скачать книгу бесплатно
– Конечно. Что же, я заглянула к вам по пути к портному. Хафса вырастает из своей одежды быстрее, чем я успеваю моргнуть. – Она вернула мне малышку. – Передайте маме, что я приходила.
– Увидимся завтра в школе, – помахала мне рукой Хафса.
Я закрыла дверь.
– Ты слышала? – Я была вне себя от злости. – Как она могла такое сказать! И это когда ее собственная дочь стоит рядом!
* * *
Лампочки над нами замерцали, потом погас ли. Вентиляторы над головой замерли. Снова отключили электричество. Сима бросилась открывать окна. На прошлой неделе нас оставили без электричества на целых два часа. Я уже чувствовала жар, поднимающийся от бетонного пола.
Рабия и Сафа вбежали в гостиную. Лицо Рабии было залито слезами. Она обиженно поглядывала на Сафу.
– Она забрала мою куклу! – закричала Рабия.
Прежде чем мы с Симой успели ответить, Рабия бросилась за Сафой и принялась гоняться за ней вокруг дивана. Сафа смеялась и подпрыгивала. Вдруг она споткнулась о край ковра и упала, стукнувшись головой о стол. Стакан, стоявший на краю, качнулся и упал на пол. Вода пролилась прямо на Сафу. По комнате прокатилось эхо разбившегося стекла.
Теперь заплакали уже обе малышки. Мама, наверное, все слышала. Наверняка. Я подошла к ее спальне и заглянула внутрь. Шторы были плотно задернуты. Мама лежала спиной к окну с закрытыми глазами.
– Мама, – тихо позвала я, но она не ответила.
Ребенок захныкал у меня на руках. Я глубоко вздохнула, закрыла за собой дверь и посмотрела на сестер, их лица были мокрыми от слез. Мама никогда не кричала на нас. Несмотря на постоянные споры двух младших девочек, она находила в себе силы быть терпеливой. Пока ей не станет лучше, я должна попытаться вести себя так же.
К счастью, в этот момент в дом вошла Парвин. Она занесла корзину с чистым бельем, поставила ее и забрала у меня ребенка.
– Давай я отнесу ее маме, – предложила она.
В этот момент снова заработал вентилятор.
– Мама спит, – ответила я. – Я только что проверяла.
– Ну, ребеночку пора покушать, – заметила Парвин. – Не волнуйся, я с ней поговорю.
Сима успокаивала девочек, пока я убирала с пола осколки стакана.
Я даже не представляла, как много маме приходилось делать по дому, пока мы с Симой вдруг не оказались на ее месте. Парвин нам помогала, стирала, мыла посуду, резала к ужину овощи, но работа все никак не заканчивалась… А присматривать за двумя шумными девочками само по себе – это ли не работа? Мы были настолько заняты все время, что я едва расслышала звон с минарета – сигнал к вечерней молитве – и заметила, что садится солнце.
Вечером Сима закончила мыть и вытирать посуду вместе с Парвин. Я тем временем уложила малышек спать. Я надеялась, что смогу спокойно посидеть несколько минут. Но выйдя из их спальни, я вдруг заметила корзину одежды, которую принесла Парвин. Обычно мама гладила чистые вещи сразу же, как только Парвин снимала их с бельевой веревки, чтобы хлопок не морщинился. Но сегодня вещи пролежали в корзине нетронутыми. Наша скомканная школьная форма была на самом верху кучи.
– Я принесу гладильную доску, – сказала Сима, угадав мои мысли. – Давай хотя бы разберемся с завтрашней одеждой.
Я оглядела дом. Куклы девочек валялись на диване, а продукты, которые Парвин принесла днем, лежали в мешках на кухне. Ковер был усыпан крошками. И по-прежнему не было никаких признаков того, что мама готова встать и помочь. Все, что ей удавалось, – это покормить ребенка. Мне еще приходилось самой менять подгузники.
– Что не так? – спросила Сима, вернувшись из родительской комнаты с утюгом и гладильной доской.
– Все не так, – ответила я. – Как мы сможем со всем управляться и еще при этом ходить в школу? Посмотри на эту одежду. Мне нужно несколько часов, чтобы привести ее в порядок.
– Нам надо придумать, как быть, – заявила Сима. – Ты будешь гладить ночью, после того как уложишь девочек, а утром я все приготовлю для обеда.
Но я знала, что ничего не получится.
– Останусь дома, – сказала я Симе.
– Тогда я тоже, – ответила она.
