мой отчет получил Алекс, он свяжется с Землей, пусть думают, принимают решение, предложение нам уже сделано. Можно проверить, как это будет выглядеть, если войти в мираж, я об этом точно знаю.
Наступил день испытания реальности сна.
Руководством было решено, что в мираж мы войдем втроем, чтобы оценить непредвзято всесторонне то, что увидим. Электрические и магнитные приборы брать нельзя, нас не впустит новый мир, об этом предупредил незнакомец во сне. Поэтому было решено камеру и лазерный фонарь оставить в круглой комнате, где я уже был. Может, удастся что-то записать.
Всё. Солнце спускается, стена пыли поднята. Видим мираж, встали спиной к нему. Начали проходить через завесу. Вошли в круглую комнату с стенами из миража. Стоим. Ждем. Вдруг почувствовал: повеяло свежим ветром, запахло полем, мокрым от только что прошедшего дождя, послышалось пение птиц. Мы взялись за руки и шагнули в открывшуюся перед нами арку. Здравствуй, мой новый мир, мой новый дом.
Мебиус
Глава 1
Нас выбирали лучших из лучших, готовили, учили, и вот мы летим. Многодневный анабиоз, словно сон, когда всё чувствуешь и переживаешь, вспоминая детство, отрочество, всю свою жизнь. Воспоминания яркие: в них звуки, запахи, цвета окружающего мира, они такие живые, такие настоящие. Только управлять ими не можешь: они словно течение, бросающее тебя из стороны в сторону.
Жаркий августовский день, блеск, плеск и брызги воды, гомон со всех сторон, правда, невнятный, слов не понять: может, я их забыл, поэтому и невнятный. Пахнет речной рыбой и костром, около которого мой дядька готовит уху, из наловленных нами пескарей и ершей. Главное в ухе – аромат и наваристый бульон с куском ржаного хлеба, присыпанного крупной солью и головкой свежего зеленого лука.
В считанные минуты, покончив с ухой, разлеглись на мягкой луговой траве и завели разговор о текущих событиях, глядя на плывущие в небе облака. Тема хоть и была актуальна, но свежий воздух и еда сделали свое дело: со всех сторон послышалось тихое посапывание с прихрапыванием. Только дядька сидел на корточках с цигаркой во рту, у затухающего костра, и прищурясь смотрел вдаль. Затем, повернувшись ко мне, сказал, как-то задумчиво, что зачем лететь так далеко, когда тут такая красота. Что мог ему сказать – все давно решено.
Солнце садилось за горизонт, заполонив своим золотом и луга за рекой, и гладь воды, и фигуру дядьки. Постепенно темнело, и только полоска неба, освещенная закатившимся солнцем, долго оставалась светлой. Наконец опустились сумерки уходящего лета, раскинув над нами бескрайний простор космоса с яркими точками звезд.
Без перехода, сон перескочил в январские праздники, когда приезжал домой после окончания института. Холодный полупустой автобус, с окнами, разрисованными морозными узорами, тихая музыка, из приемника водителя, о лете, море и солнце, запах бензина вперемежку с запахом мандарин из мешка с новогодними подарками Деда Мороза, ехавшего, по направлению районной администрации, в детский сад. С Дедом Морозом, знакомым с детства мне, Сашкой, проговорили почти всю дорогу о политике, о жизни. Когда пришло время прощаться, он посмотрел на меня грустно и сказал, что всё -таки Земля круглая, и, значит, куда бы не ушёл, вернусь сюда, на родину – она мой ориентир по жизни.
Опять скачок. Перед отлетом с Земли, приехал попрощаться с мамой и родными. Осень, моросящий мелкий холодный дождь, ветки клёна хлещут по окнам, сбрасывая последние листы на землю. Мама, её сестра и кто-то ещё там, из моих родных и знакомых, сидят на диване и стульях вокруг стола, и все смотрят на меня, стоящего посреди комнаты с рюкзаком на плече. Они не плачут, не ругают, они просто смотрят. В глазах у всех одно выражение: выражение надежды, что передумаю и останусь.
Скомкано говорю слова прощания, поворачиваюсь и уже, выходя из комнаты, слышу протяжный, тихий проговор молитвы о моем благополучии и пожелании возвращения.
Глава 2
Слышу невнятные голоса: будто заложены уши. Тело словно обожгли крапивой. Кажется, просыпаюсь. Неужели всё – полёт закончен. Шприц входит в вену, чувствую, разливающийся по телу холод от лекарства и проваливаюсь в туман. Туман кругом, вёсла сложены на дно лодки, я улегся рядом на фуфайку, лодку тихонько несёт по течению. Нет смысла грести, лучше выждать время, когда туман растает, чтобы пристать к берегу. Тихо-то как. Туман потихоньку стал рассеиваться, солнечный свет разлился высоко в небе, разгоняя в стороны его клочья от меня. Голубое небо словно опускается и смотрит в глаза.
Постепенно осознаю, что меня выкатили из барокамеры, и врач проверяет зрение, наклонившись надо мной. Глаза у неё действительно светло-голубые. Робот подхватил платформу со мной и стал плавно и тихо, поворачивать её в вертикальное положение. Кровь от ног устремилась к голове, затем отхлынула в живот и опять вернулась в ноги. Голова продолжает кружиться, во всём теле какая-то равнодушная беспомощность и нежелание просыпаться: всё-таки длительный полет не шутка – вырабатывается привычка. Проваливаюсь в яркий свет. Мощный поток воздуха подхватывает меня вместе с дельтапланом, и я лечу навстречу этому живительному потоку.
Впереди и по сторонам ничего не видно, только небо над головой и плотные облака внизу. Ну и угораздило залететь на такую высоту. Вдруг среди туч мелькнул просвет, планирую туда, стараясь не задеть облака.