– Нет. Ты ведь только что перешла в старший класс – всего несколько недель назад. Тебе нельзя отставать по программе.
– Но для тебя одной дома слишком много работы.
– Мне поможет Парвин. Все будет хорошо. Уверена, что уже через несколько дней маме станет получше.
Я гладила школьную форму Симы горячим утюгом и надеялась, что скоро все наладится…
Глава 7
Я приготовила маме завтрак и вошла в ее комнату. Солнце стояло высоко, но занавески были все еще задернуты. Малышка спала рядом с мамой.
Я пропустила уже девять дней учебы. Маме все никак не становилось лучше. Она смогла лишь один раз выйти из комнаты за стаканом воды. А еще прошлой ночью она посидела с нами во внутреннем дворе за ужином. И выглядела очень вялой. Она не поправлялась так быстро, как всем нам хотелось. И я все больше отставала в школе.
– Принесла тебе завтрак, – сказала я маме. – Добавила в омлет лук, как ты любишь.
– Поставь на столик у кровати, – ответила она.
– Мама, тебе надо есть, чтобы набираться сил, – пробормотала я.
– Мне кажется, сейчас важнее отдохнуть.
Я знала, что надо посидеть с мамой и убедить ее поесть, но все эти дни она совсем не слушала меня. Я взглянула в окно. Сквозь щели в занавесках пробивался яркий солнечный свет.
– Я собираюсь пойти на рынок. У нас закончился имбирь и перец. Хафса сказала, что им завезли твои любимые бисквиты. Могу купить тебе немного.
– Нет, спасибо. Возьми с собой Сафу и Рабию.
– За ними может присмотреть Парвин. С девочками путь окажется в два раза дольше.
– Папе не нравится, когда ты ходишь на рынок одна.
Я не стала возражать. Взяв Сафу и Рабию за руки, я старалась шагать так, чтобы они не отставали. Прохладный утренний ветерок и облака, к счастью, защищали нас от невыносимой жары.
Рынок находился в десяти минутах ходьбы от дома. Мы шли мимо портного, магазина и аптеки, по дороге к городу, который граничил с нашей деревней. На рынке было полно различных магазинчиков, лавочек, палаток и продавцов с тележками, торгующими самосой и кулфи[1 - Кулфи – вид домашнего мороженого.].
– Какое слово начинается на «с»? – спросила я сестер по пути. – Кто сможет найти то, что начинается с буквы «с»?
Сафа вытянула шею, изучая кирпичные дома вдоль дороги. Хира, жена мясника, помахала нам рукой со ступеньки своего магазинчика, когда мы проходили мимо.
– «Солнце» на «с»! – указала Рабия. – И «ступеньки»! – Она ткнула пальцем в сторону бетонных ступенек соседнего дома.
– И «Сафа»! – усмехнулась Сафа.
– Молодцы! – Я погладила их по головам и выбрала другую букву.
Эта игра, которую я придумала, очень выручала меня! Она помогала мне следить за шумными сестрами. Я на деялась, что стану учительницей для детей примерно моего возраста, но мне нравилось учить и сестер. Может быть, из меня получится хорошая учительница начальных классов.
Наконец показался рынок под открытым небом. Мы прошли мимо мясной лавки Басита. Он чистил баранью ногу, готовясь подвесить ее на крюк рядом с другими свежими кусками мяса. Продавец сладостей в соседней лавке изучал гроссбух, сидя перед стеклянной витриной, в которой были рядами сложены конфеты – оранжевые, желтые, зеленые…
Я издалека услышала болтовню соседей, прежде чем переступила порог семейного магазинчика Хафсы. Это была самая популярная лавка на рынке. Люди приезжали к ним за покупками даже из соседних городов, потому что у них был лучший выбор продуктов. Я обогнула группу женщин, придирчиво рассматривающих баклажаны, пробралась мимо синих ящиков с помидорами, перцами и редиской.
Апельсины и сахарный тростник, которые выращивала моя семья, были сложены вдоль задней стены. Не в первый раз я задумалась, как много маленьких магазинчиков по всему Пакистану могут продавать наши продукты. Мне нравилось представлять, как все эти незнакомые нам люди едят то, что выросло на земле за моим домом.
Набрав нужных продуктов, я заплатила папе Хафсы, Шаукату. Он был явно благодарен мне за то, что на этот раз я крепко держала Сафу за руку. В прошлый раз она случайно уронила табуретку и обрушила полку со специями.
– О, у вас появилась крыша! – Я посмотрела наверх.
Шаукат взглянул на меня.
– Я сразу заметила, что что-то поменялось, – пояснила я, указывая на потолок. – Пропал синий брезент. Вы залатали ту дырку.
– Да. Я надеялся, что можно будет еще обойтись брезентом, но на прошлой неделе его сорвал ветер. Пришлось заменить всю крышу.
– Выглядит симпатично. Это ведь хорошо, что у вас совершенно новая крыша, не так ли?
– Ну… нет ничего хорошего в том, чтобы брать взаймы у семьи Хана, – сжав зубы, пробормотал Шаукат, упаковывая мой заказ. – Но иногда приходится делать вещи, которые не хочется делать.
Пока я возвращалась с рынка, слова Шауката крутились в моей голове. Как он не хотел просить деньги, так и я не хотела оставлять маму, пока она не поправится. Но чем дольше я сидела дома, тем сильнее отставала от школы. Я так больше не могла. Маме нужна была помощь. Мы должны были что-то сделать.
– Амаль! – позвала меня издалека мама моего одноклассника Фарраха.
Она направлялась к нам.
– Тетушка Мариам! – Рабия повернулась ко мне. – Начинается с «м», верно?
– Да! – кивнула я сестре. – Держи. – Я бросила немного мелочи в ее ладонь. – Сходите и купите у того мужчины немного кулфи.
Когда подошла Мариам, девочки уже поспешили к продавцу.
– Какая же ты хорошенькая в этом шальвар-камизе![2 - Шальвар-камиз – традиционная одежда Южной Азии: шальвары (брюки-шаровары) и камиз (рубаха без пуговок).] – сказала она, приблизившись. Она протянула руку и пригладила ткань. – Когда я увидела цветочный узор, то поняла, что он будет отлично на тебе смотреться. Скажи маме, что, если добавить немного кружева, будет вообще идеально.
– Спасибо, что сшили его, – ответила я. – Мне очень идет.
– Как там мама?
– Спасибо, она в порядке.
– Слышала, что у вас родилась девочка? – Она покачала головой.
Я знаю, что все хотели сына, но я порядком устала слышать это. Ведь она сама была когда-то маленькой девочкой.
– Скажи маме, что сегодня днем я зайду проведать ее. Уверена, что она захочет сшить кое-какие вещи для ребенка.
Поблагодарив ее, мы продолжили путь домой. Я смеялась, когда Сафа извозилась в сладостях. Белый сироп капал с ее подбородка на платье.
– Ты ничего не можешь сделать, не добавив мне лишней работы, да? – спросила я.
Вернувшись домой, я передала продукты Парвин и взяла полотенце, чтобы вытереть Сафе лицо. Отец сидел за столом в гостиной. Он разбирал разбросанные по столу бумаги.
– Все в порядке? – спросила его я. – Ты рано вернулся домой.
– Все будет хорошо, – вздохнул папа. – Работа идет тяжелее, чем обычно, а твоя мама все еще в постели.
– Нам надо позвонить Рахиле Биби. Она должна знать, что делать.
– Чем нам поможет повитуха?
– Может быть, нам отвезти ее к врачу?
– Маме просто нужно время. Ей вскоре станет легче.
– Но просто… дело в том, – замялась я, – что я пропустила уже столько уроков… а скоро экзамены. Я надеялась, что смогу завтра пойти в школу…
– Амаль… ты нужна Сафе и Рабие.
– Парвин может присмотреть за девочками, пока я не вернусь с уроков.
– У Парвин есть своя работа, ты же знаешь. Это не входит в ее обязанности.
– Она не станет возражать! Она любит малышек…
– Хватит, Амаль!
Строгий голос папы заставил меня замолчать.
– Мне жаль, Амаль. Но сейчас все должно быть именно так. Ты старшая дочь. И твое место здесь, дома.
Мне так хотелось возразить ему, но я все-таки сдержалась. Почему то, что я старшая дочь, так сильно влияет на мою судьбу?
– Примерно через неделю мы посмотрим, как все сложится, – продолжил папа. – Но в любом случае запомни: ты уже и так очень многому научилась. Ты умеешь больше, чем соседские девочки. Например, читать и писать. Что тебе еще нужно?
Я всегда считала, что мои родители хорошо меня знают. Как же папа может такое спрашивать? Что мне еще нужно знать? Да все на свете, папа, все на свете…
Глава 8
Когда наутро я вошла на кухню, Сима гладила одежду.
– Почему ты не в школьной форме? – спросила ее я. – Ты же опоздаешь.
– Я остаюсь.
– Сима!